Ирина Орлова

Исследовательский комплекс «а-ля генерал Харитонов» – дюжина корпусов от транспортных кораблей класса «Пахарь», соединенных паутиной переходов, – выглядел более чем внушительно. В гамма-диапазоне – из-за восьми «пятен» от термоядерных реакторов, синхротрона и двигателей шести десятков челноков, мечущихся между погрузочными терминалами и планетой. В рентгеновском – благодаря свечению двух здоровенных линейных ускорителей, одного бетатрона, хранилища радиоактивных изотопов и приборов с плазменными трубками. В ультрафиолете и оптическом диапазоне – из-за сияния тех же движков, иллюминаторов, оранжерей и частей прочного корпуса комплекса, повернутых к Рантаилу. В инфракрасном диапазоне комплекс переливался разными оттенками красного, а в радиодиапазоне напоминал крупный бизнес-центр: источники излучения располагались чуть ли не через каждый сантиметр и работали практически беспрерывно.

Чуть «ниже» – на поверхности Рантаила-3 – располагалась вторая половина «приманки для Циклопов» – комплекс построек, тоже неслабо фонящий во всех диапазонах. Для полного счастья накрытый мощнейшим силовым куполом.

Система безопасности обоих объектов соответствовала их внешнему виду: четыре (!) орбитальные крепости, висящие на геостационарных орбитах в непосредственной близости от комплекса; довольно дискретное, но очень протяженное минное поле, перекрывающее сектора подхода крепостей и лаборатории; сверхсовременные системы ПКО, рассыпанные по поверхности планеты, и… пять патрульных групп «Беркутов», мотающихся по системе.

Не знаю, как для других ребят, а для меня самым убедительным штрихом, подтверждающим подлинность картины, созданной Харитоновым, были транспорты «Богатырь» с кораблями сопровождения, периодически уходящие в гипер, а потом возвращающиеся после прыжка в соседнюю систему. Может, потому, что при виде такой картины я сама решила бы, что владельцы комплекса регулярно вывозят из системы что-то безумно ценное?

«Безумно ценное» – «Беркуты» четвертой и пятой очереди, загруженные в трюмы «Богатырей», – совершали прыжок за прыжком. А их пилоты молили Бога, чтобы процесс ожидания закончился как можно быстрее. И у них наконец появилась возможность отличиться.

А вот «старички» и «старушки» думали о другом. О том, насколько далеко распространяется миролюбие Циклопов из клана Зей’Нар. И насколько вероятен мирный исход нашей будущей встречи.

– Они не воюют только со своими! – с пеной у рта повторял Вольф. – А мы для них – Иные! Значит, наткнувшись на систему, в которой висит наша исследовательская лаборатория, они обязательно нападут!

Этот аргумент он озвучивал раз пять. Пока не нарвался на отповедь Джоуи:

– Нападут. Но не поэтому: сваливая с родных планет, они вынуждены были решать проблему приоритетов. Каждый ТФ-комплекс – это десятки тысяч тонн мертвого груза и объем, в котором может поместиться не одна тысяча их соплеменников.

– Ну да, много терраформеров с собой не уволочь, – поддакнул Форд. – Значит, каждая обитаемая планета – это подарок судьбы. Который надо просто поднять и отряхнуть.

– Мы им отряхнем! – хохотнула Линда. – Потом догоним – и отряхнем еще раз. Так, чтобы отряхивалка отвалилась.

– У нас или у них? – ехидно поинтересовалась Вильямс. И, выслушав крайне подробное и эмоциональное описание отряхивалкоэктомии[140], расхохоталась.

Я хихикнула вместе с ней: картина, нарисованная Пушным Зверьком, выглядела забавно. А Циклопы без этой самой «отряхивалки»… почему-то вызывали сочувствие. И, видимо, не у одной меня, так как в ОКМ почти одновременно раздались голоса Бренды и Валентины:

– Линда, ты маньячка! И как только…

– Ха, а вот и мои жертвы!!! – перебила их Горобец. А потом застонала: – У-у-у!!! Одни истребители!!!

– Картографировать систему группой из двух десятков линкоров несколько дороговато, – хмыкнул Вик, увидевший появившиеся метки одновременно с ней. Потом приглушил громкость общего канала и напомнил: – Без команды – даже не дышим!

