На скулах полицейского заиграли желваки.

– Зачем вы так, мисс Корбетт? – спросил он тихо.

Я отвела взгляд. Не сознаваться же, что я страшно зла – на себя. Легковерная дура! Сама влипла, еще и Дэнни подставила.

* * *

В полицию мы ехали в сумрачном молчании. Вновь зарядил дождь (и это середина лета!), и мои мысли были такими же беспросветно хмурыми, как низкое небо.

Высокий брюнет, который при нашем появлении в участке поднялся с места, настроения моего не улучшил. А ведь все так же хорош, даже постная мина на лице его не портит. Как все-таки непохожи они с Дэнни, хотя отец у них общий. Дэнни тоже высокий, но худой и жилистый, с чуть резковатыми чертами и порывистыми движениями. А Дариан – вальяжный, холеный, каждый его жест рассчитан на публику и полон достоинства. Надо думать, присяжные женского пола млеют и теряют волю, когда он выступает в суде.

– Лили, – кисло поприветствовал он меня. – Не скажу, что рад тебя видеть… в нынешних обстоятельствах.

– Взаимно, Дариан, – буркнула я, подавив дурацкое желание поправить волосы. – Надеюсь, ты все же не откажешься меня защищать?

Он нахмурил смоляные брови.

– Разумеется, нет! В конце концов, ты – член семьи.

Спасибо, хоть паршивой овцой не назвал. Впрочем, это читалось между строк.

Стиснув зубы – не время ссориться! – я произнесла сдержанно:

– Надеюсь, ты сумеешь добиться, чтобы меня выпустили под залог.

Взгляд Дариана мгновенно стал острым. Не зря все-таки он один из лучших адвокатов в городе!

– Сумею, – пообещал он жестко. – Но для начала… Инспектор, где я могу поговорить со своей клиенткой?

– В моем кабинете, – предложил Рэддок, тоже хмурясь, и смерил Дариана оценивающим взглядом.

Тот отмахнулся.

– Исключено. Нам с моей подзащитной нужно пообщаться наедине.

– Не нужно! – вмешалась я. Не стоит без нужды злить инспектора, он пока весьма ко мне лоялен. – Мне нечего скрывать.

Лицо Дариана окаменело. Он взял меня за руку, как малого ребенка, оттащил в сторону и принялся отчитывать:

– Лили, ты в своем уме? Не знаю, что ты там себе вообразила, но работа инспектора – тебя обвинить! Не мешай мне вытаскивать тебя из неприятностей! Ты и так наворотила столько, что…

У Рэддока оказался отличный слух.

– Кхе-кхе! – нарочито громко кашлянул он. – Адвокат Корбетт, я не собираюсь попирать конституционные права вашей клиентки. В моем кабинете вы можете спокойно поговорить, я же тем временем кое-куда схожу. И, кстати, задача полиции – не хватать всех подряд, а найти виновного. Надеюсь, вы наконец это усвоите!

Прозвучало это так, словно они продолжали давнишний спор.

Я наконец смогла перевести дух. Почему, ну почему в присутствии Дариана я немею, глохну и не могу выдавить из себя ни единого связного слова? Разжижение мозгов какое-то!

Мы с инспектором встретились глазами. Он многозначительно похлопал себя по карману, где лежал пакет с моим револьвером, и я понимающе опустила ресницы. М-да, знай Дариан, что я добровольно (не посоветовавшись с ним!) отдала полиции улики, подмахнув состряпанный на коленке протокол, его бы удар хватил. Я-то была уверена, что из моего револьвера стреляли давным-давно, так то мне это не повредит.

Дариан не смутился – для этого он был слишком самоуверен – но напор несколько уменьшил.

– Что же, тогда условия удовлетворительные. Ведите, инспектор.

Тот хмыкнул и потопал вперед…

Стоило инспектору выйти за дверь (демонстративно отключив перед этим звукозапись), как Дариан жестко бросил:

– Рассказывай! В какие неприятности ты угодила на этот раз?

Его послушать, так он только и занимается вызволением непутевой кузины из лап закона. А я, между прочим, особа на редкость законопослушная. Пару раз в жизни превысила скорость да один раз влепила наглому типу кирпичом по голове – сущие пустяки! Тем более что тип посягал на мою сумочку и серьги с бриллиантами.

Впрочем, доказывать что-то Дариану – пустая затея. Он привык сам убеждать других. Адвокат, ничего не попишешь.

Поэтому я проглотила крутящиеся на языке слова, запив их глотком дрянного кофе, любезно принесенного инспектором, и начала…

Интересно, Дариан только со мной держится, как строгий опекун с избалованным ребенком, или это у него обычная практика? Нет, тогда он бы вряд ли преуспел на адвокатском поприще. Люди платят, чтобы он их защищал, а не отчитывал, как несмышленых детей. С другой стороны, в остроте ума и хватке ему не откажешь, за такое многое можно простить.

Во всяком случае, меня Дариан распекал на все корки. Он с детства меня не выносил (надо признать, на то я давала ему множество причин), а тут такая возможность поставить на место опостылевшую малявку!

