Когда я не общаюсь с потусторонним миром, жизнь течет в обычном ритме. В основном в кругу семьи – там я «мамочка», «сестренка» или «Блондиночка», как зовет меня Гаррет. Та Сторона часто делится невероятно личными деталями из жизни незнакомцев, а узнать что-то для родных удается редко – я слишком хорошо их знаю и слишком крепко люблю. Я хочу, чтобы они были счастливы и спокойны, поэтому не всегда доверяю предвидению – объективность здесь почти не работает. Вот такой «баг» у моего дара – трудно использовать способности, чтобы помочь себе и близким. Хотя, думаю, это только к лучшему.
Сестра Кристина, мать четверых замечательных сорванцов, принимает мой дар в штыки. При ней способности почти не работают, но иногда Тот Мир все же подкидывает кусочки информации. К примеру, Кристина может упомянуть друга, а я внезапно выпаливаю: «А у него случаем нет брата по имени Тед?» Тогда она говорит: «Эй, мы просто болтаем, или ты хочешь провести сеанс?» Несмотря на это, сестра призналась, что я изменила ее взгляд на мир. Она всегда верила в рай, но теперь думает, что тот гораздо ближе – возможно, здесь, рядом с нами. Она верит – мы окружены энергией ушедших.
А вот Джон, мой брат, не настолько открыт таким идеям. Он доверяет моим способностям, но не верит в потусторонний мир. Джон женат, у него трое детей, и когда происходит что-то важное, жена говорит ему: «Позвони сестре и узнай!» В общем, он не возражает, когда я прошу совета у Той Стороны – наверное, поэтому та щедро делится информацией. Джон талантливый специалист – он работает в технической промышленности. Однажды я сказала, что через три месяца ему подвернется хорошее предложение в Азии, хотя он никогда не вел с тем регионом дел. Как бы там ни было, вскоре он летел на самолете в Корею.
Дома мои способности тоже не очень активны. Но я помню, как пару лет назад мы с мужем и детьми смотрели Суперкубок. Гаррет на что-то отвлекся, и я пробормотала: «Лучше смотри на экран, если не хочешь пропустить тачдаун». И через три секунды игрок перехватил пас и побежал по полю. Тачдаун и правда был что надо.
– А ты смотри, чтобы мафия о тебе не узнала, – сказал Гаррет.
Меня часто спрашивают, передался ли мой дар детям. У Эшли, старшей дочери – самого доброго человечка в моем окружении, – проявилась способность к ясновидению. Она многое чувствует и хорошо читает энергию людей, а порой знает и то, что должно произойти. На День матери несколько лет назад Эшли и Гаррет возвращались домой, выполнив кучу моих поручений, когда дочка вдруг сказала: «Мама позвонит через десять, девять, восемь, семь…» – и так до одного. И когда она досчитала до конца, телефон Гаррета ожил – и действительно, звонок был от меня.
Хейден, второй ребенок, замечательный и энергичный мальчик. У него есть другая способность – находить потерявшиеся вещи. На мой взгляд, очень полезный дар.
– Хейден, ты не знаешь, где пульт от телевизора? – спросит кто-нибудь из нас.
На пару мгновений он затихнет, а потом ответит: «На диване» или «Под кроватью».
На пуанты его «нюх» тоже срабатывает. Прошлой весной я сказала ему:
– Хейден, у нас ЧП – через пять минут надо уходить, иначе опоздаем на концерт Джульетты, а я нигде не могу найти ее вторую пуанту. Сфокусируйся! Найди ее!
– Хорошо, дай минутку, – сказал сын, глядя вверх и направо.
Через несколько секунд он уже рылся в самом дальнем и темном углу шкафа.
– Не там, – сказала я как раз в тот момент, когда он достал пуанту и помахал ею в воздухе.
Но устраивать охоту за пасхальными яйцами, когда в команде Хейден, просто нечестно. Да и выиграть в морской бой у вас тоже нет шансов.
Младшенькая, Джульетта, светлая и беззаботная девчурка, – прямо как я в детстве. Куда бы мы с ней ни шли, людей притягивает ее энергия, и они часто подходят и что-нибудь дарят. Мы даже стали над этим шутить, говоря: «Что Джульетта раздобудет сегодня?»
