«Кто научился умирать, тот разучился быть рабом».

Вскоре после того, как Вестана и Аски покинули резервацию, Джейн со своими спутниками тоже двинулись в путь. Этому предшествовали споры: Джереми считал, что стоит прижать Такера к стенке, выяснить, зачем крадут детей, и не замешаны ли в пропажах люди Уолтера. Ривз усомнился в этой затее.

– Вероятность нащупать след слишком мала, – рассудил он. – Пока мы разделывали туши после охоты, я переговорил с местными. И все, как один, твердили, что в этих краях Норрингтон не объявлялся. Даже если они обманывали, потому что Такер их запугал, как проверить?

Все понимали, что для этого пришлось бы задержаться в резервации надолго, а терять время никто не хотел. Вопрос закрылся сам собой, когда обнаружилось, что и сам Такер загадочным образом пропал. Куана попробовал пойти по следу, однако он оборвался. После долгих обсуждений команда сошлась на том, что нужно продолжить путь к Великим озёрам…

Дни тянулись бесконечной вереницей. Путешествие длилось больше месяца. Постоянные переезды от одного привала к другому утомили Джейн, зато с каждым разом она держалась в седле всё лучше и лучше, уже забыв о том, каково это – передвигаться преимущественно пешком. Привыкла она и к жаре, и к ночёвкам в палатках. По мере приближения к Великим озёрам картина постепенно менялась. Скалистые горы встречались всё реже, зелень стала гуще, а города уже не походили на затерянные среди прерий захолустные поселения всего из нескольких десятков домов. «И вот у нас за плечами уже половина дороги… Даже больше». – Джейн с волнением ожидала, когда они прибудут к озёрам, ведь у неё появилась новая цель, помимо мести. Она надеялась больше узнать о Золотом Змее и научиться использовать силу артефакта. Понимая, что шанс невелик, всё же твёрдо нацелилась не упустить его.

Нынешняя остановка, городок Ханнибал, располагался на берегу реки Миссисипи. Светлые невысокие здания с чистыми, аккуратными фасадами, мостовая вместо пыльных дорог, фонари, нарядные витрины магазинов – это отличалось от того, что Джейн видела прежде. «Вот что интересно… Всё здесь более благоустроенное и чинное, зато отношение к нам – всё более настороженное», – подметила она. Раньше присутствие федерального маршала заставляло людей считаться с их небольшим отрядом. Ривзу охотно предлагали кров, с уважением и опаской встречали что в резервациях, что в поселениях американцев. Никто не рисковал цепляться к его спутникам, пусть компания из преступника, индейца и белой леди наверняка и выделялась. А в уютном мирном Ханнибале такой отряд выглядел чужеродно, что подтверждалось постоянными перешёптываниями за спиной и косыми взглядами. Даже хозяйка гостиницы, где они остановились, миссис Кавендиш, явно была не в восторге от своих клиентов. Поводов отказать им у женщины не нашлось, однако в её поведении порой проскальзывали намёки на то, что она предпочла бы не связываться с такими постояльцами.

Накрыв для них стол на веранде у гостиницы, миссис Кавендиш натянуто поинтересовалась:

– Так значит, вы направляетесь к озеру Мичиган?

Эта пожилая поджарая дама в чепце пыталась поддерживать видимость вежливой беседы, но то и дело кривилась, когда взгляд падал на Куану, Бейкера или Ривза. Последний отрывисто кивнул в ответ, не вдаваясь в подробности.

– Да, как мы уже упоминали, – ответил за него Джереми. – Хотим полюбоваться на это дивное местечко.

Не отреагировав на его развязную улыбку, хозяйка гостиницы обратилась к Джейн.

– Ещё чая, мисс Хантер?

Новый для неё напиток оказался очень даже вкусным: сочетание сладости и горечи пришлось Джейн по нраву, поэтому отказываться она не стала. Миссис Кавендиш послала служанку за десертом. «Видимо, из всех нас только я не вызываю у миссис Кавендиш желания срочно выпроводить меня за порог», – подумала Джейн. И она догадывалась, почему так вышло. Джереми на фоне жителей города, неспешно прогуливавшихся по набережной в опрятных костюмах, казался настоящим сорвиголовой. Про Куану и говорить было нечего: все, кто проходил мимо, бросали в сторону индейца либо возмущённые, либо напуганные взгляды, а миссис Кавендиш, напротив, старалась не смотреть на него. «Забавно, на их фоне я действительно кажусь самой приемлемой гостьей…» – Джейн отпила чаю, осторожно придерживая фарфоровую чашку. Разве что причину неприязненного отношения к мистеру Ривзу ей пока определить не удалось. С маршалом хозяйка гостиницы разговаривала и всё же крайне неохотно. Пытаясь прояснить, с чем это связано, Джейн хотела было задать вопрос, но решила не усугублять и без того неловкую ситуацию. Сделав несколько глотков, она похвалила чай, надеясь хоть немного смягчить миссис Кавендиш. Та лишь дежурно улыбнулась, принимая комплимент.

– Разумеется, я держу всё лучшее.

– Чай вместо пива… Какое уж тут лучшее, – фыркнул Джереми.

Хозяйка гостиницы поджала губы, ничего не сказав.

От прохожих, прогуливающихся по улице, отделились трое мужчин. Они направлялись в сторону гостиницы. Завидев их, миссис Кавендиш наконец оттаяла.

– Доброго дня, мистер Дулин, – нараспев проговорила она.

Мужчина средних лет, к которому она обращалась, пробурчал ответное приветствие и, не размениваясь на любезности, остановился прямо перед Ривзом.

– Фрэнк Дулин, шериф. Мои помощники, Рэнди и Дональд.

В тоне шерифа сквозила угроза, будто он не подручных представлял, а предупреждал, что с ним шутки плохи. Рэнди и Дональд, двое рослых крепких парней, угрожающе ухмыльнулись.

– Питер Ривз, федеральный…

– Мне прекрасно известно, кто вы такой, случай ведь единичный, – перебил Фрэнк и после паузы веско добавил: – К счастью.

Его помощники одновременно издали смешок. Чувствуя, как быстро накалилась обстановка, Джейн настороженно присмотрелась к шерифу. Некрупный, в аккуратном сером костюме, с невыразительным лицом, покрытым щетиной, он вряд ли привлёк бы к себе внимание, если бы просто шёл мимо. Теперь же, оказавшись под сверлящим взглядом его светло-серых глаз, Джейн поймала себя на мысли, что Дулин пугает её сильнее, чем его помощники-громилы.

– Какие необычные у вас нынче постояльцы, миссис Кавендиш, – со скрытой насмешкой проронил он.

– Двери моей гостиницы открыты для всех…

Несмотря на это заявление, женщина явно занервничала. Джереми и Куана не сводили глаз с шерифа и его людей. Опасность становилась почти осязаемой, хотя Джейн по-прежнему не понимала, что не так.

