7

Открытие первого в мире банка состоялось в середине октября.

Эмир лично посетил церемонию открытия, заранее оповещённое купечество, с удивлением смотрело на роскошное здание. Облицованное белым камнем, здание с портиками у входа отлично смотрелось. Детали архитектуры скрывали массивность, осталось впечатление надёжности и солидности. На фронтоне красовался наш флаг со львом. В свите эмира были и представители мусульманского духовенства. Я, честно говоря, опасался этого момента. Религия долгое время будет играть ведущую роль в делах государств.

- Не переживай, Вик, — это ко мне подошёл Абу ибн Ицхак.

- Наш первый имам, его дядя по материнской линии и поперёк эмира слова не скажет. Так, что здесь всё нормально.

А на следующий день мы открывали наш банк для клиентов. У входа красуются четыре гвардейца эмира в полной экипировке. Кстати, они у нас на балансе, жадина эмир и тут сэкономил. Дальше вход в операционный зал с десятков отдельных кабинетов, где клиенту предложат напитки и решат его дела. Еще несколько административных помещений с проходом через охранника. Решётка отделяет подвальные помещения от операционного зала. Здесь у нас отдельно зал с депозитными ячейками и через стену помещение основного хранилище. Оба защищены мощными кованными решётками, по два замка врезаны в них. Один ключ у охранника, другой у работника банка. В конструкции этого этажа мы использовали армированный бетон и тамошние замки с ригелями, входящими в пол и перекрытие.

Первые два дня народ заходил, знакомился с условиями и уходил. На третий день какой-то хозяин мастерской взял кредит под имеющийся у него металл. Его заставили перевести сырьё на наш склад. После оценщика местный нотариус подтвердил сделку, и мы выдали первый кредит. В подарок первому клиенту вручили неплохой охотничий нож. Через день прорвало, пошли купцы, хозяева местных мастерских и лавок и даже пару представителей местной аристократии. Эти попытались качать права, типа креста на вас нет или не гневите аллаха. Ненавязчивое упоминание имени эмира и главного имама города решало все проблемы. Через две недели нам пришлось нанимать дополнительный персонал и аккумулировать наличные средства.

Я уговорил нашего крёстного папу трети города Анатолия, вкладывать деньги в наш банк.

Незаметно в заботах пришла зима.

Полёты на дельтаплане пришлось прекратить ввиду неудобства полётов, а вот на мотодельтаплане наоборот зимой лучше.

Крепкие зимние ветра способствуют лёгкому и стремительному планированию. Поэтому мы с Толиком одевались по-зимнему и перемещались между Ближним и Суваром за 4 часа.

Вообще, Толик после первого посещения Сувара влюбился в местную эпоху. Я с трудом заставлял его возвращаться. Более того, Валера жаловался, что дочь Лена достаёт его, не хочет сидеть дома.

Это привело меня к мысли, поискать ещё пару таких аппаратов в том мире. Валера даже подсказал посёлок, недалеко от Арбажа, где жили два его товарища, фанатика этого дела.

Через месяц я уже перебрасывал два мотодельтоплана и три дельтаплана на эту сторону. Удалось выкупить их у хозяев. Кто-то не пережил смутные времена, и родственники с довольствием избавились от лишнего железа. Другой, получил травму, несовместимую с занятием дельтапланеризмом.

В итоге у нас получилась целая служба планеризма. Три моторизированных и шесть дельтапланов разных модификаций.

Я начал самостоятельно делать облёты на мотодельтаплане. Волшебного ощущения полёта, конечно, нет, зато комфортно и значительно быстрее перемещение. Немаловажно возможность брать пассажира и некоторое количество груза. Через месяц уже самостоятельно или с пассажиром перелетал между городами. При этом не уставал так сильно. Очень удобно, перебрасывал очередную вахту из Дальнего наружу. Мои жёны поочерёдно побывали дома, а сегодня у меня день рождение. Обычная, некруглая дата. Но мои благоверные решили устроить мне праздник. Они раздобыли аудиопроигрыватель и подготовили обалденный номер. Уложили меня с комфортом на подушки, а когда заиграла красивая восточная музыка, две мои красавицы в полупрозрачных одеждах выплыли в центр комнаты. У меня даже дух перехватило от красоты их тел и танца. Одетые в изощрённые восточные одежды, которые больше открывали, чем скрывали, две красавицы изгибались, показывая мне свои прелести, дразнили чертовки. Не верится, что эти прелестницы мои жёны. Чем я заслужил это? Спасибо там наверху, что устроил так мою судьбу. Мне очень нравится эта жизнь, грех жаловаться.

Но не всё спокойно шло у нас. В одну из ночей постучали гости, заявился наш крёстный папа с охраной. Вечером зарезали одного из наших людей, лейтенант оттуда, работавший с Анатолием. Хуже всего, что его перехватили в центре города, вместе с семьёй. Женой и маленьким сыном. По любым законам, семья неприкосновенна. Беспредельщика выявили и сейчас нам надо решить, как реагировать.

Собрали наш актив, реагировать решили жёстко, нельзя прощать. Прикрытие наверху за мной. Мой компаньон по совместительству глава тайной службы эмира. Будет держать ушки на макушке.