Однажды, когда ей было всего три годика, она подошла ко мне и сказала:
– Мамочка, а со мной играет мальчик со светлыми волосами!
На секунду я похолодела. Был ли это просто воображаемый друг или… что-то иное?
– Так, – сказала я. – А этот мальчик милый или вредина?
– Очень милый, – ответила Джульетта.
– Ну, тогда играйте.
Дочка улыбнулась и удрала заниматься своими безобидными шалостями.
Роско, миниатюрный белый шнауцер, был еще одним членом нашей семьи. Когда родились Хейден, а потом Джульетта, мы привозили младенцев из роддома, и он сторожил каждого малыша ночь напролет. Однажды он даже отпугнул лаем воров. Роско был потрясающим другом, преданным и любящим.
Как-то вечером, когда псу уже исполнилось десять, у него внезапно начались судороги. Я отвезла Роско к ветеринару, тот провел осмотр и сказал, что мне просто показалось. Беспокоиться не о чем – можно ехать домой. Но меня терзали сомнения. Поэтому через час мы отправились к другому доктору – у того возникли подозрения, и он назначил анализы.
Пока мы сидели в очереди на обследование, на моем экране вдруг появилась другая собака. Никакого сеанса или попыток с кем-то связаться с моей стороны – она пришла сама. Это была Сандер – любимый черный лабрадор мамы. Собаки не стало два года назад, но они с Роско всегда были друзьями. Сандер прыгала к завесе – призрачной границе на экране, разделяющей наш и потусторонний мир, – и была чем-то очень обрадована. Я поняла, что это значит, потому что видела такое и раньше. Роско собирался на Ту Сторону, и Сандер пришла поздороваться.
Хотя я расстроилась из-за болезни Роско, новость о его близком уходе не стала неожиданностью. Пару месяцев назад Та Сторона подсказала, что он скоро покинет этот мир, – я увидела три месяца на линии времени. Меня не покидала надежда, что я неверно поняла послание. По крайней мере, на последнем осмотре Роско был в полном порядке. Но я все-таки рассказала о своих опасениях Гаррету и стала эмоционально готовить себя к смерти собаки. Мы с мужем поговорили и решили осторожно сообщить об этом детям: «Возможно, Роско живет с нами последние три месяца. Давайте наслаждаться тем временем, что у нас осталось». И через три месяца у пса начались судороги.
Рентген показал опухоль в желудке и внутреннее кровотечение. Ветеринар поместил его в отделение экстренной терапии, а нам предстояло взвесить все за и против. Одним из вариантов была операция, но пес находился в плохом состоянии, и мы подвергали его очень большому риску без особой надежды на выздоровление. Затем доктор сказал, что Роско впал в шоковое состояние и высока вероятность, что он умрет во время операции, когда нас не будет рядом. Я помнила, что сообщила Та Сторона – три месяца. И Сандер уже дожидалась, когда наш пес составит ей компанию. Пришло время его отпустить. Мы решили усыпить Роско.
Мы с Гарретом и дети были рядом, когда он уходил. Каждый положил руку на его шерстку. Мы говорили, как сильно любим его, и благодарили за то, какие замечательные годы провели вместе. Он посмотрел на нас добрыми карими глазами, затем смежил веки и умер, окруженный любовью.
Та Сторона пыталась подготовить меня к уходу Роско, но я все равно горевала. Даже зная, что смерть была частью плана, подготовленного Вселенной, я скучала по любимому псу и хотела знать, все ли у него в порядке.
Ветеринар сказал, что можно сделать отпечаток лапы Роско на память. Идея показалась нам хорошей. И пока мы ждали, я понуро сидела рядом с родными, уставившись на противоположную стену. Присмотревшись к одному из постеров, я ахнула – на нем был изображен муравьед.
Что же необычного в плакате с муравьедом на стене ветеринарной клиники?
Много лет назад я попросила Тот Мир посылать мне знаки – сообщения от родных, которые ушли. Сначала это были бабочки монархи, но затем пришло время поднять планку – я попросила Вселенную о трех необычных символах: броненосец, трубкозуб и муравьед.