– Похвальное гостеприимство, – Фрэнк придвинул стул, подсаживаясь к постояльцам. – У меня к вам просьба, миссис Кавендиш. Сходите на кухню, распорядитесь приготовить для моих ребят кофе, а я пока потолкую с господами.

Хозяйка гостиницы не стала перечить и скрылась внутри здания. Нетрудно было догадаться, что шериф просто нашёл повод отослать её.

– И что же привело вас в наш тихий городок, маршал?

Ривз поднёс к губам чашку и сделал неторопливый глоток. Другая рука легла на рукоять револьвера.

– Не припомню, чтобы в обязанности маршала входило отчитываться перед шерифами.

– Я всего лишь полюбопытствовал. Давно не видел в Ханнибале таких… колоритных личностей.

Куана сурово сдвинул брови, а Джереми начал:

– Послушайте-ка, мистер Дулин…

Но шериф даже взглядом не удостоил остальных. Он неотрывно смотрел на Питера.

– Раз уж мы заговорили про любопытство… Где ваш значок, мистер Ривз? Неужто вам забыли его выдать?

– Не вижу смысла носить его на виду, – спокойно ответил тот. – Значками нередко прикрываются те, кому больше похвастать нечем.

Дулин дёрнул щекой, растянув губы в неприятной ухмылке. Его пальцы тоже сомкнулись вокруг рукояти оружия. «Они собираются устроить перестрелку?» – Джейн с опасением следила за обоими.

– Если не терпится удостовериться, глядите, – сказал Ривз, извлекая из кармана металлический значок федерального маршала.

Скривившись, как от зубной боли, Дулин покачал головой.

– Наш президент слишком далеко зашёл в стремлении доказать, что права теперь у всех равны.

– Вы явились, чтобы спорить о политике?

Дулин бросил мимолётный взгляд на своих помощников. Они встали прямо за его спиной, плечом к плечу.

– Я явился, чтобы узнать, что вы здесь забыли.

Неприкрытая грубость Дулина заставляла Джейн недоумевать. Она уже поняла из разговора, что шериф ниже по статусу, чем маршал, однако это почему-то не мешало Фрэнку говорить с Ривзом сквозь зубы.

– Здесь – не фронтир[35]. Здесь не действуют тамошние варварские устои, – процедил шериф. – За порядок в городе отвечаю я и не допущу, чтобы в приличном заведении ошивались всякие отбросы.

Он пренебрежительно кивнул в сторону Куаны и Джереми и с таким же пренебрежением уставился на Ривза. Девушку Дулин как будто даже не замечал.

– Эй, мистер! Не забывайтесь! – задиристо потребовал Бейкер. Куана присоединился, не теряя, впрочем, хладнокровия:

– Ступай своей дорогой, Фрэнк Дулин. Нам нечего делить.

Стоило ему открыть рот, как Рэнди и Дональд сразу же рявкнули, как по команде:

– Заткнись, краснокожий!

Ривз поднялся из-за стола. Джереми и Куана – следом за ним. Джейн, чуть помедлив, тоже встала.

Подогревать конфликт она не хотела, но и промолчать не могла.

– Послушайте, господа, зачем горячиться? Возможно, произошло недопонимание или недоразумение, и мы… – начала она, надеясь всех успокоить.

– Вы бы лучше держали рот на замке, леди, – одёрнул её Дулин. – Да не лезли туда, куда не просят.

Он повернулся к Ривзу.

– Так что, маршал, ответите мне, что в нашем городе делает весь этот сброд? Или по-хорошему не выйдет?

Джереми молниеносно достал револьвер. Джейн заметила, что он держал оружие в кобуре задом наперёд и сейчас вытащил его обратным хватом: на первый взгляд казалось, что это должно быть неудобно, но в результате скорость получилась поразительная.

– Если шериф не знает, как принято разговаривать с федеральным маршалом, мы живо обучим, – предупредил он.

Помощники Дулина тоже не мешкали, вооружившись. Однако Куана что-то прошептал, и Рэнди, стоявший ближе всего к индейцу, вдруг выронил револьвер. Ладонь скрючилась, как будто у него неожиданно свело пальцы. Рэнди, чертыхнувшись, наклонился за оружием. Его неловкость немного разрядила обстановку. Никто не стал стрелять сразу – каждый сосредоточенно выжидал.

Наконец, Ривз сделал шаг к Дулину.

– Прекратите, шериф. Вставляя нам палки в колёса, лучше не сделаете. Наша цель – человек, который держит в страхе всю Америку. Пока вы охраняете порядок в городе, мы по всей стране разыскиваем Уолтера Норрингтона. Не вам вставать у нас на пути.

Он произносил каждое слово медленно и чётко, без тени страха, но и без угрозы. Впечатлённая тем, как Ривз держит лицо в любых обстоятельствах, Джейн поймала себя на мысли, что, даже если маршал был бы её врагом, она непременно оценила бы его хладнокровие. Однако Дулин явно придерживался иного мнения.

– Напомните, какую область вам выделили?

Колорадо, верно? Даже не штат[36]. – Презрение, пропитавшее его интонацию, превысило все мыслимые и немыслимые нормы. – Так вот, мистер Ривз, территория Миссури уж никак не входит в сферу вашей ответственности. Ищите хоть самого дьявола, но не суйтесь туда, где вам не рады. Здесь есть кому стоять на страже закона.

Маршал помолчал секунду-другую, а затем твёрдо произнёс:

– Если вы стоите на страже закона, значит, мы на одной стороне.

– Я? На одной стороне с беглым рабом?

Джереми дёрнулся, намереваясь ударить Дулина, но маршал сжал его плечо, удерживая на месте.

– Избавьте от такой радости. – С этими словами Фрэнк обвёл глазами каждого и вновь остановил взгляд на Ривзе. Лениво обронил, словно делал одолжение: – Так и быть, я дам вам время. Если завтра вы не покинете город, пеняйте на себя.

«Неужели Ривз проглотит это? Позволит ставить условия? – с тревогой гадала Джейн, всматриваясь в непроницаемое лицо маршала. – Не хочется тратить время на людей, подобных Дулину, а всё-таки спускать с рук такое поведение не годится…»

Помолчав ещё немного, Ривз достал сигару и зажёг её.

– Вот что, шериф. Вы прервали наш обед, а я хочу, чтобы мои спутники спокойно завершили трапезу, не отвлекаясь по пустякам. – Не оборачиваясь, он неспешно двинулся по улице, выпуская дым кольцами. – Не беспокойте этих господ, Дулин. Пройдёмся и обсудим всё ещё раз один на один.

