– Это кто? – показывая фото в рамке, тыча на конкретное лицо пальцем».

– А почему она треснута? – просыпаясь, задала логичный вопрос, уже заранее зная на него ответ.

– Мила, соберись. Я тебе вопрос зада».

– М-м-м… вопрос задал, – изогнувшись кошкой, не стесняясь своей наготы, выставляя напоказ из-под одеяла идеальное тело, кокетливо поглядывая в мою сторону. Сучка знает, что хороша. В свои тридцать три выглядит на двадцать. Странно, что с такими данными она стала проституткой, впрочем, не моё дело, пока я ей плачу, она раздвигает свои шикарные ножки с улыбкой.

– Так кто это? – повторил, глядя в сонные глаза.

– Это очень известная личность: Роман Дыков. Если спрашиваешь, выходит, и сам знаешь. В своё время мы «очень тесно» общались с ним.

– Насколько тесно?

«О-очень тесно, – хихикнула Мила. – Когда познакомилась, мне тогда только-только восемнадцать исполнилось, я начинала свою «карьеру» у покойного Герасима. В общем, Роман захаживал к нам, всё, нечего больше рассказывать, – и повернувшись ко мне спиной выпятила аппетитную задницу на моё обозрение. Меня хоть и потряхивало от недельного запоя, но дураком я никогда не был. Пройдясь ладонью по своему лицу пытаясь унять похмельную дрожь, взъерошивая светлые волосы, спросил:

То есть это фото ты «упаковала» в красивую рамочку, как воспоминание о том, что тебя ебал Дыков? И вот эти мужики тоже? Между которыми ты стоишь на снимке».

– Фу, где твои манеры, Андрей?

– Что? Ты меня сама вчера просила отодрать тебя в жопу! А сегодня-то что изменилось, стала меньше проституткой, чем есть на самом деле?»

«Что ты хочешь услышать? Меня не трахал ни один, кто находится на этом снимке, – Мила, встала психуя на саму себя и виляя шикарной задницей, направилась в сторону ванной. Показная оскорблённость Милы, будет держаться ровно до тех пор, пока на стол не упадут, хрустящей пачкой купюры. – Они вообще все давным-давно покойники, – вдруг донеслось до меня и её обнажённое тело напряглось, когда она поняла, что взболтнула лишнего».

– А с этого момента, хотел бы услышать подробности, – я растянулся в улыбке.

– Андрей! – Мила испугано обернулась, взметнув в воздухе рыжими волосами. – Я не скажу, вдруг меня тоже убьют?

– Не убьют, раз до сих пор жива, о тебе вообще забыли, либо ты не представляешь такой угрозы, – и строя на ходу свои догадки, спросил:

– Так за что Рома убил людей, которые на снимке, чем помешали? Я знаю, что тебе нужно, чтобы ты стала разговорчивой, деньги, да Мил? – и глаза Милки блеснули алчным блеском. – А назови свою цену. Я должен знать все детали, и даже больше. Может, с тобой делился Дыков, чем-то более интересным? Давай так, за каждый существенный компромат, накину сверху, назовём это премией. – Вижу, Мила поняла, теперь она может диктовать правила. Уверен, такое с ней впервые, проститутка решила извлечь выгоду для себя, как-то она делилась своими мыслями, покинуть Россию и уехать заграницу, стопудово в эту минуту эти самые мысли посетили её чудную головку, которой, как оказалось, она не только умеет заглатывать член.

– А с чего ты взял, что он меня вообще когда-то трахал? – усмехнулась, глядя мне прямо в глаза, а я непонимающе уставился на неё. – Надо привести себя в форму милый, мягко говоря, выглядишь не очень, – кажется, наши роли на какое-то время поменялись.

– Мне есть что тебе рассказать, Андрей, но это стоит денег и не малых, более того, я знаю имена тех, у кого имеются компромат на него, и если их обнародовать, это будет бомбой. У Ромы имеется секретик. Скажи, я тебя заинтриговала?

– Очень… – глядя хмуро, как живо из пугливой овцы, Мила превратилась в дипломата. Я привёл себя в порядок, закинувшись аспирином и приняв контрастный душ, а Мила была так «любезна», приготовила мне кофе, и пока я, не перевёл на её счёт половину из того, что она запросила, не раскрыла и рта. Сучка умеет торговаться. Но та информация, которую, проститутка мне предоставила, стоила каждого заплаченного рубля. Кроме того, могу с полной уверенностью сказать, что я возвращаюсь к Хасану. Мне предстоит длительная командировка в столицу.

Глава 31. Катя

Несколько дней назад

– Что здесь происходит? – поинтересовалась вошедшая экономка, когда я стоя на коленях измеряла бёдра одной из девушек. Прервав своё занятие, сказала:

– Здравствуйте, Агата Львовна.

– Я спрашиваю, что за коллективное сборище, почему никого нет на своих местах?! – обводя комнату, в которую я созвала всех работников для снятия мерок. Девушки явно занервничали при виде своей начальницы, переводя взгляд от меня к ней и обратно.