Но откуда постер с муравьедом у ветеринара? Без понятия. Но мне было суждено его увидеть, и я знала почему. Это был знак, что Роско добрался на Ту Сторону, и, так как мы связаны крепкой любовью, пес не оставил меня одну.
Через пару минут Гаррету и Эшли захотелось в уборную. Я проводила их и осталась ждать снаружи, где мне на глаза попалась керамическая статуэтка собаки – маленького белого шнауцера. Она была так похожа на Роско – маленький песик с озаренной счастливой улыбкой мордашкой и ангельскими крылышками за спиной.
Кто-то может сказать – просто совпадение. Но я точно знала, что это не так.
На следующий день я отважилась попросить Роско о еще одном знаке.
– Просто дай мне знать, что у тебя все хорошо, – сказала я громко, пока вела машину. – Пошли мне слово «ангел».
И как только я попросила, включила радио. Там играла баллада, и первые слова, которые донеслись до меня: «…ты, должно быть, ангел».
Но все же мне не стало легче. Ведь ангелов упоминают в каждой второй песне.
Чуть позже в тот день я позвонила в ветеринарную клинику, чтобы разобраться со счетом за услуги. Женщина, которая взяла трубку, оказалась терпеливой и добродушной: разложила по полочкам стоимость различных процедур и выразила сочувствие по поводу того, что Роско умер. Разговор с ней успокоил меня, и в конце я поблагодарила ее и спросила имя.
– Меня зовут Энджел, – ответила она.
Я улыбнулась. У Роско была возможность подать знак, когда я хотела этого больше всего, – и он не подвел меня.
Именно наша глубокая, сильная привязанность к Роско позволила ему дать о себе знать. Любовь подарила мне предвидение, что он скоро покинет нас, и привела Сандер.
Прошло много лет с тех пор, как я выпрыгнула из бассейна, упрашивая маму отвезти меня к дедушке, – мы встретились за неделю до его смерти. Тогда я не понимала, что мной движет. А когда он умер, возненавидела предвидение всей душой. Но теперь, с Роско, все было иначе – ведь я знала, откуда и как приходят сообщения. Та Сторона использует любовь, чтобы их передать. И мы радовались весточке от верного пса.
Ведь Вселенная устроена так, что Роско на самом деле нас не оставил – он все еще здесь.
Но не я одна получила весточку от питомца с Той Стороны. Недавно мой брат узнал, что его любимый питбуль, девочка по кличке Бу Редли, болен. В прошлом ее уже лечили от рака челюсти, но теперь опухоль вернулась и разрослась. Ветеринары ничего не могли сделать, и собаку пришлось усыпить.
Бу занимала особое место в сердце Джона. Он завел ее после того, как переехал в Калифорнию и расстался с девушкой. Собака была с ним, когда он встретил жену, Наташу, и когда родились их дети: Майя, Зоя и малыш Джонни.
Джон не знал, что сказать шестилетней Майе – ведь она начнет спрашивать, куда подевалась Бу. Он хотел подготовить ее и помочь справиться с потерей. Но как сказать дочери, что любимая собака скоро отправится в рай, если сам в это не веришь?
Он спросил совета у мамы. Та верила в жизнь после смерти, но понимала, что брат не до конца разделял ее взгляды. Поэтому предложила сказать, что «некоторые люди верят в прекрасное, полное счастья место, называемое раем, куда после смерти попадают все – даже собаки. И когда мы сами туда отправимся, то встретим своих питомцев».
Джон прислушался. Когда он все рассказал дочери, она спросила:
– Пап, а ты сам в это веришь?
– Не знаю, – ответил он. – Но надеюсь, что так оно и есть.
Бу усыпили за неделю до Рождества. Джон держал ее на руках, когда она уходила. Брат тяжело переживал потерю и начал сомневаться в своих взглядах.
– Если все эти разговоры про рай и Ту Сторону правда, – обратился он к Бу, – дай мне знак. Но он должен прийти только от одного человека: Лоры Линн.
