8
МАРТ 2019 ГОДА
Так незаметно прошла зима, день удлинился. Мы со Степанычем начали расчищать участок под строительство второго дома. Все стройматериалы на месте. Вообще я стал "выходить в свет" раз в месяц. Здесь дел много, не дожидаясь тепла мы готовили фундамент. Сруб у нас получается непростой. Размерами 6х4 метра плюс предбанник. Почему отдельно?
А мы с напарником решили сени посадить на землю. Там же ставим русскую печь, а вот жилую часть подымаем на сваях на высоту 1.5 метра. Т. е. печь опирается на тонкий фундамент на земле, в сенях будет топка с поддувалом. Там будет кухонька и готовиться еда. В жилую часть попадаем по ступенькам из сеней. И конечно, там большое возвышение, часть печи, где будут спать жильцы. Традиционно под домом выгораживаем загон для живности.
Вот такой проект, по крайней мере Степаныч уверен в успехе.
Несколько дней назад я вывел его наружу для решения его личных дел, сейчас выдвигаюсь за ним.
- Валюш, я пошёл. Никуда не уходи, ни к кому не привязывайся. Будем через два дня.
Чмокнув женщину в щёчку, пошёл к порталу. Вообще у нас с ней установились дружеские отношения, понимаем друг друга с полуслова.
Степаныч встретил меня не радостно.
- Вить, включи телек, посмотри, что делается.
По ящику передавали страшилки про новый вирус.
- Степаныч, да забей на это. Сколько их было, этих птичьих, свиных и прочих.
- Не, Вить, я звонил ребятам в город. Сейчас всё по серьёзному. Этот коронавирус заразный как обычное ОРЗ, но бьёт по лёгким. Особенно опасен пожилым. Высокая смертность, Америка, Европа, все закрывают границы.
Дальше мы сидели и смотрели на всё это непотребство.
- Интересно, две недели инкубационный период. Значит нам надо высиживать тут, чтобы не заразить Валю?
- Да, нет. Я же ни с кем не контактировал, зачем сидеть -то просто так.
- Ну тогда давай прикупим круп разных и возвращаемся из этого шизанутого мира.
Следующий день тоже просидели у телека. Чёрте что в мире делается. И никто не знает, что делать. Вечером съездили в магазин, напялив маски купили пару мешков крупы и мешок картошки.
Вечером следующего дня сидели в нашем милом доме и рассказывали хозяйке о происходящем там.
- Вить, а если совсем хреново там станет, будешь народ пускать сюда? - спросила Валя.
- Нет конечно. Кого я сюда могу привезти. За месяц 10 человек? Это спасёт человечество? А как отбирать будем, кто достоен, а кого не жалко? Детей жалко - да жалко. Но с ними должны быть взрослые, сколько детей мы сможем принять?
- Валь, оставь эту тему. Я сам не знаю, что тогда делать. Поживём - увидим.
Но через неделю мне пришлось перейти на ту сторону. Мне позарез нужна другая, большая лодка. И мне нужен тот продавец ялика.
Он ответил на звонок, вспомнил разговор о продаже и подтвердил готовность продать. Вернее, он торопился и срочно продавал - куда-то сваливал и нужны деньги. Поэтому договорились, что я приеду завтра с утра, посмотреть на лодку.
Да, красавица. Длина 6.1 метра, шириной 2, осадка в грузе 0.6 метра. Шесть вёсел, берёт на борт 10 человек. И главной грузоподъёмность более 1500 кг. Фок-мачта, полный комплект парусного вооружения. Хозяин перечислял мне специфичные морские термины, а я с умным видом слушал. Понравился крытый рундук для вещей и где можно спрятаться от дождя.
Проблема только одна - но зато какая. Как я просуну эту дуру через двухместный портальчик?
Если только разобрать и перенести по частям.
Хозяин, видя мою нерешительность начал скидывать цену. На 300 000 целковых я сломался, а он ещё взялся сам перевести красавицу ко мне домой на грузовом полуприцепе с краном. Ну слаб я оказался, не удержался. Поехали с ним переоформлять лодку.
На следующий день к вечеру, мы скидывали лодку на нашем участке. Попрощавшись с бывшим её хозяином и получив порцию нужных советов, я сел на лавку и смотрел на моё новое плавсредство. Укрытая брезентом, она выглядела ещё больше.
Ёшкин кот, как же я буду затаскивать её. Придётся переводить Степаныча, разбирать вдвоём и частями перебрасывать туда.
Утром я рассказывал своим о возникшей проблеме.
- Ничего, Вить, если её собрали, то и разобрать сможем. Ну не клеили же её полностью.
После обеда выбрался с собаками на пострелушки. Не столько охотиться, сколько пострелять из своего ПММ. Его я носил на оперативной кобуре под мышкой. Периодически тренировался выхватывать и приводить в боевое положение. Но стрелкового опыта было мало. Поэтому решил уйти подальше в лес, чтобы не распугать рядом всю живность.
Суматошный Цезарь вывел меня на стаю уток, на автомате сдёрнул ружьё и пальнул дробью. Двух завалил, больно кучно они взлетали. Дальше я игнорировал попытки поохотится. Хватит этих. По договорённости, мы не брали больше, чем нам надо. Дичи всякой в округе много, из крупно рогатого - мы не отстреливали крупных самцов из-за жёсткого мяса и молодняк с родительницами. Старались отстреливать молодых самок, мяса - самое то.
Сейчас я взял направление на небольшую поляну, она выглядела посуше. Так-то началась грязюка, а этот пятачок меня, как раз до группки деревьев метров 40. Сейчас прилеплю самодельную мишень и будет как в тире.
Отстрелял магазин, подошёл к мишени. Как-то кучно вверх легли. Второй уже получше, не в десятку, конечно, ну так я и не собираюсь стрелять с пистолета вдаль. Он для близкого контакта, в упор, так сказать.
Ну что опять, нет Цезарь через чур возбудим и истеричен. Опять устроил шум, облаивая что-то на другом краю поляны.
Подойдя ближе, перехватил взбудораженную собаку за ошейник.
- Молодчина Цезарь, зря я на тебя наезжаю.
Передо мной рябил привычный защитный контур. Именно Цезарь реагирует на активацию защиты, остальные собаки нет.
Обойдя окрестности на предмет неожиданностей, я заторопился домой.
С утра мы вышли втроём - Я с Нордом и Степаныч.
До портала 3 км и за полчаса мы добрались. Экран никуда не исчез.
— Значит Витёк, будь осторожен. Там может быть враждебный мир.
