Виктор Волков
За время нашего отсутствия в системе Лагоса произошли большие перемены. Во-первых, вокруг планеты теперь висело шесть орбитальных крепостей. Причем, судя по массам покоя новых, их монтаж уже перешел в стадию завершения. Во-вторых, пространство, еще недавно усеянное обломками своих и чужих кораблей, оказалось основательно почищено, а в космосе наряду с военными тральщиками работало штук сорок гражданских судов. В-третьих, в секторах подхода[39] каждого из Ключей очень добросовестно устанавливались управляемые минные поля – неподалеку от суетящихся там МЗ-шек висело по транспорту с боеприпасами. В-четвертых, в системе стало не продохнуть от военных кораблей – Шестой флот, доукомплектованный до штата военного времени, рассыпавшись в пространстве, отрабатывал какие-то упражнения.
– Ура, Демоны вернулись!!! – радостный вопль диспетчера одного из Ключей заставил меня улыбнуться и вспомнить о необходимости запросить курс подхода к планете и посадочный коридор.
– Ключ-два! Я – Демон-пять! Группой из десяти кораблей следую на Лагос-два! Прошу…
– Парни! Вы что? Садитесь куда угодно и как угодно! – перебив меня и заглушив пару десятков голосов, пытающихся выразить нам свое уважение, взвыл диспетчер Башни. – И двести шестой, и первый квадраты в вашем распоряжении! Где вы так долго? Мы уже заждались… О черт… Переключаю на командующего базой полковника Ридли…
– Привет, Демоны! – в голосе Железного Джо было столько искренней радости, что я невольно заулыбался. – Садитесь на первый. Жду…
– Есть, сэр! Башня, я – Демон-пять! Девять бортов идут курсом на первый, а одна машина – в двести шестой…
– Демон-пять, я – Башня, вас понял…
После появления в эфире начальства гомон слегка поутих, однако тон переговоров командиров двигающихся вокруг планеты кораблей здорово изменился: даже не видя их лиц, я чувствовал, что улыбаются и они…
– Чертовски рад вас видеть… – Ридли, одетый в рабочий комбинезон без знаков различия, стоял метрах в двадцати от моего корабля и ошарашенно пялился на его броню. – А это откуда?
– Опять куда-то влез, неугомонный… – ухмыльнулась обнявшая меня за талию Иришка. – Вот и заляпался…
Я повернулся к своему «Кречету» и всмотрелся в нанесенный на его нос рисунок. Ощущение, впервые испытанное на Ньюпорте, никуда не делось: алый с поволокой взгляд Демона, изображенного на носу машины, отдавал безумием, а ехидный оскал пасти, полной зубов, вызывал желание поежиться.
– Идея генерала Харитонова… – вдоволь налюбовавшись на символ Проекта, ответил я. – Помните машину того Циклопа, который вызвал меня на поединок? Он решил, что на ней было изображено что-то в таком стиле, и тоже захотел возродить хорошо забытые традиции Старой Земли.
– Сумасшедший рисунок… – не отрывая глаз от скалящегося чудовища, сказал полковник. – Пробирает до костей. Кстати, если я правильно понял, о какой традиции идет речь, то на каждой из ваших машин должен быть изображен еще и боевой счет…
– Ага! Щазз!!! – недовольно буркнул Шварц. – Боевой счет только у Волкова. У остальных – жалкое подобие…
Ридли расхохотался:
– Да ладно прибедняться! Видел я результат ваших жалких подобий. До сих пор обломки собираем… Ладно, шутники, счет посмотрим потом. Пошли ко мне – есть кое-какие новости, которыми надо поделиться…
В приемной командующего базой оказалось многолюдно. Кроме Павла Забродина, засиявшего при нашем появлении, в ней находилось еще шесть человек. Двое гражданских и четыре офицера. В званиях от капитана и выше. Пройдя мимо жаждущих общения с начальством и затолкав нас в кабинет, полковник закрыл за собой дверь и, жестом приказав располагаться, уселся в свое кресло.
