Рома

Когда она так резко ушла, я остался стоять на дорожке, не в силах сдвинуться с места. Ее слова эхом звучали в голове: «Это все ни к чему.»

Но разве она не понимает? Для меня все совсем иначе.

Всю ночь я не могу уснуть. Ее лицо, голос, тот взгляд, которым она посмотрела на меня перед тем, как уйти. Это не просто отталкивание. В нем было что-то большее. Что-то, что она боится показать.

Я понимаю, что не могу сдаться.

На следующий день я просыпаюсь раньше обычного. Завтракаю, помогаю родителям в магазине, но все это на автомате. В голове одна мысль: увидеть ее.

Когда я прихожу к ее дому, вижу, что она возится в саду. Ее волосы собраны в высокий хвост, на лице легкая улыбка. Кажется, она даже не заметила, как я подошел.

— Доброе утро, Лена!

Она вздрагивает, оборачивается, смотрит на меня с удивлением, прежде чем снова надеть на себя эту непроницаемую маску.

— Рома, ты опять?

— А вы думали, я вас оставлю?

— Было бы неплохо, — отвечает она с усмешкой, но в ее глазах я вижу теплый огонек.

— Могу помочь? — предлагаю я, указывая на ее руки, испачканные землей.

— Ты хочешь заниматься садом?

— Почему бы и нет? Все лучше, чем стоять и смотреть.

Она закатывает глаза, но все же протягивает мне маленькую лопатку.

— Ладно, давай попробуем.

Мы работаем молча, но это не напряжения тишина. Это что-то другое. Спокойное и уютное. Я краем глаза наблюдаю за ней, как она аккуратно поправляет землю вокруг цветов, как морщит нос, когда отмахивается от мошек.

Она так близко, что я чувствую запах ее духов, смешанный с ароматом травы и влажной земли.

— Ты всегда такой настойчивый? — спрашивает она, не поднимая головы.

— С тем, что важно, — отвечаю честно.

Она замирает на мгновение, а потом снова начинает работать.

— Ты еще мальчишка, Рома.

— А вы уже решили, что я не могу быть мужчиной?

Ее взгляд задерживается на мне, и я чувствую, как в воздухе что-то меняется.

— Рома... — начинает она, но я перебиваю:

— Я не такой, как ваши ровесники, Лена. Я знаю, чего хочу.

Она хмурится, но не уходит, не закрывается. Просто смотрит на меня, будто пытается что-то понять.

— Ты многого не знаешь, — говорит она наконец.

— Так расскажите мне.

Она качает головой, но на ее лице мелькает слабая улыбка.

— Ты слишком упрямый, Рома.

— И это работает, — отвечаю я.

Она смеется, и ее смех снова делает мой день.

Когда работа заканчивается, она уходит в дом, но не так резко, как вчера. На крыльце она оборачивается:

— Спасибо за помощь.

— Всегда рад, — отвечаю я, чувствуя, как что-то внутри меня замирает от ее улыбки.

Я смотрю, как она исчезает за дверью, и понимаю, что все это только начало.