На первой неделе в Академии Яо упал в бассейне. Вторую неделю он сидел в комнате, обследовался у врача и проходил реабилитацию.

Третья неделя – новое начало. Так казалось Яо.

В понедельник во время завтрака госпожа Райнхардт сообщила долгожданную новость:

– С сегодняшнего дня можешь вернуться к обычным тренировкам, Яо.

– Да! – завопил он на всю столовую.

Восстановление заняло всего неделю, а по ощущениям, целую вечность. Наконец-то Яо снова будет тренироваться вместе с другими мальчишками! Придётся многое наверстать – и, прежде всего, вернуть былую физическую подготовку. Удивительно, как быстро она теряется! Яо это прочувствовал во время воскресного матча четыре на четыре. Он не сомневался, что быстро вернётся в форму. Госпожа Райнхардт его ободрила.

Однако навёрстывать упущенное Яо придётся не только в спорте, но и в школе!

Сняв кроссовок, Яо быстро сфотографировал правую ногу и отправил родителям и Леону с подписью:

– ответил Леон.

– написала мама и добавила:

А папа ограничился тремя эмодзи.

Яо был на седьмом небе от счастья. Как здорово, что первым уроком в понедельник был английский язык. К сожалению, Яо не вырос двуязычным, потому что папа дома всегда говорил на немецком. Но благодаря ему и бабушке с дедушкой, жившим в Гане, Яо нахватался столько английских слов, что имел неоспоримое преимущество перед другими мальчишками.

– Сегодня я подготовила для вас особое упражнение, – сообщила госпожа Фройлих, раздав мальчикам разлинованные листы.

– Извините! У меня пусто! – заявил Харуки, помахав листом в воздухе.

У Яо было так же.

– Верно, – кивнула госпожа Фройлих. – Напишите все английские слова, которые вспомните, а рядом укажите перевод. Хочу понять, с какой лексикой нет проблем, – она бросила взгляд на часы и добавила: – Даю десять минут. Напишите как можно больше слов. Если листочка не хватит, возьмите ещё.

«Наконец-то лёгкое задание!» – мысленно обрадовался Яо и взялся за дело.

Яо мог продолжать список до бесконечности. За десять минут он исписал четыре листа.

Довольный собой, Яо сдал работу и откинулся на стуле. Чудесный день!

А вот следующим уроком шла математика, и счастье Яо улетучилось. Занятия в Академии отличались от тех, к которым он привык в обычной школе. На всех уроках, кроме английского и спорта, он чувствовал себя неуверенно, но никому об этом не рассказывал. Даже Фите – каждый раз что-то мешало.

Господин Росслер и госпожа Фройлих очень хорошие и тоже увлекались футболом. Яо это очень нравилось. В старой школе учительницы подсмеивались над ним и другими мальчиками, обожавшими играть в футбол. И всё же в Академии отлынивать от уроков не позволяли, это ученики отлично понимали. Неважно, как хорошо ты играешь в футбол. Есть ежедневные домашние задания, которые надо выполнять. Конечно, Яо ждал перемен. Новые учителя, новое окружение, новые предметы – например, испанский язык вдобавок к английскому.

А ещё математика, география, немецкий (орфография и грамматика!) и так далее.

«Уроки в Академии не похожи на уроки в обычной школе, – настаивал господин Хаберланд в разговоре с родителями Яо. – Мы стараемся удовлетворять индивидуальные потребности учеников».

Прокручивая в голове эти слова, Яо вернулся с небольшой переменки в класс и подошёл к Фите. Кроме него никого не было.

– Скажи-ка, – заговорил Яо, – как тебе урок английского?

– Слова никак не укладываются в голове, – пожаловался Фите. – Повезло, что у тебя родственники из Ганы. Не понимаю, почему так плохо запоминаю слова. Математика мне нравится гораздо больше. Ну а футбол в сто раз лучше, ясное дело.

– А я совсем не разбираюсь в математике, – задумчиво признался Яо. – Давай поможем друг другу?

Лицо Фите озарила улыбка:

– С удовольствием! Только как? Я объясню тебе математику, тут ничего сложного. А как ты поможешь мне запомнить английские слова? Нам постоянно дают новые. Что будешь делать?