– Итак, новость номер один. Перед казармой капитана Беккера стоят новенькие «Кречеты». Десять штук. Это ваш новый резерв. Там же можно найти корабль-носитель «Посейдон». Он тоже поступает в ваше распоряжение. Интересный кораблик. Последняя разработка «Централ Спейсшип». Что-то вроде авианесущего крейсера. Три посадочных стола, столько же грузовых палуб. Способен перевозить до тридцати «Кречетов» в трюмах и еще столько же на внешней подвеске. Четыре двигателя «FRP-600», генератор защитного поля «WDS-44», довольно приличная дальность хода. На борту развернуты РВК[40] «Гном», полевой медблок класса «Авиценна», ВИК[41] «Альтернатива» и ПРК «Эдем». С вооружением чуть хуже – оно стандартное для эсминца класса «Шторм». С командиром корабля, майором Борном, познакомлю позже. Сидит в приемной…
– Забавно… – в общем канале мыслесвязи пробормотала Иришка. – Четыре «FRP-600» на такую машину – это перебор. Хотя, думаю, она сможет разгонять себя и шестьдесят «Кречетов» где-то в режиме уиндера…
– Угу… – поддакнул ей Игорь. – Судя по описанию, что-то вроде «Миски»[42], только рассчитанной на дальние рейды…
– Наговорились? – заметив, что мы переглядываемся, усмехнулся Ридли. – Эта новость не главная. Вторая – заметно интереснее: на его борту двадцать экспериментальных скафандров и новое оружие…
– И что оно собой представляет? – как главный специалист подразделения по наземным операциям, заинтересованно спросила Иришка.
– А я знаю? – расхохотался Железный Джо. – Вы бы видели, сколько вокруг «Посейдона» «контриков»! Проще получить доступ в хранилища Центрального Казначейства Конфедерации, чем объяснить этим деятелям, что я потерял на охраняемом ими корабле…
– Ясно… – улыбнулся я. – Посмотрим сами. Что-то еще?
– Угу. Ваш аналитик предложил интересную идейку, и мне хотелось бы ее с вами обсудить. Но не сейчас, а, скажем, завтра во второй половине дня: во-первых, уже достаточно поздно и вас ждут, а во-вторых, затребованные для ее нормального обсчета данные пока не пришли…
– Ждут? Командир «Посейдона»? – спросил я.
– Нет… – Полковник хитро прищурился и кивнул в сторону окна: – Загляните часа через два в «Гнутую подкову»…
– А не заглядывать можно? – вздохнула Вильямс. – Откровенно говоря, официальных мероприятий на Ньюпорте нам хватило за глаза…
– Только попробуйте! – возмущенно выдохнул Ридли. – Это НЕ официальное мероприятие, а… Впрочем, увидите сами…
– За три часа я умру с голоду… – поморщился Гельмут. – Слетать, что ли, в город?
– Никаких городов… – спохватился Железный Джо. – Чуть не забыл: через десять минут вы должны быть на «Посейдоне». Майор Родригес уже заждался…
– Чего это вдруг? – возмутилась Вильямс. – Мы полчаса, как в системе, а он уже устал? Нет, я, конечно, тоже по нему соскучилась, но по креслу, как видите, не ерзаю…
– Он четвертые сутки как на иголках. Все уши мне прожужжал. Говорит, что торопится обратно… – объяснил полковник. – Ладно, идем, познакомитесь с майором Борном. Он вас к Рамону и отвезет…
Уложиться в три часа не удалось: процесс подстройки новых скафандров к нашим БК-ашкам оказался довольно муторным и продлился до одиннадцати вечера. Поэтому, вывалившись из «Авиценны», мы были слегка не в себе, а единственной темой, которую хотелось обсуждать, – это перспективы использования нового боевого комплекса «Страж».
Ибо называть то, что под нас создали ученые, просто «скафандром» не поворачивался язык.
Однако одевшись и нацепив на предплечья свои коммы, мы были здорово удивлены: не знаю, как у остальных ребят, а на моем «P&В» мигало двадцать восемь иконок пропущенных вызовов.