Вчера мы строили различные версии. Это может быть проход на Землю, но в другое время. А может и чужой мир. Моя задача разведка и возврат. Проигнорировать новый портал я отказался, несмотря на уговоры старших товарищей. С собой взял еды на несколько дней для обоих, аптечку и карабин без оптики. На него у меня есть разрешение. Попрощавшись, мы шагнули за занавес. Так, а тут есть различия. Само зеркало портала значительно больше. Если первый имел размеры 2 х2 метра, то этот метра 3 в высоту и 5 в ширину. И расстояние от завесы до портала больше, метра два.
Ну, перекрестившись по примеру Валентины, может поможет, я взял Норда за ошейник и шагнул в переливающееся зеркало.
К счастью, на этот раз меня не отрубило, привычно сглотнул, уравновешивая давление в ушах. Передо мной похожая полянка, лес пожиже и только с двух сторон. Но кустарник занял половину поляны. Оглядевшись внимательно, я отпустил собаку. Постарался взять ориентиры. Ножом пометил приметное дерево, сросшееся с соседом.
Дальше пошёл в сторону, где лес редел. Хм, интересно, просёлочная дорога и поле, на котором шумел трактор. Подошёл к трактору и свистнул водилу.
- Извини, не подскажешь какое село рядом. А то блуканул немного.
- Так Атипенки за холмом.
- А до Арбажа сколько?
- Ну по дороге километров 5, напрямки покороче.
Поблагодарив тракториста, пошёл по обочине дороги, стараясь не влазить в грязь. Подойдя к дому, я увидел во дворе лодку, накрытую брезентовым чехлом. Отлично, значить я дома. Проверил дату на сотовом - 30 марта. Совпадает. Дом выстыл, пока затопил печь, пока прогрел комнату, прошло больше часа. Баню греть неохота сегодня, завтра сделаю.
Елки - моталки. Так у меня теперь два портала разной проходимости и теоретически я могу сейчас вернуться, на первой то защитный экран не разряжен.
Подумав, решил остаться. Нужно узнать частоту срабатывания второго и поэкспериментировать по части грузопроходимости.
Остаток дня валялся на диване, лазил по интернету. Новости не радовали, то-то на улице никого не встретил. Все сидят по домам, боятся заразы.
Написал своему знакомцу Михаилу, спросил, как у них дела.
Он через полчаса ответил, что у них всё по-прежнему. Они и раньше мало контактировали с внешним миром. Не заметил сам, как втянулся в обмен мнениями по поводу переезда из города.
У Миши целая теория как это правильно делать. Он считает, что имеет шанс на успешное существование небольшая община единомышленников. Вот у них несколько семей, 35 душ уже. Есть и врачи и учитель. Детей учат сообща, работают через интернет, есть у них несколько программистов. Подвели к посёлку электричество и воду. Люди просятся к ним, даже иностранцы интересуются возможностью переезда.
Из продуктов немного продают молочную продукцию, но несмотря на большой спрос на неё, увеличивать объёмы не собираются. В основном для себя делают.
Миша рассказал, как проходит день у него. В 5 подъём, утренняя дойка коров — это на жене. Сам он занимается скотиной, напоить, накормить и убрать за ней. Потом завтрак и работа с техникой, в поле или на участке. В 15.00 обед до 19.00 всякие заботы. Ужин и личное время до сна. За счёт упорядоченного распорядка дня организм не устаёт. Встаёшь выспавшись, хочется жить.
Ну, что я могу сказать. У нас режим где-то похожий, кроме раннего подъёма. Скотины, пока нет. И нет необходимости так рано вставать. У Михаила уклон в сельское хозяйство. Как городской житель, я не люблю возиться в земле.
Мы живём среди дикой природы и стараемся жить в согласии с нею. Так мне больше нравится. Ну и у нас отличие - вокруг чистый малонаселённый мир с непуганой живностью. Дай бог так и будет дальше.
Новый портал имел частоту срабатывания раз в три дня, чуть меньше - 68 часов. Я спал в машине, дожидаясь появления ряби в известном месте. За один приём мне удалось закинуть 13 стандартных полипропиленовых по 50 кг мешков с мукой, крупой и комбикормом. Следующий мешок не прошёл. Значить 650 кг. Лодка в чистом весе тянет 600. Значит можно перетащить, только нужен помощник. Всё остальное, вёсла такелаж и прочее пойдёт через старый портал. Отлично, как вовремя Цезарь нашёл новый переход. Если бы раньше, я бы не мучался так с переброской стройматериалов.
Когда я появился на старом месте с охапкой длиннющих вёсел, меня встречали всем колхозом.
Степаныч с Валей извелись все, напридумали себе всяких ужасов. И что я очутился в далёком будущем, где живут в противогазах. Или среди болот, убегая от динозавров.
После праздничного ужина, Валентина сама завалила косулю, сама нажарила нам шикарных котлет, мы чаёвничали.
Так, надо тащить ещё кресло. Мне приходится сидеть на лавке, моё любимое кресло заняла хозяйка.
- Витёк, ничего страшного с лодкой. У нас же есть лафет для перевозки труб. Немного переделать его, на один раз хватит. Всего 600 килограммов, вдвоём с помощью лома и крепкого мужского слова, спокойно закинем. Что бы мог пройти ещё человек, снимем чего-нибудь. Всё будет хорошо, не переживай.
И вот наш красавец качается на воде, первый прокат. Вдвоём со Степанычем, отталкиваемся от берега. Да, для нашей речки вонючки великоват. Хорошо осадка маленькая. На веслах мы прошлись до впадения в Шуван, попробовали поставить мачту. Блин, даже только с основным парусом лодка рванула при небольшом ветре. Со вторым парусом неудобно, они оба практически перекрывают всю длину яла и экипаж должен слаженно работать и смотреть в оба, чтобы не получить по балде. Сняв паруса, развернулись на вёслах назад.
Ну, что я могу сказать. Опыта у нас мизер. Степаныч вообще дрова, я хоть какой-то опыт имею. Старую лодку они с Валентиной постоянно берут на рыбалку. Правда паруса и мачта хранятся дома.
Через три недели нам нужно выдвигаться на встречу с купцом. Вдвоём дойдём, но будет трудно.
А пока мы занимаемся тренировками и обеспечением нашей безопасности. Степаныч оценил мой опыт защиты от стрел с помощью полицейского пластмассового щита. Пришлось мне закупать ещё пять. Напарник сделал из алюминиевого уголка крепления, в которые быстро вставлялись щиты, образуя непробиваемую защиту каждому гребцу. Ещё он увеличил закрытый рундук на носу лодки. Куда могли втиснутся три человека или приличный груз.
