Когда Таисия пришла домой, родителей уже не было. Она открыла дверь своим ключом и мысленно поблагодарила судьбу за то, что все объяснения с ними отложены до вечера. К тому времени, как, надеялась она, они и остынут, и устанут на работе. Но в том, что вечерних объяснений ей не избежать, она не сомневалась. И тут ближе к обеду Таисию озарило! Она скажет, что заночевала у подруги. Хмель к этому времени из её головы совершенно выветрился. Девушка пошла в ванную и внимательно осмотрела себя. Никаких признаков того, что она провела ночь с мужчиной, ни на лице, ни на теле не было. Таисия ругала себя последними словами за то, что поддалась на уговоры Ленки и позволила втянуть себя в эту унизительную историю. Она уже нисколько не сомневалась в том, что Ленкин Родя велел ей подыскать подружку для своего дружка. И Таисия по счастливой случайности для Ленки и несчастливой для себя подвернулась Козельской под руку. «Вот ведь незадача», — горько вздохнула Таисия. Разве ж о такой первой ночи любви мечтала она! Перед её глазами непрошено всплыл образ тракториста, гармониста Тимофея. «Хороша Маша, да не наша», — как в таких случаях говорила Таина бабушка. А дедушка Крылов в своё время успокаивал тех, чьи желания не совпадали с возможностями, скупой информацией о том, что виноград, мол, зелен.

Таисия заварила себе чаю покрепче, намазала толстый слой сливочного масла на ломоть хлеба, откусила от бутерброда кусочек, поморщилась, но всё-таки проглотила. Подумала: «Где уж городскому маслу тягаться с деревенским». Достала из шкафчика банку малинового варенья. И, зачерпнув лакомство большой ложкой, щедро намазала его поверх масла. Теперь бутерброд показался ей вполне съедобным.

После завтрака Таисия вспомнила о наличии у неё совести и тщательно прибралась в квартире, проделав чуть ли не генеральную уборку. Девушка надеялась на то, что мать заметит это сразу и оценит старательность дочери.

В обед она сходила погулять, прихватив с собой немного денег из коробки «для хозяйственных нужд». Купила по пути хлеб, пачку гороха, немного рёбер баранины и, придя домой, сварила к ужину суп.

Надежды Таисии оправдались: родители и уборку заметили, и ужином остались довольны. Вопросов о том, где дочь пропадала всю прошлую ночь, они задавать не стали. То ли подумали, всё равно соврёт, то ли решили, что Таисия уже достаточно взрослая, чтобы самой распоряжаться своей жизнью.

Все оставшиеся дни недели Таисия занималась поиском рабочего места. Но ей не везло.

В пятницу, ближе к полудню, она, разморённая жарой, купила себе самое дешёвое мороженое, присела на скамью в сквере и стала наслаждаться отдыхом и сладостью быстро тающего мороженого. По неопытности она не заметила, что за ней от самого дома ездит автомобиль Соломенцева. Во-первых, она его не запомнила, а во-вторых, ей и в голову не пришло, что мужчина станет её разыскивать и тем более преследовать.

Таисия не слышала, как мужчина подошёл к скамейке, голову она подняла, только когда прозвучал его голос:

— Здравствуй, Тая!

Посмотрев на него несколько секунд широко раскрывшимися глазами, она нехотя ответила:

— Здравствуйте, Вадим Геннадьевич.

— Мы вроде уже на «ты» были, — усмехнулся Соломенцев и добавил: — Зови меня Вадимом.

Таисия покачала головой.

— Что так? Не понравился я тебе? Так дай мне ещё один шанс. — Его голос прозвучал хрипло. Мужчина сел на скамейку рядом с ней. Почувствовав жар его тела, девушка поспешила отодвинуться чуть ли не на самый край скамьи.

— Нет, Вадим Геннадьевич, — ответила Таисия, — никаких шансов я вам давать не собираюсь. Произошедшее было несусветной глупостью. Я ничего не знала о ваших с Ленкой планах, иначе ни в жизнь не сунулась бы в тот притон.