Пришлось плестись в «Подкову», в душе проклиная организаторов будущей пьянки и свое непутевое счастье, совместившее во времени процедуру подстройки «Стражей» с мероприятием в баре. И сильную слабость с головной болью, явившуюся следствием вмешательства Родригеса в нормальное функционирование БК-ашки. Впрочем, стоило нам перешагнуть порог «Гнутой подковы» и увидеть радость в глазах собравшейся там компании, как усталость куда-то испарилась, оставив вместо себя ощущение тихого и ничем не замутненного счастья. И почему-то легкую грусть…
В компании не было никого лишнего – полковник Ридли, капитан Беккер со всеми оставшимися в живых Оборотнями, прилетевшие вместе с нами майор Тишкин и капитан Иевлев с несколькими «контриками». А также Рамон Родригес, невесть как добравшийся до бара раньше нас, и Толстый Тэд, незаметно оказавшийся за нашим столом.
Как ни странно, несмотря на торжественность повода – обмывание новых званий и наград, – никакого пафоса или официоза в тостах, звучавших за столом, не было. Зато искренности и ощущения тепла было хоть отбавляй. Поэтому я нисколько не удивился, увидев, что Гельмут разворачивает над столом фрагмент голограммы, снятой во время нашего награждения. И, поставив воспроизведение на паузу, тычет пальцем в свою виртуальную грудь:
– …четыре ордена сразу – это перебор…
Капитан Беккер, получивший орден Славы первой степени, отрицательно мотал головой и не соглашался:
– Если бы не вы, Конфедерация потеряла бы сразу три системы. Поэтому все, что вам вручили, вполне заслуженно!
– Ты не понимаешь! – возмущался против обыкновения совершенно серьезный Шварц. – Вот лидерам наших звеньев этих четырех мало. Они… в общем, поверь на слово – им можно было дать и по пять-шесть. А остальным было бы достаточно и одного…
– Вик! – Голос Толстого Тэда, раздавшийся откуда-то из-за спины, заставил меня отвлечься от их разговора и развернуть кресло вокруг своей оси. – Тут меня сын замучил: просит познакомить с кем – нибудь из вас. Может, скажешь ему пару слов? – комкая в руках поварской колпак, робко попросил хозяин «Подковы».
– Без проблем! Зови! – ухмыльнулся я. – Если он, конечно же, еще не спит…
– Уложишь его, как же… Томми! Иди к нам! – перекрикивая гул голосов, позвал Тэд, и из-за стойки показалась хитрая мордашка пацана лет восьми.
Ловко прошмыгнув между столами, парнишка спрятался за спиной отца и восторженно посмотрел на меня.
– Садись рядом, не бойся! – подтащив поближе свободное кресло, улыбнулась ему Иришка.
– А я и не боюсь! – выпятив подбородок, дрожащим голоском ответил Томми и сделал два шага вперед. – Вы не страшные! Вы только Циклопов убиваете, а своих защищаете! Папа говорит, что вы – великие воины и даже мухи не обидите зря!
– Правильно говорит… – протягивая парнишке ладонь, сказал я. – Мало чести обижать слабого…
– А по сравнению с вами все кажутся слабыми! – немного осмелев, пацан сделал еще шаг вперед и, зажмурившись, пожал мне руку. – Вон, у вас какие кулаки! Как голова у папы. А еще я видел, как тренируется Яков Гашек. И как взлетают все ваши «Кречеты». Правда, когда я об этом рассказываю в школе, мне не верят…
– А зря! – Ира погладила его по голове и пообещала: – Будешь хорошо учиться, прокачу на своем истребителе…
– Правда? – У парнишки отвалилась челюсть и загорелись глаза. – А «хорошо» – это как? У меня нет ни одной четверки! Я хочу стать Демоном, а папа сказал, что к вам берут только круглых отличников и лучших учеников школы. Скажите, что мне нужно сделать, чтобы вы меня прокатили?