– Лили, зачем ты полезла в ту квартиру? – спросил он, страдальчески возведя горе синие-синие очи. – Неужели ты не поняла, что дело весьма сомнительное и лучше держаться от него подальше? Должна ведь ты обладать хоть некоторой толикой здравого смысла…

И так далее, и тому подобное на добрую четверть часа.

– Может, перестанешь наконец читать мне мораль? – наконец не выдержала я, со злости позабыв о смущении и своих растрепанных чувствах. – Помоги мне выбраться из этой истории! А мнение свое обо мне, уж будь так добр, оставь при себе.

Дариан не то, чтобы вытаращился, для этого он слишком привык держать лицо, но как-то подобрался.

– Хорошо, – произнес он совсем иным тоном, сухим и жестким. – Я попытаюсь добиться, чтобы тебя выпустили под залог, но для этого мне нужны хотя бы какие-то основания. Разумеется, ты сделала большую глупость, отдав полиции свое оружие. Однако в случае отрицательного ответа мы будем располагать…

Громкий стук в дверь прервал его разглагольствования, и в кабинет заглянул инспектор.

– Надеюсь, вы уже поговорили, – объявил он и вошел, не дожидаясь ответа.

Громко чихнул и плюхнулся на свое законное место.

– У меня хорошие новости для вас, мисс Корбетт, – заявил он, адресуясь исключительно ко мне. Дариана он словно не замечал. – Эксперт говорит, что из вашего револьвера не стреляли минимум год, так что подозрения в ваш адрес становятся менее весомы. Заключение скоро будет готово, и ваш адвокат, – Дариану достался-таки неласковый взгляд, – может сразу начинать хлопотать об освобождении под залог. Иначе куковать вам тут минимум до понедельника – сами понимаете, выходные.

Дариан нахмурился – слишком уж откровенно его выставляли – и поднялся.

– Вы вполне в этом уверены, инспектор? Должен заметить, экспертизу провели поразительно быстро.

Рэддок пожал плечами и высморкался, не обращая внимания на легкую тень брезгливости на лице Дариана.

– Говорю же, сличать пули не пришлось. К тому же эксперт – мой добрый друг, уважил просьбу поторопиться. Не сомневайтесь, адвокат Корбетт, бумаги в полном порядке.

– Благодарю, – выдавил Дариан и сжал губы в нитку.

По-видимому, его знаменитое обаяние дало осечку. Впрочем, Дариан особо не пытался скрыть свою неприязнь к инспектору Рэддоку. Сдается мне, не первый раз они сталкиваются на кривой дорожке и давно имеют зуб друг на друга.

– А вам, мисс Корбетт, – продолжил инспектор куда мягче, – придется пока остаться. Заодно попробуйте вспомнить, кому вы могли так здорово насолить и кому выгодно ваше, скажем так, устранение.

– Да никому, – поморщилась я. – Конечно, недоброжелателей у меня хватает, но никому из них я не оттоптала хвост настолько, чтобы ради моего устранения пойти на убийство Стивена.

– Ты сильно себя недооцениваешь, Лили! – бросил Дариан и, поднявшись, склонил голову. – Инспектор, я вернусь через час, максимум два. Прошу вас не забывать, что в мое отсутствие вы не вправе допрашивать мою клиентку.

Коротко мне кивнул и вышел.

– М-да, – непонятным тоном произнес инспектор, проводив его взглядом. – На редкость неприятный тип этот ваш адвокат. Хотя вы, насколько я понимаю, моего мнения не разделяете?

– Почему же? – я с трудом расслабила напряженные мышцы. Спина ныла, словно между лопатками вбили кол. – Вполне разделяю.

– Разве? – инспектор откинулся в кресле и склонил голову набок, разглядывая меня. – Разве не он – та самая ваша безответная любовь?

– С чего вы взяли? – я независимо пожала плечами, стараясь не морщиться от боли.

– Никому другому вы бы такого обращения не спустили, – ответил инспектор серьезно. – Даже вашему напарнику.

В словах инспектора был резон. Наверное, его проницательность должна была меня радовать – ведь это значит, что ему под силу распутать это непростое дело! – но я испытывала только бесконечную усталость и бессильную злость, как всегда после стычки с Дарианом.

– Думаю, сейчас нам надо думать о другом, – произнесла я сдержанно. Последнее, чего мне хотелось – обсуждать свои сердечные дела. – На теле Стивена нашлось что-то интересное?

Заодно проверим, списал ли он меня со счетов как подозреваемую. С потенциальной преступницей инспектор откровенничать не станет. Разумеется, кое-какие подробности все равно выведают пронырливые репортеры, но многие нюансы в газеты не попадут.

К моему облегчению, инспектор ответил без запинки.

– Нет, – он покачал головой. Его острый взгляд выдавал напряженную работу ума. – Вода смыла все следы. Я вот все думаю, зачем нужно было его оттуда увозить?

– Оттуда? Думаете, Стивена прикончили в собственной квартире?