— «Квадрат» не притон, — ответил Соломенцев, — а вполне приличное кафе. Никаких планов относительно вас, Таисия, — мужчина перешёл на «вы», — у меня не было. Я не подозревал о вашем существовании до тех пор, пока мне не позвонил Родион и не сообщил заговорщицки, что Лена пришла с подружкой. И подружка, то есть вы, скучает. Не стану скрывать, я давно присматривал девушку, которую захотел бы взять под опеку в обмен на интимные услуги. Вы мне понравились, и я повёз вас к себе. У меня не было даже капли сомнения, что вы в курсе всего происходящего. Я, конечно, был ошарашен, что вы оказались девственницей. Но потом решил, что это с вашей стороны особый презент для меня.

Таисия фыркнула и проговорила:

— Какой вы, однако, многословный, Вадим Геннадьевич.

— Просто я хочу, чтобы между нами не осталось никаких недоразумений, — ответил Соломенцев. — Вы мне понравились, и я хочу продолжить наши отношения.

— Господи! — воскликнула Таисия, вскакивая с лавки. — Что за вздор вы несёте! Мой отец и то моложе вас!

Соломенцев оскорбился, но вида не подал, вместо этого он усмехнулся и проговорил:

— Зато ваш отец не в состоянии достойно обеспечить вас! А я могу исполнить любую вашу прихоть. В разумных, конечно, пределах, — добавил он предусмотрительно.

Таисии стало любопытно, и она спросила:

— Какую, например, прихоть вы можете исполнить?

— Квартиру, автомобиль, поездки за границу, наряды, в том числе шубы, эксклюзивные сумочки, драгоценности.

— Ни фига себе! — присвистнула удивлённая Таисия.

— Так вы согласны? — Его глаза загорелись.

— Нет, — покачала она головой из стороны в сторону.

— Почему? — удивился он.

— Не хочу я с вами спать! Неужели непонятно?

— Понятно. Но вы сами не понимаете, от чего вы отказываетесь. Уверяю вас, я искусный любовник и сумею воплотить в жизнь любые ваши эротические фантазии.

— Нет у меня никаких фантазий, — вздохнула Таисия и обессиленно уронила руки.

— Вам плохо? — встревожился мужчина.

— Нормально, — ответила Таисия и попросила: — Просто оставьте меня, пожалуйста, в покое.

— Хорошо, — грустно согласился Соломенцев. — Навязываться я вам не собираюсь, — добавил он сухо и протянул ей пластиковый прямоугольник.

— Что это? — безучастно спросила Таисия.

— Моя визитка.

— Так вы вроде бы уже давали мне одну.

Соломенцев усмехнулся:

— Но ведь вы, признайтесь, выбросили её.

— Признаюсь, — покладисто ответила Таисия, думая о том, что и этот пластик постигнет участь первого. Но спорить с Соломенцевым она не стала, сунула визитку в карман.

Он взял её руку, прижал к своим губам и удалился.

«Слава тебе господи, — подумала Таисия, — наконец-то смылся. Вот пристал же как банный лист к…»

Таисия не стала выспрашивать у своего случайного любовника, как он её нашёл. Она не сомневалась в том, что её адресом Соломенцева снабдила коварная одноклассница Ленка Козельская.

Таисия подумала о том, что неплохо было бы покататься на карусели. И она на оставшиеся у неё деньги купила один билет. Усевшись в кресло, державшееся на ремнях, она пристегнулась и с удовольствием почувствовала, как её ноги отрываются от земли. Летящее кресло поднималось всё выше и выше! Зажмурив глаза, Таисия представляла, что она летит над землёй, облетая всю планету и заглядывая во все уголки. Она даже засмеялась от удовольствия. Но вот карусели стали вращаться медленнее, кресло опускалось всё ниже, и наконец её ноги коснулись земли.