В убийстве замешаны главари конкурирующей группировки и кое-кто из руководства города.

В течение следующего дня наши ребята, с помощью местных помощников, разведали места проживания людей, отдавших приказ на покушение на нас. К вечеру были стянуты доступны нами силы. В три часа ночи началась операция, с использованием современных средств, штурмовые группы проникали на вражескую территорию. Зачищали кардинально, мужчин уничтожали всех, остальных только при необходимости. Короткий допрос и в расход. Ценности забирали с собой, отдельная бригада проникала вслед за штурмовой и работала над этим. Под утро взяли штурмом усадьбу человека, отдавшего приказ на убийство. Что интересно, что им оказался ближайший сподвижник главного вояки города Талиб ибн Микаэла. Этого господина вместе с семьёй забрали с собой для вдумчивого допроса. Оказывается, правая рука эмира крышевал рыночную мафию города и когда мы потеснили их, он решился на убийства, чтобы испугать нас. Немного ошибся, мы отомстили за смерть нашего товарища. Теперь нас боялись трогать, да что там, смотреть в нашу сторону опасались.

По итогам операции неплохо прибарахлились, а главное к нам в руки попал компромат на уважаемого человека. О чём ему сразу стало известно.

А нам пришлось проводить зачистку и через десять дней мы стали контролировать все рынки города.

В связи с эти м я имел неприятную беседу с Абу ибн Ицхаком. Оказывается, что власти в курсе дела и мне предложили оплачивать часть прибыли в фонд эмира. Ну, что же справедливо. Так же мне порекомендовали делать пожертвования в пользу верховного имама.

Ничего не меняется под луной.

Зима вступила в свои права, сковала реки льдом, завалила окрестности города снегом. Интенсивность нашей деятельности поубавилась, я только периодически переходил на ту сторону, для смены ребят, прикрывающих наш портал. Зима, это период деловых приёмов. Здесь отсутствовали балы позднего периода, но часто приглашали на приёмы в дома знати, мы тоже устраивали такие посиделки. Женщины туда не допускались, зато жёны первых лиц города устраивали девичники, куда приглашались и мои жёны, причём к статусу моих жён все относились нормально. Ну да, две жены, есть целые гаремы, о чём и я подумываю – шутка. А вот византийский святоша Аттилиат Михаил с непониманием посматривал на меня. У меня с ним активизировались отношения. Дело в том, что кроме наших деловых отношений по реализации товара на территории Византии, наши люди стали захаживать в единственный православный храм. И мне пришлось проводить с ними беседы на счёт сохранения тайны относительно нашего появления здесь, никаких откровений на исповеди, вплоть до отлучения от общества.

А в последнее время мне докладывают, что наши преторианцы стали оказывать знаки внимания служанкам в частности, и к женщинам в общем. К этому мы отнесли положительно, но только при условии венчания. А для этого нужно сначала крестить их в православную веру. Вот я и встретился с архимандритом Михаилом, так называлась его должность в епархии. Беседа получилась познавательной, собеседник довёл до меня ситуацию с продвижением агрессивного ислама на территорию континента. И для святого отца очень важно появление новый паствы. Вообще крещение язычников было важней функцией церкви и пастырь, приведший в лоно церкви новых прихожан получал весомые очки. Поэтому наши отношения резко улучшились. На его вопрос о моём многожёнстве я сослался на языческое прошлое, решение родителей о второй жене. А в русло православия я пришёл позже. И сейчас прошу отче посоветовать, как быть, от обеих у меня по ребёнку, развестись не получиться. Ответ поразил меня образцом средневековой казуистики. Типа, если нельзя, но очень хочется, то можно. Святой отец будет молиться за меня, но в принципе он меня понимает и думает, что достаточно помогать святой церкви и этим замолить грех многожёнства. А красноречивый его взгляд объяснил мне всё. Церковь позабудет про это недоразумение, пока я её нужен.

Очень настойчиво отец Михаил предлагал послать в наше княжество своего представителя для развития отношений. С большим трудом отмахался, на ответную просьбу, помочь нашему молодому храму в Ближнем церковной утварью получил положительный ответ.

Усиление наших около криминальных структур не прошло незаметно. Участились наезды на нас со стороны силовых структур. За всем этим стоит незабвенный Талиб ибн Микаэль. А когда нам с Сашей прислали вызовы на судебные поединки я всерьёз озаботился. Как таковых дуэлей в это время ещё не знают. А вот вызов на судебный поединок, чтобы разрешить конфликт с божьей помощью практикуется.

А самое гадостное, что вместо себя, истцу разрешается выставить замену. После консультаций с моими компаньонами стало ясно, что комендант города не успокоится, пока не уничтожит нас.

На мой вопрос, а что если с уважаемым Талиб ибн Микаэлем, не дай аллах, что-нибудь нехорошее произойдёт, Абу ибн Ицхак ответил:

- Ну, если он споткнётся на улице и сломает себе шею, значит такова воля аллаха, - и он о чём-то хорошем помолился, закатив глаза.

В течение нескольких дней наши люди разрабатывали операцию устрашения.