Что-то в его тоне заставило шерифа не спешить с отказом. Переглянувшись со своими помощниками, он направился следом за маршалом. Рэнди и Дональд потянулись за ними, держась на почтительном отдалении. Джейн проводила мужчин беспокойным взглядом: мысли сменяли одна другую, наполняя душу тревогой. Шериф заявил, что Ривз – беглый раб, в таком случае оставалось загадкой, как он получил такой высокий пост. Это лишний раз напомнило Джейн, как непростительно мало она знает о Питере да и обо всех, кто сопровождал её.

После того как Ривз ушёл, разговор не клеился. Перебранка с шерифом всем знатно подпортила настроение. Ни Куана, ни Джереми никак не прокомментировали случившееся, и тем не менее Джейн явно видела, что им обоим речи Дулина были поперёк горла. Что бы они ни думали о Ривзе или друг о друге, в этот момент оба сплотились, готовые противостоять шерифу. Джейн опасалась, что, если Питеру не удастся утихомирить Дулина, Джереми наверняка ввяжется в драку, да и Куана вряд ли останется в стороне.

Тем временем у входа вновь появилась миссис Кавендиш с подносом в руках. Она с опаской осмотрелась, проверяя, миновала ли буря.

– Ох, господа не дождались кофе? Что ж… Оставить напиток вам, мисс Хантер?

Хозяйка гостиницы по-прежнему избегала взглядом Бейкера и Куану. В каждом её движении сквозила зажатость. «Уверена, она нарочно задержалась: хотела переждать, – подумала Джейн. – А сейчас так и не решила, с какой стороны к нам подойти». Усмехнувшись своим мыслям, она мотнула головой.

– Нет, благодарю вас.

Миссис Кавендиш, опустив поднос на стол, переминалась с ноги на ногу. Этикет обязывал её сказать хоть что-то ещё.

– Вы планируете после обеда отдохнуть в гостинице? – наконец поинтересовалась она, силясь выдавить улыбку. – Или, быть может, желаете посетить достопримечательности города?

– Я мало знаю о Ханнибале.

– О, здесь есть на что полюбоваться. Наша прекрасная набережная – дивное место для прогулок: в тёплую погоду можно прокатиться на лодке. И, разумеется, городской парк: там собираются сливки общества.

На этих словах она запнулась. «Да уж, мы не впишемся», – Джейн сразу угадала причину заминки, хотя вслух сказала другое.

– Спасибо за рекомендации, миссис Кавендиш.

Кивнув, та с видимым облегчением оставила гостей втроём. Джереми, всё ещё мрачный после инцидента с шерифом, отхлебнул кофе.

– Пить это невозможно. А вот идея с лодкой не так уж плоха.

Он обернулся к Джейн, с впечатляющей лёгкостью меняя угрюмую гримасу на задорную улыбку.

– Прокатимся, мисс Хантер?

Она задумчиво прикусила губу.

– Не лучше ли дождаться мистера Ривза?

К её удивлению, ответил Куана.

– Всегда труднее ждать в бездействии.

– И как ты собираешься коротать время?

– Схожу в парк.

Представив себе, как городская публика отреагирует на появление в парке индейца, Джейн скептически усмехнулась. Ответ Куаны стал для неё неожиданностью. «Рискованно… А, впрочем, почему он должен заботиться о том, что подумают другие?»

– Так что решили вы, мисс Хантер? – Джереми не дал ей углубиться в размышления.

– Я хочу спуститься на набережную, – торопливо ответила Джейн. На самом деле она предпочла бы составить компанию Куане, тогда как пройдохе Бейкеру доверять после всех его выходок не спешила.

Почему постеснялась сказать прямо, что хочет побыть рядом с индейцем, она и сама не знала.

– Отличный выбор! – Джереми расплылся в улыбке, не подозревая о переживаниях Джейн. Злясь на себя, она буркнула:

– Уточню, что я выбрала набережную, а не вас.

– Конечно, конечно! – он поднялся и с лёгким поклоном подал ей руку. – Проверим, правда ли речные виды так хороши, как сулила миссис Кавендиш.

* * *

Вдоль Миссисипи прогуливались солидные джентльмены и дамы, прячущие лица от солнца за кружевными зонтиками. Джейн пару раз уже видела такие, а вот в её времени подобные приспособления ещё не изобрели. За прошедший месяц ей многое стало привычным, но картина постоянно менялась, поэтому сейчас Джейн с интересом рассматривала прохожих и ловила ответные взгляды, обращённые в её сторону, причём не в последнюю очередь из-за Джереми, чей облик не вписывался в привычную местным жителям картину. Здесь мужчины носили шляпы другого фасона, у многих были пиджаки, несмотря на тёплую погоду, зато не было револьверов.

– Вот же не устанут глазеть! Конечно, есть на что, но слегка надоедает, – ухмыльнулся Бейкер. – Давайте я раздобуду лодку? Прокатимся, ускользнём подальше от внимания любопытных горожан.

– Можете прокатиться, если хотите, но без меня. Я не рискну сесть в одну лодку с вами.

– Это ещё почему? – Он прикинулся, что всерьёз обижен.

– Слишком хорошо помню, сколько раз вы пытались обвести нас вокруг пальца и сбежать.

Джереми сделал вид, будто крепко призадумался.

– Подсказка: три, – не выдержав, хихикнула Джейн.

– Да ведь это всё было в самом начале путешествия. С тех пор я встал на праведный путь!

Тут она не смогла возразить. После того, как маршал поклялся, что выстрелит без предупреждения, если Джереми предпримет ещё хоть одну попытку удрать, тот больше не рисковал, и последние недели прошли гладко, без всяких выходок. Джейн надеялась, что он и в самом деле оставил затею обмануть Ривза. В конце концов, не так давно он даже защитил маршала и Куану от стрел Нокоата. И всё же на её лице отразилось слишком явное сомнение, так что Джереми пришлось повторить:

– Больше сбегать не собираюсь: понял, что с нашим маршалом шутки плохи. И потом… Честно признаться, мне всё равно, куда меня заведёт дорога. Я из тех людей, которых называют «перекати-поле».

Не удовлетворившись таким ответом, Джейн заявила:

– Кто знает! А если вы вздумаете столкнуть меня за борт и уплыть?

На его лице отразилось праведное возмущение.

– В чём только меня ни обвиняли: грабежи, воровство, разбитые девичьи сердца… Но заподозрить, что я способен утопить юную леди, лишь бы спасти собственную шкуру?! Без ножа режете, мисс Хантер.

Джейн рассмеялась, и Джереми – вслед за ней.

– Ладно, как вам будет угодно. Один я кататься не стану, не дело это – оставлять девушку без сопровождения.

– Тогда какой у нас план?

– Продолжаем прогуливаться вдоль набережной, собирая все восхищённые взгляды и завистливые перешёптывания. Этот городок ещё не видывал такой блестящей пары!

Наморщив нос, Джейн поправила:

– Мы не пара.

Джереми кивнул, ни на чём не настаивая.

