Всякое бывало, и хорошие люди по пути попадались, и не очень. Но Петр Мосевский упорно двигался на запад. Чем ближе к Москве, тем чаще встречались следы присутствия Ордена. Разоренные поселки выживших, остатки вооруженных столкновений, базы подскока и оставленные засады. Дороги были частью очищены от пробок. Двигаться приходилось предельно осторожно. Но Петром двигало усиленное желание найти друга. После мятежа Пычина его долго преследовал стыд. Даже ребята Лютого нашли себе достойное место в новой жизни. А он так и проболтался, как говно в проруби.

В итоге бывшие вроде бы приятели стали врагами, а чужие люди — настоящими друзьями. Запомнился разговор с немногословным Атаманом. Тот на удивление легко согласился на его отъезд. Лишь попросил привезти оказией информацию о том, что он там увидит. Упомянул о некоем предчувствии. Так, внезапно Мосевский получил настоящее задание. Поэтому особо не спешил, смотрел и изучал обстановку. Северяне и их порядки ему понравились. Вот настоящие люди! Потому к ним и тянулись. И вдобавок они умели показать зубы. Команда Потапова выглядела предельно серьезно. Наверное, только такие люди и могли противостоять проклятому Ордену. Так что Петр сейчас имел четкую цель и продолжил свое опасное путешествие.

Один раз Мосевскому после встречи с патрулем “серых” пришлось все бросить и уходить через лес налегке, перевязав наскоро раненое бедро. Может быть, так и остался в том осеннем мокром лесу, если бы не Анна, что нашла его случайно. Эта девушка со случайными попутчиками устроилась в небольшом поселке неподалеку от трассы, на которой застала ее Катастрофа. Большинство жителей их временного пристанища состояли из пассажиров нескольких междугородних автобусов, застрявших на развилке. Кто-то попытался сразу уехать домой, и больше их не видели. Одна молодая компания примчалась обратно через несколько дней, рассказав жителям всяческих ужасов. Та группа в тот раз потеряли двух девушек. Их под прицелом забрали с собой какие-то бандиты. Везде, где бы они после ни побывали, царило безлюдье и беззаконие. Осознав полностью масштаб катастрофы, бывшие пассажиры стали устраиваться в опустевшем поселении.

Анна сама была родом с Урала и вернутьсяна родину посчитала для себя сейчас делом невозможным, поэтому и решила остаться пока здесь. В лесу она собирала поздние ягоды, тогда и обнаружила под елью раненого в ногу Мосевского. Девушка оказала ему первую помощь и помогла дойти до дома. В небольшой замкнутой общине его приняли неприязненно, и в рассказы о новоявленных охотниках за рабами не поверили. Большинство людей в поселке состояли из той многочисленной категории народонаселения, которой все было по фиг. Главное, чтобы задница в тепле была. Циничные потребители, они и сейчас пользовались оставшимися благами цивилизации, совершенно не думая о будущем.

И даже путевым оружием никто из них не обзавелся в отличие от Петра и Ани, которые быстро сошлись между собой. Уже опытный в подобных делах парень, чуть оклемавшись, сразу рванул в местный райотдел полиции. Нашел там кабинет разрешительной системы, и вскоре в руках у него был список лиц, имеющих право на оружие. Тут же, в гараже УВД они позаимствовали Уазик, прикурив от разбитого в хлам Рено-Логан, на котором приехали в райцентр. Все-таки продукт отечественного автомобилестроения - внедорожник, хоть и суровый для задницы. В самом УВД нашелся только заныканный в шкаф Макаров, без патронов, кто-то тут уже хорошенько полазил. И этот факт Петра здорово напряг.

Проехав по десятку адресов, Петр и Аня оказались обладателями трех помповиков отечественного производства и нарезного карабина Сайга, остальное было им неинтересно. В ближайшем охотничьем магазине, уже кем-то разоренным, они нашли в закрытой подсобке достаточно боеприпасов к найденному оружию, особенно к гладкостволу. Петр начал усиленно готовиться к дальнейшим разъездам, мотаясь в поисках нужных ништяков. Большая магистраль шла рядом с их поселком, и время от времени там происходили встречи с поисковиками из различных анклавов, выживших. И не всегда они проходили мирно. Дураков в мире было припасено надолго.

В одну такую встречу Мосевский и обзавелся навороченным карабином “Вепрь”. Кто-то из умельцев навесил на него кучу всего. В том числе коллиматор и регулируемый приклад. Но больше порадовала разгрузочная система, снятая с агрессивных чужаков. Некоторые люди так и не избавились от привычки хамить всем и везде. Только вот сейчас в ответ можно было запросто получить пулю.