– Агата Львовна, это я всех собрала, – набросив сантиметровую ленту на шею, выпрямившись в полный рост, ответила экономке.

– Надеюсь, имеется причина этого шабаша или сие сборище, по собственной инициативе? – задала очередной вопрос, сделала шаг ко мне, поправляя свои очки.

– Разумеется. Хасан Алиханович поручил мне изменить стиль горничных, чем я сейчас и занимаюсь.

– Я не ослышалась… Хасан Алиханович поручил изменить ТЕБЕ стиль горничных, над которыми работали одни из лучших специалистов нашего края? – на лице экономки, появилась нервная усмешка. В отличие от неё, я была внешне спокойна, что не сказать о моём внутреннем состоянии. От присутствия этой женщины, у меня съёживается желудок. Я не могу показать слабость, когда все стоящие работники в этой комнате, превратились в один сплошной слух, обращённый на нас.

– Считаете, я не способна справиться с поставленной задачей или полагаете, что вру Вам и самостоятельно приняла решение в обход Хасана Алихановича?

Экономка поджала свои губы и сощурила глаза, в попытке заглянуть в моё сознание. Гипнотизируя меня, понизила голос и произнесла:

– Не могу понять, чем же ты таким его взяла?

– Спасибо, что в этот раз Вы обошлись без «интеллигентных пошлостей» как в прошлый раз».

– Ты меня своей ангельской внешностью не возьмёшь, хозяин, ставит меня в известность обо всём, касаемо этого дома, работниками руковожу я.

– Всё же Вы склонны думать, что я врушка.

– Я звоню Хасану Алихановичу, – сквозь зубы проговорила она, и развернулась на сто восемьдесят градусов, собираясь покинуть комнату, но меня так пробрало, что я не удержалась:

– Агата Львовна, куда Вы… а как же мерки? Хочу подойти к Вашей униформе с большей ответственностью. Что Вы думаете о персиковом цвете? – На пару секунд она застыла, и только после направилась к дверям впечатывая каждый шаг в пол, оставив меня без ответа. Я получила такое удовольствие, чуть сморщила нос, с трудом сдерживая победоносную улыбку…

Настоящее время

Прошло уже несколько дней с момента, как Хасан уехал. Каждый раз просматриваю телефон, ни одного сообщения от него. Мне кажется писать не в его стиле, ну хоть два слова можно же скинуть, например, «всё хорошо», чтобы я не волновалась… Чёрт! Прострочила неправильно, мимо строчки… хорошо не пальцы. Это пробный вариант, уж больно руки чесались попробовать, давно не садилась за шитьё. Никогда не работала за такой моделью, хотя, принцип у всех машинок один, а строчат по-разному если сравнивать с той, на которой работала ранее, эта строчит мягко, и сама строчка идеальная, а вид… космический, моему восторгу нет предела. Машинку доставили вчера вечером, как я сразу не села за неё, не знаю. В наш бы цех такие установить, вот мой бригадир – Татьяна Михайловна обрадовалась бы.

Я отвлеклась, услышав стук в дверь, встав, побежала к входной двери, сегодня должны доставить, заказанные мною материи и всякие мелочи, жду не дождусь, хотя и боязно, такая ответственность, смена имиджа горничных. Быстренько добежав до двери, отперла её изнутри. С того дня, как Хасан уехал в командировку, запираюсь на ночь, а сегодня ещё не успела покинуть стены дома.

– Доброе утро Павел, – улыбнулась широко, высокому крепкому парню, которого приставил ко мне Сан.

– Доброе утро, Катя, Ваш заказ доставили.

– Очень хорошо, заносите.

– Минутку, схожу за ним в машину. – сказал и развернувшись, пошёл быстрым шагом к машине. Повернув голову, заметила стоящую на террасе у перил экономку, держа двумя пальцами кофейную чашечку, на ладони другой руки она держала блюдечко. Манерами аристократки, неторопливыми глотками потягивала свой кофе. Я кивнула ей в знак приветствия. Моё приветствие было проигнорировано, ну, а как иначе, я же ей костью в горле, так бы и спалила меня своим взглядом, даже через двор видно, как экономку напрягло моё появление. Выглядим, как два соседа ненавидящие друг друга, которых разделяет высокий забор, как же это отвратительно. У меня никогда не было с соседями разногласий. Неприязнь к Агате Львовне имеется, но ненависти к ней нет, что не скажешь о ней, эта женщина, даже не скрывает этого.

– Куда нести? – прервал поток моих мыслей, вернувшийся охранник, неся перед собой коробки, удерживая сильными руками, водрузив их друг на дружку.

– Заноси в зал.

– Как скажете, Катя, – я семенила за ним. – Клади на пол.

– Вам помочь открыть?

– Да, сейчас принесу ножницы, минутку, – и ринулась на кухню.

– Катя, не нужно у меня всё есть, – остановил он меня.

– Вы носите с собой ножницы? – удивилась я.

– Нет, – охранник достал из правого кармана своих брюк нож-бабочку, пару ловких движений, сталь блеснула в воздухе, и Павел провёл лезвием по коробкам легко вскрывая их поочерёдно.