А затем произошла череда непонятных событий. Уважаемый комендант города, Талиб ибн Микаэль в одно прекрасное утро вышел из дома, остановился полюбоваться на облака или может на гадящую сверху ворону, и тут на него падает огромный камень, венчающий колонну, украшающую вход в дом. Благоверный муж остался жив, камень зацепил вскользь голову, сломав ключицу. Но этого хватило, чтобы он превратился в растение на долгие годы.

А уж досадное происшествие с его племянником, неудачно навернувшегося с лошади и одного из приближённых несчастного Талиб ибн Микаэля, провалившегося под лёд вместе с каретой никого не удивило. А именно эти люди требовали судебного поединка. Так как явного покушения на этих достойных людей не было, всего лишь злой рок или воля всевышнего, то и реакции со стороны эмира не последовало. Только появились слухи, что с этими странными итальянцами лучше не сориться. Всевышний явно им благоволит.

Наш банк потихоньку прирастал клиентами, купеческая активность немного упала, зато потянулись за ссудами владельцы бизнесов. Банку пришлось покупать большой участок за городом на берегу для складирования заложенных товаров, также красовались три судна, ожидающих, когда их хозяева рассчитаются по долгам.

Штат работников заметно увеличился. Несколько оценщиков, два крючкотворца, оформляющие договора о ссуде, десяток специалистов по работе с клиентами. Для знатных посетителей отдельный вход и особые условия. Первые желающие положить деньги на хранение, пришла вдова купца, продавшая бизнес мужа. Она опасается хранить большие средства дома, да и родственники неровно дышат к его кубышке. Банк же берёт на хранение деньги и по завершению года выплатит хоть и мизерный процент, но всё лучше, чем будут лежать под подушкой. Мы выдали ей латунную пластинку с указанием суммы вклада и её ID. Теперь при предъявлении этой пластины и тайного слова она получит назад свой вклад. Бухгалтерия велась в гроссбухе и на компе в секретной комнате. Наша троица бухгалтеров заносили клиентов и суммы в специальную программу, позволяющую быстро работать с данными. Электроснабжение было пока только в нашем доме. На крыше раскинулись солнечные батареи. Десяток мобильных раций обеспечивали связь внутри города. Пока стационарная мощная радиостанция обеспечивала устойчивую связь с ними.

Наши финансовые дела идут весьма неплохо. Сейчас затишье, связанное с зимним периодом. Но мы успели забросить, благодаря летней навигации наших обоих суден, достаточно товара. По крайней мере наш магазин в Суваре успешно торговал, совместный с Балезиным бизнес тоже процветает. Но основные деньги мне стал приносить святой отец. Если мой компаньон Альмас нам приносил на зеркалах в среднем 4–5 тысяч серебряных дирхам в месяц, то грек в разы больше. Причём платил полновесным золотом. Золото мы не сдавали в банк, это наша финансовая подушка. Оба зимних месяца наш актив работал над условиями оплаты наших людей. С местными всё понятно, наёмные люди. Получают заплату, а вот своих мы посадили на другие условия. Те, кто приносят нам, деньги просто платят налог в нашу казну. А вот силовики и прочие бюджетники, для них мы и разрабатывали систему финансовых и моральных стимулов. Полтора десятка наших преторианцев получили вольную, почти все приняли православие и переженились. Теперь у них значительно улучшились условия. Они покупают или строят сами жильё, за хорошие показатели в службе - добавки в зарплате.

На совете актива приняли решение о покупке на рабских рынках ещё партии молодых ребят, решили набрать 50 человек. Жить будут пока в казарме, на территории нашего загородного участка у реки. Этим занимается чех Радек и наш главпрапор, который десантник.

Перед рождеством отправили дипмиссию в столицу Булгар. Я отмазался, дел и тут много. Глава, естественно - Саша, с ним Алёна. Ему в помощь Георгий и ещё двое наших из силовиков. Десять преторианцев в фирменных одеяниях и доспехах. Подарки подготовили царские, задачи поставили реальные, представиться перед монархом. Если получится - выбить разрешение на организацию в основных городах сети банков. Для этого в делегацию наш эмир включил святош и своих представителей. Санный поезд из пары десятков саней выехал в столицу по льду Волги или как её называют сейчас река Итиль.

Я же, воспользовавшись своим законным правом, стал почти каждый день выезжать с семейством в лес, выгулять лошадей и поохотиться. С собой брал солидную свиту, хватит прежних ошибок. Здесь люди обозначают свой статус богатыми одеждами и свитой. Если ты хочешь скромно и не заметно проскользнуть - флаг тебе в руки, но не возмущайся, что кучер залётного купца огреет тебя кнутом по спине. Сам виноват, нужно обозначать себя.

Раз в месяц перелетал с Толиком или Леной на мотодельтаплане в Ближний или Дальний. Там народ сидел в изоляции и завидовал нашим приключениям. Я только обещал подумать на предмет ротации и переброске нужных людей весной в Сувар. В Ближнем я отдыхал душой и телом, не хватало только Риты с Анькой и детей. Здесь всё нормально, коллектив сложился. Верховодили Миша и Вангел. Всё ровно, работает школа и больница. Люди ходят в церковь, я подкинул им церковной утвари от византийцев, прониклись, но тутже получил бунт в собственном доме. Наш главный поп - отец Николай, узнав, что это подарок от византийцев, поставил мне ультиматум. Он должен встретиться с архимандритом. Упёрся с выражением фанатика на лице.

