Год спустя.

– Вот ты где!

 Я стояла перед зеркалом в гримёрке Hard Rock Cafe, разглядывая своё отражение. Слишком много мейка! Майк явно перестарался! Выгляжу как панда-трансвестит!

 Сегодня был важный день. День, который ещё год назад казался несбыточной мечтой. Через несколько минут я выйду к двум сотням гостей, чтобы произнести речь, которую выучила наизусть ещё три недели назад, но сейчас напрочь забыла!

– Лу, ты как, в норме? – Марлоу подошёл ко мне со спины, обнимая за талию.

– Нужно было краситься самой! Посмотри на меня! На кого я похожа?!..

 Джеймс игриво улыбнулся.

– Ты похожа на подружку рок-звезды, – в интонации пробренчали задиристые нотки.

– Всего лишь подружка? – усмехнулась я, оборачиваясь.

 Британец ехидно дёрнул бровью, оглядел меня с ног до головы, уверенно констатируя:

– Ладно, так и быть. Повышена до невесты рок-звезды, – и тотчас получил кулаком в грудь.

 На безымянном пальце моей левой руки блеснуло кольцо в форме черепа, глазницы которого украшали два скромных рубина.

– Это ты выглядишь, как бойфренд рок-звезды!

 Марлоу, как всегда, отдал предпочтение порванным на коленях джинсам, чёрной кожанке и простой майке. Правда, на этот раз, футболка была с особенным принтом, на ней красовалось изображение обложки моего дебютного альбома, выход которого мы сегодня и отмечали.

– Ничего не имею против, – улыбнулся блондин, сгребая меня в охапку, засыпая поцелуями лицо.

– Джеймс! Перестань! Нам пора идти, люди ждут, – засмеялась я, пытаясь увернуться, чтобы подразнить любимого.

– Подождут, – твёрдо заявил музыкант и прильнул к моим губам чувственным поцелуем.

 В дверь постучали. Спустя секунду в проёме возник Алек.

– Фу! Вам когда-нибудь это надоест? – скривился басист The Crash.

– Никогда! – прошептал Марлоу, через силу отрываясь от меня.

– Вас ждут, между прочим, – порицательно прибавил Алек и распахнул настежь дверь, указывая рукой в сторону основного зала.

– Ладно, идём, а то он от нас не отстанет. Но разговор ещё не законен! – убрав с лица белобрысую челку, Джеймс взял меня за руку и повёл к выходу.

 Сегодня с самого утра шёл дождь. Не новость для Лондона! Но это не помешало забить Hard Rock Cafe до отказа. Большую часть людей я знала лишь поверхностно – важные шишки музыкального бизнеса, без которых не обойтись, именитые представители прессы. Но, помимо них, на вечеринке присутствовали и мои друзья. Например, группа Джеймса в полном составе, которая самоотверженно помогла мне с записью пластинки. Мэтт, выступивший звукорежиссёром и саунд-продюсером. Майк со своей новой влюблённостью. Кэрри, прилетевшая в Англию ещё на прошлой неделе на нашу с Марлоу помолвку. И, конечно же, Бари Флеминг. Как заявил журналист, он не мог пропустить день, когда я порву Британию на «тот самый» флаг!

 Но одного человека я никак не ожидала увидеть. Поэтому, когда средь бесчисленного числа лиц заметила Алана, поначалу решила, что мне почудилось. Он стоял у барной стойки, что-то активно обсуждал с Мэттом. Оба держались расслабленно и непринуждённо, чего нельзя было сказать о Джеймсе, который, увидев своего отца, мгновенно превратился в тугой узел нервов.

– Какого чёрта он здесь делает? – Марлоу сжал мою руку инстинктивно.

 Я, мгновенно среагировав, развернула парня к себе лицом, заглядывая в глаза.

– Джеймс, успокойся! Всё нормально. Постой здесь, я сама с ним поговорю, ладно?

– Вот уж нефига! – процедил сквозь зубы британец, и было двинулся в сторону Харди, но я не растерялась и перегородила ему путь.