«Как жалко, — подумала Таисия, — что всё хорошее длится недолго». Но тут она заметила, что уже начало вечереть, и заторопилась домой.

После ужина мать сказала, что им нужно серьёзно поговорить.

— О чём? — спросила Таисия, не проявляя особого интереса. «Наверное, — подумала она, — будут пилить меня за то, что я до сих пор не нашла работу».

Но, к её удивлению, как только вся семья после чая разместилась в их скромной гостиной, мать заявила, что они с отцом долго думали, советовались, прикидывали и наконец приняли твёрдое решение уехать навсегда из города.

— И где же вы собираетесь жить? — изумилась Таисия.

— Как где? В деревне. Мы уже и с бабушкой всё обговорили.

— Дом в деревне добротный, — подал голос отец, — я его подремонтирую, благоустрою, силы у меня пока есть.

— Да и огород у бабушки большой, — добавила мать, — много чего можно посадить и вырастить, если взяться за дело с умом.

— Поросёнка заведём, — сказал отец.

«Вот только поросёнка бабушке и не хватало», — подумала про себя Таисия, но вслух не проронила ни слова.

— Корову ещё одну можно взять, — строил планы отец.

— Нет, коровы хватит пока одной, — остановила размах мужа мать. — Зато можно гусей развести.

— Да, гусь на Рождество — это что-то, — мечтательно проговорил отец и сглотнул слюну.

— А вам там не будет скучно? — решилась спросить Таисия.

— В деревне скучать некогда, — назидательно ответила мать.

— И то верно, — согласился отец. И снова принялся строить планы: — Я на рыбалку буду ходить, в лес за ягодами и грибами.

— А я буду их солить, сушить и варенье варить! — подхватила мать.

— Варенье из ягод? — лениво спросила Таисия.

— Из ягод!

— Понятно.

— Что тебе понятно? — почему-то решил подкопаться отец.

— Всё понятно, — ответила Таисия и подумала: «Ну прямо как дети малые».

— Тая, — сказала мать, — денег мы тебе на первое время немного оставим. А потом надеемся, ты всё-таки найдёшь подходящую работу.

— А если не найдёшь, — развёл руками отец, — то в одну комнату пустишь квартирантов.

— Ещё чего! — искренне возмутилась Таисия.

— Тебе жить, тебе решать, — сказала мать, — ты теперь стала взрослой и в нашей опеке не нуждаешься.

«Это точно», — мысленно согласилась с ней Таисия.

Осознание того, что совсем скоро она будет жить в родительской квартире одна, радовало её.

Прошло ещё две недели, прежде чем родители окончательно собрались и, присев на дорожку, отправились на автовокзал. Дочь хотела проводить их, но они, не объясняя причины, категорически воспротивились этому. «На нет и суда нет», — подумала Таисия и не стала настаивать.

Оставшись одна, она долго ходила из одной комнаты в другую, оглядывая всё вокруг так, словно оказалась здесь впервые. Знакомые стены, старая мебель — всё для неё с отъездом родителей выглядело иначе.

Наконец она уселась на кухне на столетний крашенный масляной краской табурет и подумала о том, что вот исполнилась её потаённая мечта. Она освободилась от родительских пут и вырвалась на свободу. Теперь никто ей не указ.

Вот только интересно, как же ей теперь жить дальше. Машинально засунув руку в карман, Таисия нащупала пластиковый прямоугольник. Вытащила его, положила на ладонь. Вадим Геннадьевич Соломенцев. Удивилась, что не выбросила его сразу. Задумалась на секунду. Потом чиркнула спичкой, подожгла визитку и бросила её в старую, давно никем не использованную пепельницу. Пластик плавился на её глазах и корёжился. Таисия тряхнула пепельницу, и всё рассыпалось.

«Ну вот, — подумала она, — это и есть моё прошлое, а завтра начнётся будущее. Сейчас же немного поживу настоящим. Например, доем малиновое варенье. Там его всё равно чуть на донышке осталось».