- Ну встретитесь вы с ним, дальше что. Это очередной ссыльный поп из Константинополя. Вы хотите раскрыться перед ним и поставить нас всех перед фактом возвращения на ту сторону?

- Я что, похож на идиота? Наоборот, наше происхождение нужно держать в тайне. Но ведь это такая возможность изменить историю христианства. Ведь сейчас это единая церковь и мы можем немножко подтолкнуть процесс в нужную сторону.

- Хорошо, а как это поможет нашей общине выжить в этом мире?

Отец Николай, подумав, ответил:

- Если у нас получится, мы сможем помочь вам интегрироваться в местное общество на качественно другом уровне.

Теперь уже мне пришлось взять паузу. Ну на фига козе баян, попасть под влияние церкви. Хотя и плюсы огромны, в это время церковь всесильна.

- Хорошо, и что Вам нужно для вашей миссии?

- Ну для начала перейти на ту сторону.

На мой немой вопрос он пояснил:

- Вы, Виктор, не поверите, но церковь там сохранила многое и главное людей. Мне нужно встретиться с несколькими важными людьми, если получиться договориться, мы сформируем делегацию.

- Отец Николай, а Вы понимаете, как легко разрушить нашу жизнь, раскрыв нашу тайну?

- Хорошо понимаю, и приму всё, чтобы удержать секрет в тайне. Кстати, на той стороне ходят разные слухи среди людей о нашей общине. Кто-то что-то разболтал. Всё на уровне слухов, но имейте в виду.

Поэтому я взял с собой попа и свежую смену охраны портала. На той стороне глобальных перемен не наблюдалось, всё местечковое. Слухи о нас действительно ходили, но наши ребята направили их в нужное русло. Кому-то проболтались про болота, где мы сидим в тайном схроне и чертей, которые нас охраняют. Короче говоря, ходила куча абсурдных перешёптываний, серьёзные люди отмахивались от них.

Наши ребята не сидели сложа руки, они отрабатывали заявки по нашим спискам. Тут и медикаменты, и электроника, инструменты и предметы первой необходимости. Необходимые для нас люди дефицитных специальностей, врачи, инженеры и вообще люди с руками. Порадовали нас семья стоматологов со своим оборудованием. В обоих наших посёлках работали стоматологи с примитивным оборудование. А нам нужно ещё иметь в Суваре своих специалистов. Больше всего прибилось силовиков с семьями. Наши ребята, встретив хороших знакомых и сослуживцев, закидывали удочки насчёт присоединиться к нам. Отобрав подходящих, переселяли их к нам.

Отец Николай нас покинул в первый же день, обещал сообщать об новостях. Долго сидеть тут не имело смысла и мы перебрались обратно. Основную часть новеньких я брал в Ближнее. По льду на телегах мы за пару дней перебрались домой. Дорога между нашими посёлками строилась потихоньку всё это время встречными направлениями. Именно вырубаемый здесь лес использовался на лесопилке и для нужд народа.

Назад в Сувар летели с Леной на разных аппаратах. Девушка добилась разрешения от отца пожить у нас. И мы пассажирами взяли семью стоматолога с минимумом оборудования. Стоматологическое кресло с оборудованием мы завезли в предыдущую навигацию. У нас хватало страдающих от зубной боли. Удалить то зуб мы могли, но ведь зуб с кариесом можно элементарно вылечить. Вообще проблема с зубами характерна для этого времени. Даже первые люди города щеголяли дырами во рту. А когда к сорока годам зубов не оставалось, приходилось переходить на каши. Так что актуальность зубных врачей налицо.

Наша делегация ещё сидела в Булгаре. Верховный эмир их принял, подарки вроде понравились, он только был недоволен, что мы сразу не отметились у него. Так что пока обращаться к нему за поддержкой в вопросе банка преждевременно. Блин, чувствую придётся мне ехать.

В Суваре всё спокойно, клан Абу ибн Ицхака подмял под себя военное руководство городом. Его зять, бек Фурза, был назначен эмиром руководить гарнизоном. Он состоял из 500 бойцов и конной сотни. Задачи гарнизона — это отражения атак кочевников-половцев, периодически проверяющих богатый город на крепость. Как правило, несколько тысяч всадников подлетали к городу в надежде застать его врасплох. Но такого не происходило, затем они разоряли посад и склады купцов по реке и спалив десяток домов, растворялись в степи.

Местные вояки умели воевать из-за стен с такими наскоками, и новый начальник гарнизона особо не утруждался.

А я же обдумывал новую поездку в Булгар. Нужны козыри в беседе с правителем, вернее его визирем, достопочтенным Котраг ибн Кубрат. Сей вельможа успешно фактически руководил столицей и большей частью страны. Вот к нему и нужен подход. Чрезвычайно набожный, к идее ростовщичества, то есть сужению денег под процент правоверному относится отрицательно. Но не фанатик, с ним можно договориться. Это мне объяснил Абу. Вот как только к нему подкатить.

