– Ну, хорошо, хорошо! – сдалась она, взмахнув рукой с алыми коготками. – Письма я не выдумала. Точнее, это одно письмо, но… Оно вовсе не любовное. Видите ли, моему мужу принадлежит стекольная фабрика. Он производит всякие там окна, линзы для очков и тому подобное.

В голосе ее звучала отчетливая досада. Столь тривиальный бизнес виделся ей невыносимо скучным.

Думается, наказание для строптивой дочери папенька выбрал с умом. Для Розалин, привыкшей блистать на показах мод, жизнь в деревне покажется страшнее смерти. А куда ей деваться? Собственных денег у нее кот наплакал, а отказывать себе красотка не привыкла.

– Стивен… – она прикусила губу и выговорила через силу: – Он откуда-то узнал, что на этой фабрике изобрели такую штуку для оружия… Нечто вроде специального бинокля, помогающего целиться издали.

Дэнни, не удержавшись, громко присвистнул.

– Госзаказ! – выдохнул он.

– Он самый, – подтвердила Розалин, бросив на него взгляд из-под ресниц. – У мужа были какие-то проблемы с патентом, я в это не вникала. И выходило, что напрямую заказ он получить не сможет. Пришлось ему заручиться поддержкой бизнесменов посолиднее, и с кем-то из них он уже договорился. А я его выкрала!

– Кого? – выдохнули мы с Дэнни в унисон.

– Чертеж, – созналась красотка бестрепетно. – Не мужа же.

Тут уж мы онемели. Отчаянная девица, ничего не скажешь!

М-да, любовь зла. Мне даже стало немного жаль незнакомого Майкла Финча, заполучившего на старости лет такой геморрой. Женился на дочке гангстера, которая мало того, что изменяла ему напропалую, так еще и обокрала! Неудивительно, что он был готов на что угодно, лишь бы от нее избавиться. Такая жена хуже чемодана без ручки – и нести нельзя, и бросить никак.

– Как же вы решились?! – поинтересовалась я, совладав с собой.

Она взяла чашку обеими руками, словно маленькая девочка.

– Это Стивен предложил. У него были обширные знакомства, а чертеж этот стоит немалых денег. Их бы хватило, чтобы уехать и обустроиться где-нибудь на теплом юге.

Ах, как зыркнул Крамер на непокорную дочь! Ему такие планы дочки явно пришлись не по вкусу. Впрочем, теперь уж ей терять нечего. На растерзание полиции папа ее все одно не бросит, а от рождения внуков открутиться не удастся.

Зато теперь вся афера была как на ладони. Выходит, Робинс как-то об этом всем пронюхал и подослал Стивена к миссис Финч, чтобы тот уговорил ее стащить проклятое изобретение?

– Постойте, так где же бумаги? – я недоверчиво уставилась на нее. – Полиция не нашла их у Стивена. Или вы еще не успели их передать?

Похоже на то, иначе Стивена бы только и видели. Сказочку о сладкой жизни на юге он явно сочинил специально для Розы, жаждущей вырваться из крепких рук мужа и отца, а на деле наверняка собирался забрать бумаги и потихоньку смыться, бросив любовницу на произвол судьбы. Теперь понятно, кстати, о каких денежных делах Стивен трепался с приятелями! Чего он, увы, никогда не умел, так это держать язык за зубами.

Роза неожиданно всхлипнула. Думается мне, напоказ – когда она отняла платочек от глаз, они совсем не покраснели, даже тушь не размазалась.

– Я не знаю! Я… Муж запер меня дома. Он собирался в понедельник уехать на какую-то конференцию, но вышло, что уехал только в среду! А я уже стащила чертеж и ужасно боялась, что муж узнает о краже и найдет бумаги в моих вещах!

– И что вы сделали? – осведомилась я с любопытством.

Мистер Крамер хмурился, поигрывая ручкой и смотрел на дочь так, словно прикидывал, не задать ли ей ремня. Дэнни пил уже четвертую или пятую чашку кофе, так что всерьез рисковал схлопотать бессонницу. Впрочем, это меньшее из зол.

Она вздернула голову, перестав изображать кающуюся грешницу – какой в этом смысл, если все равно никто не проникся? – и ответила четко:

– Я вложила чертеж в конверт, подписала адрес Стивена, а потом поместила в другой конверт, побольше. И отправила Сюзанн Кюри, своей давней подруге, с просьбой ему переслать. Мужское имя мужа бы насторожило.

– Умно, – признал Дэнни после паузы. Я кивнула – девица только притворяется идиоткой, когда ей это на руку. Ведь сообразила же, как вывернуться! – И что дальше?

– Не знаю. В понедельник я отправила письмо со стопкой других, и увидела Стивена только в среду, когда муж наконец убрался!

Грудь ее ходуном ходила под тонким платьем. Ах, как же ненавидела Розалин своего постылого супруга! Вот кого она бы прикончила без сожаления. Хотя как знать? Сообрази она, что Стивен ее облапошил, вполне могла бы его застрелить. Месть за поруганные чувства – чем не мотив?

С другой стороны, какой тогда резон все это нам выкладывать? Так что или Розалин с нами откровенна, или интрига тут вовсе запредельного порядка.