Циклопы висели в неподвижности секунд десять. Потом отработали эволюционниками и дали тягу на маршевые движки. Кинув взгляд на все удлиняющийся кусок траектории их полета и пучок вероятных направлений движения, рассчитанных АЛБ бэкашки, я скрипнула зубами: лидер разведывательной группы Вел’Арров был полным и законченным кретином, до безобразия уверенным в собственной неуязвимости!

– Кэйшэмэры[141]… – раздалось из включенного транслятора. – Сто семь меток[142]… Шестьдесят ляйа-япов[143], четыре транспорта, производственный или исследовательский комплекс и придорожная пыль[144]…

– Это кто из нас ляйа-яп? А, Викки? – возмутилась Линда. – Они что, держат нас за нубов? Или считают, что гамают в режиме бога? У них двадцать паршивых истребителей, а у нас – шестьдесят видимых «Беркутов»! Даже не смешно!!!

– Тебе не смешно не поэтому! – поддела ее Вильямс.

– А почему? – заинтересованно спросил Шварц.

– Завидует, – объяснила Элен. – Группам Вика, Бренды… ну и мне с ребятами.

– Я? Завидую? – Горобец набрала в грудь воздуха… и угрюмо выдохнула: – Ну да, завидую! Потому что мотаюсь хрен знает где, а Вик… Вик опять воспользуется своим положением, чтобы жечь Циклопов в одну харю!!!

– В какую такую харю? – удивленно поинтересовался Харитонов. – Вы что, забыли про план операции?

– Так точно, сэр!!! – хором ответили человек десять.

– Какой может быть план, если нас обозвали ляйа-япами, сэр? – возмущенно уточнил Гельмут.

– Ну да, о чем это я? – притворно вздохнул генерал. – Ладно, жгите их к чертовой матери…

Естественно, воспринимать это предложение всерьез никто не собирался. И игнорировать – тоже:

– Ура!!!

Тем временем лидер разведывательной группы Циклопов принял решение и принялся раздавать ЦУ. В ОКМ-е сразу же стало тихо: мы слушали корявый перевод с Л’ес[145] и пытались представить картину будущего боя…

Выполняя полученный приказ, звено из двух истребителей Одноглазых, висевшее дальше всего от Рантаила-три, лениво «пыхнуло» эволюционниками и по чертовски пологой кривой двинулось к нашей группе. Еще четыре истребителя полетели на перехват разгоняющегося «Богатыря», а остальные борта, постепенно разгоняясь, двинулись к «исследовательскому комплексу».

– Да… Это вам не Шер’Нар! – оценив количество отправленных против нас кораблей, усмехнулся Харитонов. – Те бы так не наглели…

– Ничего, и этих воспитаем, – кровожадно заметила Линда. Потом, видимо, еще раз пересчитала вымпелы, летящие к Рантаилу-три, и с надеждой поинтересовалась: – Гельмутик, милый! Вам там случайно помощь не нужна?

Ответ Шварца я не услышала: Вик дернул меня в ПКМ и быстренько набросал схему боя.

Выйдя на дистанцию поражения, звено Циклопов, идущее нам навстречу, прикрылось статичными щитами и дало полную тягу на движки. Истребитель, идущий первым, сбросил с пилонов четыре тяжелые торпеды… и, подобно Линде, пристроил их за кормой своего корабля.

Вик буркнул себе под нос что-то невразумительное и забрал управление всеми четырьмя машинами. А я под шумок отобрала у Джоуи щиты. Потом увидела, что Волков разводит оба звена «Беркутов» в разные стороны, и прикрыла их стандартными «коконами»[146].

Циклопы отнеслись к нашему маневру с несказанным энтузиазмом: ведущий звена еще раз обозвал нас ляйа-япами, а ведомый предсказал, что они – то есть Циклопы – сожгут все четыре наши машины меньше чем за сорок секунд!

Я не поверила. Остальные ребята – тоже. Поэтому когда ведущий звена Одноглазых бросил свою машину к истребителю Мининой и попытался всадить в переднее защитное поле боевые части аж восьми торпед, в ОКМ-е раздался ехидный голос Шварца:

– Сорок секунд, говорите? Что ж, время пошло…

Через пару секунд после этого машина Ольги ушла в «мерцание», остальные «Беркуты» разошлись под импульс ГПИ, а я сдвинула щит так, чтобы вражеские БЧ влетали в него под острым углом. Поэтому одновременного взрыва, способного продавить защитное поле, у Одноглазого не получилось. Боеголовки взорвались последовательно. И с интервалами, достаточными для восстановления потерь в мощности щита.

