Прощение или прощание? Что такое простить предательство? Каждый человек переживает это по-своему. Мы можем приводить доводы, почему мы должны простить. Но не предаем ли себя, когда прощаем другого?

Прощение – это акт великодушия, словно тонкая нить, связывающая нас с человечностью и мудростью. Однако стоит ли она того, если за неё приходится платить внутренним миром? Прощение предательства – это не просто жест доброй воли, это глубокое самопожертвование, которое требует от нас силы, понимания и умения отпускать.

Когда мы прощаем, мы открываем своё сердце заново, позволяем боли стать частью прошлого, а не настоящего. Но не всегда это легко. Иногда прощение кажется невозможным, как будто мы предаем самих себя и свои чувства. И всё же, возможно, в этом и заключается истинная сила – в умении найти внутри себя способность к прощению, даже если это означает отпустить человека, который причинил боль.

Прощание же – это другой путь. Это признание того, что не все раны должны заживать через прощение. Иногда прощание – это акт любви к себе, уважение к своим чувствам и границам. Это выбор сохранить свою целостность, даже если это означает расстаться с теми, кто предал наше доверие.

Эмма

Вечерний Нью-Йорк встречает нас яркими огнями и шумом улиц, когда мы с Нейтом выходим из такси. Воздух пропитан запахом мокрого асфальта, и ароматом осенних листьев. Глубоко вдыхаю, пытаясь насладиться этим моментом спокойствия перед неизбежной бурей.

Не успеваем мы сделать и пары шагов к дому Нейта, как нас окружает толпа журналистов. Их голоса сливаются в единый гул, а вспышки камер ослепляют, заставляя меня инстинктивно прищуриться. Я чувствую, как напрягаются мышцы, а сердце начинает биться чаще – тело все еще помнит пережитый стресс.

"Эмма, расскажите, как вы пережили это?" "Кто рядом с Вами? Ваш парень?" – вопросы сыплются один за другим, словно град. Я ощущаю, как паника начинает подниматься изнутри, сжимая горло.

– Оставьте её в покое, – голос Нейта звучит твердо и уверенно. Он обнимает меня за плечи, создавая защитный барьер между мной и агрессивной толпой. Его прикосновение успокаивает, я чувствую тепло его тела и слышу стук его сердца.

Мы быстро проскальзываем в здание, оставляя за собой гул голосов и щелчки затворов. В лифте я прислоняюсь к прохладной стене, пытаясь собраться с мыслями. Запах Нейта смесь парфюма и чего-то уникально его – окутывает меня, принося чувство безопасности.

– Что происходит? – мой голос звучит тихо и неуверенно. – Почему за нами везде ходят журналисты?

Нейт смотрит на меня с смесью нежности и беспокойства. Его глаза, цвета летнего неба, кажутся глубокими озерами, в которых я готова утонуть.

– Ты теперь знаменитость. Твоё исчезновение переживал весь мир, – отвечает он, осторожно убирая прядь волос с моего лица.

– Что, правда? – я чувствую, как удивление расширяет мои глаза.

– Да, история об американской журналистке, попавшей в плен к мафии, теперь на первых полосах всех новостей.

Я пытаюсь осмыслить эту информацию. Мысли путаются, образуя хаотичный вихрь в голове. Часть меня хочет спрятаться от всего этого внимания, другая – понимает важность моей истории.

– Не знаю даже что и сказать, – выдыхаю я, чувствуя, как усталость накатывает волной.

Нейт притягивает меня к себе, и я утыкаюсь носом в его грудь, вдыхая знакомый запах. Его объятия – мой якорь в этом бушующем море событий. Лифт останавливается, двери открываются, и мы шагаем в тишину холла, оставляя за спиной шумный мир, жаждущий моей истории.

Нейт открывает дверь, и я вдыхаю знакомый запах его квартиры: смесь кофе и чего-то неуловимого, что всегда ассоциировалось у меня с домом.