– Только остальным-то об этом неизвестно. Не мешайте джентльменам кусать локти, что они не на моём месте, а дамам – ревниво шипеть в ваш адрес.

И они снова засмеялись, причём явно громче, чем было принято в местном обществе, однако их это не смутило.

Прогуливаться в компании Джереми оказалось приятно. В отсутствие Куаны его шутки не касались индейцев, становясь сносными, а порой и откровенно смешными. В те же моменты, когда Джейн хотелось помолчать, созерцая пейзажи, Джереми тонко подгадывал её настроение и затихал. Улыбнувшись своим мыслям, она перевела взгляд на противоположный берег: там зеленел густой лес. Не было ни домов, ни набережной, ни людей – только природа. Безмятежная, ласкающая взор картина: тихие всплески едва заметных волн, бьющихся о набережную, гудки редко проплывающих мимо кораблей, не похожих на те, что Джейн видела в своём времени, и лучи солнца, которые бликами играли на поверхности реки. Повинуясь мимолётному желанию, Джейн наклонилась и окунула ладонь в воду. Мягкая прохлада расползлась по пальцам россыпью мурашек.

– Не помню, когда в последний раз проводила время вот так, – искренне призналась она.

– Надеюсь, вам нравится.

Джейн кивнула.

– Мне кажется, что и вам не так уж часто выпадает возможность просто прогуляться вдоль реки.

В голосе Джереми вдруг послышались печальные нотки.

– Верно. В последний раз это случалось… Даже не припомню. Наверное, я был ещё совсем юнцом.

Джейн показалось, что она случайно затронула грустную для Бейкера тему. Невольно в мыслях всплыл вопрос: как долго он скитается от города к городу, проворачивая разные аферы, и чем он жил прежде?

– Не могу представить себе вас в юности. Чем вы занимались?

– Почти вся моя юность… – он запнулся, надвинув шляпу на глаза, – пришлась на войну, мисс Хантер. И я не люблю говорить об этих днях.

Коря себя за то, что невольно заставила Джереми коснуться горьких воспоминаний, Джейн поспешила извиниться.

– Простите, я не хотела вас расстроить!

– Пустяки.

Он снова улыбнулся, но эта улыбка уже не обманула собеседницу. Джейн поняла, что за его беспечным видом порой скрывается боль, которую Бейкер не хотел показывать окружающим. Остаток прогулки прошёл в молчании.

По пути назад Джейн, не дойдя до гостиницы, свернула к парку. Желание убедиться, что с Куаной всё в порядке, пересилило здравый смысл. Хотя Джереми не одобрил этот порыв, чинить препятствия он не стал, взяв обещание, что она не задержится надолго.

Найти индейца удалось не сразу. Посетителей в парке в такой погожий солнечный день оказалось немало, но Куаны среди них не было, а Джейн не сомневалась, что он выделялся бы на фоне остальных. Растерянно переводя взгляд с клумб на беседки, с беседок на цветущие кустарники, она безуспешно пыталась отыскать его. В конце концов ей пришлось остановить какую-то пожилую леди и осторожно спросить, не показывался ли в парке индеец.

– Индеец? Здесь, среди добропорядочных жителей?! – изумилась женщина и прищурилась, подозрительно изучая Джейн.

Повышенное внимание к её персоне заставляло девушку чувствовать себя неуютно. Джейн боялась не осуждения, а того, что кто-то распознает в ней чужачку.

– Кто бы его сюда пропустил! И с чего вдруг юной леди понадобился, да простят меня небеса, индеец! – всплеснула руками женщина.

Подавив скребущее чувство тревоги, Джейн извинилась и ускорила шаг. Видя, как недружелюбно относились к индейцам местные жители, она опасалась, что с Куаной могло приключиться что-то недоброе. Погружённая в нерадостные мысли, Джейн вздрогнула, когда её беспардонно потянули за рукав.

– Слыхал, индейца ищете, леди? – Перед ней стоял кучерявый светловолосый мальчуган лет двенадцати. Россыпь веснушек на лице придавала ему хулиганистый вид. Он деловито засунул руки в карманы широких брюк и поперекатывался с пятки на носок. Заметив, что ноги у него босые, Джейн не удержалась от улыбки и ответила честно:

– Да, ищу.

– Я подскажу, куда идти, только уважьте каким-нибудь гостинцем.

Она растерялась.

– Может, завалялся кусочек сахара или там яблоко? – подсказал мальчуган.

– Нет, прости, совсем ничего…

Махнув рукой, он показал ей, чтобы нагнулась пониже, и зашептал на ухо:

– Чёрт с вами, слушайте. Индейца я видел в самой дальней части парка. Он прошмыгнул туда так ловко, что почти никто его и не заметил, но у меня-то глаза, сами знаете, какие зоркие! Только ходить туда не советую: он точно там проводит какой-нибудь из их жутких обрядов, я вам верно говорю.

– Обещаю, что буду осторожна, – улыбнулась Джейн снова. – Объяснишь дорогу?

– Вон по той тропинке до конца, потом свернёте направо, минуете рощу, а потом ещё прямо и до самых густых зарослей. Но я вас предупредил, леди, лучше обходите индейцев стороной!

– Я тебе очень признательна.

Мальчуган только хмыкнул и вприпрыжку помчался дальше, а Джейн направилась по указанному пути. После рощи она и правда очутилась в такой части парка, куда не забредали другие посетители. Безлюдный, тихий и уединённый уголок поджидал тех, кого утомила суета. Разговоры и пересуды местных жителей перестали быть слышны, остались лишь шелест листьев и перекличка птиц. Деревья стали изгородью, которая укрывала от досужих взглядов. И наконец Джейн увидела Куану: наклонившись к земле, он внимательно выискивал что-то. Как оказалось, индеец нашёл в траве птичье гнездо, маленькое, почти незаметное среди зелени. Он аккуратно подхватил несколько пёрышек и обернулся, почувствовав, что у его странного занятия появилась свидетельница.

– Зачем тебе понадобились перья? – полюбопытствовала Джейн, надеясь, что её появление не вызовет раздражения.

Вместо ответа Куана достал из сумки нечто, напоминающее причудливый амулет, потом всё же проронил:

– Для ловца снов.

Прежде Джейн не встречала ничего подобного.

Треугольный талисман, собранный из грубо обтёсанных палочек, был оплетён тонкой нитью, чей узор напоминал паутину. Затейливый орнамент украшали деревянные бусины, а внизу колыхались белые и серые перья. Пока Джейн разглядывала амулет, Куана ловко вплёл собранные только что, присоединяя их к тем, что уже свисали на тонких нитях. Закончив эту нехитрую процедуру, он вручил ловец снов девушке. Джейн приподняла талисман, чтобы рассмотреть получше. Невесомые пёрышки слегка покачивались, приходя в движение даже от едва заметного дуновения ветра. Солнечные лучи красиво подсвечивали амулет, окутывая каждое перо мягким сиянием.

