«Британский Музей (Элгиновские мраморы)»

В холодном зале Музея

смотрю на красавицу Кариатиду…

Одну ее только украли….

Взгляд сумрачно нежный

упорно она устремляет

на тело порывистое Диониса

(оно в сладострастной изваяно позе):

всего лишь два шага – меж них расстоянье.

А он своим взором прильнул неотрывно

к девичьему силой налитому стану.

Идиллия множества лет (таково у меня подозренье)

два тела свела воедино.

Но вечером, только лишь зал опустеет

от множества зрителей, шумно снующих,

(так кажется мне) Дионис устремится,

покинет он свой постамент осторожно,

ни статуи ближние чтоб, ни рельефы

того не могли заподозрить.

Исполненный трепета, он порывается

застенчивость Кариатиды застывшую

вином ниспровергнуть и страстными ласками…

А, впрочем, все это быть может ошибкою,

и связью иной они накрепко связаны.

Сильнее та связь и в ней больше страдания:

они вечерами холодными зимними,

ночами чудесными месяца августа

– да, вижу я! —

с высотных своих постаментов спускаются,

от вида, что днем напоказ принимают для зрителей,

отрекшись, о прошлом скорбя со слезами горючими,

свои Парфеноны, которых лишились,

 и храмы свои Эрехтеевы

опять воскрешают страдальчески в памяти.