Как только погода перешла на зимний режим, хляби и грязь замерзли, молодые люди уже были готовы к отъезду. Маршрут примерно прикинули, основные запасы и топливо лежали в машине. Осталось лишь раздобыть снаряжение для зимнего путешествия. Как раз перед этим они услышали от одного из недавно примкнувших к общине местного, что неподалеку находится магазин спортивной экипировки. Но в одно прекрасное солнечное утро чуткий сон Петра разбудили непривычные звуки. Он моментально нырнул в лежащую рядом с постелью одежду, и мухой забрался на чердак: отсюда открывался отличный вид на весь поселок.

Его внимание тут же привлекли несколько фигур в зимнем камуфляже, крутившихся возле крайних домов. Он поднял к глазам небольшой бинокль - так и есть! Жителей крайних домов, заспанных, в одном белье, выводили на улицу со связанными руками. Незнакомцы работали споро и уверенно. Похоже, что подобная операция для них заурядная рутина. Затем молодой человек заметил небольшие группы в сером камуфляже, что уверенно двигались к другим коттеджам, отжимая возможных беглецов от леса. Петр кубарем скатился вниз, там его уже ждала полностью одетая Анна, в руках она сжимала укороченную "Мурку".

"Молодца!" - похвалил скупо подругу Петр и объяснил, что к чему.

Кадочникова девушкой была хоть и впечатлительной, но совершенно не гламурной, поэтому, быстро похватав вещи, побежала в сарай открывать задние двери. Петр быстренько закинул в машину последние баулы, благо все было собрано заранее, примостил в кузове дополнительные две канистры с бензином и завел двигатель. Рванули сразу, даже не прогрев толком машину. Ее рокот в это сонное утро был слышен далеко, хотя оно уже по факту тихим не являлось. Жильцы самочинного поселения просыпались от реально наступившего ужаса, кто-то даже пытался оказывать сопротивление, в спешке неумело заряжая патроны в магазин и получая в ответ порцию смертельного металла.

Сопротивление люди в сером ломали сразу и жестоко, убивая тогда показательно всех в доме. Но большинство людей рейдеры застали, как говорится, "со спущенными штанами", спокойно и деловито стреножа новоявленных рабов Ордена, и пакуя затем тех в микроавтобусы. И потому резкий рывок Уазика прямо по заснеженному полю оказался для боевиков Ордена совершенно неожиданным. Вслед уезжающей парочке донеслось лишь несколько одиночных выстрелов. Но следом зарычали моторы.

Петр был калачом тертым, предусмотрев разные варианты отхода. Благо времени на это было предостаточно. Поэтому, свернув с грунтовки на широкий грейдер, вскорости загнал УАЗик за разросшиеся вдоль обочины кусты, а сам сел в засаду. И в самом деле через несколько минут послышался натужный вой мощного мотора. На повороте показался черный "Мицубиси-паджеро". Наверное, эти орденские были в прошлом бандитами, те очень любили именно черные внедорожники.

"Хотя, может быть, и ментами" - флегматично заметил Петр, не любил он нынче одинаково ни тех ни других.

Заезжать на грейдер с проселка приходилось на резком подъеме, здесь бандитов и подловил Мосевский, удобно устроившийся в канаве. Не зря он каждый день "жег" патроны! Не прошло и полминуты, как черный джип сполз обратно на грунтовку, его бока были продырявлены насквозь.

"Аня, гони ко мне!" - закричал в рацию Петр, а сам рванул к “Мицубиси”.

Осторожно подошел к машине сзади и стволом открыл дверцу. Впереди, уткнувшись лбами в пластик панели, сидели двое. Один с гладковыбритой головой, у второго прическа в стиле "ирокез". Рядом послышался скрип тормозов отечественного внедорожника, Мосевский весь этот месяц учил Анну премудростям вождения и не зря.

Размышлять было некогда. Петр быстро обшмонал машину чужаков, захватил два АК-74 с пластиковым обвесом и пару неизвестной ему моделей пистолетов. Не погнушался также найденным в бардачке ножом-финкой и рацией. В багажнике джипа обнаружился початый цинк с патронами для Калашей и какой-то маленький ящичек. Все это быстро переместилось в УАЗик. Петр сам сел за руль, включил первую передачу и нажал на газ. Через километр он свернул на грунтовку, идущую в лес. Земля была подмерзшей, поэтому разбитую колею парень и не замечал, гнал "козла" все дальше и дальше. Несколько раз он останавливался, глушил двигатель и чутко прислушивался, но погони не было.

