Волохо́нский, Анри Гиршевич [19.03.1936, Ленинград – 8.04.2018, Рексинген, Германия] – поэт, прозаик, переводчик267.
Закончил Ленинградский химико-фармацевтический институт, аспирантуру Всесоюзного научно-исследовательского института озерного и речного рыбного хозяйства (Ленинград). Работал по специальности, в т. ч. в многочисленных морских экспедициях на Крайнем Севере (см. «Воспоминания о давно позабытом»). В 1973 эмигрировал в Израиль, жил в Тивериаде, работал в лаборатории изучения флоры и фауны озера Киннерет. В 1985 переселился в Германию, работал переводчиком, диктором и редактором на радиостанции «Свобода». В 1995 переехал в Тюбинген. С 2004 прожива<л> в селе Рексинген под г. Хорб.
Словесным творчеством занима<л>ся с середины 1950‑х. Большую роль в становлении поэта сыграло его знакомство в конце 1950‑х с поэтом Р. Мандельштамом, чей сборник «Избранное» А. В. издал в 1982 в Иерусалиме, а в 1960 – с поэтом А. Хвостенко (А. Х.) и начало плодотворного сотрудничества с ним. В соавторстве с Хвостенко (под инициалами А. Х. В. – см. «Всеобщее собрание произведений») было написано около 50 песен, циклы басен «Темпераменты» и «Народы и ремесла», трагедия «Домкрат», комическая драма «Лабиринт, или Остров лжецов», пьесы «Первый гриб», «Запасной выход» и др.; «Касыда министру культуры», шахматная поэма «Настоящее сражение», детские стихотворения «Война котов и мышей» и др.; осуществлены переложения произведений В. Буша («Шушу»). В 1960‑е А. В. был близок к кругу «Верпы» (А. Хвостенко, Ю. Гале́цкий, Л. Ентин, И. Стеблин-Каменский): ряд его произведений отличает характерный для поэтики Верпы абсурдистский юмор («Буденный: Героическая драма Верпы», 1964), однако непосредственно в деятельности Верпы А. В. не участвовал. В 1963–66 была написана поэма «Фома», одно из наиболее значительных произведений А. В., с которого сам автор ведет начало своего зрелого творчества. Заявленное в поэме утверждение «Вся человеческая речь – / иссохшая река» может служить исходной точкой как стилистических экспериментов А. В., отчасти сопоставимых с барочной эстетикой, так и общего скепсиса в адрес амбиций литературы на улучшение мира и выражение конечной истины, с предельной остротой высказанного поэтом в его утверждении: «У литературы, мне кажется, нет ни смысла, ни целей. То же – у литератора» (Тихомирова268).
Первый поэтический цикл А. В. «Первые травы» и трактат «Книга Ветвей» (не опубл.) относятся к 1958. В циклах «Трели бакалавра» (1960) и «Крушения очарований» (1964–65) формируются основные черты поэтики А. В.: в его произведениях «счастливо сочетаются элементы куртуазной и философской лирики, усложненные символика и синтаксис с чистотой и ясностью мелодического рисунка» (Андреева/Ровнер). Полистилистику А. В. скрепляет прежде всего «язык, аристократический изыск, немыслимый в наше время, ирония, переходящая в мистификацию, пародийные литературные реминисценции <…> и метафизическая глубина» (Кузьминский). Основным инструментом остранения выступает ирония, снижающая всяческий пафос; поэзию А. В. отличает «отсутствие сокрушений на тему души, измученной собой; неизменно – всесторонняя отделка произведений и <…> идейная многослойность» (Тарасов). Вышесказанное дало основание Е. Лавут оценить А. В. как «бесстрастного поэта», в творчестве которого «Восток и Запад, чистота языка и намеренная расшатанность ритма, певучесть фольклора и изыски ученой поэзии слились <…>, чтобы создать неповторимую вселенную, где мировая эстетика охвачена и преображена русским словом».
В эмиграции творчество А. В. в результате непосредственного знакомства с еврейской культурой обогащается новыми мотивами. Это нашло отражение как в поэтических произведениях («Вершина Хермона», 1975; «Пустыня», 1979 и др.), так и в исследованиях на библейские темы («Сим и Яфет», 1975; «Бытие и Апокалипсис», 1984 и др.). Интерес к еврейской культуре прослеживается и в переводческой деятельности А. В., прежде всего в переводе средневекового памятника каббалистической мысли книги «Зогар» («Блеск»), а также ряда кумранских текстов.