Собирались в дорогу вдумчиво, ехала моя семья, Толик для налаживания отношений в криминальном мире и наши новые преторианцы в количестве дюжины. Выехали на трёх повозках, с сильными лошадями с раннего утра можно проскочить дорогу по льду за один день. Солнечный морозный день, накатанная дорога, частые попутчики и мы въезжаем в столицу. На воротах я показываю охранный фирман эмира Сувара, не сразу, но пропускают. На первое время останавливаемся в местной гостиницу. На улицах города оживление, вообще столица выгодно отличается от провинции. Много каменных зданий, общественных и частных. Белоснежные мечети и бани, караван-сараи и дворцы местной знати.

Вечером встретились с Александром и Георгием. Саша возмущался местной бюрократией. Выслушав ребят, я понял, что в принципе мы представились великому эмиру, но на этом наши достижения исчерпаны. Больше успехов нет. Нам нужно собирать информацию об визире и местном обществе, обо всех значимых людях. Это первое, затем нужно знакомиться с представителями местного истеблишмента.

А для этого нужен приличный дом, где можно принимать солидных гостей. И мне пришлось напрячь свои деловые связи для поиска подходящей недвижимости. Купить что-то во внутренней части столицы нереально, это мне уже объяснили. Даже весомые посольства Византии и халифата размещались вне его стен. Поэтому мы искали дом в хорошем районе с большим участком. А здесь неожиданно сработали наши связи с греческом попом. Православного храма здесь нет, но греческая община довольно большая и существует с давних пор. Вот они и предложили нам усадьбу одного богатого купца. Большое двухэтажное здание с хозяйственными пристройками и приличным участком. В приватном разговоре с главой греческой диаспоры, он прямо сказал, что если мы сможем договориться о строительстве в столице православного храма, то здание отойдёт нам бесплатно. Пришлось расставлять точки над "И". Мы будем работать над этим вопросом, но без всякой связью с покупкой. Мы друг друга поняли, через день оформили документы на покупку дома, и две недели там работала большая бригада рабочих, производя ремонт помещений. Здание большое, пять десятков человек свободно разместятся, есть конюшня на десяток лошадей и пару выездов. На фронтоне установили наш двухцветный флаг со львом. Постепенно все перебрались сюда. За этот месяц удалось собрать важную информацию. Великий эмир не особо занимается делами государства, всем занимается визирь, его полномочия ограничивались только властными полномочиями эмиров в крупных городах. Но в столице и провинции именно его слово становилось решающим. Да и в городах от него зависело многое. Поэтому жизненно важно поладить с ним.

Первая наша встреча произошла на дипломатическом приёме. В отличии от Сувара, здесь присутствовали послы всех значимых стран. Десяток азиатов и арабов, из западных бросились в глаза, конечно, греки, гости из Киева, скандинавы и немцы с итальянцами. Много представителей духовенства всех конфессий. Я пообщался со знакомым мне уже греком Фокой и чубатым посланником великого киевского князя Ярослава по прозвищу" Мудрый". Саша принял на себя генуэзцев и венецианцев. Нами интересовались, но пока только присматривались. Оказывается, греческая диаспора влиятельна и Фока представил меня важному визирю. Немолодой для этого времени, лет сорок пять, полноватый мужчина в традиционном для ислама одеянии с аккуратной бородкой. Одет неброско, сразу и не скажешь, что это второй человек в государстве. На мой поклон он ответил намёком на кивок, но его взгляд изучающе задержался на мне.

Да, нелегко с тобой дядя будет. Мнения о себе немереного, но умён, знает себе цену. Упрям, если что-то решил, будет следовать курсу, даже себе в ущерб.

Разведка доложила, что у Котраг ибн Кубрат три жены, но детей аллах не дал. Поэтому, наверное, он много время уделяет управлению. Что ж, будем работать.

Анатолий сошёлся со своими коллегами, отнеслись с насторожённостью, но информацией делились.

Мы открыли здесь свой магазинчик, мне приходилось вести светский образ жизни, принимать нужных людей и участвовать в местных тусовках. Это непременно охота, я не люблю облавную охоту, но приходится терпеть. А вот выехать с семьёй и охраной за город - это с удовольствием.