И вот наконец мы готовы к походу. Валя всплакнула и перекрестила нас на дорожку. Ну с богом, Цезарь остался с хозяйкой. А мои бойцы в лодку. Норд выбрал себе место на носу, от эмоций от предстоящего путешествия он даже попытался залаять. Да, я недостаточно уделяю время собакам. Ну, не получается. Зевс устроился у меня в ногах, оба в своих кольчужках. Я тоже, а вот напарник не защищён, отказался на отрез.
Вышли на вёслах, за световой день дошли до нашего острова.
Чужих следов не заметил, пока собаки обследовали островок, я выкинул из лодка вязанку дров и рюкзак с припасами.
Через полтора часа начало темнеть, а у нас подошёл кулеш. Собаки понимающе проводили глазами миски с горячей едой. Понимают, что горячее и никуда от них не убежит. А мы отдали должное вареву. С Собой Валя нам дала большой каравай хлеба и свои фирменные пирожки. Ну это оставим на тогда, когда не будет времени на готовку.
На второй день прошли то место, где меня не приветливо встретили. Осторожно подгребая, смотрел, как по правой стороне открывалась деревенька.
Вот тебе на, здесь что-то случилось. От деревни в десяток домов осталось два. Остальные были сожжены, тихо совсем, никаких признаков жизни.
- Степаныч, давай подойдём. Посмотрим, что случилось?
- Вить, да ну их. Поплыли дальше. Что мы вдвоём сделаем здесь.
- Не, Степаныч. Это первый населённый пункт по реке. Нужно узнать точно, что случилось?
- Ты же не хочешь, чтобы это случилось с нами. Отсюда недалеко до нас, полтора дня плыть всего.
Насколько я понимаю, на деревню напали недели две назад. Несколько трупов, попорченных падальщиками. Судя по всему, основную часть народу забрали. Имущество тоже. Мы даже мелкой железки не нашли. Скотину тоже увели. На берегу остались следы двух больших лодок. Ну да, по земле не пойдёшь с такой поклажей. Только тропинки через лес. На всякий случай решил проверить округу. Оставив Зевса с напарником в лодке, вошли в лес. Нашли ещё два женских трупа, окровавленные, с задранными рубахами. Ясно - налетели, похватали и завалили.
Норд кинулся к завалу, где упавшее дерево образовало кучу малу. Странная реакция собаки, на зверя он иначе реагирует.
Отогнав его, заглянул внутрь своеобразной пещерки. Тщедушная фигурка в грязно серой рубахе забилась в дальний угол и подвывала.
Прикрикнул на собаку, полез за ребёнком. Вот, зараза, я отдёрнул руку. Палец прокусил.
Пришлось уговаривать, и даже протянуть сухарь. Ну, это другое дело. Сухарь был вырван из руки и уничтожен. Наконец я вытащил грязное тельце ребёнка наружу. Трудно понять возраст, лет 8, наверное. Норд подошёл, обнюхал, сделал свои выводы и отбежал, проверить, что там ещё интересного.
- Степаныч, вот, принимай добычу. Нашёл в лесу, больше живых нет.
Напарник подошёл к ребёнку и заговорил с ним. Через пять минут ребёнок доверчиво взял его за руку.
- Вить, нужно заняться ею. Это девочка, она очень грязная и голодная. А ещё у неё порез, надо обработать. Так что ищи место, сегодня ночуем здесь.
Мы не решились ночевать на этом месте, проплыли пару километров и остановились на ночёвку. Я нагрел казанок воды, а Степаныч раздел девочку. Господи, какая худая, вся в синяках и длинная царапина на боку. Как смогли помыли девочку. Вернее, занимался ею напарник, а я кашеварил. Что бы ей легче было, дал пирожок. Она его проглотила в момент и посмотрела на рюкзак со снедью.
Не малая, если ты голодовала, надо потихоньку. Может быть хуже. Пока налил ей ягодный звар из фляжки. Вот сейчас кулеш дойдёт и немного поешь.
Степаныч выкинул её тряпьё и одел ей свой запасной свитер. Обрезал рукава, немного подогнал и получилось платьице до пола. Получив чашку с кашей, давясь горячей пищей, быстро опустошила её и протянула мне за добавкой.
- Нет, тебе пока хватит.
Девочка слов не поняла, но смысл уловила. Она прижалась к Степанычу, он укрыл её своей курткой.
- Ну вот, Степаныч, теперь тютёхайся с ней. Не думаю, что у неё остались родственники. Так что занимайся.
На утро позавтракали и отплыли. После обеда подплывали к городку, где была назначена встреча. Девочка устроилась в пустом пока рундуке на мешках. Парус мы не ставили, по течению, подгребая, добрались до причала. Там стояло две ладьи. Одна знакомая, другая побольше. Видно, что прибыли они не сегодня. Ладьи вытащены на берег, есть охрана - несколько вояк в кольчугах и высоких, круглых шлемах.
Мы вытащили нашу посудину, я взял рогатину для форса и пошёл к поселению. Почему рогатина? Карабин оставил в лодке, ПМ под мышкой ничего местным не говорит. Я выгляжу безоружным, значит можно забрать силой моё имущество. А рогатина показывает, что я свободный человек и воин. Ну и ножик побольше на поясе, конечно.
Местная власть нашлась в гостевом доме. Кроме местного старейшины Симдяна в доме сидели за столом двое, Балезин и ещё один - пожилой мужчина в чалме, одетый ярко и пёстро. Поодаль стояли два вооружённых охранника. Серьёзно вооружились ребята. У каждого по сабле и копьё. Одеты в доспехи. Это в честь меня что ли такая встреча.
- Вик, салям дорогой. А мы тебя третий день ждём.
Ждут, значит приспичило, это хорошо.
- Салям аллейкум, я тоже рад тебя видеть, как ваши дела, как доплыли?
- Ва-алейкум асалям, Вик откуда ты знаешь арабский?
- К сожалению очень плохо, но слава о великих деяниях пророка Магомеда докатилась и до наших мест.
Надо переходить к доверительным отношениям.
- Дорогой Вик, это очень важный человек в нашем эмирате, доверенное лицо эмира. И он решил лично познакомиться с тобой. Ты привёз то, о чём бы договаривались?
- Да, всё у моего человека. Надеюсь, ты тоже не с пустыми руками?
Дождавшись подтверждения, мы расслабились. Из-за спины подошёл служка и быстро сервировал стол на троих. Искусные серебряные чаши, кувшин с жидкостью и засахаренный фрукты.
Разлитый ароматный напиток приятно освежил рот. Я сначала дождался, когда партнёры отопьют, потом уже сам. Иди знай, на всякий случай, кобура была расстёгнута и пистолет снят с предохранителя с патроном в стволе.
