Элька познакомилась с Халфеном не только благодаря своим обязанностям Всадницы, но и потому, что он присоединялся к ним в свободное от службы время. Эйми приложила немало усилий, чтобы включить Эльку в свою компанию друзей, ошибочно приняв её стоицизм за застенчивость. Поначалу Элька при любой возможности сворачивала с маршрута, но иногда её ловили без всякого повода, и она была вынуждена присоединиться к поездкам в Киерелл. Теперь она любила проводить выходные в компании Эйми, Пелатины, Тариги, Натин и Халфена.

Инелль приземлилась на площади, клацнув когтями по каменным плитам, и фыркнула, приветствуя Халфена. Элька хотела остаться и поболтать, но она пообещала себе, что вернётся в туннели сегодня вечером, и если задержится ещё немного, то уже никогда не уйдёт.

— Привет, Халфен. Прости, что не могу остаться, у меня кое-какие дела для Яры.

Это не совсем ложь.

— О, конечно, не беспокойся, Халфен склонил к ней своё здоровое ухо, как он всегда делал, когда кто-то говорил. Он не расслышал ни слова из того, что сказал другой. — Держу пари, твоя работа более увлекательна, чем моя.

Он жаловался, но на его круглом лице всё ещё играла улыбка.

— Капитан Тент по-прежнему даёт тебе дурацкие задания? — спросила Элька, забираясь в седло.

— Да, но не говори Натин. Она уже трижды в этом году угрожала, что заставит Малгеруса откусить Тенту голову.

Элька рассмеялась, хотя могла представить, как Натин именно это и делает.

— Что ж, удачи тебе в твоей скучной работе.

Халфен подмигнул ей и вытащил из кармана книгу.

— Я справлюсь с этим.

Элька толкнула Инелль за рога, и её дракон взлетел. Халфен весело помахал ей в ответ. Закат скрылся за горами, оставив темнеющее небо того же цвета индиго, что и чешуя Инелль. Начали мерцать звёзды, и Элька, запрокинув голову, залюбовалась ими.

Бывали дни, когда она тосковала по шумной жизни настоящего города, по комфорту своего таунхауса и множеству кафе, где продавали еду со всего мира. Но небо над Киереллом было намного лучше, чем дома. В Таумерге дым от городских фабрик заволакивал небо, а по ночам оранжевые отблески огней окутывали крыши дымкой. Люди писали о звёздах в книгах — это были причудливые, романтические фантазии. Но здесь небо простиралось бесконечно, и лёгким взмахом крыльев Инелль могла подняться над огнями Киерелла. Сотни тысяч звёзд сияли, как крошечные серебряные крупинки, и, глядя на них, Элька чувствовала себя маленькой и в то же время невероятно свободной.

Вскоре они оказались в горах, и Инелль направилась прямо к жерлам, ведущим в Сердце. Элька узнала, что у совета нет браслета, и это придало ей, хотя и слабеющую, мотивацию для поисков в туннелях под Антейллом.

— Сегодня вечером я найду его, — пообещала она Инелль, когда её дракон пронёсся сквозь тени, покрывавшие тренировочную площадку. — Тогда мы отправимся домой.

Проблема была в том, что она больше не была уверена, была ли она уже дома.

Глава 9. Впадающая в отчаяние

Лезвие рассекло воздух над её головой, когда Элька пригнулась. Через долю секунды последовал ещё один. Тусклый утренний солнечный свет блеснул на ятаганах, когда они расчистили место, где только что стояла она. Она пригнулась и перекатилась, сжимая кожаные рукояти своих клинков. Вскочив на ноги, она взмахнула ятаганами как раз вовремя, чтобы отразить следующий удар. Звон металла разнёсся по вершинам гор. Воздух над их скрещенными клинками затуманился от её дыхания.

— Достаточно? — спросила Эйми.

Всадница вывернула ей запястье, высвободив свой клинок из рук Эльки. Внезапная потеря давления на её ятаганы заставила Эльку споткнуться, и в этот момент она почувствовала, как Эйми прижала клинок к её рёбрам.

— Мертва, — с улыбкой объявила Эйми.

Элька опустила лопатки и расправила плечи. После вчерашнего многочасового полета они теперь болели, но это была та боль, которой она привыкла наслаждаться. Это означало, что она что-то сделала.

— Ещё раз, — сказала Элька, становясь в первую стойку, левая нога отведена назад, правая вперёд, оба клинка подняты и готовы.

— Уверена? — Эйми смахнула прядь белых кудрей со вспотевшей щеки тыльной стороной ладони. — Теперь это два очка в мою пользу и одно в пользу Тариги.

Другая Всадница, стоявшая справа от Эйми, ободряюще помахала Эльке, всё ещё сжимая в руке ятаган. Её круглые щеки раскраснелись, а пропотевшая чёрная рубашка облепила её мягкие изгибы. Но её дыхание было ровным, несмотря на то что они сражались уже почти час. Земля была морозной, воздух был обжигающе холодным, когда Всадинцы глубоко вдыхали его в лёгкие, но все трое сняли куртки, так как вспотели в это холодное утро.

Элька сдула с глаз длинную чёлку.