– Для чего тебе нужен ловец снов? – не отрываясь от амулета, который сейчас казался ей поистине волшебным творением, тихо поинтересовалась Джейн.

Индеец вдруг смутился. Его ресницы дрогнули, однако он не отвёл взгляд, наблюдая за тем, как Джейн любуется талисманом.

– Я… сделал его для тебя. Когда к кому-то приходят дурные сны, мы мастерим такой оберег. Кошмары запутываются в нём и не могут больше потревожить человека.

Вдохнув глубже, он спросил:

– Примешь этот маленький дар, Джейн Хантер?

– С благодарностью.

Её нежная улыбка вынудила Куану оправдаться:

– Не считай это знаком особого расположения.

Она мельком взглянула на него. В воздухе витала недосказанность, и Джейн вдруг отчётливо осознала, что сомневается в словах Куаны. Раньше, по её ощущениям, он всегда предпочитал говорить прямо. Теперь же она заподозрила, что он пытается скрыть чувства, причём как от неё, так и от себя самого. Это открытие взволновало девушку, заставив сердце биться чаще. Сама Джейн уже не раз замечала за собой, что её тянет к Куане, несмотря на то, как отстранённо он держался, не спеша сближаться ни с кем из спутников. «Неужели мой… интерес взаимен?» – Тешить себя ложными надеждами не хотелось, но и пресечь их не удалось.

Понимая, что ещё немного, и краска, подступающая к щекам, выдаст её, Джейн сменила тему.

– Почему ты решил, что меня терзают дурные сны?

– Ты нередко кричишь и плачешь по ночам, не просыпаясь, – отрывисто пояснил он.

Джейн в замешательстве прикусила губу. Представать беспомощной и уязвимой в чужих глазах ей всегда было тяжело – отец приучил скрывать слабости.

Видя, что она не настроена это обсуждать, Куана не стал вдаваться в детали. Отойдя на пару шагов, он прислонился к стволу дерева и, закрыв глаза, что-то зашептал. Джейн тихо опустилась на траву. «Он так редко проявляет ко мне внимание… Порой кажется, что мы так и останемся для него чужаками. Тем ценнее эта неожиданная забота». – С этими мыслями она бережно спрятала ловец снов в сумку. Оставалось подождать, пока индеец окончит молитву и сядет рядом.

Вскоре так и случилось.

– Ты взывал к духам?

– Да. В городе трудно найти место, где мало людей и много природы. Я надеялся, что здесь мой зов будет услышан.

Его слова напомнили Джейн о том, как во время охоты на бизонов она тоже попробовала прибегнуть к помощи духов.

– А мой зов они могли услышать? Я попыталась использовать один из твоих заговоров, когда мы гнались за бизонами. И мне почудилось, что всё получилось!

– Кто знает… – улыбнулся Куана.

– Ты в это не веришь? – с лёгкой обидой уточнила Джейн.

– Главное, чтобы верила ты, – серьёзно ответил он. – Для того чтобы говорить с духами, шаманы много учатся. Отказываются от еды, уходят из племени на долгое время, ждут, пока снизойдёт сила. Она не является просто так, из ниоткуда. Усердие, испытания, терпение – вот путь к ней.

Джейн невольно поникла. Заметив это, индеец добавил:

– Духи могут услышать и простого человека, если твои помыслы чисты и сердце открыто.

Помолчав немного, она спросила:

– Сейчас, когда ты звал их… духи откликнулись?

Куана задумчиво поднял взгляд к небу.

– Об этом мне неведомо. Я пойму позже, если они выполнят просьбу.

– А о чём ты просил?

На миг ей показалось, что он отмахнётся, не станет посвящать её в свои тайны, но Куана вновь улыбнулся – слегка застенчиво.

– О том, чтобы они охраняли твою тропу и берегли твои шаги, неугомонная.

– Спасибо… – прошептала Джейн, растроганная этим простым признанием.

Снова вернув себе отрешённый вид, Куана строго сказал:

– Нам уже пора возвращаться. Запоминай: я пойду первым, а ты – спустя время, держись в отдалении.

Она хотела спросить, почему, но поняла, что количество её вопросов, на которые индейцу приходится отвечать, превышает все возможные лимиты, поэтому со вздохом покорилась. Поначалу всё шло так, как и велел Куана: он выбирал окольные тропы, чтобы лишний раз не привлекать внимание посетителей, Джейн следовала за ним на некотором расстоянии. В какой-то момент индейца всё же заметили: стоило одному прохожему громко воскликнуть «Там краснокожий!», как поднялся неодобрительный ропот. Куана ускорил шаг, не желая вступать в конфликт, и Джейн перешла на бег, догоняя его. «Я вряд ли сумею защитить его от разгневанной толпы, так хоть буду рядом…» – пронеслась мысль.

– Зачем? – одними губами спросил Куана, когда она поравнялась с ним.

– Тебе не по нраву моя компания?

– Это не так. Но…

Догадавшись, что он сейчас скажет, Джейн опередила его.

– Думал, я предпочту сделать вид, что мы не знакомы? Этому не бывать.

Перешёптывания стали громче: «Она с этим краснокожим! Немыслимо! Вопиющий случай!» Тогда Джейн, ухмыльнувшись, взяла Куану под локоть. Он едва заметно вздрогнул, мышцы ощутимо напряглись.

– Куана, я не собираюсь отказываться от совместной прогулки из-за чужих предрассудков.

– Не только о предрассудках речь… – начал индеец, но осёкся, встретив упрямый взгляд Джейн. Всё в её облике говорило о том, что она не отступится. Он устало прикрыл глаза, произнеся одновременно и с укором, и с уважением: – Отважная.

Невзирая на явное недовольство, никто из горожан так и не решился приблизиться к странной паре, лишь в спину доносились оскорбления и брань. Джейн и бровью не повела, оставаясь подле Куаны до тех пор, пока они не очутились у гостиницы.

* * *

Ривз вернулся, когда уже начало смеркаться. Миссис Кавендиш вновь накрыла для гостей стол и под первым же предлогом отлучилась. Её уход был только кстати. Всматриваясь в хмурое лицо маршала, Джейн пыталась понять, чем закончились переговоры с шерифом. В таком подавленном состоянии Ривза никто из отряда не видел. «На нём лица нет, – покачала головой Джейн. – Мы привыкли, что маршал никогда не теряет присутствия духа, но Дулин, видимо, разбередил старые раны…»

Тем временем Джереми всё же прервал неуютное молчание.

– Так чего там, мистер Ривз? На чём сошлись?

Маршал глухо усмехнулся.

– По крайней мере, обошлось без перестрелки.

– Это и так ясно. Либо вы не сидели бы тут, целый и невредимый, либо нам уже пришлось бы удирать из города, потому что нельзя безнаказанно прикончить шерифа.