В этот раз выехали, взяв с собой телегу. В ней мой дельтаплан в разобранном виде. Я его притащил сюда и когда невмоготу стало от желания полетать, решился выехать подальше за город. Сегодня погода хорошая, температура градусов десять ниже нуля с лёгким ветерком. Нашли подходящую поляну на опушке леса. С помощниками быстро собрал конструкцию. Переоделся в зимний комбинезон, на всякий случай взял с собой обычный НЗ в рюкзаке и карабин. Проверив, всё ли в порядке сделал пару шагов и сразу меня подхватил порыв ветра. Быстро набрал высоту и начал по увеличивающейся спирали кружить под облаками. Темная громада леса в одном месте перешла в белоснежное поле степи. Попалась мне внизу большая кавалькада всадников, лошадей с полсотни. Они начали махать мне руками и пытались догнать, но куда там. Лошадь по снегу никогда не догонит птицу в небе. Я виражом скользнул вправо на солнце и по большому кругу полетел к лесу. Налетался вдосталь, когда начали неметь щёки, пошёл на посадку. Сел образцово, стал как вкопанный. Сначала разобрали мою птичку, потом я начал переодеваться, когда из леса выметнулись всадники, вернее с лесной дороги. Надо отдать должное, наши преторианцы сразу встали в шеренгу, прикрылись щитами и выставили копья. Но силы неравны, наших десять, а эти всё вываливаются из леса. Похоже это те степняки. Я приготовил карабин, они умоются кровью, ещё не ясно, кто - кого. Но всадники остановились за пару десятков метров и вперёд выехал их главарь в сопровождении трёх охранников. Подняв руку, он крикнул, что нам не надо беспокоиться. Да я бы и не беспокоился, но со мной моя семья, включая детей. Пришлось мне тоже выдвигаться вперёд в сопровождении нескольких ребят. А для этого пришлось стянуть мой комбинезон и одеть своё штатское. Предводитель с интересом смотрел за моим переодеванием. Познакомились, он представился сотником Арабханом. На вид чуть младше меня, лет тридцать с копейкой. Одет богато и жеребец породистый, горячится под седоком. Одним прыжком Арабхан соскочил на землю и предложил мне присоединиться. Нас быстро окружила челядь. Через двадцать минут уже стоял шатёр, в нём горела печка, согревая воздух до комфортного. А мы на подушках пили приятный согревающий напиток. Мне, так как раз в тему, немного продрог.

Я уже понял, что этот лихой джигит видел мой полёт. И сейчас он с горящими глазами расспрашивал меня об этом. Пришлось изворачиваться, что один умелец смастерил эту чудную птицу. Нет, никакого колдовства здесь нет и джины, пери и прочая сказочная нечисть мне не помогала. Пришлось опять собрать птичку и показать взлёт. Парень просто лучился энергией, предложил за птицу своего жеребца, потом десяток. Пришлось притормаживать его и объяснять, что сразу полететь не получиться. День прошёл быстро. С Арабханом мы нашли общий язык. Договорились, что, когда станет потеплее, я поучу его летать. А пока он напросился к нам в гости. По отношению к нему охраны на воротах стало понятно, что он не последний человек в городе.

А пригласил я его к нам на следующий день. Мы серьёзно готовились к этому. И вот почему, быстро выяснили, что этот парень является родным братцем нашего визиря. Очень удачно подвернулся нам сей товарищ.

Прибыл Арабхан с небольшой свитой и не с пустыми руками, мне подарил красивый кинжал, а для моих женщин ювелирные украшения, узнал ведь.

Я тоже отдарился красивой зажигалкой в бронзовом корпусе и каждой из его жён по карманному зеркальцу. А было у него их две, как у меня. Это уже я узнал. Я пригласил своих красавиц к беседе, Арабхан вначале удивился, что жёны появились тут, а потом наоборот с интересом их слушал. Ну да, эти иностранцы, что с них взять. Он с любопытством пробовал новые для него блюда и расспрашивал он наших путешествиях. Пару раз разговор сворачивался на дельтаплан. Вот же пристал. Да я ему подарю его, лишь бы помог с братцем.

Ответный визит мы нанесли по его же просьбе через неделю. Я взял несколько человек охраны, мы с Сашей и наши жёны.

Да, недурственные апартаменты. Наш новый знакомец жил во внутренней части города, небольшой, но очень красивый дом на холме, зато участок земли огромный, сейчас лысые фруктовые деревья и замёрзший большой пруд. Наверное, летом здесь благодать.

Встреча пошла как-то не форматно. Наших жён пригласили на женскую половину, а нас отвели в небольшую залу, со стенами, украшенными сюжетами из древнегреческого эпоса. Собственно, мы уже многое знали друг о друге. Арабхан пока служил сотником в личной гвардии великого эмира, но понятно, что большая карьера не за горами.

Я же рассказывал о нашей миссии, о планах по созданию банковской системы. В отличии от брата Арабхан серьёзно выслушал меня о преимуществах банка.

- Да, это удобно. Не надо возить с собой мешок с деньгами и кучу охранников. В этом городе сдал, в другом получил. За это не жалко отдать несколько дирхамов. Слушай, Вик, а этот ваш умелец, может для меня изготовить ещё одну такую птицу?

Господи, вот достал. Ни о чём другом думать не хочет.

- Ты не подумай, я просто очень люблю быструю езду. А на птиц всегда любовался с детства, очень им завидовал.

- Ты знаешь, а я во сне летаю. Вот лечу как птица, как увидел тебя там в небе, ни о чём больше думать не могу.

Дома, мои женщины делились впечатлениями. У нашего джигита две жены, старшей под тридцать, младшей семнадцать лет. Обе красавицы. Ребёнок один, дочь пятнадцати лет.

- Вить, такая красотка, одно загляденье. Была бы я парнем, женилась бы, — это Рита балагурит.

- А что, муженёк, женись на девчонке и сразу все наши проблемы решаться, - внесла свою лепту Аня.

- Ага, а наш старый пенёк - визирь плевать хотел на племянницу и что тогда нам делать с этим ребёнком.