Первым начал разговор старший. Представился, его зовут Альмас, и он какой-то родственник Суварского эмира, входящего в Волжско-Камское Булгарское царство. Уже лет двадцать, как они признали ислам. Арабский халифат помог им скинуть ярмо Хазарского каганата, благодарные булгаре в ответ приняли новую религию. Сейчас Суварский эмир готовился к свадьбе правителя, тот брал вторую жену из королевской семьи арабского шейха. И моё зеркало должно было стать изюминкой в подарке патрону.
Переводил нам Балезин, поначалу он был заторможен, видимо большое начальство сидело тут, а потом разошёлся.
Альмас спрашивал о моей родине. Я туманно направил его к берегам Венеции. Не знаю, что он понял из перевода, но понятливо кивнул. По моей версии, зеркала являются великой тайной венецианского доджа и с его разрешения я, так сказать, торил новый путь на Восток. И он же разрешил изготовить несколько зеркал для великого и могучего булгарского повелителя.
Мне пришлось сходить к лодке за сундучком с двумя зеркалами, а заодно успокоил Степаныча. А сундучок то имел свою историю - изначально, это была большая жестяная коробка от набора дорогого английского чая. На ней изображены сцены битвы их короля Ричарда с арабским правителем Саладином. Когда стал вопрос об упаковке, Степаныч с Валей сделали мне это чудо. Изнутри обшито поролоном и бархатом. Валя не пожалела бисер на украшение. Оба зеркала плотно лежали в своих ячейках, так что коробкой можно в футбол играть, стекло не разобьётся.
Когда я с великой осторожностью раскрыл сундучок и вынул зеркало, Альмас от восхищения пробормотал что-то непонятное. Ну наверное благословение аллаху, что он лицезреет такую красоту. Долго рассматривая себя в зеркало, затем перевернул его и благоговейно повторил в том же духе. Маленькое зеркало вызвало ещё больше эмоций. С его помощью он даже смог рассмотреть свою спину.
Купец стоял за спиной вельможи и дышал через раз.
— Это очень хороший подарок для нашего повелителя, что ты хочешь взамен?
Чёрт его знает, зачем я вдруг изменил на ходу правила игры. Он бы мне сейчас любимую жену в ответ бы отдал, уверен.
- Уважаемый Альмас-ходжа (я вспомнил, что белую чалму носили те, кто сделал хадж. Ну даже если ошибся - не страшно).
— Это подарок от моего правителя. Если бы наших купцов не обижали в вашем царстве и уменьшили налог с продажи для отдельных наших граждан, это было бы более, чем достаточно.
Ну вот зачем я это ляпнул. Чисто на интуицию. Сейчас булгаре мощное и развитое государство, торгующее с Востоком и Западом. Неплохо будет иметь доверительные отношения со знатным вельможей.
- Я передам твои слова. От себя же разреши мне вручить тебе охранный медальон, покажешь его и это будет тебе защитой на нашей земле.
Овальный и тяжёленький медальон был из серебра, с изображением правителя и арабской тарабарщиной по краям.
Я поклонился, насколько мне показалось уместно. Служка бегом принёс ларец и поставил на стол.
- А это прими лично от меня, можешь обращаться ко мне при нужде. Извини, мне нужно ехать.
И мужчина с охраной стремительно вышел.
Балезин, после ухода Альмаса, сразу расслабился, снял шапку и вытер пот с лица рукавом.
- Вик, так ты не простой торговец?
Я уклончиво покачал головой.
- Тогда я не понимаю, почему ты приплываешь один на маленькой лодке? Такому человеку нужна достойная охрана.
- Ну я не один, со мной великий воин. Остальные ждут недалеко, я же не просто купец и нам не нужна известность.
- Ну да, конечно. Вик, а про меня ты не забыл? Я-то привёз всё, что обещал.
- Конечно, дорогой Балезин. Я же обещал, пойдём к лодке. Только ты не хочешь прежде показать товар?
И мы прошли к его судну. Второе, с вельможей, уже столкнули на воду, и гребцы с уханьем начали разворачивать его.
Крикнув на своём помощнику, нам принесли по коврику, на который мы и сели. Подарок от Альмаса, ларец, я пристроил рядом.
По трапу, роль которого играла доска с набитыми поперечинами, спускались рабы. Их охраняло два вооружённых охранника. Они были в деревянных колодках, не дающих быстро двигаться. Пленники связаны друг с другом верёвкой.
Девять человек, возрастом от 16 до 30. Молодец купец, доходяг не привёз. Но какие же они все разные. Тут и чернокожий, и смуглые южане, и светлокожие ребята.
- Балезин, расскажи о них, кто что умеет в воинском деле.
Ну купца не надо долго упрашивать, чтобы разрекламировать своё товар. А эти люди сейчас были товаром.
Если верить булгарину, сильнее этих воинов нет на свете. А что это они в плен попали, ну всякое бывает конечно.
Девять мужчин, я останавливался напротив каждого и внимательно рассматривал его, слушая комментарии Балезина.
Большая часть мне не понравилась. Цыганского вида парнишка с бегающими глазами, мне сразу захотелось проверить карманы. Светлый здоровый блондинчик вызывающе рассматривал меня в ответ, зачем мне головняк с ним. Кудлатый крепыш, с глазами как у волка, один из них косит. Смотрит сквозь прищуренных глаз, неприятное впечатление.
Угрюмый бородач, исподлобья злобно зыркал на нас. Спасибо не надо. Худой, подвижный чернокожий не стоял на месте, у меня зарябило в глазах от его мельтешения.
- Абиссинец, воевал в лёгкой кавалерии, попался берберийским пиратам и продан в рабство несколько месяцев назад.
Ещё один южанин, среднего роста. Стройный с развитыми, широкими плечами. Откуда он не понял точно, с какого-то итальянского княжества. Лучник, наёмничал, попал в плен и перепродан булгарским купцам.
Один здоровенный викинг даже в глаза не смотрит, плечи опустил, тупо и бездумно рассматривает землю под ногами.
Что-то они меня не впечатлили.
- Вик, это хорошие и здоровые рабы, все не новички в ратном деле, будут верно служить, не сомневайся. Им же бежать некуда.
Так-то оно так, да я не собираюсь держать их в загоне. По приезду сразу освобожу, а оно мне надо. В первую же ночь горло перережут и адью.
Именно с этой точке зрения я их рассматриваю. Жену не так придирчиво выбирают. С ней можно разбежаться, а эти - моя будущая команда. От них может наши жизни зависят.
Пошёл по второму кругу, смотрю как они реагируют на осмотр.
Я бы оставил эфиопа, взгляд не отводит, но и не вызывающе смотрит. Впечатление вроде неплохое. Только как он будет в нашем климате.