Видно рейдерам сейчас не до беглецов, там и так добыча хорошая. В поселке проживало более тридцати человек, большинство относительно молодые женщины. Был у них в общине даже один мужичок, многоженец, сразу с тремя девицами нетяжелого поведения проживал. Хотя нравы в поселке и так царили далеко не монастырские. После еженедельной бани в некоторых избах до утра горел свет и слышались пьяные визги и крики. Вот и докричались, бедолаги. Девки тем же заниматься смогут, а вот мужики...

И начались у парочки новоявленных беглецов дальние странствия. Они искали анклавы выживших людей, которые бы им подошли, как временная база. Зимой мотаться по просторам огромной страны становилось все тяжелей. Частенько приходилось ночевать в заброшенных навсегда деревнях. Дачные и коттеджные поселки они обходили стороной. Именно в старых селах народ в быту жил еще во многом патриархально. Поэтому можно было просто затопить печку, поставить свечки, натаскать воды с колодца, по желанию и баньку организовать. В одной такой избе им пришлось провести целых две недели. Стояли жестокие морозы, а Анна, как на грех простудилась. Петька ее каждый день парил и гонял веником на полке. В соседних погребах нашлись домашние заготовки, а в огородах молодой парень накопал мерзлой картошки, нарвал моркови и капусты. Хозяева уже сгинули, а овощи вот поспели. Бывает нынче в жизни и так.

А тут и Новый год нагрянул, поэтому они решили покамест обустроиться здесь, благо вблизи перекресток многих важных дорог. Петр все это время зря не терял, прочесал окрестности и нашел в оставленных домах множество полезных для жизни ништяков, в том числе и рабочий снегоход. И судя по тому, сколько навалило под Новый год снега, передвигаться им придется исключительно на новом транспортном средстве. Попутно им удалось выяснить, что севернее находится несколько живых поселков. Зимой обнаружить их оказалось проще. Дымы из труб заметно издалека. Да и следы от лыж и снегоходов не спрячешь. Так что передвигаться приходилось предельно осторожно. Из дома Петр выходил кругами, затем проходил по замёрзшему озеру, чтобы не оставлять там следов. Временами использовал снегоступы, а не лыжи.

Два маленьких анклава в десяти километрах восточней находились под контролем Ордена. Это Петр выяснил, осторожно подкатив к поселкам на охотничьих лыжах, подбитых мехом, на таких несложно тропить по заснеженному лесу. Увидев на околице патрули из знакомых морд в "сером" и унизительное состояние жителей, он все сразу понял и ушел на "базу". Около очередного перекрестка его засекли какие-то резкие парни, до перестрелки дело не дошло. Больно не походили они на отморозков. Им удалось спокойно поговорить. Парни выглядели тертыми калачами и назвались Владимирскими. Потихоньку разговорились, выяснили отношения. Чужаки пригласили Петра и Анну жить в их поселок, что находился в ста километрах юго-западней. Мосевский подумал, да и согласился, жить отшельниками им уже порядком надоело. С новыми знакомцами сошлись быстро, как говорится, люди находились "на одной волне".

В меру оптимисты, в меру циники, с багажом некоего жизненного опыта, но еще не сломленные до конца суровыми реалиями новой жизни. Скорее сами готовы были поломать кого угодно. Потому они и не сидели на месте, активно изучая “Мир выживших”. От Владимирских Мосевский узнал примерную карту известных компании в этой местности человеческих анклавов. Места, обозначенные как форпосты Ордена, отмел сразу. Руслан там жить бы не стал, не тот человек.

В свою очередь, Петр рассказал о внушительной общине в Капле, и об оригинальном устройстве местной ячейки общества, созданной пришедшими с Севера людьми, чем несказанно удивил приезжих разведчиков. Еще больше их заинтересовали известия о жизни в Беларуси. Сергей Прокопьев, глава здешнего поселения, практично решил, что в этих местах от Ордена житья точно не будет и стоит податься на запад. Весной рабовладельцы продолжат тянуть везде свои щупальца и захватывать власть во всем регионе.

Противопоставить же ударному кулаку “серых” им нечего. Как и невозможно быстро объединить выживших, что ютились по деревням. Общество давно разобщено, и даже произошедшая катастрофа и видимая опасность не заставила тех объединиться. Мосевский в ответ заметил, что в их местах просто нет яркой и харизматичной личности, а также группы крепких людей, что станут костяком для остальных. Он рассказал им об Атамане, здорово заинтересовав Владимирских. Они даже подумывали смотаться позже в Каплю, навести мосты. Весной может уже стать некогда. Все, не сговариваясь, считали, что сразу после паводка Орден продолжит экспансию.