- Ребёнком? Ты бы видел её фигуру, абсолютно созревшая женщина. Слюшай, такой персик, соком исходит, — это Рита пародирует кого-то из фильма.

- А вообще, милый, здесь девочки в тринадцать лет попадают в гаремы, в восемнадцать у неё уже двое детей. Поэтому и взрослеют рано.

- Рит, да что вы ко мне привязались с этим персиком. Нам дело сделать нужно, а потом персики есть.

К этому разговору мы вернулись спустя месяц. Днём уже стало тепло, температура опускалась к нулю и в очередной раз заявился Арабхан. Мы с ним частенько пересекались, вместе выезжали за город.

- Вик, когда же ты покажешь, как надо летать. Ты же обещал, как потеплеет.

- Дорогой Арабхан, ну не по грязи же летать. Хотя почему нет. Но научится летать непросто.

- Я всё отдам, ты только назови цену.

Вон как разговор повёл, а почему бы не поговорить напрямую.

- Скажи мне, друг. Ты имеешь влияние на брата?

- Смотря в чём.

- Хорошо, я скажу прямо. Нам очень нужно разрешение на организацию банков в четырёх городах. Что скажешь?

После минутного раздумывания мой собеседник ответил:

- Вряд ли, мой брат не пойдёт на это. Нужны очень веские основания.

- А если бы мы породнились и это стал бы наш семейный бизнес. Под эгидой нашего княжества организуем сеть банков по типу, как Суваре. Это большие деньги, поверь мне, и большое влияние.

На этот раз раздумья были дольше.

- Ты хочешь жениться на моей дочери?

- Ну я других девушек рядом не вижу.

- Хорошо, я тебя понял. Я был бы рад породниться с тобой, но удаться ли уговорить моего брата. Да и Мадина уже обещана, хотя ладно. Дай мне время.

А через три дня у нашего дома остановилась группа всадников. Мне вручили приглашение на аудиенцию с визирем, причём срочную, немедленно. Как-то больше смахивает на арест. Приглашён только я.

Через час уже сидел в приёмной. Рядом слонялись солидные люди. Одни быстро заходили, других не торопились принимать. Я ждал всего двадцать минут. Судя по завистливым взглядам это круто. Меня провели по нескольким коридорам, и я попал в зимнюю оранжерею. Здесь был устроен небольшой пруд с рыбками, и владетельный вельможа брал у слуги корм и лично кормил рыбок. Закончив с этим важнейшим занятием, он сполоснул руки, вытер о полотенце и сделал мне приглашающий жест.

Далее, безо всяких предисловий он сказал:

- У меня есть десять минут, что бы Вы мне рассказали о ваших банках.

Как хорошо, что я захватил свои документы. Накануне набросал основные моменты, которые хотел донести до визиря. Поэтому мне хватило времени чётко обрисовать основные наши направления деятельности с примерами уже работающего банка. Надо отдать должное визирь сразу уловил основную задумку. Задал несколько вопросов, потом начал прохаживаться между рядами цветов. Мне приходилось следовать за ним в фарватере.

Потом он наконец заговорил. Его смущала только наша ссудная деятельность.

- Брать с правоверного процент за заём это противоречит заповедям мудрецов. Это харам.

- Но, с другой стороны, пророк Муса допускает ростовщичество. Скажите, Вик, а Вы в самом деле умеете летать?

- Ну, не совсем, это надо показать.

- Хорошо, завтра и посмотрим.

Интересно девки пляшут, а ведь он в принципе не против создания банка, а хочет выторговать себе особые условия.

На следующий день полетать не получилось, была непогода, пасмурно и пошёл мокрый снег. А вот, через день мы выехали к уже знакомой полянке. Около сотни всадников и несколько экипажей. На поляне развернули шатры для женщин. Мы, не торопясь собрали птицу, давая рассмотреть процесс. Потом я переоделся в комбинезон, несколько шагов и я в воздухе. Сделав круг над лесом, приземлился, опять взлетел, покружив сел. Ко мне подбежал Арабхан, - Вик, а можно мне.

Глаза горят как у ребёнка, даже жалко разочаровывать.

- Уважаемый, вот так сразу не получится надо учиться.

- А вместе она подымет нас?

- К сожалению нет. Мы тяжёлые, не взлетит. От силы с ребёнком или лёгкой женщиной.

Джигит задумался на секунду, потом улыбка заиграла на его лице.

- Вик, а хочешь познакомиться с Мадиной. Она лёгкая, её птица подымет?

Я рассеянно кивнул, неужели получится. Из шатра привели женщину, когда она скинула шубку, оказалась тоненькой девочкой с симпатичной мордашкой. Явно восточные кровя, немного раскосые глаза, нежная кожа лица. Карие глаза стреляют на меня с любопытством.

Посмотрев на её отца, я спросил у красавицы, - Мадина, хочешь полетать?

Это надо видеть, на её лице отобразилась такая противоречивая гамма эмоций. Совсем ребёнок, не умеет скрывать. Переборов страх она наконец кивнула, - Да, очень.

Пришлось вешать дополнительную сбрую для тандема. Мой аппарат был приспособлен к таким полётам. Проблема была, во что одеть девушку. В шубке она не помещалась в кокон.

