На служебную парковку мы с коллегой подрулили вместе. И были очень рады друг другу, как всегда. Потому что привыкли воспринимать жизнь с одинаковой уверенностью, что солнце точно есть. И что просто бывают дни, когда его не очень видно за облаками.

– Знаете, приходила ваша пациентка. Там возрастная норма. Есть еще мелочи, поэтому стоит продолжить лечение…

– Она хорошо все восприняла?

– Да, она абсолютно адекватный человек.

– Не только: она еще и дама в возрасте!

– Да! Это да… Знаете, я ведь не удержался, она же дерматолог!

– Воспользовались служебным положением?

– Да. Захотел показать ей одну штуку.

– Так-так?

– Штука на ноге!

– О!

– Поэтому пришлось снимать штаны. И я ее спросил: можно ли закрыть дверь.

– А она?

– Сказала: «У нас с вами такая разница в возрасте, что мы можем позволить себе ее закрыть».

– Штука ей понравилась?

– Да, во всех смыслах!

– Эх!

– Что?

– Я вот думаю, как лучше поступать в такой ситуации. Закрыть дверь или оставить открытой…

– Почему?

– А она очень привлекательная дама в возрасте. К тому же вы оба хихикали…

– Ну да!

– Ну так вот!

– То есть я ее все-таки скомпрометировал?

– Я не знаю. Прежде всего не знаю, кто именно из вас обоих сильнее скомпрометировал другого! Могу сказать одно: иногда правдой выглядит то, что абсолютно ею не является. Как и наоборот!

Мы посмеялись, взяли штурмом турникет, пожелали друг другу хорошего дня и разошлись в разные стороны. Но сейчас, сидя в парикмахерской, я думаю об одной вещи: часто ли мы отказываемся от репутации, которая сама плывет нам в руки?

Я помню историю, как сама не смогла устоять. И всячески поощряла всех, кто думал о том, что новый «мерседес» мне подарил любовник. Клевали многие. Даже приехавший читать лекцию абсолютно реалистичный коллега с кафедры, садясь в него, до предела отодвинул кресло назад и уверенно сказал-спросил:

– Подарили?

Так я поняла, что пора обзавестись репутацией. И использовала свой шанс. Слово «кредит» я доверила тогда узкому кругу коллег. Умоляя их не выдавать меня.

Даже заведующий кафедрой всячески подыгрывал мне. И в нужный момент невинно вставлял, глядя на растерянное лицо очередного сотрудника: «Вы видели, какую машину Ане подарили?»

И только про одно событие я могу рассказать уже сейчас, когда все действующие лица той истории подзабыли остроту всех потерь: именно из-за моего черного мерса на парковке случилась авария.

На второй или третий день счастливого обладания, уже в конце рабочего дня, я гордо распахнула дверцу и села в салон. В тот момент, когда я садилась, один из моих коллег сдавал задом на своем авто. Он впервые увидел хозяйку новой машины на парковке и очень некстати отвлекся, продолжая движение.

Поэтому его машина со всего маху въехала в стоящий сзади «ниссан» другого коллеги.

На следующее утро тот, в которого въехали, возбужденно размахивал руками на утренней конференции, рассказывая окружающим про вчерашний инцидент:

– К-как он так, даже не пойму! Снес мне бампер на ровном месте…

Я горестно покосилась на Димку Парфенова, который безмятежно сидел рядом, и тихо просвистела ему в ухо:

– Димка! Это все из-за меня вчера…

– В смысле?! У них дуэль, что ль, была из-за тебя?

– Да нет, Паша засмотрелся и въехал в него…

– На что засмотрелся? На тебя?

– Да, на меня в новой машине. Он, сдавая задом, понял, чей это новый мерс. Отвлекся и снес ему бампер… Только ради бога! Никому!

– Да я – могила!

– Умоляю! Я вчера свалила, когда он вылез и осматривал руины морды «ниссана»… И про кредит за мерс – тоже никому! Ну будь мужчиной: у меня есть шанс на репутацию!

– Ань, теперь у тебя уже не шанс есть, а сама репутация!

– Вот и отлично. Только не порть мне всю малину! Текст помнишь?

– Ага. «Мужики, я знаю точно, кто купил этот мерс. Но поймите: сказать вам этого не могу…»