– Отличник? – удивилась Орлова. – Тогда больше ничего! Прокачу просто так…
– А можно сделать головидео на фоне корабля Большого Демона? – в глазах Томми была такая мольба, что я расхохотался:
– А кто такой Большой Демон?
– Вы, конечно! – удивленно посмотрев на меня, ответил мальчишка. – Вас все так называют! А Ирину Орлову – Тенью…
– Почему Тенью? – спросила Иришка.
– А вы знаете, как вы взлетаете? – Томми сообразил, что спорол чушь, и покраснел. – В общем, когда ваше звено отрывается от посадочного квадрата, первые две машины идут вплотную. Как будто человек и его тень. А «Кречет» Марка Гомеса летит чуть поодаль…
– …Как служебная собака по кличке Пушок! – хихикнула прислушивающаяся к нашей беседе Элен.
– И ничего не как собака! – мальчишка возмущенно нахмурил брови. – А как настоящий телохранитель!
– Не… к телу Вика не подберешься! Орлова бдит… – расхохотался Марк и, встав со своего кресла, перетащил его поближе к нам. – Не обращай на Вильямс внимания: она всех нас любит, просто не может не шутить…
– Я понимаю… – робко улыбнувшись, Томми повернулся к Вильямс и, подумав, добавил: – Я вас уважаю. Очень сильно: вы лидер звена, и это очень круто. Только вот Большого Демона и Тень я все-таки уважаю сильнее.
– Понятно… – притворно вздохнула Элен. Тогда, может, вместо того чтобы летать с Иркой, попросишься в «Кречет» к Вику?
– Не могу… Хотя это было бы вообще жутко круто… – вздохнул мальчишка. – Но как я могу отказаться? Ведь я мужчина и уже ей обещал…
Мы дико расхохотались, а Иришка, ограничившаяся легкой улыбкой, вполголоса произнесла:
– Ты – настоящий мужчина! Я вижу. А у тебя есть девочка, которую ты любишь?
– Есть! – Пацан замялся. – Только она об этом еще не знает… Но я за нее отдам жизнь, если будет нужно!
– Она учится с тобой? – поинтересовался я.
– Ага! Сидит за соседней партой.
– Тогда сделаем так… – Я хитро посмотрел на парня и подмигнул Тэду. – Сегодня ты немного полетаешь с Ирой, чтобы привыкнуть к нашим кораблям, и, если хочешь, сделаешь пару роликов головидео на фоне любого из них. А завтра утром мы прилетим к тебе в школу и встретимся с твоим классом. И если ты будешь не против, после уроков покатаем всех твоих одноклассников. Причем ты полетишь в рубке моего корабля, твоя ненаглядная – в «Кречете» Тени, а все остальные – в истребителях остальных ребят…
– Ух, ты! – У Томми от удивления отвалилась челюсть, от чего он сразу растерял всю свою «солидность». – Точно прилетите?
– Даю слово! – Я серьезно посмотрел на него. – Хочу познакомиться с теми, кто придет нам на смену. Сколько человек в твоем классе?
– Двадцать.
– Отлично! По девять человек на звено плюс ты и твоя подруга. И один свободный корабль. Такая перспектива тебя устроит?
– Еще бы! – выдохнул Томми и схватился за го-ову. – Ой, что завтра будет твориться в школе…
– Ладно, беги, готовься к полету. Через десять минут будь готов. Тень сейчас доест второе и будет ждать тебя на улице…
– Есть, сэр! – Томми вытянулся в струнку и, отдав мне воинский салют, исчез.
– Вик, ты серьезно? – удивленно спросил меня Тэд.
– Конечно! Пора знакомиться с молодежью. А то надоело вариться в собственном соку. И потом, генерал Харитонов прав: то, что о нас думают дети, действительно важно. Поэтому объясни мне, где его школа и во сколько туда лучше прилетать…
В школу мы отправились к трем часам дня. Сразу же после утренней тренировки. Минут за пять до приземления я скинул на комм Томми сообщение о точном времени прибытия и, оглядев на удивление серьезных ребят, сидящих в парадных мундирах со всеми орденами и медалями, улыбнулся:
– Ну, что, морально готовы?