– Заходи, – мягко говорит Нейт, придерживая дверь. Я робко переступаю порог.

Вот я снова в его огромной квартире-лофт. Высокие потолки и панорамные окна придают этому пространству ощущение бесконечности. Но мысли о том, как он трахал здесь эскортницу, пока меня не было, так и лезут в голову, отравляя все вокруг.

Внутри всё кажется таким же, как и раньше, но одновременно совсем другим. Вещи лежат на своих местах, но атмосфера изменилась. Воздух пропитан напряжением, словно невидимая стена разделяет нас. Я бросаю взгляд на диван, где мы когда-то утопали в страсти, и мне становится больно от осознания того, как много изменилось.

– Хочешь чаю? – спрашивает Нейт.

Он старается казаться спокойным, но я вижу, что он тоже на пределе.

– Да, пожалуйста, – отвечаю я, пытаясь собраться.

Мы проходим на кухню. Нейт ставит чайник, его движения механичны и привычны. Я присаживаюсь на высокий стул возле кухонного острова, обхватывая руками колени. Мысли крутятся, как безумные, пытаясь найти опору в этом хаосе. Но я никак не могу найти покоя. Воспоминания о пленении, о роскошной, но удушающей жизни в неволе, всплывают перед глазами, и я чувствую, как колени подламываются.

Нейт ставит передо мной чашку чая и присаживается напротив. Его глаза полны вины и боли, и я вижу, что он тоже переживает это снова и снова в своей голове.

– Эм, я… – начинает он, но я перебиваю его.

– Нейт, давай просто помолчим, – прошу я, и он кивает, соглашаясь.

Мы сидим в тишине, слушая, как тикают часы на стене. В этом молчании больше слов, чем мы могли бы сказать друг другу.

Смотрю на него, и в моем сердце борются противоречивые чувства: любовь, боль, благодарность и отвращение. Мы оба изменились, и теперь нам предстоит понять, сможем ли мы найти путь обратно друг к другу или это навсегда останется лишь воспоминанием о том, что было.

– Ты направила на меня пистолет, – неожиданно говорит он, оборачиваясь ко мне. Его глаза блестят, в них читается смесь облегчения и боли. – На мгновение я поверил, что ты сделаешь это.

– Лишь на мгновение? – мой голос звучит хрипло, как будто я не говорила целую вечность.

– Да. Сложно поверить, что ты на такое способна. Но ты выглядела так, как будто ты хочешь это сделать. Будто ты очень зла на меня.

Я отвожу взгляд. Сердце колотится в груди. Мысли о его измене жгут меня изнутри, как кислота. Как он мог? Как он мог так легко изменить мне, когда я была в плену?

Нейт подходит ближе, его пальцы слегка касаются моей руки. Я вздрагиваю от неожиданного тепла, но не отстраняюсь. Вместо этого я стараюсь собраться с мыслями, найти нужные слова, но они застревают в горле.

– Эм, – его голос тихий, но настойчивый. – Что-то не так. Я вижу это. Пожалуйста, скажи мне.

Я поднимаю глаза и вижу в них искреннюю тревогу. Он действительно не понимает? Или делает вид, что не понимает?

– Нейт, – начинаю я, но голос предательски дрожит. – Я… я просто не знаю, как теперь быть.

Он садится напротив, его взгляд становится более сосредоточенным.

– Ты можешь мне доверять. Мы пройдем через это вместе.

Но могу ли я?

Я всегда знала, что я из тех девушек, которые никогда не простят измену. Даже близко. Но с Нейтом всё по-другому. Желание быть с ним настолько сильное, что затуманивает мою гордость, мои привычные убеждения и принципы. Всегда считала тех, кто прощает мужчине измену, бесхребетными курицами. Но, видимо, всё это происходит до тех пор, пока ты не встретишь кого-то слишком особенного для тебя. Того самого, с кем принципы ломаются и идут к черту.