– Зачем тебе нож? – спросила, не выдавая своего волнения, но это только мне так казалось. Павел сразу заметил во мне перемену настроения.

– Никогда не знаешь, когда он может понадобится, – был его спокойный ответ. – Катя, запомните пожалуйста, что я никогда не причиню Вам вреда, меня оставил Хасан Алиханович, чтобы Вас защищать.

– Защищать… но от кого? – моё лицо заметно вытянулось.

– Вы с первого дня знали, куда попали.

– Знала. Если задам тебе вопрос, скажешь мне правду?

– Мой ответ зависит от самого вопроса, – ответил крепкий охранник.

– Хасану грозит опасность?

– Нет ничего с чем Хасан Алиханович не смог бы справиться.

– Ясно… значит, всё-таки опасность есть, – заключила я.

– Перефразирую, Вы знали с первого дня, кто такой Хасан, – я смотрела на охранника во все глаза, вроде ничего нового не сказал, а после его слов, мои глаза словно только открылись. И действительно, мой Хасан никогда не станет романтиком, и хоть ни разу не видела при нём оружия, уверена, что в его особняке с десяток наберётся. Как говорила моя бабуля деду: «Очи бачили шо брали».

Мне кажется, между нами установилась некая связь, и, если бы я ему была безразлична, не приставил бы ко мне Пашу «помогать», как сказал Хасан. Обманщик. Как же я, скучаю по тебе…

Глава 32. Хасан

Одетый в костюм Сизый встречал меня вместе с охраной.

– Привет, Хасан, давно не виделись, – растянулся в улыбке Андрей, протягивая мне ладонь. Игнорируя приветствие, засунул руки в карманы своих брюк, спросил:

– Что за официальная обстановка? Ты нахуя с собой столько охраны притащил?

– А что? Это для тебя. Ты ж всегда с охраной ездишь, – недоумённо пожал плечами Андрей.

– Вот поэтому я тебя и уволил. Не думаешь головой совершенно.

– Чёрт, прости, Хасан.

– Поехали, и дай ребятам пару выходных, пока они мне не нужны.

– Понял.

Сел в салон автомобиля премиум-класса, люблю везде комфорт. Водитель живо завёл двигатель, и мы выехали из частного аэродрома, направляясь в дом, который снял для меня Сизый.

– Хасан, куда едем?

– Домой.

– Давай в Барвиху, – обратился Андрей к водителю. – Вась, и закрой перегородку нам пошушукаться надо. После того, как молчаливый водитель всё исполнил, Дрон обратился ко мне. – Итак, каков наш план действий?

– Мне надо отдохнуть, и перед тем, как встретиться с Ромой, подёргать все связи и узнать, кто за ним ещё стоит. Завтра у меня встреча.

– Позвони дяде или своим двоюродным братьям, Алану и Талхану, всё быстрее узнаешь. Зачем на это тратить несколько дней?

– С чего ты решил, что можешь мне советы раздавать? Если хочешь вернуть твоё ко мне уважение и доверие, то не веди себя так, словно мы друзья. Я ценю, что ты смекалист и прибрал к своим рукам такую информацию, вышел на правильных людей, нашёл то, что для меня является в данном случае козырем. Я оценил, разве нет? Тебе вся сумма легла на карту?

– Да, вся. Хас, блядь… ты же знаешь, я не ради денег…

– Серьёзно? – усмехнулся, глядя в его лицо с выражением полной драматургии.

– Нет, ну и ради них, конечно же. Твою мать… – сказал в сердцах, запрокинув голову и глядя в потолок, продолжил:

– Я столько лет с тобой, не хочу снова потерять шанс, который мне выпал.

– Это больше похоже на правду чем то, что ты из себя пытался выжать с первой минуты нашей встречи, – наш разговор прервал входящий звонок. Глянув на сенсорный экран, сказал мысленно:

«Точно Сизый накаркал». Принял звонок:

– Здравствуй, дядя.

– Здравствуй, сынок, – услышал я низкий голос близкого мне человека, всё нутро сжалось.

– Как твои дела?

– Спасибо, у меня всё хорошо, не жалуюсь. А твои как, Хасан?

– Дядя, что-то случилось?

– Это ты мне скажи, о своих я тебе поведал.

– Что ты хочешь услышать? – а сам думаю, каков хитрец, умудрился-таки, завести своего человека, в моих рядах. У Алана и Талхана есть, а теперь и до меня добрался.

– Например, что тебя привело в Москву? – не реагирую на то, что я только шагнул на столичную землю, а он уже в курсе.

– Вот решил на красоты посмотреть, в Кремль сходить.

– И то правда, что дома сидеть, может невесту найдёшь, и дядю своего обрадуешь… а может, уже нашёл?

– Откуда… на такого сухаря, как я вряд ли кто найдётся, – из динамика послышался его немного скрипучий и тихий смех, я даже представил, как собрались морщины вокруг его карих глаз.

– Не наговаривай на себя.

– Как тётя поживает? – ушёл от «вечной» темы.