Джон вспомнил о брелоке на ошейнике Бу и сказал:
– Я хочу, чтобы знаком стала звезда в круге. Передай послание через Лору – тогда я поверю.
Конечно, о своей затее он никому не рассказывал.
Пару дней спустя Джон прилетел в Нью-Йорк с женой и детьми – встретить Рождество в кругу семьи. За день до праздника ко мне приехала мама с бутылкой вина в красивой обертке – ей нравится украшать подарки. Она завернула вино в упаковочную бумагу с рисунком из маленьких снежинок, а сверху прикрепила кулинарный резак для печений – тот тоже походил на снежинку.
На следующий день было Рождество, и мы собрались в доме родителей. Я решила сделать пирог с сыром бри. И хотя мама сказала, что еды достаточно, мне все равно хотелось приготовить что-то еще. Я собрала все ингредиенты – кругляш сыра бри, консервированные абрикосы, грецкие орехи, тесто – и уже собралась готовить, когда на глаза попался резак для теста, похожий на тот, что подарила мама. И у меня появилась идея: «В конце останется немного теста – почему бы не вырезать из него снежинку и не положить сверху пирога? Будет выглядеть празднично».
Я раскатала тесто и вырезала снежинку, но не слишком удачно – вышло нечто похожее на еврейскую звезду.
– Поглядите-ка! – позвала я сестру с братом. – У нас будет пирог бри с еврейской звездой на Рождество!
Оставшееся тесто я скатала в тонкую длинную колбаску, чтобы сделать бортик для пирога. И заметила, что брат внимательно наблюдает за моими манипуляциями.
– Что ты делаешь? – спросил он почти осуждающе.
– Кольцо вокруг звезды, – ответила я. – Знаю, не очень-то изобретательно, просто мне так захотелось. Вот, взгляни.
Брат покачал головой и вышел из кухни.
А через мгновенье позвал меня из комнаты.
– Лора, можешь подойти на секунду? – в его тоне слышались настойчивые, почти требовательные нотки.
Когда я пришла, с перепачканными в тесте руками, Джон попытался мне что-то сказать, но потом внезапно заплакал.
– Что случилось? – спросила я.
– Когда Бу умерла, я сказал ей, что, если все взаправду, если Та Сторона существует, она должна подать мне знак. Через тебя. И этот знак, – брат всхлипнул, – звезда в круге.
Теперь мы рыдали вместе.
Я поняла, что, если бы просто сказала Джону, что Бу всегда рядом, он бы ни за что не поверил. Та Сторона это знала и пошла на кучу хитростей и маневров, чтобы помочь Бу дать Джону знак. Они не только заставили меня испечь пирог, но и втянули в это маму! Джон задал Бу непростую задачку, но она справилась! Я думаю, для брата это был потрясающий рождественский подарок.
– Ну что, поверил наконец-то? – спросила я его.
И мой замечательный братец, упертый скептик по натуре, задумался и сказал:
– Выходит, теперь я просто обязан.
Такие необычные знаки может увидеть каждый – ведь между нами незримые ниточки-связи, протянувшиеся сквозь этот и иной мир. И эти нити позволяют нам общаться. Такой я вижу Вселенную. Конечно, все индивидуально – не каждый найдет затерявшиеся в шкафу пуанты, не вставая с дивана. Но кто знает, чему мы сможем научиться? Я призываю всех открыть разум – поверить, что мир гораздо больше и невероятнее, чем мы можем представить. Моя миссия – донести это до каждого: своих детей, учеников, людей, приходящих на сеансы, и до вас, читатели.
Теперь замечательные новости – чтобы почувствовать связь с миром духов, не нужно переворачивать жизнь с ног на голову. Достаточно изменить взгляд на вещи. Каждый из нас сталкивался с чем-то необычным: получал знак от любимых, чувствовал скрытый намек. Это случается постоянно. Все, чего я хочу, – чтобы вы осознали этот великий внутренний дар, открыли ему сердце и в корне поменяли жизнь.
Никаких шаровых молний и раскатов грома – поменяется лишь ваше отношение. Но даже этот небольшой «скачок» может перевернуть мир и встряхнуть Вселенную. И свет между нами засияет еще ярче.