Сладкий дурман окутывает меня, когда я рядом с Нейтом. Его присутствие – как тягучий мед, в котором так легко утонуть. Разум кричит, что нельзя позволять кому-то иметь такую власть над собой, но сердце жаждет раствориться в этом блаженстве.

Мысли о честности и гордости терзают меня. Смогу ли я молчать ради иллюзии счастья? Или правда важнее? Я мечусь между желанием быть собой и стремлением к этому опьяняющему чувству.

Может, стоит взглянуть на близость его глазами? Для мужчин это просто физическая потребность, не так ли? Без той глубины, что вкладываем мы, женщины.

Нейт притягивает меня к себе, все сомнения улетучиваются. Его руки скользят по моей спине, вызывая электрические разряды удовольствия. Горячее дыхание щекочет шею, а от прикосновения его губ внутри всё сжимается в сладкой истоме. В этот момент я понимаю – он необходим мне, как воздух.

– Я так скучал по тебе, – шепчет он, утыкаясь лбом в моё плечо. – Не хочу больше никогда с тобой расставаться.

Ты не представляешь, как скоро тебе придётся расстаться со мной.

– Я тоже, – шепчу в ответ.

Тоже не хочу. Совсем не хочу. Как тяжело мне даётся это решение, о котором он ещё не знает.

Закрываю глаза и отдаюсь этому моменту. Его губы находят мои, и поцелуй выходит за рамки простого физического контакта. Это прощание, прощание, которое он ещё не осознаёт. Его руки сильнее обхватывают меня, и я чувствую, как его жесты становятся более настойчивыми. Зарываюсь пальцами в его волосы, и я тяну его к себе, стараясь запомнить каждое мгновение, каждый вздох.

Прощальный секс? Почему бы и нет?

Его прикосновения становятся всё более требовательными, и я не могу сопротивляться. Сдаюсь этому моменту, позволяю ему вести. Каждый его жест, каждый поцелуй, каждое слово – всё это впечатывается в мою память, создавая картину, которую я буду хранить в своём сердце долго после того, как всё закончится.

Чувствую, как его руки начинают скользить по моей спине, направляясь вниз. Знаю, что должна остановить его, знаю, что это будет последним прощанием, которое я не могу позволить себе.

– Нейт, подожди, – тихо шепчу.

Он замедляется, его губы замирают на моей шее, и он поднимает голову, чтобы встретиться с моими глазами.

– Что-то не так? – спрашивает он, его взгляд полон беспокойства, и я чувствую, как его руки постепенно ослабляют хватку.

– Просто… я не могу сейчас, – говорю, стараясь не выдать дрожь в голосе. – Мне нужно время. Я устала. Хочу просто отдохнуть.

Он молчит несколько секунд, напряжение в его теле постепенно ослабевает. Вижу, как его взгляд становятся мягче, и он кивает, принимая моё решение.

– Конечно, – говорит он, тепло улыбаясь. – Можем посмотреть фильм, если хочешь. Ты пока выбери, а я приготовлю что-нибудь вкусное для нас.

Киваю, чувствуя, как тяжесть уходит с моих плеч. Нейт отстраняется, но его руки остаются на моей талии, как будто он всё ещё не хочет отпускать меня. Он целует меня в лоб и направляется к холодильнику, а я напрявляюсь в гостинную.

Сажусь на диван, обнимаю колени и смотрю на экран телевизора. В моей голове крутятся сотни мыслей, но я стараюсь сосредоточиться на настоящем моменте, наслаждаться этой ложной иллюзией нормальности, которая скоро исчезнет. Беру пульт и начинаю листать список фильмов. Романтическая комедия? Нет, слишком банально. Триллер? Нет. Драма? Это может быть слишком эмоционально. Останавливаюсь на старом добром боевике – достаточно экшена, чтобы отвлечься, но не настолько глубокого, чтобы надо было вникать.

Нейт возвращается с тарелкой фруктов и бокалом вина.

– Я заказал еды, а пока то что есть, – говорит он, ставя тарелку на журнальный столик.