– Я пообещал, что завтра мы покинем Ханнибал, – сказал Питер и надвинул шляпу на глаза, давая понять, что не желает дальнейших обсуждений. Разумеется, это не сработало.

– Почему? – возмутился Джереми. – Мы, чёрт дери, ничего не нарушаем!

– Что этот человек сказал тебе, Питер Ривз? – вступил в разговор Куана. – Чем так смутил твой дух?

– Неважно. – Маршал стукнул кулаком по столу. Вены на его лице вздулись. – Я не услышал от шерифа ничего нового. Мне нечего вам рассказать.

Куана прикрыл глаза, Джереми что-то недовольно пробурчал себе под нос. Оба оставили попытки разговорить Ривза. «Они наверняка лучше меня понимают, почему Питер так сердит. А мне приходится гадать…» – Вздохнув, Джейн подвинула к себе блюдо с едой, хотя аппетит пропал. Мужчины последовали её примеру. Только маршал, опять уставившись в одну точку, ничего не ел.

Когда трапеза подошла к концу, он проронил:

– Итак, выдвигаемся завтра. Нам нужно переправиться на другой берег Миссисипи, так что наймём паромщика.

– Значит, наша цель остаётся неизменной – Великие озёра? – спросила Джейн.

– Конечно. Поэтому я и не стал настаивать, когда Дулин приказал нам убраться. У нас нет необходимости задерживаться именно в этом городе, это просто очередной перевалочный пункт.

Джереми оскалился:

– Есть большая разница: уехать по собственной воле или бежать, поджав хвост.

Ривз ответил не сразу. Между его бровями пролегла глубокая складка.

– Ты любишь риск, Бейкер, и всегда не прочь пройтись по краю пропасти, даже если в этом нет нужды. А я не гонюсь за проблемами, тем более сейчас, когда с нами мисс Хантер. Я не хочу подвергать никого из нас опасности понапрасну.

Обычно Джереми не лез за словом в карман и спорил до последнего. Однако на этот раз он, поразмыслив немного, кивнул. Согласился и Куана:

– Хорошо сказано.

Чуть позже служанка вынесла пирог к чаю, однако мужчины не проявили интереса к выпечке. Куана первым поднялся из-за стола, вскоре удалился и Джереми. Видя, что маршал тоже намеревается уйти, Джейн негромко кашлянула.

– Мистер Ривз… Мы можем поговорить?

Он с явным неудовольствием поджал губы, догадываясь, что именно не даёт ей покоя.

– Пожалуйста, мистер Ривз, – настояла Джейн. – Я ведь вижу, как вам тяжело.

– А от болтовни станет легче?

– Встреча с шерифом выбила вас из колеи. Иногда разговор по душам помогает вернуть…

Маршал перебил её.

– Лучше доедайте пирог да идите спать, мисс Хантер.

Тогда Джейн рискнула и спросила напрямую:

– Дулин обращался с вами пренебрежительно, потому что вы… беглый раб?

Вопрос, заданный в лоб, возымел действие. Ривз приподнял шляпу и пристально взглянул на девушку, потом проронил:

– Хуже. Беглый раб, дослужившийся до звания маршала. Белому человеку такое поперёк горла, это же очевидно, мисс Хантер.

Видя растерянное выражение её лица, он сердито продолжил:

– Подобные мне должны всю жизнь трудиться на плантациях, пока не сдохнут. Так многие белые считают до сих пор, хотя рабство и отменили после войны.

Пытаясь осознать услышанное, Джейн качнула головой, перебирая в уме всё, что знала о темнокожих людях: «В Англию иногда привозили выходцев из Африки… Но они жили свободно, даже могли вступать в брак с местными жителями[37]. Выходит, судьба этих народов очень изменилась с течением времени».

– Вы, получается, не стали терпеть дурное обращение и сбежали?

Надежда слегка подбодрить маршала не оправдалась: он помрачнел ещё сильнее.

– Дурное обращение? Мисс Хантер, я не раз подмечал за вами некоторую наивность, а сейчас вы превзошли саму себя. Вы имеете хоть малейшее представление о том, как жилось рабам?

Открыть ему правду Джейн не могла. При этом она хотела узнать больше, понять, через что довелось пройти Ривзу, поэтому тихо попросила:

– Расскажите.

Маршал закрыл глаза и стянул с головы шляпу, сжав её подрагивающими пальцами.

– Предпочёл бы забыть это раз и навсегда. Увы, каждый день въелся в память… Каждый день, начинавшийся ещё засветло. И всюду, куда ни посмотри, бесконечные поля хлопка. Хлопок – всё, что мы видели с утра до ночи. Наполняли им одну корзину за другой, работая без передышки, до изнеможения. Если кто-то хоть немного сбивался, если успевал собрать чуть меньше или осмеливался попросить хотя бы глоток воды…

Пальцы Ривза вновь задрожали. Он коснулся рта, как будто бы прямо сейчас находился под безжалостным солнцем, умирая от жажды. Лицо разом осунулось, морщины проступили резче. Джейн, уже пожалев о том, что заставила его вспоминать, слушала тихо-тихо, не осмеливаясь прервать.

– Один раз я взмолился о воде. Не для себя, а для девочки, которая едва стояла на ногах. Надсмотрщик спросил: сколько глотков будет достаточно? Я ответил: хотя бы двадцать. Я же видел, что малышка еле дышит и вот-вот упадёт без чувств.

– А он?.. – почти беззвучно проговорила Джейн.

– Он сказал: «Почему же так мало, можно и пятьдесят» – и отдал распоряжение, чтобы я заплатил за каждый.

Сердце сжалось от дурного предчувствия. Джейн протянула руку, осторожно дотронувшись до запястья Ривза. Он не шелохнулся.

– Вот я и получил пятьдесят ударов плетью. Меня привязали к столбу и высекли, медленно, растягивая пытку, позволяя солнцу изжаривать свежие раны. Наносили удар за ударом, ожидая, когда я завою, вымаливая пощаду.

– Вы молчали?

– Такое никому не по силам вытерпеть молча, разве что смилостивиться я не просил, только стонал, сдерживая крики.

Ривз говорил безжизненным тоном, не пытаясь сгустить краски. От этого становилось только страшнее.

– Как же вы выдержали такое истязание?

– Это было только одно из многих. Потом наш хозяин придумал новое наказание: натирать едва зажившие раны порошком из острого перца. Потом – пытку расплавленным жиром. И в один день я понял, что либо умру в этом аду, как сотни рабов до меня, либо умру в попытке вырваться на свободу. Выбрал второе.

Подавленная жуткой историей, Джейн не сразу нашла в себе силы что-то сказать. Её ладонь так и лежала на руке маршала, и Ривз наконец это заметил.

– Ладно, мисс Хантер, это всё дела давно минувших дней. Зря вы завели разговор… Да и сам я хорош, не хотел ведь обсуждать прошлое.