– Будешь смеяться, Вик, но мне немного не по себе… – призналась Вильямс. – Если бы ко мне в школу прилетели самые настоящие Оборотни, то я бы, наверное, умерла от гордости…
– Я бы тоже… – поддакнул ей Гарри. – А если бы мне позволили с ними полетать…
– Ну, пусть нам с этим не повезло – зато порадуются другие… – хмыкнул Гельмут и, дождавшись, пока «Капля» зависнет над площадкой для посадки машин аварийных служб, первым выбрался из бота.
Толпа детей, учителей и нескольких гражданских, скорее всего, родителей, стояла метрах в пятидесяти от нас и не решалась тронуться с места. Пришлось двинуться навстречу. Ошарашенные лица школьников выглядели настолько забавно, что я еле сдерживал улыбку. Слегка замешкавшийся Томми, с трудом распихав стоящих в первых рядах учеников старших классов, вырвался на оперативный простор и, подойдя к нашей компании, протянул мне руку:
– Спасибо, что приехали, господин капитан! Спасибо и вам, господа офицеры! Разрешите пригласить вас в здание школы?
– Здравствуй, Том! – также серьезно поздоровались мы. – Веди…
Улыбнувшись безмолвной толпе, я попросил:
– Дорогие учителя! Будьте любезны проводить нас куда-нибудь туда, где мы бы могли немного пообщаться со всеми сразу. Скажем, в спортивный зал. Ребята! На вас лица нет. Мы же настоящие! Чего нас бояться? Закройте рты и дуйте занимать лучшие места…
Толпа детей с довольным ревом исчезла в здании, а молодой, но уже довольно полный мужчина, представившийся директором школы, униженно кланяясь, попытался выяснить у нас фамилию лица, давшего разрешение на встречу. И причины, по которым его не предупредили о нашем прилете заранее.
– Уважаемый господин Бланшетт. Мы прибыли без какого-либо разрешения. Выполняя просьбу одного из учеников вашей школы… – сказал я, стараясь не морщиться от лицезрения слащавой гримасы собеседника. – Нам показалось, что этого вполне достаточно. Здесь не планируется ничего официального. Обычная беседа с теми, кого нам приходится защищать. Так что можете расслабиться и заниматься своими делами. Или, если есть такое желание, занять место среди своих подопечных…
– Но, может, сначала зайдем ко мне, вы поговорите с учителями, а я в это время свяжусь с руководством… – загундосил он.
– Мы приехали к детям. И общаться будем только с ними. Если у вас есть желание устроить встречу с коллективом преподавателей, то пришлите официальный запрос в канцелярию базы на имя командующего ВКС системы полковника Ридли, Он его обязательно рассмотрит и в течение пары месяцев пришлет ответ. Если это вас не устраивает, то… можете пообщаться сейчас. Вон с тем хмурым и неулыбчивым капитаном. Думаю, после беседы с ним у вас пропадут все вопросы… – Я кивнул в сторону капитана Иевлева, как раз выбравшегося из сопровождавшего бот «Кондора». И, отодвинув в сторону слегка ошарашенного директора, двинулся туда, куда тянул вцепившийся в мой указательный палец Том.
Дети стояли строем, ежась под строгими взглядами учителей, и мне стало их жалко:
– Дорогие учителя! Я попрошу вас ненадолго забыть о ваших обязанностях. Дайте детям возможность расслабиться. Если я выразился непонятно, – увидев, как один из преподавателей демонстрирует кулак пошевелившемуся ребенку, я слегка разозлился, – то выражусь проще. Все взрослые СОВЕРШЕННО СВОБОДНЫ. Да, да, можете идти! Я вас не задерживаю. Не волнуйтесь – здесь нас никто не обидит… – А потом, переведя взгляд на детей, спокойным голосом добавил: – Ну, кто тут достаточно галантен и смел, чтобы принести стулья нашим дамам?