Он смотрит на экран телевизора, а затем бросает на меня озадаченный взгляд, его бровь слегка приподнимается:

– Боевик? Ты серьезно? – Его голос звучит мягко, но я чувствую скрытое напряжение.

Пожимаю плечами, чувствуя легкое раздражение:

– Ты же сам предложил мне выбрать фильм. Я выбрала.

Он садится рядом со мной, обнимает меня за плечи, и мы начинаем смотреть кино, словно ничего не произошло. На экране герой фильма прыгает с моста на движущийся поезд, и я пытаюсь сосредоточиться на зрелище, но мои мысли возвращаются к нашим отношениям. Чувствую тепло Нейта рядом, его руку на моем плече. Знаю, что если он захочет большего, я не смогу ему отказать. Моя решимость тает под его прикосновениями.

Сумрак комнаты обволакивает нас, а на экране мелькают кадры фильма, но я не могу уловить нить повествования. Непослушные мысли, так и кружат вокруг неизбежного разговора, который нависает над нами, как грозовая туча. Каждая секунда приближает нас к моменту истины, и я чувствую, как напряжение нарастает внутри меня.

Внезапно тишину разрывает звонок в дверь. Нейт поднимается, и его уход оставляет после себя пустоту, словно кто-то выключил солнце. Диван кажется огромным и холодным без его присутствия.

Если я с таким трудом воспринимаю его малейшее отдаление, то как же я переживу его полное отсутсвие в моей жизни?

Вскоре он возвращается, неся коробки с китайской едой, и комната наполняется ароматом пряностей и специй, пробуждая аппетит и согревая атмосферу.

Мы устраиваемся поудобнее, расставляя тарелки на журнальном столике. На экране разворачивается захватывающая погоня на мотоциклах, и я чувствую, как Нейт придвигается ближе. Его рука скользит по моей спине, вызывая волну мурашек. Желание и чувство вины сплетаются внутри меня в тугой узел. Я жажду его прикосновений, но знаю, что не имею на это права. Глаза предательски щиплет от подступающих слез, и я зажмуриваюсь, пытаясь скрыть бурю эмоций.

– Всё будет хорошо, – шепчет Нейт, не отрывая взгляда от экрана. Его голос звучит уверенно и нежно, словно обещание. – Теперь я всегда буду рядом.

Эти слова, такие простые и такие значимые, повисают в воздухе, наполняя комнату надеждой и страхом одновременно. Смотрю на него, пытаясь найти в его глазах искренность, понять, что делать дальше. Киваю, хотя знаю, что его слова больше не могут успокоить меня.

Чувствую, как его тепло проникает в меня, и понимаю, что скоро всё изменится. Стараюсь запомнить этот момент, его прикосновения, его дыхание рядом, потому что знаю, что буду скучать по этому. Вскоре всё изменится. Мы сидим в молчании, каждый погруженный в свои мысли. Но даже в этом молчании я чувствую, что между нами всё ещё есть связь, тонкая ниточка.

Вдруг на большом экране разворачивается напряженная сцена. Двое мужчин, застывших в смертельном противостоянии, держат друг друга на мушке. Воздух между ними, кажется, звенит от напряжения. Внезапно один из героев молниеносным движением выхватывает пистолет у противника и отбрасывает его в сторону. Дуло его собственного оружия теперь упирается прямо в лоб обезоруженного соперника.

Еще недавно я и представить не могла, что подобные сцены могут разыгрываться не только на экране, но и в реальной жизни. Теперь же… Я невольно вздрагиваю, когда главный герой без колебаний нажимает на курок.

Экран на мгновение покрывается кровавыми брызгами. Нам показывают кадр разлетающихся по стене мозгов.

– Так, хватит, – резко произносит Нейт, хватаясь за пульт. Экран мгновенно гаснет. – Давай лучше посмотрим что-нибудь… полегче. Вот, отличная комедия, высокий рейтинг.

– Ладно, включай, – быстро соглашаюсь я, видя его реакцию.

