— Ну, ты брат, даешь, — сказал Орлов, когда отошли от прилавка. — Чувствую, понравилась моя спасительница.

— Понравилась, — взглянул на него Варава. — Знал многих женщин, но такую не встречал. Она какая-то другая.

— Может и я завтра с тобой? Вдвоем сподручней, — толкнул в бок приятель.

— Э нет, Леша (шутливо погрозил пальцем), с тобой семья. Ей надо уделять внимание.

Чуть позже, переодевшись, они присоединились к Альбе с Ванюшкой, загоравшими среди других отдыхающих на пляже.

— Как поездка? — сняла она солнечные очки.

— Обещал помочь, — присел рядом муж, а Варава, наперегонки с мальчишкой, побежали к воде.

— Кстати, Игорь положил на Нину глаз, — добавил Орлов.

— Я это заметила еще вчера, — рассмеялась Альба, и взяла его за руку, — пошли купаться.

На следующее утро, во время завтрака, Варава сказал, чтобы его до вечера не ждали.

— Дела? — лукаво поинтересовалась Альба.

— Типа того, — встал из-за стола. — Бывайте.

Выйдя за территорию санатория, поймал проезжавшего частника и по пути купил в хозяйственном магазине синий рабочий комбинезон, несколько малярных кистей, а еще три банки алкидной краски — зеленую, голубую и оранжевую.

— Для шабашки? — поинтересовался частник.

— Ага, — ответил Варава. — Давай, дядя, трогай.

Когда остановились у знакомых ворот, расплатился, вышел из машины и постучал в калитку. За ней простучали маленькие ножки, звякнул запор, — здравствуйте дядя, проходите! — выглянула Лена.

Во дворе гостя встретила мать Нины, сообщив, что та скоро вернется с ночного дежурства.

— Может пока позавтракаете? — предложила она. У нас свежее молоко и могу поджарить яичницу

— Спасибо, Василина Павловна я уже, — опустил Варава наземь сумку. — Как у вас насчет инструмента?

— Инструмент имеется. Пойдемте, покажу. Все втроем отправились в шлакоблочный гараж за домом.

— Ничего себе, да здесь целая мастерская, — присвистнул Игорь, когда вошли внутрь, и старушка щелкнула выключателем.

У одной из боковых стен тянулся верстак, с развешенными над ним столярным инструментом, у другой — второй, с тисками, электрическим точилом и выдвижными ящиками, а на бетонном полу, в центре, стоял трофейный мотоцикл «Цундап» с коляской.

— Это все моего покойного мужа, — вздохнула Василина Павловна. — Он работал в порту механиком.

— Воевал? — кивнул на мотоцикл Варава.

— Освобождал Крым, командовал батальоном.

Для начала, переодевшись и захватив нужные инструменты, Варава отправился к беседке.

— Утро доброе, — послышалось сзади, как только приступил к работе.

Обернулся, сзади стояла Нина. В летнем красивом платье, узких туфлях на каблучках и с задорной улыбкой.

— Уже трудишься?

— Как и обещал. Без страха и упрека.

— Тогда не буду мешать, — развернувшись пошла назад, (Варава залюбовался стройной фигурой). Потом, взяв в руки молоток, вогнал гвоздь в отставшую доску пола. К полудню он аккуратно выкрасил беседку, а когда перекуривал, усевшись на ящик, к нему спустилась девочка, осторожно держа в руках большую кружку.

— Вот, бабушка дала, а то жарко.

Пока он пил холодный домашний квас, Лена обошла беседку и сказала, — красиво получилось. А потом, опустив головку, вздохнула, — у меня пропала черепашка. Вчера была, а сегодня нету.

— Давай ка поглядим, — затоптав окурок, встал Варава, и они прошли к бассейну. Он был наполнен до краев, на песчаном дне зеленели две лягушки.

— Не иначе отправилась путешествовать, — сказал Игорь, — но ты не расстраивайся, могу подарить тебе собачку.

— Правда? — широко распахнула глаза девочка.

— Честное слово.

— Хочу, — прошептала она. — Очень.

Потом со двора донесся голос Нины, — работники, обедать!

— Ну что, пойдем? — протянул Варава малышке руку, и оба направились через сад к дому.

Пока работник плескался под рукомойником, а Лена, стоя рядом, держала полотенце, женщины накрыли стол. На первое был подан украинский борщ с пампушками, съев тарелку которого, Варава заявил, — ничего подобного не пробовал и попросил добавки. Далее последовала жареная барабулька с молодым картофелем, а на десерт вишневый компот.

Немного отдохнув после обеда, Игорь занялся воротами, продраив их металлической щеткой и выкрасив в голубое. Прихватив остатки краски с инструментом, вымыл в гараже кисти уайт-спиритом, вышел наружу.

— Василина Павловна, а мотоцикл ваш на ходу? — поинтересовался у старушки мывшей посуду в тени ореха.

— Был на ходу, а как помер Иван Степанович, сломался. Я хотела было продать, только Нина ни в какую, мол, это о нем память.

— А где они с Леной? Я что-то не наблюдаю

— Рвут яблоки в саду, повезет завтра на рынок.

— Можно посмотреть мотоцикл?

— Отчего же.

Варава неплохо разбирался в технике, поскольку в зоне, до того как стать каптером, семь лет работал в гараже, поначалу слесарем, а потом шофером. Несмотря на почтенный возраст, «Цундап» выглядел как новый, был ухоженным и с отечественным номерным знаком.