Второй - итальянец, моя интуиция благожелательно молчит. Тот понимает, что решается его судьба, но не истерит, спокоен. Хм, знает себе цену.
- Мне они не нравятся, разве что эти двое.
Минут десять купец разорялся, показывая мне их мощные мышцы и описывая воинские умения рабов.
- Знаешь, что, приплывай к нам в Сувар. Там большой невольничий рынок, сам и выберешь.
Тут с ладьи раздались крики и стон. Мы обернулись посмотреть на происходящее. К гребной скамье был привязан человек. Охранник его охаживал кнутом, а тот согнулся и лёжа хрипел.
- А хочешь, забери ещё этого доходягу.
Я смотрел как раба раздирает сильный кашель, и он не может остановиться и мне стало его жаль.
- Да вот, взял вместо заболевшего гребца, говорили сильный и здоровый. А его постоянно рвёт кашель, на ночь привязываем в сторонке, спать не даёт - собака христианская.
Интересно, первый представитель поклонников Христа.
Ладно, пора к делу. Я повёл купца к лодке, достал одно большое зеркало попроще, в бронзовом окладе с чеканкой на античную тему. Оно было завёрнуто в мягкую ткань, развернув, передал Балезину. Купец вцепился в него и отдавать явно не собирается. Полез за пазуху и вытащил кисет с деньгами, передал мне. Знакомые уже золотые арабские динары. Посмотрев на моё лицо, добавил лёгкий мешочек, развязав, высыпал на ладонь необработанные камни. Взяв прозрачный, попробовал поцарапать стекло. Оставил заметную полосу. Кучка цветных камушков не вызывала восторг, но, если их огранить.
- Ладно, -не стал я разочаровывать булгарина, -давай этих двух и по рукам. Разулыбавшийся купец крикнул помощникам, и они отрезали верёвки этой пары и передали мне конец.
- Балезин, пусть снимут колодки.
- Зачем, они могут убежать или напасть ночью.
- Пусть попробуют и крикнул:
- Зевс, ко мне.
Тут же мощное тело выметнулось из лодки. От мощного рывка лодка покачнулась и Степаныч от неожиданности свалился со скамьи.
Пёс пристроился рядом, глазами голодного льва осматривая людей. Все поняли, что по команде он кинется. Купец тискал свой режик, охранник предпочёл отойти подальше. Оба пленника просто прикрыли глаза от страха. Впечатляет мальчик. Сейчас Зевс уже вошёл в возраст, ещё не заматерел, но выглядит более чем. 90 килограммов злобного мяса, не сводящего взгляда с рабов.
- Личный подарок моего правителя, такие собаки охраняют его дворец, - зачем-то соврал я. Ну а что делать, у меня нет крепкого отряда охраны. Может тень великого правителя поможет.
За 10 минут теперь уже моих рабов освободили, и я посадил их на переднюю банку.
Мы уже распрощались с купцом, когда с его судна опять раздался раздирающий кашель и ругань надсмотрщика.
- Балезин, и этого тоже заберу. Нужно же мне чем-то собаку кормить.
Купец постоял несколько секунд соображая, потом, решил, что я не шучу, крикнул на судно и через пять минут мне вывели страдальца.
Довольно высокий и когда-то сильный, сейчас он был болезненно худ. Давно нечёсаная борода и вьющаяся шевелюра, рваная накидка - вся его одежда. Купец сказал, что он грек. Показав ему на лодку, подождал пока он неловко залезет внутрь и запрыгнув сам, оттолкнулся веслом от берега.
На передних вёслах сели новые бойцы, Степаныч на руле. Ну а я занялся парусом. Пока поставил матчу и расправил парус, прошло полчаса. Наконец мы набрали скорость. Надо добраться до нашего острова и покормить людей. Благодаря попутному ветру, мы неплохо шли и после полудня подошли к месту ночёвки. Дружными усилиями втащили лодку, пока я разжигал костёр, Степаныч вытащил малую из лодку и пошёл её мыть. Достал кусок мыла и начал намыливать ей волосы. Глядя на эту процедуру, грек с итальянцем тоже зашли по колено в воду подальше от нас и начали мыться, черпая речной песок. Тогда я полез в свой рюкзак и достал мыло. Знаком показал, как его мылить и отдал им. Эфиоп отказался от водных процедур.
Интересно, когда я снял футболку и вошёл в воду - освежится, грек с чего-то разволновался. Подошёл ко мне и начал возбуждённо мне объяснять только ему понятное. Видя, что я не понимаю, он показал рукой на мой крестик, ну да, я всегда ношу серебряный крестик, который давно подарила крёстная.
Потом он показал на простой, деревянный крестик на шнурке у себя на груди. При этом начал креститься и читать какую-то молитву. Понятно, возбудился, что встретил брата христианина. Ну мне не трудно, я тоже перекрестился. На этом счёл представление законченным.
Блин, казанок то мал на всю нашу ораву. Придётся сначала собакам сварить, потом остальным. Нам кашу сдобрил солидным куском сала и копчёного мяса. Получилось сытно, только вот же мы балбесы. Взять дополнительные чашки и ложки не догадались. Ну ложки Степаныч вырезал тут же и пришлось им черпать из казанка. Ничего, доели всё.
Потом пили чай с травкой. Тут кружек хватило на всех. Грек сильно кашляет, пришлось лезть в аптечку. Кроме антибиотика ничего в голову не лезет. Осмотрел мужчину, есть температура, но невысокая, кашель в верхних долях, наверное, бронхит в острой форме. Дал ему запить антибиотик водой, выделил два пустых мешка. На один лечь, другим укрыться. Ночь будет тёплая, не замёрзнет. Мы же втроём, включая малую, не отходит от Степаныча, разместились по другую сторону костра. Собаки, между нами.
Утром дал людям выспаться, сам опять сварил кулеш. После завтрака разместились в лодке.
К вечеру, пришли домой. Норд сразу вылетел из лодки, а вот алабай службу несёт, пасёт новичков. Их я разместил на лавке, вышедшую Валю познакомил с пополнением. Малую Степаныч увёл в дом.
- Вить, а во что же мы их одевать будем.
- Ну, на первое время придётся выбрать из нашего. Ну там исподнее, свитера, штаны. На ноги ничего пока нет. Придётся закупать на них там.
- Вить, и надо завтра на охоту. Косулю или оленя хорошо бы.
Вечеряли тем, что Валя приготовила. В большом казане она сварганила узбекский плов. Вот что значит родилась в Азии, рукодельница на все руки.
Мужики смолотили всё, особенно грек, очень ему блюдо понравилось. Ну, да, у них кухня тоже пикантная, любят приправы. Или я путаю, но кисюшку он вылизал, закрывая глаза от наслаждения.