Нэйтан

Я знал, что наладить контакт будет нелегко. И был готов к этому. Она с таким трудом доверилась мне первый раз. Теперь это будет вдвойне труднее. Фильм заканчивается, но я не уверен, что кто-то из нас следил за сюжетом. Я думал о ней, о нас, а она… Возможно, о том, что ей пришлось пережить. Потребуется много сеансов с психотерапевтом, чтобы она смогла забыть весь этот ужас.

Эмма отстаняется, и я ощущаю, как её тепло покидает меня.

– Я в душ, – бросает она, поднимаясь с дивана.

Чёрт. Я понимаю, что сейчас не лучшее время, но я так сильно хочу её. Её запах, её волосы сводят меня с ума. Я скучал по ней так сильно. Её жопа, упирающаяся в меня весь фильм, пробуждает во мне сильное желание. Член мгновенно реагирует на каждое её прикосновение. Я еле держался лишь потому что она попросила её не трогать.

– Можно с тобой? – игриво предлагаю я, надеясь увидеть искру той прежней Эммы в её глазах.

Хочу напомнить ей, как нам бывает хорошо вместе. Уверен, что "сексотерапия" ей пойдёт на пользу. Снять стресс, так сказать. Но её твёрдое "Нет" разбивает мои надежды. Она исчезает за дверью ванной, оставляя меня наедине с тревожными мыслями.

Блять. Что происходит? Я не понимаю. Либо ей хватило сексотерапии с огромным охранником в особняке? Может, с ним ей больше понравилось? Эти мысли сводят меня с ума, но я не хочу говорить об этом ей. Сейчас не время. Она и так слишком закрытая и не доверяет мне. Если я начну давить на неё, она сбежит, и я потеряю последнюю возможность наладить с ней контакт.

Слышу звук воды из ванной, и меня охватывает беспомощность. Я хочу быть рядом с ней, обнять её, почувствовать её тепло, но она постоянно отстраняется. Вспоминаю, как она выглядела, когда я впервые увидел её после того кошмара. Её глаза, обычно полные жизни и энергии, были пустыми и напуганными.

Смотрю на дверь ванной и борюсь с желанием войти. Я знаю, что она нуждается в пространстве. Она должна сама прийти к себе, вернуть свою силу. Но мне так тяжело стоять в стороне. Я хочу исправить всё, вернуть ту беззаботную, счастливую Эмму, которую я знал.

Вспоминаю нашу последнюю ссору. Как я выгнал её из дома. Боль и разочарование в её глазах. Я был идиотом. И теперь я должен всё исправить. Но как? Как помочь ей, если она не хочет принимать мою помощь?

Вода прекращает течь. Я слышу, как она выходит из ванной. Её шаги тихие, почти неслышные, но я чувствую её присутствие. Она появляется в дверном проёме, завернувшись в полотенце, её волосы мокрые и распущенные. Она выглядит такой уязвимой.

– Всё в порядке? – спрашиваю, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и заботливо.

– Да, – коротко отвечает она, избегая моего взгляда.

Она проходит мимо меня и направляется в спальню. Я чувствую, как напряжение между нами нарастает. Я должен дать ей время. Должен быть терпеливым. Но это так сложно, когда сердце разрывается от боли и желания быть рядом с ней.

Следую за ней, стараясь не создавать лишнего шума. Она ложится на кровать, отворачиваясь к стене. Её плечи дрожат, и я понимаю, что она тихо плачет. Это разрывает меня на части. Аккуратно сажусь на край кровати, не решаясь дотронуться до неё.

– Эм, знаю, что уже говорил это, но хочу ещё раз сказать. Прости меня за те слова, – шепчу, надеясь, что она услышит и поймёт, как сильно я сожалею. – Я правда люблю тебя. И я сделаю всё, чтобы ты снова почувствовала себя счастливой.

Она не отвечает, но я вижу, как её плечи постепенно перестают дрожать. Возможно, она услышала меня. Возможно, это начало. Я надеюсь, что это начало нашего пути к восстановлению.