Тогда ей подобрали тёплый халат и обмотали пуховым платком. Сам грозный визирь стоял рядом и наблюдал за процедурой. Наконец устроил девушку над собой. С большим чем обычно усилием направил нос птицы под нужным углом, более длинная пробежка и мы оторвались от земли.

Надо мной раздался девчоночьий визг, восторг поборол страх и Мадина только попискивала на виражах. Я дал ей поглазеть на зимний лес вблизи, а потом поднялся метров на пятьсот. Надо мной было испуганное молчание:

- Эй, там на верху, ты живая?

Весёлое "Да" было мне ответом.

- Идём вниз? - категоричное "Нет".

Ясно, полетаем ещё малость. Мы погоняли косулей в степи, пронеслись над рекой и повернули назад. Посадка вышла немного резкая, ну не привык я к дополнительному грузу.

А вечером делились мнениями.

На подколки по поводу женитьбы на девчонке, я огрызался и предлагал другим пожертвовать собой ради дела.

А уже в спальне Рита сказала, - а эта девчонка на тебя глаз положила, когда мы к ним приезжали в первый раз. И нам прямо об этом сказала. Её отец хочет отдать за друга отца, богатый человек, но в возрасте и немножко не форме. Короче этакий неряшливый пузан. А тут мы заявились, вот она и сопоставила что к чему. Немножко погрела ушки, когда отец с дядей встречались и тебя обсуждали. А на дядю она имеет немалое влияние, любимая племянница как-никак.

- Рит, я не знаю, чем это закончиться, но, а что с ней то делать, если всё сладится?

- В каком смысле что с ней делать?

- Ну молоденькая же совсем.

- Хм, не переживай, ты бы видел её не в верхней одежде. Завязки на груди лопаются. Запомни, она уже женщина и готова к отношениям. Да что я тебя уговариваю, охренеть не встать. Не хочешь, не женись. Нам больше останется.

А ещё через два дня мы втроём, вместе с двумя братцами, сидели, или вернее, полулежали в доме старшего. И за распитием настоящего китайского чая, обсуждали наше дальнейшее сотрудничество. О свадьбе на девочке никто уже не заикался, момент проходной и само собой разумеющийся.

Мы обсуждали устав наших банков. Споры возникли, когда дошли до ссудной политики. Бились над каждым пунктом. Пришлось пойти на уступки, для местных граждан процент по ссуде в половину ниже. Всемогущий визирь оказался патриотом, его не интересовали интересы единоверцев в целом, а только свои сограждане.

Прибыль делится на три части. Кроме моей, его доля. Деньги он фактически не вкладывает, зато выделяет подходящее здание и охрану. Третья доля идёт в местные бюджеты, то есть эмирам городов, что логично. По результатам деятельности сети банков договорились встретиться через год для корректировки нашей деятельности.

А теперь о свадьбе. А уж надеялся, что мы по-быстрому распишемся в местной мэрии и адью. Ага, сейчас.

У современных мусульман только два праздника в году, это окончание поста и завершение паломничества в Мекку. Остальные события чтят, но не празднуют, вспоминают, но не устраивают пиров.

Пиры бывают по другим поводам. Гость в доме - праздник, рождение ребёнка - праздник, обрезание сына - ещё какой праздник. А свадьба - самый большой праздник.

И тут мне поплохело, мне уже не кажется хорошей идеей таким путём развивать свой бизнес. Да мне года будет мало, чтобы всё это пройти.

Нужно встречаться с муллой, для изучения свадебных обычаев.

Перво-наперво это сватовство, то есть обговаривание условий заключения брака. А мы сейчас разве не договорились?

Обязательно договориться о размере калыма, которым сторона жениха одаривала сторону невесты. Невеста, кстати, тоже приходила в дом мужа с приданным, в основном постельное и тряпки.

После трёх кругов сватовства при достижении обоюдного согласия проходили обряды, на которые приглашались будущие родственники. Предсвадебный период долог, это только чернь быстро женилась.

Мои будущие родственники с улыбкой смотрели на мою отвисшую челюсть. Они милостиво разрешили сократить для меня, как иностранца срок женитьбы до полугода.

Таким образом сейчас стороны принципиально дали друг другу слово. Свадьба будет осенью. От меня особо ничего не требуется, они сами займутся подготовкой. Главное - мы договорились об условиях свадьбы. С моей стороны калым составит некоторое количество остродефицитных товаров - зеркал, а также заморские ткани ядовитых расцветок. Работы по созданию банков в Булгаре, Биляре и Жукетау (Жукотин) начинаем сразу. Для этого достопочтимый Котраг ибн Кубрат выделял мне своего помощника, который будет заниматься нашими делами. На этом я и откланялся.

Домой пришёл в непонятных чувствах, вроде дело сдвинулось с мёртвой точки, но почему же мне кажется, что меня как пацана, поимели.

Так как договор мы заключили, я не видел причин, отказывать своему будущему тестю в обучении. Так как сам недавно проходил всё это, я начал с теории. Затем соорудил макет перекладины с упряжью и подвешивал Арабхана в горизонтальное положение, заставляю висеть так, периодически работая плечами, наклоняя конструкцию.