На ночь положили их на улице. Только накидали соломы, кинули пару матов и укрыться дали одеяла.
С утра я после завтрака, свистнув Норда, направился на охоту. Пойду подальше вдоль реки. Здесь крупных рогатых уже распугали. Удалось подстрелить самца оленя. Судя по рогам, ещё не вошёл в силу, но туша тяжёлая. Пришлось вырубить две жердины и положив на них тушу, волочь по земле.
Назад уже спрямлял и надо же, опять вышел на тот пятачок, где с медведем столкнулся в ноябре. Вроде ушёл отсюда, Норд спокоен. Хотя нет, через пятнадцать минут собака насторожилась и показала мне опасность. Выдвинулся вперёд, оглядываясь на меня, но не убегает далеко. Это не Цезарь, которого никто толком не учил.
На склоне холма, в редком кустарнике ворочается, туша медведя. Что-то разгребает когтями. Корешки может копает себе. Заметив нас насторожился, водит носом, решает, опасны мы ему или нет.
Так, может повторить тот же фокус. Разложив оленью тушу, начал потрошить её. Самое вкусное забрал, отрубать голову и конечности не стал. Валя придумает им применение.
Дотащили тушу уже к обеду. Интересная картина - мужики, все четверо, работают на строительстве дома. Степаныч завалил несколько деревьев и сейчас они порезанные и ошкуренные, лежали в сторонке. Эфиоп и итальянец копали ямки под сваи, а грек помогал нашему прорабу сколачивать большой обеденный стол и лавки. Молодцы, теперь всем вместе можно будет есть.
Я с Валиной помощью разделал тушу и занёс всё в дом.
- Вить, надо котел побольше и посуды прикупить. Теперь готовить на такую ораву.
- Лина, давай ту доску.
Это она уже малявке, которая вынырнула сбоку. Я и забыл про неё.
- А почему Лина?
- Так у неё имя такое, или похожее на Лину, отзывается и ладно.
Сегодня девочка красовалась в Валиной рубашке, подрезанной и ушитой. Чернявая, похожая на татарочку. Чёрные волосы подобраны цветной ленточкой. Глаза умненькие, шустрая малявка. Где-то лет 9, наверное.
- А хорошая девчушка, к нам с Колей сразу потянулась. Пусть с нами живёт, вместе веселее.
Решив, что здесь я больше не нужен, вон у Вали какая помощница, пошёл готовить баньку. Протопилась через два часа, и мы потянулись мыться на речку. Ну в баню надо чистому идти. Раздал мочалки с мылом, помог намылиться Степанычу. Потом глядя на недоумевающих хлопцев, показал греку. Итальянец сам помылся, а чернокожего пришлось практически силой мыть.
Потом баня, на первый раз температуру высокую не подымал, судя по термометру 70 градусов. Берёзовые и ольховые веники отмокали в кадушке. В большой, была налита вода, черпак висел сбоку. Это для каменки, парку поддать и всё такое.
Да что же это за мучения. Бойцы уперлись перед парилкой, идти не хотят. Грека удалось убедить, этот народ хорошо знакомы с банями. Только в ихних термах температура пониже и веников нет.
А эти два стоят, глаза испуганные. Пришлось раскрыть дверь, выпустить пар и когда температура опустилась ниже 60 градусов, загонять мучеников внутрь. Итальянец ничего, даже понравилось, когда я его веничком погонял. Эфиоп молча страдал. Попарившись, я выгнал всех наружу, и мы голые поскакали в холодную воду. Поохав и поахав, вернулись в баню. Валя с малой уже накрывали там стол. Развесили веники мяты и других ароматных трав, она поставила два кувшина со своим фирменным ядрёным квасом. Выпив по кружке, мы со Степанычем пошли на второй круг. Жар уже набрался, теперь уже без нервотрёпки хорошо пропотели, грек составил нам компанию по собственной инициативе. Мы разговаривали между собой о завтрашних планах, а он внимательно нас слушал. Периодически мужчина заходился кашлем, но уже не таким жёстким. Третий круг мы делали только вдвоём. Кожа даже пошла пятнами, хорош. После речки закутались в простыни и остывая, пили квасок. Бойцы куда-то исчезли. Но волноваться нет причин, Зевс так и пасёт каждое их движение.
- Степаныч, а что на ужин Валя готовит, а то есть охота.
- Да, вроде жаркое с овощами.
Вот это картинка. На лавке, по росту сидят три моих бойца. А Валя, бойко работая ножницами, делает из них людей. Грек, просто красавчик. Аккуратная борода и менее кудлатая голова сделала из него весьма импозантного мужчину. Итальянец - просто симпатяга, правильные черты лица портит шрам над бровью. Эфиопа Валя чуть подкорнала, бородой он не богат.
И сидят, такие, глазами зыркают, ждут какие пытки дальше их ожидает. Блин, и объяснить их положение не могу. Надеюсь, они быстро схватят русский.
По- крайней мере, грек старается.
Каждому Валя выдала исподнее. Скинув заботы о парнях на меня, наша хозяйка пошла в дом. У нас сегодня полупансион, без обеда, сразу ужин.
Вдвоём с малой, они сноровисто накрыли стол. Пока женщины суетились, я подсел к бойцам. Начал знакомство с себя.
Ткнув рукой в грудь, произнёс дважды - Вик, Вик.
Перевёл на напарника, - Степаныч.
Показал в сторону дома, - Валяю
Так, теперь они. Первым представился грек. Его зовут Никандр, православный грек. Ясно.
У итальянца какое-то немецкое имя Уго, а эфиоп Абуна.
Повторив несколько раз имена, я позвал всех за стол.
Сел во главе, это мы обсудили вчера. Мне нужно позиционировать себя за главу рода, иначе не поймут и попробуют перехватить власть.
Елки, прямо как в старину. Я первый открыл казанок и оттуда так вкусно пахнуло жаркое. Положив себе, предложил не стесняться. На столе было блюдо с овощами, каравай хлеба, наломанный на куски. Народ на вилки смотрел с осторожностью, пользовались ложками, помогая пальцами. Когда закончили есть, женщины убрали со стола и принесли самовар, который я притащил в последний раз. Не электрический, конечно.
На следующее утро, после завтрака, мы продолжили работы.
Я с Абуной занимался раствором. Сегодня надо залить сваи и фундамент под печь. Поэтому напарник таскал воду из реки, а я месил раствор. Установив в ямки просмоленные брёвна лиственницы, я зафиксировал их брусками и начал заливать бетон. До обеда залили и пятачок фундамента. Потом я, как единственный пока добытчик, взял ружьё, свистнув Норда и Цезаря пошёл на промысел. Сегодня набил полный мешок птицы. Так как скоро мне переходить на ту сторону, надо сделать задел. Валя со Степанычем тоже, конечно, не пропадут, но зачем их отвлекать от стройки.