– Пожалуйста…

 Марлоу тихо выругался, втянул в себя щеки, скривил губы. Из-за этого черты его лица стали чрезмерно острыми. Он всегда так делал, когда злился.

 Протянув руку, я бережно коснулась пальцами гладко выбритого подбородка, ловя мечущийся взгляд.

– Джей, ты ведь знаешь, я люблю тебя…

 В синем шторме промелькнул луч света. Британец закрыл глаза, сглотнул, а когда посмотрел на меня вновь, то легонько улыбнулся.

 Отлично! Гнев ослабил поводья.

– Ладно, но если что-то пойдёт не так, на этот раз я начищу ему хлебало.

– А я тебе помогу, – кивнула я и, оставив на губах возлюбленного короткий поцелуй, направилась к бывшему мужу.

 Разглядев меня в толпе, Алан тотчас прервал разговор и, хлопнув Мэтта по плечу, двинулся на встречу.

– Здравствуй, – заговорил он, опережая мой вопрос. – Сразу обозначу – я пришёл с миром.

– Очень на это надеюсь, – минуя приветствие, ответила я, бросив многозначительный взгляд на Марлоу.

 Вокалист The Crash стоял в окружении своей группы, даже пытался говорить с ребятами, но смотрел беспрерывно на нас.

– Ты до сих пор не вступила в права владения своей частью имущества, – привлёк моё внимание Харди.

– Алан, мне не нужны твои деньги.

– Да, знаю, но ты бы могла использовать их на своё продвижение.

– У меня и так неплохо получается.

– Отлично получается, – воодушевлённо воскликнул он, широко улыбнувшись. – Я от всего сердца поздравляю тебя с выходом альбома, блестящая работа! Собственно, поэтому и прилетел, чтобы лично засвидетельствовать почтение.

– Серьёзно? – колко выстрелила я, надменно сыграв бровью. – Он выйдет в ротацию лишь завтра, как ты можешь рецензировать то, что не слышал?

 Харди виновато поджал губы, глянув за моё плечо. Я хорошо знала этого мужчину. Алан вёл себя подозрительно. Проследив за направлением его взгляда, я наткнулась на Мэтта. Тот вздрогнул и в мгновении ока затерялся в толпе.

– Он слил тебе альбом… Вот говнюк!

– Да, вчера. Не злись на него, просто я умею убеждать.

– Да уж, не сомневаюсь, – прыснула я, возмущённо посмотрев на бывшего мужа, но почти сразу смягчилась. – Значит, тебе понравилось?

 Харди утвердительно кивнул.

– Кажется, я упустил золотую жилу из-под собственного носа.

 Повисла неловкая пауза.

 После того, как мы с Джеймсом улетели в Лондон, с Харди я больше не виделась. Развод оформили дистанционно, все вопросы за меня решал адвокат и доверенное лицо. Не поверите, им выступил Бари. Именно он отсудил добрую часть активов у Алана, о чём я узнала, когда решение суда уже вступило в силу. Мы тогда крепко поругались, однако журналист был твёрдо уверен, что через пару лет я скажу ему спасибо.

– Ладно, я заехал ненадолго, чтобы поздравить тебя с дебютом и… помолвкой. Но, лучше не испытывать судьбу, верно? Хорошего вечера.

 В этот момент Харди устремил взгляд в толпу. Мне не нужно было оборачиваться, я и так знала – он смотрел на Марлоу.

– И да, Лора, у меня будет к тебе личная просьба. Передай, пожалуйста, Джеймсу, что мне жаль и если бы я мог…

– Нет! – обрывисто отрезала я. – Если тебе есть, что сказать сыну, иди и поговори с ним.

– Тебе не хватает острых ощущений? – усмехнулся Алан, пытаясь держать марку, но я видела, как испуганно бегали его глаза, как часто вздымалась грудь. Харди был взволнован и жутко нервничал.

– Ну же, Алан, будь мужиком! В крайнем случае, проведёшь ночь в участке, а утром мы тебя вытащим и попросим подписать договор о неразглашении, – ядовито усмехнулась я.

– Туше, – иронично протянул бывший, сделал глубокий вдох и чуть заметно кивнул.