Увидев, что произошло после этих слов, я мысленно схватился за голову. Но было уже поздно: в результате короткой потасовки за стулья добрая половина ребят оказалась на полу. Впрочем, побоища не произошло – видимо, они тут же сообразили, что мы можем и обидеться, и быстренько погасили конфликт. Впрочем, в итоге каждый стул тащило человек по пятнадцать, так как стульев нужно было всего девять, а «галантных кавалеров» и «смельчаков» в школе оказалось просто немерено.
– Теперь берите маты, бросайте их на пол и устраивайтесь поудобнее. Честно говоря, я бы тоже предпочел общаться, лежа на матах, но боюсь помять форму. А в мятой Тень в казарму не пустит. Знаете, какая она строгая?
Под общий смех вокруг нас мгновенно образовалось что-то вроде живого галдящего ковра, и через пару минут дети забыли все ценные указания, полученные от учителей. Вопросы следовали один за другим: о внешнем виде Циклопов, о количестве сбитых нами кораблей, об условиях поступления в разные Академии ВКС. К нашему удивлению, оказалось, что им известно о нас гораздо больше, чем мы думали: у большинства мальчишек оказались записи всех боев, выложенных в Галанете, а также довольно большие объемы личной информации о каждом из офицеров нашего подразделения, собранной из того, что имелось в общем доступе.
Освоившись, мальчишки и девчонки с пеной у рта спорили о тактике ведения космических боев, о достоинствах и недостатках тех или иных классов кораблей, о ТТХ вооружений и перспективах победы над Циклопами. Некоторые делились своими мечтами, две трети из которых касались службы в элитных подразделениях ВКС, в том числе и под моим началом. Потом я сбросил им на коммы небольшой файл с записями боев своего звена и чуть не оглох от восторженного рева. А когда часа через два я объявил, что нам пора, и попросил одноклассников Томми собраться около «Капли», в зале установилась мертвая тишина: в глазах детей, не попавших в число счастливчиков, словно выключили свет. Пришлось пообещать, что это посещение школы будет не последним…
Техники из экипажа «Посейдона» поработали на славу: пластиковые гарнитуры, выданные каждому из одноклассников Томми, позволяли видеть слегка упрощенную, но все-таки настоящую картинку из шлема боевого скафандра. И слышать переговоры в общем канале. Поэтому с момента отрыва «Кречетов» от посадочного квадрата и до посадки обратно полетом рулили наши пассажиры. Они запрашивали разрешение на взлет, беседовали с диспетчерами орбитальных крепостей и Башни, а также выполняли простенькие задачки по ориентированию. Зрелище учебной атаки специально оставленного без пассажира Марка на патрульную четверку «Торнадо» вызвало в детях такой шквал эмоций, что после приземления из «Кречетов» их пришлось выковыривать.
Подарив каждому из них на память майку с эмблемой Демонов, мы с Ириной отвезли их обратно к школе и сдали на руки умирающим от беспокойства родителям. Томми, пожав мне руку, серьезно посмотрел мне в глаза и вздохнул:
– Сегодня был самый счастливый день в моей жизни. Спасибо вам, Демоны! Теперь мы знаем вас гораздо лучше, чем раньше. И будем волноваться за вас еще больше. Берегите себя, ладно? А вы, Тень, держите спину командира! Он у вас один…
– Я очень стараюсь, малыш! – Ира присела перед ним на корточки. – Понимаешь, он для меня больше, чем командир. Я его очень люблю! Так же, как ты свою Лизу! И когда мы разберемся с Циклопами, я выйду за него замуж…
– Тогда я за него спокоен… – сделал вывод пацан и, отойдя от бота подальше, на прощание помахал нам рукой…
– Знаешь, я бы хотела родить тебе такого же серьезного мальчугана… – мечтательно улыбнувшись, мысленно прошептала мне Иришка, когда мы, подняв «Каплю» в воздух, полетели на базу. – И забыть о войне. Ты молодец, что привез меня в эту школу. Мне стало так тепло на душе, что хочется плакать…