Когда мы общими усилиями поставили пол для дома по стандартной схеме, обвязка из шпал, брус, утеплитель, я начал собираться. Валя вручила мне целый список.
Когда я вернулся в наш со Степанычем дом, соседка предупредила, что опять заходил участковый. Заподозрил что-то или просто делать нечего?
К вечеру был уже в городе. Ополоснулся, поужинал купленной на улице шаурмой и достал ноутбук. Новости не радовали, тема коронавируса превалировала. Похоже даже на панику, то-то на улице ни души. Пообщался с Михаилом и лёг пораньше спать.
С утра поехал к знакомому кузнецу, который считает, что я из этих - из толкиенистов. Рассказав ему байку про странную бабку из дальней деревни, заказал ухват для русской печи, колосники и всякое железо для неё, которое не купишь. Чугунки есть у Степаныча свои.
Потом в хозяйственном прикупил ещё инструмент, народу то прибавилось. В магазине рабочей одежды взял несколько комплектов костюмов для сварных, и просто пачку робы разного размера. Солдатские трусы, майки и рулоны простой ткани и бязи нашёл в магазине в промзоне. Из обуви нашёл крепкие ботинки. Взял с запасом разных, вдруг с размером не угадал.
Я так переживал за своих, что не стал ночевать в Кирове, сразу поехал назад. Шмотьё скинул у нового портала, а сам поехал домой. Когда уже собирался ложиться спать, постучал участковый. Зашёл, попил со мной чаю и умотал. Неужели Валю до сих пор ищут. Сколько время уже прошло. По их, ментовским канонам, резво ищут первое время, потом режим поиска ослабевает.
С утра, закинув тяжёлый рюкзак, это Степаныч попросил взять из кладовки всякие припасы. Двухлитровая банка с барсучьим, нутряным жиром для Никандра, банка гуталина для обуви и всякое такое. К 11.00 я подошёл к порталу, пять минут на переброску внутрь и вот я дома. Тяжёлый рюкзак оставил на месте и налегке за 40 минут дошёл до места. Издалека услышал стук топора, ребята уже стены жилой части подняли.
Поприветствовал всех, и забрав своих бойцов пошел назад за шмотьём.
Пока мы с Абуной перекрывали крышу, Степаныч с помощниками начал укладку печи. Она получится больше нашей, опирается на фундамент. Через неделю я практически закончил с крышей, Степаныч только эпизодически помогал. А вот он сам ещё возится с печью. Сейчас она уже красовалась длинной трубой и мастер обмазывал её глиной.
Через неделю дом в основном был готов. В сени попадаешь сразу с улицы, они на уровне земли, а вот жилая часть дома на сваях и подниматься в неё по ступенькам. Снизу зашили её досками для будущей скотины или как склад. С чердаком получилось интересно. Мне так понравился наш в первом доме, что я загорелся идеей увеличить его. Второй дом стоял в 5 метрах от первого. Разобрав торец чердака, мы прокинули толстый брус между домами. Сделали обрешётку и закрыли досками потоньше. Получилось, что оба дома связанны на уровне второго, чердачного этажа. Вот, сейчас я с Уго и Абуной, заканчиваем крышу всей конструкции. Получился большой и крепкий чердак, а снизу, между домами крытое пространство, куда пока мы перетащили большой стол с лавками.
Новоселье отметили в середине июня. Печь пока не рабочая, Степаныч её прогревал, а вот бойцы уже устроились внутри. Топка и поддувало печи в сенях и там получилась кухня. А большая часть печки внутри. Широкое спальное место сверху. Ради своих будущих бойцов выделил медвежью шкуру, постелить снизу. Два окна в срубе делали помещение светлым. Мужикам нравится, это заметно. По окончанию стройки нужно нам заниматься своими, мужскими обязанностями. Поэтому я постарался вооружить как-то ребят. Абуна приватизировал сразу мою рогатину и хотя она ему великовата, он профессионально ею владел. Крутил, колол, бил рукоятью. У меня так не получается. Уго приметил в сенях тот лук, из которого Норда ранили и с моего разрешения забрал. Правда на стрелы кривился. Потом сам переделывал их. А Никандр выстрогал себе шест и вооружился длинным тесаком. Поясные ножи я выдал всем. Так что чем защищаться есть. Пока ребята щеголяли своими плотными робами защитного цвета. Два дня мы лазили по окрестностям. Один раз даже заночевали в лесу. Посидев у костра, почувствовал, как исчезло у них недоверие ко мне. Потом решили пройтись по реке. Столкнули наш ялик и направились по уже привычному пути. Взяли запас продуктов на пару дней, надо будет - добудем еду. В рюкзак кинул обменный фонд в виде пары простых зеркал и железные ножи. Пока я пытался поставить мачту, Никандр напросился мне помочь.
Быстро расправил паруса, мне оставалось только направлять лодку. Увидев кабанье семейство на водопое, я попросил Никандра опустить парус. Тщательно прицелился и выстрелил в свинью. Кабан неистовствовал полчаса, заходя в воду по шею. Разворошив окрестные кусты, семейка свалили. Мы же разделали свинку и поплыли дальше. На сей раз мы шли быстрее и остановились на месте разорённой деревушки. Там по-прежнему было пусто. На вечер пожарили свининки на углях. Я напластал шейную часть на стейки, заправил специями и жарил над углями. Пригодились мелкие уголки из нержавейки вместо сетки. Утром после 10.00 мы подходили к знакомому посёлку. Сейчас я чувствовал себя спокойнее. Всё-таки нас четверо. У грека полностью прошла болезнь, толи помог барсучий жир, толи Валины травки. Но сейчас он поправился и уже не выглядел доходягой. Что интересно, он спокойно общался с Уго и Абуной на смеси греческого и татабарского. Даже с нами на русском пытался изъясняться.
У местных мы пробыли весь день. Выменяли две медвежьи шкуры для себя и мешок соболиных. Другие я отказался брать. Выбрал только несколько понравившихся, ещё не видел таких. Чисто белые с тёмным кончиком хвоста, смотрятся красиво. Поторговавшись, отдал за десяток таких - большой нож. На вечер остались. Только не в гостевом доме. Устроились у лодки. Народу понравилась вчерашняя жарёха, и я пристроил на камнях свою импровизированную решётку. У местных купили каравай хлеба и овощей. Вот такие посиделки, по-моему, сближают нас. Мы пытаемся говорить. Абуна, судя по всему, был конником. По крайней мере я так понял его пантомиму. С Уго понятно, тяжёлый лучник. Не лёгкие, которые обстреливают врага перед своим строем. А доспешный, вооружённый мощным луком.
