82. См. Kennan. 1971 и обзор творчества Кюстина Ерофеевым (Erofeev. 1990). В качестве французского оригинала я использовал издание в четырех томах (Custine. 1843). Путевые записки Кюстина нельзя использовать без оговорок. Автор побывал не во всех славных городах России, не сумел соприкоснуться со всеми социальными слоями. Он мог общаться только с теми русскими, которые владели французским или каким-нибудь другим европейским языком, то есть его контакты ограничивались в основном представителями русского дворянства или государственными чиновниками. Путешествие Кюстина не имело определенной цели (он указывает на «бессвязный характер своих мыслей», 282). В книге много повторений, особенно это касается того, что отталкивало Кюстина в русской действительности (так же и русские дворяне иронизировали над французами). Как отмечал Кеннан (Kennan. 1971, 75), Кюстин испытывал противоречивые чувства по отношению к Николаю I, и это симптомы «самого болезненного, даже мучительного и двойственного отношения». Кюстин преувеличивал негативные стороны России (там же, 120). Иногда Кюстин ошибается по существу, когда он распространяет свои наблюдения над русскими на славян в целом (например, он заявляет, что «все славянские крестьяне — воры...» [496], — явное преувеличение, даже в приложении к самим русским). Субъективны и некоторые интерпретации Кюстина, когда, он оспаривает значение поэзии Пушкина (289) или критично отзывается о внутреннем убранстве православных церквей (424).Однако большинство критиков сходятся во мнении, что в целом книга Кюстина очень проницательна. Александр Герцен писал, что это «бесспорно наиболее увлекательная и умная книга, написанная иностранцем о России», а Виктор Ерофеев замечает, что «слова Герцена актуальны и сейчас, несмотря на огромное количество книг, написанных о России с тех пор (Erofeev. 1990, 23). Кюстин общался с «настоящими бородатыми русскими», хотя и по-французски. Он верно отмечает в конце книги, «Я не все увидел, но мне все открылось» (617).В последнем романе Юрия Дружникова «Ангелы на кончике иглы» (1989) рассказывается о том, как маленькая самиздатовская книжечка Кюстина попадает на стоя редактора советской газеты. Последующие события показывают, что оценки Кюстином России времен Николая I совершенно подходит и для России брежневского времени. Как отмечает автор романа, полный и бесцензурный перевод книги Кюстина до сих пор не вышел из печати.