 Некоторое время мы молча смотрели друг другу в глаза, но наше молчание было красноречивее любых возможных фраз. Десять лет бок об бок достаточный срок, чтобы научиться понимать человека без слов. Алан простил меня. Я простила его. Мы оба с теплотой вспоминали счастливые мгновенья нашей жизни и оба решительно вычеркнули из памяти плохие.

– Иди, – улыбнувшись, я подбадривающе коснулась его руки.

– Спасибо, – шепнул Харди, оставив на моей макушке дружеский поцелуй, после чего, неспешно, но твёрдо зашагал к Джеймсу.

 Я оглянулась, провожая его взглядом. Некоторое время спустя на моё плечо легла женская ладонь.

– Не знала, что ты его пригласила… – это была Джоан Креш, роскошная блондинка бальзаковского возраста, выше меня на две головы.

 Джо вот-вот должно было стукнуть пятьдесят, но выглядела она так, будто только что отгуляла тридцатник. Стройная, подтянутая, почти всегда с улыбкой. Её, невероятной красоты, сапфировые глаза в любой ситуации излучали тепло и бескорыстную заботу. Потрясающая женщина и прекрасная мать!

 Всё ещё мисс Крэш была художником, однако у неё сложились непростые взаимоотношения с вдохновением, поэтому рисовала женщина лишь для удовольствия, зато прекрасно справлялась с ролью директора художественной галереи.

– Не приглашала, – с досадой заметила я.

– Хм… – задумчиво протянула она. – Надо же, столько лет прошло, а он всё так же горяч…

 Мне не удалось сдержать сдавленный смешок. Но что греха таить, Алан в свои пятьдесят два, выглядел просто сногсшибательно!

– Ой, прости, – тут же спохватилась Джо, – такая странная ситуация…

– Уместнее назвать её нестандартной.

 Улыбнувшись будущей свекрови, я вновь устремила взор на наших мужчин и, к огромнейшему удивлению, увидела, как Джеймс принял примирительное рукопожатие отца!

– Ого! – одновременно воскликнули мы с Джо.

– Я была готова к чему угодно, но не к этому, – потрясённо заключила я.

– Честно сказать, я тоже… – согласилась Джоан.

 И тут Харди посмотрел в нашу сторону. Я заметила, как он резко втянул воздух через рот и остолбенел, не в силах выдохнуть. Его взгляд намертво припечатался к женщине, стоявшей возле меня. Челюсть медленно поползла вниз. Губы изогнулись в глупой полуулыбке.

– Джо? – позвала я.

 Креш не ответила, её, как и Алана, разбил странного вида паралич.

– Джо, прикрой рот, ради бога, – хихикнула я, легонько пихая мать Марлоу локтем.

– Что? – спустившись с небес на землю (или где она там только что витала?), Джоан посмотрела на меня перепуганным взглядом.

– Не хочешь предложить ему выпить?

– Кому? Харди? О, нет! Вот ещё! Зачем? А это уместно? – сбивчиво затараторила англичанка, нервно поглядывая на Алана.

– Он отец твоего ребёнка, не забыла?!

– Да, а ещё бывший муж моей будущей невестки, это как-то неправильно…

 Взяв женщину за руку, я сжала миниатюрные пальцы в своей ладони.

– Знаешь, один человек, которого я очень уважаю, однажды сказал мне: «Очевидные вещи – не всегда правильные. А правильные – не всегда очевидные». Может быть, это как раз тот случай?

 Джоан через силу сглотнула, глядя на меня растерянно и озадачено. Сейчас предо мной стояла не умудрённая опытом женщина, вырастившая прекрасного сына, добившая успеха в любимом деле, а та самая девчонка с чёрно-белой фотографии, которую мне показывал Флеминг год назад.

– Ты точно не против? – взволнованно спросила она.

– Я, при любом раскладе, вскоре с ним снова породнюсь. Так что не думай обо мне. Прислушайся к своему сердцу. Слышишь его?

 Джо неуверенно кивнула.

– А теперь просто следуй за ритмом…