Эмиграция открыла А. В. возможности для публикации; если в Советском Союзе было напечатано всего лишь одно его стихотворение (басня «Кентавр» в журнале «Аврора», 1971, № 8), то начиная с середины 1970‑х его произведения активно публикуются в израильской, европейской и американской русскоязычной периодике («Двадцать два», «Время и мы», «Гнозис», «Континент», «Эхо»; альманахи «Аполлон-77», «Мулета», «Скопус», «Третья волна» и др.). Отмеченный Кузьминским феномен («Ни один из современных поэтов не повлиял на творчество Анри Волохонского <…>, зато наблюдается обратное явление») применим и к русскоязычной литературе израильской диаспоры; уже после отъезда А. В. в Европу его произведения продолжают публиковаться в израильской периодике (журналы «Двоеточие», «Зеркало» и «Солнечное сплетение», альманах «Саламандра» и др.), появляются критические статьи о его творчестве (Бокштейн, Каганская, Тарасов).
Итоги первых 25 лет творчества подводит книга «Стихотворения» (1983), тщательно выстроенная автором. В 1982 опубликован роман о конце имперской культуры («Роман-покойничек»); другое прозаическое произведение крупной формы, «Повесть о великой любви Ланы и Тарбагатая», выходит в 1991. В 1980‑е сборники стихотворений А. В. публикуются в Израиле, Франции, Германии. В Советском Союзе произведения А. В. печатаются исключительно в самиздате, после перестройки и в периодике («Дружба народов», «Митин журнал», «Новый мир» и др.).
Стилистически поэзия А. В. 1980–90‑х тяготеет к малым формам, минимализму и свободному стиху; большее место занимают отклики на актуальные события, как правило в жанре эпиграмм или иронических инвектив («Настенные надписи»). В то же время А. В. создает цикл по мотивам свода монгольских летописей «Алтан тобчи» («Монголия и далее»), продолжает работу над начатыми еще в 1970‑е исследованиями о роли симметрии в строении атома и генетического кода («О симметрии атомных ядер», 1971; «Двенадцать ступеней натурального строя», 1974–77) и дополняет их сочинениями о гармонии, представляющими из себя научный комментарий к поэтическому сочинению «Аористы Обветшалого» (1977). Основное внимание в позднем творчестве конца 1990‑х – 2000‑х А. В. уделяет переводам (Джойс, «Зогар» и др.), активно сотрудничает с лидером группы «АукцЫон» Л. Федоровым.
Поэзия А. В. обычно оценивается как герметичная, сопротивляющаяся однозначной интерпретации; критики сталкиваются с трудностью «отделить пародийную интонацию от лирической» (Бетаки 1985), отмечают сугубо формальный характер стихотворений, основанных «исключительно на смелых словосочетаниях, неологизмах, на музыкальном звучании и дерзкой рифме» (Казак); однако В. Тарасов указывает, что «трудность восприятия зачастую связана с тем, что привычный ассоциативный строй мышления и потому выверенные, казалось бы, мерки здесь неприменимы». Сам автор неоднократно подчеркивал свое ироничное отношение к претензиям на осуществленную традиционным литературоведческим инструментарием интерпретацию своих произведений («Филологу»).
А. В. являлся стипендиантом гранта фонда М. Ходорковского «Поэзия и свобода». К числу особо почетных наград сам поэт причисляет орден «Чайник и чашка», врученный ему в 1970 в Ленинграде скульптором В. Космачевым за сочиненные сонеты о чайниках. В 2012 награжден Премией Андрея Белого за выдающийся вклад в развитие русской литературы.
В последние годы жизни А. В. работал над составлением корпуса своих сочинений (Собрание произведений в 3 т.) и переводом богослужебных текстов (Богослужебные тексты и псалмы на русском языке), в том числе совместно с А. Хвостенко (Всеобщее собрание произведений). Уже после его смерти на сайте «Арзамас» был опубликован его представительный аудиоархив (https://arzamas.academy/special/volohonsky).