Должно быть, Дэнни это тоже сообразил.

– Кхе-кхе, – громко прочистил он горло и сказал, обращаясь к Крамеру: – Чертежи ищите сами, нас интересует только убийца.

Бандит добела стиснул узкие губы и блеснул глазами.

– Меня тоже. Мне эти бумаги не сдались, не хочу теперь соваться во все эти штучки с изобретениями. А теперь нам пора. Милая, пойдем.

Он легко поднялся, демонстрируя отличную физическую форму, и подал руку дочери. Та скорчила капризную гримаску, но спорить с отцом не решилась.

Когда они вышли, Дэнни обмяк в своем кресле. Зажмурился крепко-крепко и выдохнул хрипло:

– Ну и дела! Лили, что думаешь? Наврала она?

Думала я многое, в основном нецензурно. Выходит, «миссис Данхилл» сначала попробовала свалить вину на меня, а когда не вышло и она все-таки попалась полиции, вынуждена была играть в открытую. Или она сама, или муж – тут уж выбирать не приходится. Но какая же нахалка!

Вслух я сказала лишь:

– Запутанная история.

– Еще бы! Рассказывала она, конечно, складно… Только с ее же слов выходит, что у ее муженька на тот день алиби. Он же уехал на конференцию, помнишь?

– Этим пусть полиция себе голову забивает, – отмахнулась я. – Наше дело – передать все Рэддоку. Кстати, ничего такого уж нового она нам не наплела. Мы почти обо всем узнали сами, Розалин лишь подтвердила наши догадки. Только про письмо мы ничего толком не знали.

– Да уж, письмо! – Дэнни покрутил головой, и в шее у него что-то громко хрустнуло. – Уф. Ладно, звони инспектору. Время не ждет.

Не став задавать глупых вопросов вроде: «Почему я, а не ты?», я потянулась к телефону.

* * *

Рэддок примчался всего через четверть часа. Ворвался в гостиную ураганным ветром, наэлектризованный так, что из него чуть не лупили молнии.

Огляделся, плюхнулся за стол напротив меня и потребовал энергично:

– Рассказывайте!

Ах, как он слушал! Внимал, не спуская с меня глаз и не шевелясь. Только щекой изредка дергал и глазами сверкал. Лишь в самом конце у него вырвалось:

– Как жаль, что нет звукозаписи!

– Нечего было и пытаться, – влез Дэнни. – Уж об этом Крамер наверняка позаботился.

Рэддок кивнул темноволосой головой и попросил негромко:

– Продолжайте, Лили.

Наедине он по-прежнему звал меня по имени, невзирая на некоторые наши разногласия.

Когда я умолкла, Рэддок некоторое время молчал, переваривая новые сведения.

– Спасибо, – кашлянув, произнес он наконец, глядя на меня теплыми карими глазами. – Давайте подытожим. Выходит, Майкл Финч решил эдаким странным манером избавиться от неверной жены и любовника? Его убить, а ее в этом обвинить?

– Ну да! – Дэнни хрустнул пальцами. – Развестись Финч не мог, тесть мешал, а терпеть выкрутасы Розалин дальше у него уже не было мочи.

– Так ее бы убил, – предложил инспектор хладнокровно. – Зачем так сложно-то?

– Вы что! – Дэнни даже головой покачал. – Соображаете, что говорите? Да лишись Крамер единственной дочки, он бы тако-о-ое всем устроил! И с зятем бы посчитался, тут уж как пить дать.

– Думаю, история с украденным изобретением была последней каплей, – заметила я негромко. – Измены жены Финч мог бы стерпеть, но такое…

Я даже головой покачала. И ведь у Розалин даже ничего не ёкнуло! Легко и непринужденно предавала мужа, а тому деваться было некуда.

– Угу, – поддакнул Дэнни. – Я тут успел до вашего прихода, Эндрю, кое-кому позвонить. Говорят, Майкл Финч мужик жесткий, действует без жалости и обид никому не спускает. А тут его поставили в позу… извини, Лили.

Я лишь отмахнулась.

– Полагаю, даже сумей он в конце концов добиться развода, теперь Финчу этого было бы мало.

– Розалин-то при таком раскладе осталась бы при своих. Свободна и вольна наслаждаться жизнью с любовником. – согласился инспектор задумчиво, подперев голову рукой. – В этом что-то есть. Выходит, Финч придумал, как отомстить обоим? Но не слишком ли рискованно? Крамер все одно стал бы защищать дочь.

– Стал бы, – кивнула я. – А толку? Ей бы даже отец не поверил! Ну представьте. Явись она к Стивену ровно к назначенному часу – и его друзья-приятели застали бы Розалин аккурат над свеженьким трупом, орудие преступления и прочие улики тоже долго бы искать не пришлось. Умно придумано! Финч изобразил бы ужас и отчаяние, нанял женушке адвоката… а после по-тихому развелся. Может, какое-то время в него бы тыкали пальцами, но уж с этим бы он управился. Все лучше, чем остаться на бобах при сбежавшей жене и украденных чертежах. Тогда Финч бы точно сделался посмешищем на веки вечные.