Эмма

Лежу рядом с Нейтом, чувствуя его спокойное дыхание, медленно поднимающее и опускающее его грудь. Он заснул, его лицо освещено мягким светом луны, проникающим сквозь занавески. А я не могу заснуть. Мысли роятся в голове.

Смотрю на него, пытаясь запомнить каждую деталь – линию его челюсти, легкую щетину, которая появляется на его щеках к вечеру, мягкие ресницы, которые слегка дрожат во сне, как будто он видит какой-то сон. Я представляю, как могла бы просыпаться рядом с ним каждое утро, наслаждаясь этим моментом покоя, если бы решила закрыть глаза на всю правду. Жить в сладком самообмане, притворяясь, что ничего не знаю. Но я знаю, что измены будут продолжаться. Я уверена в этом.

Возможно, другая женщина закрыла бы глаза на это. Держалась бы за мужчину, цепляясь за его любовь, несмотря ни на что. Но это не я. Я не могу предать себя, свои принципы и самоуважение.

Хорошо, что я смогла удержаться от соблазна. Мысли о том, чтобы провести с ним еще одну ночь, еще один прощальный секс, кружатся в моей голове. Желание настолько сильное, что я почти поддалась. Но я знаю, что не выдержу еще одного воспоминания о потрясающем сексе с мужчиной, которого я люблю. Вспоминаю слова: "Если любишь, всё простишь". Значит ли это, что я не люблю, если не могу простить? Нет, я люблю. Очень сильно. И мне очень больно. Но себя я люблю больше.

Дарю спящему Нейту свой последний поцелуй, легкий и нежный, касаясь его губ, как бабочка крыльями. Он не просыпается, его лицо остается безмятежным. Тихо встаю с кровати, стараясь не издавать ни звука. Беру свою сумку, которую заранее подготовила, и направляюсь к выходу.

Оглядываюсь на него в последний раз, стоя в дверях. Дыхание замирает в груди, сердце словно сжимается. Но я знаю, что это правильное решение. Выхожу из комнаты, и дверь тихо закрывается за мной, отделяя меня от прошлого, в котором было столько радости и боли одновременно.

Спускаюсь по лестнице. Иду к входной двери, пытаюсь открыть её, но у меня не получается. Тут какой-то замок с вводом кода. Код на выход? Кто так делает? Пробую ввести дату рождения Нэйта. Не работает. Может “1234”? Нет. Чертовски сложно. Ещё пиликает.

– Заткнись, дурацкий замок, – шепчу я.

Сердце начинает бешено колотиться, словно предупреждая, что сейчас будет неудавшийся побег. Глупо как-то. Хотела уйти по-тихому, избежать этих разговоров, объяснений. Но, похоже, судьба решила иначе.

Какой же может быть код?

– Далеко собралась на этот раз? – неожиданно голос Нейта вырывает меня из моих раздумий. – Не терпится снова попасть в плен к мафии?

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Видимо без прощальных речей не обойтись. В полумраке стоит Нейт, облокотившись плечом на стену. Его голый торс сияет в слабом свете, рельефные мышцы играют под кожей, привлекая мой взгляд. Серые домашние штаны едва держатся на бедрах, и я не могу не проследить за косыми мышцами живота, которые спускаются ниже под ткань. Атмосфера наэлектризована его присутствием, и я чувствую, что мое дыхание становится тяжелее.

– Ты что, поставил внутренний замок? – пытаюсь произнести это спокойно, но голос дрожит.

– Пришлось, – игриво отвечает он, его глаза сверкают. – Вынужденная мера, когда любимая девушка, имеет привычку сбегать по-тихому.

– И что? Теперь ты меня будешь держать в плену? Может, ещё привяжешь? – язвительно спрашиваю, хотя внутри дрожь от страха и возбуждения.

– Хорошая идея, – с этими словами он вытаскивает из-за спины наручники.