Он сжал её пальцы и отпустил.

– И всё же вам удалось спастись!

– Везение. Сумел добраться до земель индейцев и долго скитался, скрываясь то у одного племени, то у другого. Научился многому. Потом началась война, и там мои знания пригодились. Я снискал себе славу отчаянного бойца, – Ривз криво усмехнулся. – Когда всё закончилось, меня решили поощрить за военные заслуги, продемонстрировать обществу, что рабство действительно осталось в прошлом.

– Так вы и стали маршалом? – Полная картина наконец сложилась.

– Да. Только прошлое, как видите, не отпускает. Для таких, как Дулин, я всё равно не человек.

Джейн с чувством выплюнула:

– Пусть катится ко всем чертям.

После рассказа Ривза она не могла спокойно вспоминать о пренебрежении, которое шериф выказывал маршалу. Теперь ей казалось, что на месте последнего она бы не церемонилась с Дулином, заставив пожалеть о каждом оскорблении, даже о каждом язвительном намёке. «Хотя, может, именно потому, что Ривз видел столько жестокости, он не хочет её плодить?» – предположила Джейн. Ей хотелось поддержать маршала, проявить сочувствие, но она не знала, как подступиться. Единственное, что приходило на ум, – поделиться своей историей в ответ, ведь любые сожаления всё равно запоздали. И хотя открыто поведать о том, что с ней случилось, Джейн не смела, она решила попробовать – рассказать обтекаемо, без деталей.

– Наверное, это прозвучит странно, мистер Ривз, но такие истории, как ваша, вдохновляют. Доказывают, что даже из безвыходного положения можно выкарабкаться… – она сглотнула. – Даже если ты один против неумолимой злой силы. Даже если ты знаешь, что шансы ничтожны.

Маршал проницательно прищурился.

– А вас что гложет, мисс Хантер?

– Меня? – Она постаралась ответить правдиво и вместе с тем не выдавая себя. – То, что я здесь чужая.

– «Здесь» – где именно?

– Везде. Дело в том, что я… очень далеко от дома. И я не знаю, смогу ли вернуться туда.

Ривз недоумённо склонил голову набок. Поняв, что такое объяснение прозвучало довольно подозрительно, Джейн притихла, опасаясь, что почти проговорилась. Однако маршал не мог и близко представить себе, что именно кроется за её переживаниями.

– По крайней мере, дом у вас есть, – рассудил он. – Вы ведь не родились в неволе?

– Это правда… – Накопившаяся тоска прорвалась наружу ещё одной опрометчивой фразой: – И всё же мне страшно представить, что я останусь здесь навсегда.

– Вы чего-то не договариваете, мисс Хантер.

– Просто боюсь, что вы мне не поверите.

– Ну, это можно проверить только одним способом, – заметил маршал, показывая готовность выслушать её.

Она слабо улыбнулась.

– Надеюсь, однажды я решусь. А пока могу сказать только то, что моя жизнь слишком резко переменилась: произошло событие, которое прежде я сама назвала бы невозможным. Теперь я заново всему учусь.

– Начать путь с невозможного – не худший старт. – Ривз впервые за этот вечер улыбнулся. – Вы стойкая леди, мисс Хантер, и вам многое по плечу.

– Приятно услышать такое от человека, который прошёл через череду чудовищных испытаний и не сдался.

Маршал лишь хмыкнул, но Джейн понадеялась, что и ему приятны её слова.

* * *

На следующий день, покинув гостиницу миссис Кавендиш, Джейн и её спутники спустились к набережной, чтобы переправиться через реку. Им нужен был паром, чтобы перевезти лошадей. По Миссисипи курсировало сразу несколько, и сейчас они стояли в ряд, ожидая каждый своего часа. Тем не менее никто из паромщиков не торопился принять разношёрстную компанию на борт. Прямо отказать маршалу не решались, зато придумывали всякие нелепые отговорки.

– Их послушать, так на весь город нет ни одного действующего парома! – раздражённо выдохнула Джейн после очередного отказа.

– Просто не хотят связываться, боятся, что наш краснокожий им всех благонравных дам распугает. – Джереми закатил глаза. – Или разверзнутся небеса, стоит на борт ступить темнокожему маршалу.

Джейн озадаченно переступила с ноги на ногу.

– Так как нам убедить их, что мы не представляем угрозы?

Пока они обсуждали, как поступить, внезапно раздался гудок с парома, стоявшего в отдалении. Послышался голос: «Нужно переправиться на тот берег, господа?» Не теряя времени, маршал подошёл к паромщику и, обменявшись с ним парой слов, позвал спутников.

– Дело улажено.

Мужчины занесли на борт небольшую поклажу, затем одного за другим завели коней. Только Бурбон вдруг заартачился, не желая идти за остальными лошадьми.

– Ты боишься воды? Или тебя беспокоит что-то другое? – взволновалась Джейн. – Ну же, дружок, не упрямься! Потерпи немного, скоро мы сойдём на берег.

Она потянула жеребца за поводья, заставляя всё же покинуть сушу. Разместив лошадей под навесом, мужчины и сами решили укрыться там же: солнце стояло в зените и слишком сильно припекало. А Джейн, которая плыла на пароме впервые в жизни, не собиралась наблюдать за переправой из укрытия и осталась снаружи, облокотившись на ограждение. Она окинула взглядом речную гладь и улыбнулась, любуясь красотой природы. Как вдруг…

– Здешним пейзажам не хватает размаха. Предпочитаю горы, – за спиной послышался знакомый ненавистный голос, и тело сразу сковало холодом, несмотря на жаркий день. Сердце замерло, словно не решаясь биться в присутствии Норрингтона. Собравшись с духом, Джейн обернулась, уже зная, кого перед собой увидит. Уолтер возвышался прямо за ней, с интересом изучая реакцию. Нижнюю часть его лица скрывал чёрный платок, из-за чего взгляд льдистых глаз казался даже более пронзительным, чем прежде.

– Вы скучали по мне?

«Разумеется, нет» – такой ответ должен был последовать, только губы Джейн онемели, и слова застряли в горле. «Я не скучала, правда, мысли обращались к Уолтеру куда чаще, чем мне хотелось бы», – осознала она. Её тянуло списать это на желание как можно скорее достичь цели: найти убийцу и совершить месть. Увы, Джейн погрешила бы против истины, реши она так, ведь после встреч с Уолтером его речи не выходили из головы, подобно змее заползали в сердце, оплетали разум, отравляя его, сея смуту. Девушка вновь и вновь вспоминала то, что Уолтер говорил об её отце, о смерти, о человеческой натуре. Мысленно вела с ним спор, возражала ему, предвкушая, что рано или поздно Норрингтон вновь явится и тогда она больше не растеряется.

А теперь растерялась.

– Медлите, мисс Хантер? Значит, я прав.

Его торжествующий тон вызвал негодование.