– Это проще простого! – рассмеялся Яо.

– Да? – удивился Фите. – Расскажи!

– Во время парных тренировок я буду говорить с тобой только на английском. Думаю, профессиональные футболисты, которые играют за границей, учат язык примерно так же.

– Отличная идея! – радостно воскликнул Фите.

– А как ты будешь учить меня математике… – переживал Яо.

– Справимся! – ободрил его Фите.

Яо умолчал, что, помимо математики, у него трудности с немецким, физикой и химией.

Но это были ещё цветочки. К третьему уроку мальчики столпились у музыкального зала, чтобы…

– …каждый взял себе по инструменту, – объявил господин Росслер.

– Что, простите? – недоверчиво переспросил Яо.

Это ещё зачем? В поисках помощи, он посмотрел на Фите и Макса.

– Что мы будем делать с музыкальными инструментами?

Судя по лицам друзей, они тоже ничего не понимали.

Один Харуки страшно обрадовался.

– Я играю на гитаре. Может, здесь найдётся электрогитара? Было бы круто! А вы что выберете?

– Треугольник, – сухо ответил Яо.

– Точно-точно, – захихикал Макс. – А я возьму штуковину, которую видел на уроках физкультуры. Кружок с колокольчиками по краям. Надеюсь, такой тут есть. Кстати, как он называется?

– Тамбурин, – подсказал Харуки.

– Именно! – засмеялся Макс. – По нему нужно просто хлопать!

Яо и Фите тоже прыснули.

– Какие вы невежи, – покачал головой Харуки.

В музыкальном зале Яо быстро схватил треугольник, оставив другим гитары, флейты, электропиано, скрипки и альты.

– Эй, народ, подождите! – закричал Макс. – Есть ещё кое-что!

Он показал на огромную трубу.

Фите озадаченно почесал затылок:

– И зачем она тебе? Хочешь играть в оркестре?

– Чепуха! – отмахнулся Макс. – Это не для музыки. Хочу дудеть на ней, сидя на матче. Как фанат. Эта штука наверняка адски громкая!

Фите и Яо усмехнулись.

Макс попробовал подудеть – но труба не издала ни звука.

– Наверное, сломалась, – заявил он, отложив инструмент в сторону. Затем его внимание привлёк барабан: – Вот оно, народ! Даже круче тамбурина!

Харуки выбрал электрогитару и саксофон. Фите отыскал где-то губную гармошку. А Яо вдруг почувствовал себя очень глупо и поменял треугольник на электропиано. Может, в него встроен синтезатор – тогда получатся классные звуки.

До самого обеда мальчишки дудели, гудели, свистели, гремели и грохотали на всю Академию. Они сыграли на всех-всех инструментах. Шум стоял невыносимый, и Яо очень обрадовался, когда все пошли в столовую.

Только Макс куда-то запропастился.

– Ещё барабанит? – предположил Яо.

– Нет, – помотал головой Фите. – Вот он идёт.

Макс на всех парах мчался к их столу, будто не ел много дней. Красный как рак он приземлился рядом с друзьями и завопил:

– Вы не поверите, кого я видел!

Фите, Харуки, Яо, Юсуф и Ларс непонимающе уставились на него.

– Кого? – спросил Фите. – Профессиональных футболистов, которые приехали к нам в гости?

Макс опешил. Сразу видно, что такое ему бы и в голову не пришло.

– Вау! А было бы круто! – восторженно закричал он. – Только представьте, как в столовую неожиданно входят…

– Ма-а-акс! – перебил его Харуки. – Кого ты видел?

– А, это, – вернулся к реальности Макс. – Попробуйте угадать ещё раз. Ни за что не сможете!

– Пришельцы? – брякнул Яо.

Все в замешательстве посмотрели на него.

– Э-э-э? – протянул Харуки, постучав пальцем по лбу.

– Хуже! – ответил Макс.

Теперь у мальчиков совсем не осталось предположений.

– Так кого? – допытывался Яо.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, Макс выпалил:

– Девчонок. Я видел девчонок. Здесь, на нашей территории!