Открыв глаза, я понял, что жив, хотя и лежу в кровавой грязи. Карабин в руках превратился в обломки, и я без сожаления отбросил его в сторону. Поднялся на ноги, огляделся. Вокруг остались только трупы. Даже не понять, кто где лежит – целых тел нет вовсе, все разрублены на куски. Руки, ноги, вывалившиеся внутренности. Головы. Я обратил внимания на отсечённые головы, и всё понял.

- Выходи! – крикнул я в пространство. – Где ты, обманщик? Покажись!

- Ты снова понял, что я воздействую на тебя, - в голосе печального мага отчётливо слышалось уважение.

- Все головы лежат лицами от меня, - ответил я. – Все расчленены таК, что и не понять сколько тут человек. Ты не смог вытащить у меня из памяти подробности и отделался полуправдой.

- Ты умён, - кивнул висящий в паре шагов от меня печальный маг. – Не всякий умеет насколько быстро и верно анализировать информацию.

- Ты рассчитывал на шок, - предположил я, - а я на фронте и не такого навидался. Меня расчленёнными трупами товарищей по оружие не удивишь. И кстати, про оружие ты забыл – тела есть, а из оружия только мой поломанный карабин.

Маг скривился, словно от зубной боли – никому не нравится, когда указывают на очевидные промахи.

- Ты не сумел запутать меня, - произнёс я, - так чего ждёшь? Нападай.

Он стремительно выхватил мощный пистолет из наплечной кобуры. Я перекатился в сторону, уходя от выстрелов. «Ультиматум» печального мага рявкнул дважды, пули выбили фонтанчики кровавой грязи очень близко от меня. Я перекатился ещё раз, уходя с его линии огня, и понял, что за спиной у меня кобура с «Фромм-стоппером». В него магазине и в патроннике лежат шесть знакомых мне ещё с незапамятных времён чёрных патронов. Тех самых, что я забыл сдать вместе с генеральской бронёй, обеспечивавшей мне защиту от пуль.

Не поднимаясь с колена, я выдернул «фромм» из поясной кобуры и дважды выстрелил в грудь печальному магу. Он дёрнулся в воздухе, прицел сбился и его выстрел ушёл «в молоко».

- Как? – просипел он простреленными лёгкими.

- Сопротивляемость магии проявляется порой самым причудливым образом, - усмехнулся я.

- Воинский дух, - очень тихо, голос его звучал как будто прямо в моей голове, - сила воли… Ты оказался сильнее, воин. Наверное, это правильно.

Я в третий раз нажал на спусковой крючок. Пуля не нанесла видимого урона, как первые две, но левая линза его очков лопнула. Из глаза вытекла единственная кровавая слеза.

- Мы можем встретиться снова… Когда-нибудь, - произнёс он.

И я пришёл в себя.