Проверив наличие топлива в баке, Игорь открыл бензокран и, нажав ключ зажигания, попытался завести двигатель. Тот, несколько раз чихнув, стих. Прокачав утолитель, повторил — то же самое. Проверил свечи с проводкой, они были в порядке. Оставался карбюратор. Сняв его, обнаружил засор в поплавковой камере, устранил и поставил на место. Толкнул ногой кикстартер, мотор заработал четко и размеренно.

— Ну вот, — утирая руки ветошью, обернулся к старушке. — Все в порядке.

На звук двигателя из сада примчалась малышка, а за ней, с двумя ведрами яблок, появилась Нина.

— Никак починил? — поставила на лавку у стола.

— Работает как часы, — сказал Варава и заглушил двигатель.

— Вот спасибо, — подойдя погладила бензобак. — Утром повезу на рынок фрукты.

— А ты разве умеешь? — удивился Игорь.

— Могу. И права в наличии.

— Да она в детстве была сорванец, — махнула рукой Василина Павловна. — Отец научил, ездили вместе на рыбалку.

— Ну, ты даешь, — рассмеялся Варава.

Когда на закате вернувшись обратно, принимал в номере душ, его навестил Орлов.

— Ну как успехи на трудовом фронте? — уселся в одно из кресел.

— Все путем, — вышел из ванны Варава, запахивая халат. — Завтра еду снова.

— Так может и я с тобой, а то как-то неудобно?

— Не-не-не, — выставил тот ладони вперед. — Боливар двоих не выдержит (оба рассмеялись).

Следующим утром, выяснив у местных где зоомагазин, Игорь отправился туда и купил месячного щенка овчарки. Породистого, с родословной и справкой о прививке. Оттуда с питомцем на руках проехал в маршрутке к рынку и направился к лотку, за которым торговала Нина. За ним матово отсвечивал «Цундап», на прилавке оставалось чуть фруктов.

— А вот и мы, — стал у лотка Варава. — Доброе утро.

— Доброе. Откуда такой красавец?

— Подарок Лене, — погладил щенка Варава, — у нее сбежала черепашка. Как торговля? (кивнул на прилавок).

— Осталось чуть-чуть и домой.

— Понял, — обошел лоток и, отстегнув фартук люльки, посадил туда щенка. — Ну, ты допродавай а я сейчас, — и растворился среди покупателей. Через двадцать минут вернулся (Нина ждала у мотоцикла), неся трехлитровую банку молока.

— Четвероногому другу, — определил в багажник

— Да, выгодный ты работник, — рассмеялась женщина. — Ну что? Едем.

— Если можно, я за рулем.

— Справишься?

— Обижаешь, — развел Игорь руками. — Я ж десантник. Если не мы, то кто?

Чуть позже, бодро урча, «Цундап» катил вдоль побережья, навстречу поднимавшемуся из-за гор, солнцу.

В понедельник, около одиннадцати, Варава налаживал водяной насос скважины за кухней, а Лена рядом играла со щенком. Его назвали Рексом, малыш изредка порыкивал и скалил зубки, девочка звонко смеялась. На покрытом клеенкой столе Василина Павловна месила тесто для вареников.

Хлопнула калитка, — мама, мама! — закричала девочка и помчалась навстречу появившейся в проеме Нины. Та подхватила дочку на руки, чмокнув в щеку, опустила — подошли ближе.

— Ну как дела? — с надеждой спросила Василина Павловна.

— Прокурор берет меня на службу, — сказала Нина, поглядев на Игоря.

— Кем? — отложил тот в сторону отвертку.

— Заведующей канцелярией. Прежняя уходит на пенсию.

— Радость-то какая, доченька! — всплеснула руками мать. — Кончились твои мытарства.

А спустя два дня Варава сообщил Орловым, они с Ниной подали заявление в ЗАГС, что вызвало у тех неподдельную радость.

— Я видела, к этому все идет, — заулыбалась Альба, а Алексей подмигнул, — молодец, черт! Знай наших!

— Свидетелями будете? — прищурился Варава.

— Не вопрос, — кивнул Орлов. — А когда свадьба?

— Через неделю.

— Можем помочь с деньгами, мы взяли с запасом, — предложила Альба.

— А вот этого не надо. У меня есть.

Торжество состоялось в воскресенье. Заказанный в брачном агентстве черный ГАЗ-14, украшенный лентами, доставил жениха с невестой, свидетелей и празднично одетых Ванюшку с Леной во Дворец бракосочетания, где заведующая в торжественной обстановке объявила Игоря с Ниной мужем и женой, а под сводами прозвучал марш Мендельсона.

Из дворца, вдоль приморского шоссе лимузин, проследовал в Вардане, подвернул к небольшому ресторану с видом на море, где уже ждали гости. Василина Павловна с крестным Нины, вручили молодоженам цветы, квартет музыкантов с эстрады еще раз исполнили тот же марш, все расселись за уставленным напитками и закусками, столами.

Веселье, прерывавшееся криками «горько!», шутками и танцами с песнями, затянулось до глубокой ночи.

Утром понедельника Орловы возвращались в Москву, на вокзале их провожали молодожены.

— Здесь останетесь или переедете в Якутию? — спросил Алексей Игоря.

— У нас на Черноморском побережье два санатория, — ответил тот. — В Анапе и Геленджике. Переведусь туда в охрану, думаю, руководство не откажет. Тепло распрощавшись с друзьями, Орловы поднялись в вагон и прошли в свое купе, перрон, убыстряясь, поплыл назад.

— Ждем в гости на следующее лето! — махали вслед руками Нина с Игорем.