— Ещё раз, — повторила она.

Она заметила, что Эйми внимательно изучает её.

— Что? Ты боишься, что я выставлю тебя напоказ перед Таригой? — спросила Элька на главике с дерзкой улыбкой на лице. Эйми ответила ей такой же улыбкой, которая сказала Эльке, что она поняла. — Давай посмотрим, так же ли хорошо ты владеешь мечом, как главиком.

Эйми рассмеялась и атаковала.

— Эй, я услышала своё имя. Что она сказала? — Тарига окликнула её через кольцо встречающих клинков.

Элька проигнорировала другую девушку, сосредоточившись на том, чтобы попытаться обогнать Эйми. Маленькая Всадница была чертовски быстрой.

— Предполагалось, что я буду учительницей, — сказала Эйми. Она нанесла удар сверху вниз в смертельной комбинации, которую Элька с трудом отбила.

— Да, но во всех историях ученик в конце концов превосходит своего старого учителя.

— Старая? Мне двадцать три!

Их клинки соответствовали их шутке, сталкиваясь в воздухе между ними. Элька была в восторге от силы и напористости своего тела, когда она танцевала и кружилась вокруг Эйми, ища лазейку. Но, Искры, она была проворна и металась, как колибри, никогда не нападая оттуда, откуда ожидала Элька.

Нынешние новобранцы, которых тренировала Эйми, были в отъезде, на пробежке по Кольцевым горам, поэтому Элька предложила им провести спарринг-сессию. Затем она взяла и вытащила Таригу из её постели. Девушка возмущалась тем, что оказалась на холоде, утверждая, что у неё на самом деле аллергия на мороз, но сейчас она улыбалась. А этим утром Эльке нужно было отвлечься на горящие мышцы и лязг клинков, не думать ни о чем, кроме как о том, как избежать следующего удара, не искать ничего, кроме лазейки. Потому что прошлой ночью ей приснился Таумерг, и она проснулась с чувством вины и противоречивости.

— Давай, Тарига! — окликнула её Эйми.

Тарига стояла, небрежно положив оба клинка на плечи и скрестив их кончики за головой, наблюдая за схваткой остальных. Она улыбнулась и открыла рот, как будто собиралась что-то сказать, но это был обманный манёвр. Вместо этого она бросилась на Эльку, опуская клинки так быстро, что они превратились в размытое пятно. Эйми отскочила назад, чтобы пропустить её, как будто они это спланировали.

— Предательницы! Мошенницы! — закричала Элька.

— Не можешь справиться с двумя сразу? — усмехнулась Тарига, сверкнув клинками.

Элька встретила атаку Тариги и отразила её. Через минуту она уже тяжело дышала, пытаясь отразить каждый удар Тариги. Девушка была быстра, как ветер. Элька растворилась в смертельном танце, позволяя исчезать всему, что находилось за пределами досягаемости их клинков. Тарига бросилась на неё, размахивая клинками и нанося низкие удары. Элька перехватила их остриями своих клинков и нанесла удар вперёд обоими концами. Тарига рассмеялась и уклонилась от её атаки, перекатившись и прыгнув ей за спину. Элька развернулась на цыпочках, но поскользнулась на замёрзшей земле и снова оказалась в обороне, когда Тарига полоснула её по шее, животу и бёдрам.

— Ты по-прежнему сгибаешь правый локоть, — заметила Эйми. — Держи его вытянутым и открытым, иначе он ограничит твои удары.

Их старшая наставница кружила вокруг них, опустив клинки, но она стояла на цыпочках, готовая к бою.

— Я больше не одна из твоих новобранцев, — крикнула Элька в ответ, когда её клинок просвистел у щеки Тариги. Другая девшука отскочила в сторону и высунула язык.

— Каждая девушка, которую я тренирую, всегда будет одной из моих новобранцев, — сказала ей Эйми.

Элька стояла спиной к Эйми, но в её голосе слышалась улыбка. Затем она почувствовала, как кто-то дерзко похлопал её по правому локтю, и Эйми снова ринулась в бой. Элька вырвала один клинок из своей атаки на Таригу и взмахнула им так, чтобы он столкнулся с клинком Эйми. Затем она вывернула оба запястья одновременно, высвобождая свои клинки, и отскочила назад. Возможно, они оба были быстрее её, но она была намного выше и могла дотянуться. Тарига была невысокого роста, а Эйми, похоже, достигла двенадцатилетнего возраста и решила больше не расти. Длинные конечности Эльки давали ей преимущество, и она собиралась им воспользоваться. На этот раз победа будет за ней. Потому что в тот момент ей нужна была победа.

Она перешла в атаку, используя все комбинации движений, которым научила её Эйми. Её ноги танцевали, клинки пели, а сердце воспарило, когда она почувствовала силу в своём теле. Эйми и Тариге пришлось действовать сообща, по очереди атакуя её, чтобы не запутаться клинками. Но Элька могла атаковать, где только могла.