– Ты выбрал неудачное время. Мои спутники совсем рядом, и, стоит мне позвать их, как…

Низкий, бархатный смех Уолтера заставил её прерваться.

– И что же будет? Они станут свидетелями того, как вы беседуете с пустотой? – Он улыбнулся шире, обнажив зубы. – Хотя вы можете рассказать им, что вас посещает тёмный дух. Знаете, что за этим последует?

Джейн не хотела слышать ответ, однако Норрингтон не отказал себе в удовольствии его озвучить.

– Если вам не поверят, то сочтут сумасшедшей. Если поверят, то зададутся вопросом: почему вы так долго скрывали это? Разве о таком можно умалчивать перед верными соратниками? Вы заявили им, что хотите уничтожить убийцу отца, а тем временем ведёте с этим убийцей долгие беседы…

Ненависть всё сильнее разгоралась в груди с каждым новым словом Уолтера. Пока Джейн сдерживала себя, догадываясь, что любые проявления сильных чувств лишь раззадорят его.

– Я не стану разговаривать с тобой.

– Вот как? Такова ваша благодарность за помощь?

Брови Джейн взметнулись вверх.

– Какую помощь?

Уолтер опечаленно вздохнул, как будто её неведение и в самом деле его расстроило.

– С переправой.

Нахмурившись, она обвела взглядом паром.

– Что это значит? Подкупил паромщика, чтобы нас пустили?

Неуверенное предположение вызвало у Норрингтона снисходительную усмешку.

– Почти: паром идёт своим ходом, без управления. Благодаря мне.

– С кем же договаривался мистер Ривз?

– Со мной.

«Он способен создавать иллюзии? Принимать любое обличье?» – Джейн невольно поёжилась.

– А настоящий паромщик…

– Кормит рыб на дне реки.

Сглотнув, она отступила на шаг, не зная, чего ждать от Уолтера. Сейчас, пока они плыли по реке, избавиться от его общества не имелось возможности, а находиться с ним рядом было мучительно. Из-под навеса раздалось встревоженное ржание.

– Кажется, вашему мустангу не по нраву моё присутствие.

– Никому не по нраву твоё присутствие!

Смех Уолтера вновь разнёсся над водой. Он звучал мягко, переливчато.

«И… приятно?» – мысль, что ей нравится этот звук, ввергла Джейн в ступор. Норрингтон тем временем слегка поклонился.

– Благодарю за комплимент. Отмечу, что вы заблуждаетесь, мисс Хантер: далеко не всех людей отвращают грехи и пороки. То, чего мы боимся, равно как и то, что мы отрицаем… Зачастую манит. Разве не так?

Джейн промолчала, подумав: «Уолтер опять пытается меня запутать… На этот раз ему не удастся. Зло никого не привлекает. Избежать гнева и страхов человек не может, верно, но они разъедают душу. Если кому-то и кажется, что в жесткости есть своя прелесть, то это большая ошибка».

Изучая её лицо, Норрингтон констатировал:

– Вижу, что мой вопрос вас озадачил. А ведь вы и на первый так и не ответили. Вы скучали по мне, мисс Хантер?

Он приблизился, смотря на неё с высоты своего нечеловеческого роста. Джейн сделала ещё шаг назад и упёрлась спиной в ограждение. Отступать было некуда. Руки Уолтера мягко опустились по обе стороны от неё, образуя западню, ловушку, из которой невозможно сбежать. Требовательный взгляд пронизывал насквозь. Джейн пришлось запрокинуть голову, чтобы не выпускать из поля зрения лицо Уолтера – лицо, которое она должна была ненавидеть: ядовитая усмешка, острые скулы, глаза, в которых светилось холодное любопытство хищника, загнавшего жертву в угол.

В полном смятении Джейн застыла, заворожённая исходившей от Норрингтона силой. В глубине души она действительно ждала, потому что он обещал, что явится ещё не раз, и таким образом заставил невольно думать о новой встрече. Джейн понимала, что Уолтер играет с ней, забавляется, намеренно вызывая противоречивые эмоции, в которых она захлёбывалась. Сейчас это понимание не помогало – она словно потеряла волю…

– Ну же, – голос, зазвучавший внутри головы, запустил по телу россыпь мурашек. – Ответьте мне.

От взгляда Уолтера не было спасения, и тогда Джейн закрыла глаза.

– Нет.

– Нет?

– Скучают по тому, кем дорожат.

Неимоверным усилием вновь собрав волю в кулак, Джейн упёрлась руками в грудь Уолтера, чтобы оттолкнуть его. Ладони прошли сквозь пустоту. Усмехнувшись, Норрингтон отступил назад, позволяя ей выдохнуть. «Он ведь бесплотен, я могла сразу отойти! Почему же не сделала этого, вела себя как птица, пойманная в клетку… – Жгучий стыд охватил Джейн, примешиваясь к злости за собственную слабость. – Это в последний раз, когда я попалась на уловку Норрингтона!»

Она с досадой отвернулась и увидела, что до берега осталось уже совсем немного.

– Мы почти на месте, – тихо произнёс Уолтер.

– Мы? – Ей не удалось сдержать непроизвольный испуг, что вызвало очередную его усмешку.

– Я не собираюсь сходить вместе с вами на берег, не тревожьтесь. Наша сегодняшняя встреча подходит к концу.

Вновь взглянув на Норрингтона, Джейн устало выдохнула. Она безусловно проигрывала: её изматывали их разговоры, больше похожие на изощрённое противостояние, а его – подпитывали. «Как бы я ни хотела отомстить, мои возможности ничтожны. Но если я научусь пользоваться артефактом, может, тогда появится шанс?» – Джейн скрестила руки на груди, по-прежнему стараясь не показывать беспомощность перед врагом, хоть и понимала, что он прекрасно чувствует все слабые стороны.

– Зачем ты помог нам?

– Так намного интереснее – поступать не так, как от тебя ожидают, вносить смуту, давать надежду… чтобы потом одним взмахом руки отобрать.

Она криво усмехнулась. Ей даже в голову не пришло бы понадеяться, что Уолтер способен действовать во благо.

– Посмотрим, куда заведут эти игры.

– Посмотрим… – Прошелестев это, Норрингтон наконец-то исчез, оставляя её одну. Каждый раз после этих встреч в душе Джейн оставалось выжженное поле. Уолтер истощал её силы, наслаждался вспышками ярости, которые перемежались с растерянностью и страхом. «И ведь он прав: я даже никому не рассказала о том, что происходит. В этом противостоянии у меня нет союзников. – Джейн зябко повела плечом. Бросив взгляд на навес, под которым, ни о чём не подозревая, сидели Ривз, Куана и Джереми, она уронила лицо в ладони. – А если однажды они услышат, как я говорю с кем-то невидимым? Как им объяснить? Или я действительно должна преодолеть это испытание сама, без помощи…»