Поэтому «Беркут» Ольги не пострадал. И следующая за ним машина Джоуи – тоже: те самые четыре торпеды, которые Вел’Арр вел за кормой, уперлись еще в один «косой» щит. И тоже бесславно развалились на части.

Тем временем Вик закончил работу с генераторами полей интерференции и скинул с оружейного пилона моей машины одну-единственную «Мурену».

«Экономный…» – подумала я. И на мгновение убрала статичный щит.

Ведущий звена Циклопов, обложив Ольгу чем-то явно матерным, заложил чертовски крутой вираж… и ушел в «мерцание», спасаясь от куска рубки истребителя собственного ведомого, как раз в этот момент получившего БЧ в пилотскую кабину:

– Бьердин варт койсса[147]! Кэйшэмэры сожгли Арви-ис-Тая!!!

– Ага, сожгли! – хохотнул Джоуи. Слава богу, не в транслятор. – И что тут странного?

На выходе из «мерцания» машина лидера звена, деморализованного гибелью ведомого, окуталась облаком противоракет, провернулась вокруг своей оси дюзами вперед и сбросила с пилонов торпед двадцать. На мой взгляд, зря: торпеды сходили с направляющих партиями по четыре штуки, и для обеспечения старта каждой из них требовалось убирать щиты. А каждое мгновение пребывания без щитов было чревато весьма нехорошими последствиями. Впрочем, и с ними – тоже: судя по траектории, по которой Вик вел наши «Беркуты», он выбрал на роль «посылки» именно эту машину.

Выстрела из «Дырокола» я не увидела – занималась щитами. Зато узрела результат его использования: истребитель Вел’Арра мотнуло «вправо», потом крутануло вокруг продольной оси и кинуло на одну из его собственных противоракет.

– Готовы. Оба… Значит, можно вырубать секундомер… – удовлетворенно выдохнул Вик. И, мгновенно забыв про дрейфующий корабль, развернул все четыре «Беркута» носами к Рантаилу-три. Вернее, не совсем к нему, а к шестерке истребителей Вел’Арров, несущихся к нам на форсаже.

Тот, кто командовал этой группой, был чертовски расчетлив. И летал на уровне лучших пилотов второй очереди. Поэтому первые торпеды, выпущенные Виком с предельной дистанции, ушли в никуда. Потом Циклопы разбили строй: четыре борта атаковали меня с Волковым, а оставшиеся два – Ольгу и Джоуи. Вернее, им казалось, что они атакуют два разных звена, а на самом деле они бодались с Виком. И его маленькой, но очень живучей «Каруселью».

Попытка зайти в хвост «Беркуту» Маккормика, предпринятая лидером этой группы Циклопов, закончилась неудачно: мой истребитель, брошенный в довольно крутой вираж, оказался в полутора километрах от кормы ведомого «двойки» и отработал «Дыроколом». Причем не куда-нибудь, а в сегмент брони, под которым располагалась топливная магистраль. Движки Циклопа отрубились почти сразу, и он, вместо того чтобы следовать за уходящим в сторону ведущим, проорал что-то непонятное. И пошкандыбал дальше. Тем же курсом, которым двигался его корабль до попадания.

Потом он сообразил, что все еще способен стрелять, и «уронил» с пилонов первые четыре торпеды. А вот вторые четыре уже не успел: в борт его машины влетела пущенная Виком «Мурена».

Его ведущий, оставшись без напарника, тут же отстал от Маккормика и попробовал пристроиться к четверке, атакующей истребитель Волкова. Но опоздал: Виктор, дорвавшийся до возможности повоевать на «Беркуте», всадил в него противоракету. С сектора, уже не прикрытого защитным полем.

Тем временем Элен и ее группа дорвались до преследователей «Богатыря». Трое из четверых Циклопов, сдуру проигнорировавших корабли сопровождения, сгорели на первом же заходе. Причем ведущего первого звена и ведомого второго звена сожгла Элен, а ведомого первого – Валентина.