– А где еще? – он сцепил руки в замок и хрустнул пальцами. – На это указывают следы крови в ванной. Мы проверили, это его кровь, хотя умер он не там. Как ни странно, эманации смерти в квартире отсутствуют.

Я опешила.

– Постойте, то есть убийца пришел домой к Стивену, выстрелил в него, а потом еще живого куда-то увез?

– Именно! Вопрос – зачем? Судя по локализации ран – в области живота – смерть была долгой и мучительной. При этом сам он не мог куда-то уйти, да еще и спустившись по лестнице со второго этажа. Исключено!

– Кхм, – я задумалась всерьез, пытаясь вообразить, как все происходило. – Может, у преступника было мало времени? Допустим, скоро должны прийти те самые гости, нужно торопиться…

– Тогда он бы стрелял в голову, – парировал инспектор легко. – Или, скажем, в шею – если повредить крупный сосуд, смерть наступит в течение пары минут. Зачем тащить куда-то тело – весьма увесистое, заметьте?

– Сдаюсь, – я развела руками.

Инспектор шмыгнул носом.

– Признаюсь, у меня тоже пока нет связной версии. Если убили, чтобы взвалить вину на вас… – я негодующе фыркнула, но он сделал вид, что этого не заметил, – было бы разумнее оставить все как есть. Вас бы застали над трупом…

– В пятницу! – перебила я. – А убили его, самое позднее, утром в четверг, вы сами говорили. Да любой патрульный сходу определил бы, что тело, кхм, не первой свежести. Больше суток ведь минуло, это сложно не заметить. Допустим, убийца прикончил Стивена в среду и вывез тело, а позже вернулся, чтобы подчистить следы. В среду он этого сделать не мог, опасаясь прихода свидетелей. Но переться в квартиру, заведомо зная, что там лежит труп?! Увольте, в такое не поверят даже самые тупоумные присяжные.

Он почесал бровь и признал нехотя:

– Вы правы. Значит, убийца вывез тело, чтобы ваш визит в пятницу выглядел достовернее? Но к чему такие сложности? Если преступление спланировано заранее, куда проще было бы и вас заманить в квартиру именно в среду!

На этот вопрос я пока ответить не могла. Преступление выглядело непомерно запутанным, и логику убийцы мы постичь не могли, как ни бились. Так ни к чему и не придя, инспектор спохватился, что нужно наконец-то оформить бумаги на мой револьвер (насколько я понимаю, задним числом) и занялся писаниной. Я же задумчиво курила, листая лежащий тут же, на столе, уголовный кодекс…

Дариан вернулся через полтора часа, торжествующе потрясая постановлением суда. Все-таки хватки ему не занимать – умудрился-таки выловить судью в субботу!

– Лили, ты свободна! – провозгласил он. – Залог я уже внес, так что если у инспектора больше нет к тебе вопросов…

– Нет, – подтвердил Рэддок не очень-то довольно. То ли мое общество было инспектору столь мило, то ли просто торжествующий вид адвоката действовал ему на нервы. – Можете идти, мисс Корбетт. Надеюсь, позже мы встретимся… в более подходящей обстановке?

Пока я пыталась осознать, не пригласили ли меня только что на свидание, Дариан вознегодовал:

– Вы что же, инспектор, намерены увидеться с моей клиенткой наедине?

Можно подумать, до этого мы общались только в присутствии дюжины свидетелей. Ох уж эти зануды-юристы!

– По делу, – заверил инспектор самым любезным тоном. Только карандаш в его руках хрустнул. – В интересах мисс Корбетт найти убийцу как можно скорее. Делиться всеми подробностями следствия я не вправе, но кое в чем помощь частного детектива может отказаться бесценной. Обставим это… скажем, как необходимость выяснить у вас кое-какие детали.

М-да. Формалистом инспектор определенно не был. Впрочем, начальник полиции, мистер Маринарти, охотно закрывал глаза на кое-какие вольности в работе подчиненных – был бы результат.

– Исключено! – отрезал Дариан, раздраженно захлопнув папку с бумагами. – Мисс Корбетт в данный момент подозреваемая, так что если желаете с ней увидеться – выписывайте повестку и вызывайте на допрос по всей форме. И, разумеется, только в моем присутствии!

– Я могу проводить собственное расследование, – поспешно вмешалась я, видя, что Дариан закусил удила. – И привлечь к делу Дэнни.

Инспектор чуть заметно улыбнулся.

– Благодарю, мисс Корбетт. Так и сделаем, раз наше с вами… свидание может быть понято превратно. Встретимся дома у мистера Дэниела Корбетта завтра, скажем, в час пополудни? В присутствии вашего адвоката, если вы считаете это необходимым.

Я поспешно кивнула, не давая Дариану шанса вновь затеять перепалку, и тепло распрощалась с инспектором.

Из полицейского участка Дариан вывел меня за руку. Я бы, пожалуй, даже размечталась о чем-нибудь эдаком, не знай наверняка, что это банальная демонстрация «мое!» Эти мужчины – ужасные собственники!