– Жаль, что Розалин Финч отвертится! – Рэддок с досадой хлопнул ладонью по столу. – Как бы мне хотелось привлечь ее за соучастие или хотя бы за сокрытие улик.

– Даже не мечтайте, – посоветовал Дэнни, потягиваясь с хрустом. – Крамер денег на адвоката не пожалеет, а доказательств против нее у вас всего ничего.

– Да я понимаю, – поморщился инспектор. – У нас против нее ничего толком нет. Признавалась во всем она наедине, парни с автомойки мямлят…

Еще бы! Они и вправду слабо запомнили красотку в лицо, а может и Ослы на них уже наседают. Могу парней понять, что уж тут.

– Даже кровь Стивена в салоне ее авто мало чем поможет, – я потянулась за сигаретами. – Получается, что это тоже известно только с моих слов, группа крови-то у нее со Стивеном одинаковая! А я – лицо заинтересованное, бывшая подозреваемая как-никак.

– Вот именно, – признал инспектор кисло. – Так что будем пока довольствоваться малым.

– Вот уж «малым» Финча не назовешь, – фыркнул Дэнни. – Я его в газете видел, здоровенный такой краснолицый бугай.

Инспектор пропустил эту ремарку мимо ушей.

– Алиби Майкла Финча вполне может быть липовым, – признал он задумчиво, теребя зажим галстука в виде маленького серебряного сокола. – По словам его верной секретарши, сразу по приезду на конференцию он прилег отдохнуть – годы уже не те. Финч якобы провалялся в постели до самого ужина, так что вполне мог потихоньку оттуда выбраться и мухой метнуться в город. Езды всего-то минут сорок, говорить не о чем. Арендовали там под это дело всю гостиницу, людей масса, так что докопаться нереально. Разве что кому-то вздумалось бы вломиться в его номер, невзирая на табличку «не беспокоить!», но таковой любопытный пока не отыскался.

– Когда вы успели? – поразилась я. – Я же только сейчас вам обо всем рассказала.

В его карих глазах загорелся огонек.

– Я проверил раньше, на всякий случай. Если не Розалин убила Стивена, то обманутый муж – следующий на очереди подозреваемый.

– Вы не верили в вину Розалин! – сообразила я и от избытка чувств прищелкнула пальцами. – Вот почему вы ее выпустили под залог!

Ну как же, хваленое чутье Рэддока. Во всяком случае, очень надеюсь, что оно самое, а не купился он банально на красивую мордашку.

– Под залог выпускает суд, – напомнил инспектор, чуть заметно улыбаясь.

Я лишь отмахнулась. Знаю же, что у него сохранились там кое-какие связи, наверняка поспособствовал.

– Интересная история с письмом, – проговорил он, потирая кончик носа. – Куда же оно подевалось?

– Понятия не имею, – созналась я хмуро, рисуя в блокноте молнии и закорючки. – По идее, хранить его Стивен должен был пуще глаза. Это же гарантия его безбедной жизни! Можно сказать, письмо счастья.

– Получи Стивен чертеж, смылся бы из города в мгновение ока, – заметил Дэнни в пространство.

– Может, не успел? – предположила я. – Он вроде бы собирался съезжать, так что рассчитывал его заполучить буквально в ближайшие дни. Впрочем, это как раз понятно. Розалин наверняка собиралась воспользоваться случаем и стащить письмо, когда муж уедет на конференцию. Код от его сейфа она наверняка знала, так что труда бы это не составило. У нее случайно получилось завладеть бумагами раньше, но что дальше-то? Я ведь была в квартире Стивена! Ни следов обыска, ни особого беспорядка. Стивена тоже не пытали – ведь так, Эндрю? – дождавшись кивка полицейского, я спросила устало: – Так как же Финч заполучил письмо обратно? Не мог же он его там бросить!

– Даррел выкрал, – предположил Дэнни с готовностью. – Ясно же, что Финчу детектив нужен был не ради доказательств супружеской измены. Ты сама говорила, что Билли интересовали привычки Берча и еще письма.

– Слишком большой риск, – усомнилась я. – Тогда бы Финч прямо напрашивался на шантаж. Нет, не годится.

– Полагаю, детективу поручили как можно больше разузнать о Стивене, – вмешался инспектор, с интересом прислушивающийся к нашей перепалке. – План с подставой требовал точного расчета. Пришлось Финчу нанять частного детектива, чтобы побольше разузнать о Стивене.

Дэнни энергично закивал:

– Потом Даррел усек, что к чему, и попытался шантажировать Финча, а заодно прощупал Крамера – кто из них больше даст. И ведь не побоялся!

– Билли, его приятель, говорил, что Даррел недавно здорово проигрался, – припомнила я. – Поэтому он заплатил Билли немного, обещал позже добавить.

– Вот и рискнул, – кивнул инспектор. – Хотел раздобыть деньжат. Сходится!

Все у нас ложилось одно к одному, за исключением сущей малости.

– Мы ни за что этого не докажем, – озвучил полицейский общее мнение. – У нас нет даже самого завалящего доказательства, одни гипотезы.