Последний оставшийся в живых Вел’Арр ушел в вираж, лежащий за пределами возможностей его машины… и потерял один из движков! В буквальном смысле этого слова: как только боковая перегрузка повела силовую раму и таким образом разбалансировала фокус выхлопа, искин истребителя взял и отстрелил один из двигателей!

Естественно, не воспользоваться таким подарком судьбы девочки не смогли. И отправили к машине по «Мурене»…

Услышав вопль «Орди’Эсс!»[148], лидер четверки, пытающейся уронить хоть кого-нибудь из нас, отвлекся на пару сотых секунды. И недостаточно четко отработал эволюционниками. Второго шанса на маневр Вик ему не дал: притер к нему машину Мининой и выстрелил из деструктора.

Попал. В энерговод, ведущий к генератору защитного поля. А когда кораблик лишился щита, вывесил перед ним стайку противоракет… и засадил их в машину его ведомого, оставшуюся без фронтального щита. А мгновением позже развалил и машину самого лидера…

– Что за ерунда? – перевел транслятор. – Мы горим, как мошки в пламени костра.

– Уходим… Делай, как я, – проорал лидер разведывательной группы. А через мгновение скопление меток, почти коснувшееся пятнышка «исследовательской лаборатории», принялось тормозить.

– Стоун! Ну как, успеете? – поинтересовался Харитонов, внимательно отслеживающий все маневры Циклопов.

– Да, сэр! – отозвалась Бренда. – Достанем минуты через полторы.

Последние два «наших» Циклопа сражались доблестно… и крайне неизобретательно: для того, чтобы создать иллюзию долгого боя, Вику пришлось «тупить не по-детски». И атаковать исключительно «Муренами».

Впрочем, со стороны бой смотрелся очень эффектно: шесть «Беркутов» раз за разом бросались на истребители Одноглазых и раз за разом пролетали мимо. Ведомый пары «неуловимых» даже слегка возгордился, начал комментировать каждый удачный маневр и… докомментировался: услышав очередной крайне нелестный отзыв о своих способностях, Волков забыл про инструкции и всадил в кабину оратора противоракету. Потом тем же макаром сжег и его ведущего. И… извинился:

– Простите, сэр, я сделал все, что мог… И победил с ба-а-альшим трудом!

– Аж взмок, наверное, – фыркнул Харитонов. – Ладно, сойдет и так. Можешь расслабиться и посмотреть шоу «погоня за зайцами».

Кого как, а меня шоу не восхитило: восемь истребителей Вел’Арров неслись к точке погружения на пределе возможностей движков их истребителей. А следом летела группа из трех десятков «Беркутов» и изредка продавливала щиты какого-нибудь из беглецов сосредоточенным залпом «Мурен». Циклоп, получивший в корму пять-шесть десятков БЧ, вспухал маленьким, но очень ярким облачком, превращающих траекторию полета Одноглазых в нечто, похожее на гирлянду…

Пять… четыре… три… – мысленно считала я, провожая взглядом тающий ордер непрошеных гостей. И в какой-то момент даже засомневалась, помнят ли Бренда со товарищи поставленную перед ними задачу.

Оказалось, что помнят: предпоследний Циклоп развалился на части секунд за десять до достижения скорости перехода. А последний… Последний ушел. Прямо из-под носа пущенной вслед «Мурены».

– Задача выполнена, сэр! – заложив вираж в точке перехода, радостно доложила Бренда.

– Ага! Одна падла сумела уйти, – в унисон ей добавила Линда.

– Не расстраивайтесь вы так, госпожа Горобец, – ехидно поддел ее генерал. – «Одна падла» обязательно вернется! Эдак часов через двадцать пять.

– И что с того? Ее сожжет либо Вик, либо кто-то еще, – обиженно пробормотала Горобец. – А я, как конченая нубасина, буду караулить какой-нибудь особо ценный астероид, местный пояс Койпера или фотосферу Рантаила.

– Не будете! Даю слово, – усмехнулся генерал. Потом вышел в эфир и рявкнул: – Майор Заремба?

– Я, сэр! – отозвался командир транспорта «Вардан», болтающегося где-то в поясе астероидов.

– Я подсветил «посылку»… Видите?

– Да, сэр!

– Действуйте.