С Никандром не понятно. Он тяготел к мечникам и в то же время ему знакомы море и реки. Может какой-нибудь морской пехотинец. В это время Византия имела мощный военный флот и на равных бодалась с арабами. У них ещё было ноу-хау. Греческий огонь, с помощью которого они сжигали суда противника. Ну если, конечно, им давали близко подойти.
С утра отплыли. Сейчас мы идём под хорошим ветром по Вятке. Наша задача выти в Каму и пройтись направо в сторону Волги. От впадения Пижмы в Вятку до впадения Вятки в Каму около 190 км и ещё 200 км до слияния с Волгой. Т. е. до Сувара, а он на Волге нам более 300 км от этого места.
Ну, задача проверить команду. Я решил идти неделю туда, потом возвращаемся. Шли ходко, постоянный ветер нам в помощь. Ну и мастерство Никандра конечно. На пятый день мы подплывали к какому-то городу. Немаленький, судя по многочисленным судам у пирса. Не доходя до причала, мы высадились. Надо разведать. С собой взял Никандра. Я вооружился рогатиной, ну и карабин на плече. Грек шёл рядом. Город открылся за холмом. Высокий земляной вал отгораживал его от окружающего мира. Подходя к нему, я увидел не один, а три вала и между ними рвы с водой. Серьёзно они огородились. Видимо степняки наведываются. К большим воротам стекались повозки и всадники. Пеших я не заметил. На входе охрана взимала какие-то деньги. Так, а у меня только золото и серебро. Перед воротами раскинулся посад, частные домики перемежались с общественными постройками. Никандр, поняв мои сомнения, увлёк меня к маленькому сарайчику. Перед ним стоял столик. Когда мы подошли, из домика вышел чернявый дедок с охранником амбалом, вооружённым дубиной. Усевшись за стол, меняла пригласил меня сесть. Я молча вынул по одной золотой и серебряной монете.
Дед выждал несколько секунд и не дождавшись продолжения кивнул мне и нырнул в свою лавку. Вернулся он с примитивными весами, кинул мои монеты, пожевал нижнюю губу. Потом достал тяжёлый мешочек и начал отсчитывать медные монеты. Они различались размерами и внешним видом. Разрубленные пополам я отказался брать. С оскорблённым видом меняла заменил их. В итоге получилась приличная кучка, но курса я не знал. Оглянулся на Никандра, тот эмоционально отлаялся на деда. Добавив нам ещё несколько монет, он знаком показал, что дальше торга не буде.
Ну не будет и не надо. Ссыпав деньги во внутренний карман, мы направились к воротам. Перед нами два мужика расплатились по одной медной монете среднего размера. Я приготовил такие же. Стражник окинул нас небрежным взглядом, протянул грязную лапу. Посмотрев на монеты, кинул их в ящик и пропустил.
Так, нам нужен рынок. Территория города немаленькая. Но от ворот пока только одна. Пройдя метров двести, улицы начали уходить в бок. Но подумав, мы продолжили по основной дороге. Минут через двадцать вышли к рынку. Мы вышли к его продуктовой части. Выпечка, зелень, мясо. По рядам ходили узнаваемые водоносы. Мы взяли по булке, уж больно вкусно пахли. Меня пытались обокрасть, незаметные ручки прошлись по поясу, ничего не обнаружив, отстали. Да, денежки то во внутреннем кармане куртки. Теперь мы шли по рядам с тканями, от их ярких расцветок рябило в глазах. В боковом проходе я увидел железо. Свернули, зашли в первый попавшийся магазинчик. Пахло кожей и железом. Никандр бегло прошёлся глазами и покачал головой. Мы проходили пол часа, пока не вышли к крытому сараю, у входа в который стоял вооружённый саблей охранник. Зайдя, увидели развалы кожаных и металлических доспехов, связки копий и стрел. Грек попросил показать мечи и выбрал один из предложенных.
Длинный, под метр, меч с заострённым концом, позволяющий и рубить и колоть. Лезвие узкое 5–6 см. Рукоять простая, с обмоткой из тонких полосок кожи. Поигравшись с мечом Никандр, всё не решался вернуть его. Потом всё-таки положил на место. Дальше, смотрели копья и щиты. Так, надо заканчивать, иначе мы тут полдня проведём. Я знаками объяснил греку, что бы он выбирал обновку. Через пятнадцать минут перед нами лежала горка оружия.
И вот, что выбрал мой боец:
Большой овальный выпуклый щит, пару копий с длинным лезвием, чешуйчатая кираса с ламеллярными наплечниками и сегментными наручами. К этому он добавил кольчугу и шлем "туранского" типа. Последним положил меч. Хозяин магазина с пониманием смотрел на это вооружение. Дальше самое главное - торговля. За всё пришлось выложить пять золотых монет. Дороговато, когда вышли из магазина, Никандр одел всё, кроме кольчуги. Так сам и нёс. Дальше решили пройтись на невольничий рынок, посмотрели на группки продаваемых рабов и решили зайти сюда с утра. Назад шли быстро, я хотел сегодня привезти сюда остальных бойцов, довооружаться.
Через два часа я вернулся в тот же магазин. Хорошо у меня память нормальная, не заплутали. Опять по новой перебирание оружия. С Абуной всё решилось просто, лёгкий шлем, кожаная кираса, пару копий и связка дротиков. А вот Уго завис тут. Сразу он отложил два колчана со стрелами, ещё что-то для лука, запасная тетива, костяное кольцо для натягивания, налуч на левое плечо, защищающий от щелчков тетивы. Круглый шлем с бармицей, закрывающая шею и плечи. Кожаная куртка и лёгкая кольчуга, на спину небольшой круглый щит.
На сей раз обошлось в два золотых. По дороге назад взяли ещё хлеба и зелени.
Когда подошли к лодке, там стоял пузатый тип с двумя охранниками. Никандр обрадовался моему приходу. Мужик, явно представитель местной власти, наверное, интересовался,
- А какого? И почему лаве не платим? Тут стоим и не подходим к порту.
Не понимая точно ситуации, я светанул охранный медальон.
Вот, совсем другое дело. Тот раскланялся и начал активно махать руками. Никандр ему ответил, этого хватило, чтобы деньго- вымогатель свалил. Никандр пояснил как мог, что нас пригласили в порт, как дорогого гостя.
Нет, переночуем здесь, а с утра подойдём к порту. Там, совсем близко рынок.
До вечера мои бойцы приводили в порядок обновки. Особенно усердствовал грек. Он показывал мне предметы и восторженно называл их местные названия. Оказалось, что меч — это спата, а копье - спикулум.