Высоко взмахнув мечом, она сама перехватила клинок Эйми и оттолкнула низкую женщину назад, а затем немедленно развернулась, чтобы отбить ятаган Тариги, направленный ей в бедро. Лезвие со скрежетом пролетело по всей длине лезвия, и Тарига оказалась достаточно близко, чтобы Элька смогла ударить её ногой. Её ботинок врезался Тариге в живот, и девушка с глухим звуком отшатнулась.

Но, убивая Таригу, Элька подставила бок. Эйми атаковала, но длинные руки Эльки позволили ей увернуться и нанести удар сквозь защиту Эйми. Её левый ятаган задел плечо Эйми.

— Победа за мной! — торжествующе закричала Элька.

— Считается, только если она мертва. Это всего лишь лёгкое ранение.

Тарига последовала за своими словами ещё одной атакой, заставив Эльку отступить. Её подталкивали к краю тренировочной площадки, и она почувствовала, как под её ботинками захрустел сланец. Челка прилипла к её лбу от пота, и она знала, что её щеки, должно быть, такие же красные, как у Тариги. На мгновение она задумалась, что подумала бы Элька двухлетней давности, если бы увидела себя сейчас.

Несмотря на то, что Элька чувствовала себя так, словно её плечи пропустили через мясорубку, она отражала каждый удар Тариги, металл их клинков соприкасался, а затем расходился в стороны. Глаза Эльки сверкали, когда она следила за движениями Тариги, надеясь на то, что она сможет начать атаковать. Через плечо Тариги она видела, как Эйми кружит вокруг неё, выжидая удобного случая для удара.

Тарига преодолела её защиту, ударив левым ятаганом по колену, а затем правым по предплечью. Но ни один из ударов не был смертельным. Элька вскрикнула и бросилась вперёд, подняв оба клинка, смертоносные кончики которых были направлены вниз, целясь прямо в ключицы Тариги. Она добилась своего. Победа была за ней.

А потом этого не произошло. Крик разочарования вырвался из горла Эльки, когда Тарига упала на колени и взмахнула обоими клинками высоко над головой, двигаясь быстро, как стремительный светлячок. Клинки Тариги отбросили её в сторону, а руки Эльки были широко разведены, оставляя её незащищённой. Это был момент, которого Эйми, очевидно, ждала, и её клинок, сверкнув на солнце, устремился к груди Эльки.

— Ми Спаркен! — выругалась Элька, едва успевая заблокировать её атаку.

Её икры ударились о скалу, и она почувствовала под коленями край скалы. Они прижали её к краю тренировочной площадки.

— Закончили? — спросила Эйми.

— Никогда!

На мгновение Элька представила себя героиней книги, на обложке которой была нарисована она сама и Инелль. Увлёкшись фантазией, она атаковала. Но она была в невыгодной позиции, и движение получилось неуклюжим. Эйми перехватила свой правый ятаган обеими руками и резко повернула лезвия. Ятаган Эльки выскользнул из её руки и отлетел в сторону по камню. Выставляя себя напоказ, Тарига крутанула рукоятками, взмахнув клинками, а затем обрушила их оба на левый ятаган Эльки. Он с грохотом упал на землю.

Она была обезоружена, но она была героиней и не собиралась сдаваться. В тот момент, когда Эйми и Тарига подумали, что взяли верх, она развернулась, зацепилась каблуком за скалистый выступ позади себя и подтянулась. Склонившись над двумя другими Всадницами, она вытащила из-за подвязки на бедре три метательных ножа. Зажав их между пальцами правой руки, чувствуя, как холодный металл касается её кожи, она улыбнулась им.

— О, и кто теперь жульничает? — Тарига многозначительно посмотрела на её ножи.

— Ставлю десять прэссов, что ты не сможешь нанести смертельный удар всеми тремя, — Эйми указала на тренировочные манекены, стоящие, как статуи, на краю плато.

Элька закрыла глаза и сделала глубокий вдох, успокаивая бешено колотящееся сердце. Кончики ножей слегка кольнули её ладонь. Открыв глаза, она посмотрела на манекен в центре и быстро метнула ножи один за другим. Каждая из них крутанулась в воздухе и с приятным стуком попадала в цель, погружаясь в солому на лбу, шее и прямо между ног манекена.

— Правда? В пах, а не в сердце? Ты хочешь о чем-то поговорить? — Тарига посмотрела на неё, высоко подняв светлые брови, затем лязгнула своими ятаганами. — Вот она, вот настоящая причина, по которой ты уехала из Таумерга. Какой-то парень разбил тебе сердце, не так ли? Ну, он бы пожалел об этом, если бы сейчас увидел тебя.

Перед глазами всплыло лицо Даана — смуглая кожа, мягкие волосы, губы, вкус которых ей до сих пор хотелось ощутить. Другие воспоминания о Таумерге со временем стёрлись, но не о Даане. Она никогда не рассказывала о нём никому из Всадниц, а теперь было уже слишком поздно, потому что ей пришлось бы признать, что она лгала в течение многих лет. Оттолкнув мысли о Даане в сторону, она заставила себя рассмеяться и подмигнуть Тариге. Эйми протянула ей руку и помогла спрыгнуть со скалистого выступа. Когда Элька собирала свои упавшие травинки, она услышала хруст снега под ногами.