Первая мысль, которая возникает: "Не хочу даже знать, скольких девушек он ими сковывал." Зависть и ревность сливаются в один мучительный коктейль, но я стараюсь не показывать это.

Нейт делает шаг вперёд, его движения уверенные и грациозные. В одно мгновение он хватает меня, закидывает на плечо и несёт наверх в спальню. Все происходит так быстро, словно я попала в вихрь его силы и страсти. Он бросает меня на кровать с такой уверенностью, что я на мгновение теряю дыхание.

– Хотя знаешь, – говорит он, смотря на наручники и отбрасывая их в сторону, – Есть кое-что лучше.

Затем он открывает прикованную тумбочку и достаёт оттуда верёвку. В его глазах читается азарт и что-то ещё, что заставляет меня затаить дыхание.

– Любишь шибари? – его голос становится глубоким, почти шепотом, и я чувствую, как мурашки бегут по коже.

– Что это? – спрашиваю, хотя голос едва слышен.

– Тебе понравится, – обещает он, и я ему верю.

Нейт ловко хватает меня и начинает крутить вокруг меня верёвки. Его движения точные, профессиональные, словно он делал это тысячу раз. Я чувствую, как верёвки обвивают мои запястья, кожу, делая узлы, которые одновременно пугают и завораживают. В каждом его движении – уверенность и страсть, и я не могу не поддаться этому ощущению.

Каждое касание, каждый узел – это нечто большее, чем просто физическое связывание. Это акт подчинения и доверия, и в этом моменте я осознаю, что несмотря на все мои страхи и сомнения, я готова довериться ему. Сердце бьётся в унисон с его дыханием, и я чувствую, как мир вокруг нас исчезает, оставляя только нас двоих – связанных не только верёвками, но и чем-то гораздо более глубоким и неразрывным.

В этот момент я понимаю, что никуда не хочу уходить.

Его резкие, уверенные движения возбуждают меня еще сильнее. Сейчас Нейт кажется таким сильным, таким мужественным.

– Если ты так любишь сбегать, – говорит он, его голос хриплый и низкий, – буду трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь ходить.

Его слова проникают глубоко в моё сознание, вызывая волну возбуждения и страха одновременно. Грубость его тона и обещание наказания наводят на меня такую волну адреналина, что я чувствую, как сердце начинает биться быстрее. Это ощущение связанности, когда я практически не могу пошевелиться, делает меня полностью уязвимой. Я полностью в его власти, и он контролирует все. Нейт может сделать со мной все, что захочет.

Он стягивает с меня одежду, и я ощущаю, как ткань скользит по моим ногам, оставляя кожу обнаженной и чувствительной. Затем трусики, следом, исчезают, и я чувствую, как прохладный воздух касается моих самых интимных мест. Нейт разводит мои ноги, и я замираю, задержав дыхание. Он наклоняется к моему лобку и начинает целовать. Нежно. Сладко. Я вздрагиваю от каждого поцелуя, от каждого прикосновения его губ. Его теплый, влажный язык касается моих складочек, и я не могу сдержать стон.

– Ммм… – вырывается у меня.

Его язык движется снова, и снова, и снова. Я ощущаю, как наслаждение захлестывает меня волнами, заставляя тело дрожать от каждого его движения. Да. Еще. И еще.

Затем он резко прерывается и встает. Я чувствую, как его отсутствие оставляет меня на грани, и в груди поднимается легкое разочарование.

– Подожди меня, – говорит он, с дьявольской ухмылкой на лице. – Хотя куда ты денешься?

С этими словами он выходит из комнаты, оставив меня одну, связанную и уязвимую. Я начинаю оценивать свое положение, дергаю руками, сильнее. Веревки слишком крепкие, и освободиться самой нереально. Секунды его отсутствия тянутся вечно, и с каждой минутой тревога нарастает. Я надеюсь, что он вернется. Это будет очень злая шутка, если он оставит меня здесь в качестве наказания за попытку побега.

Но Нейт быстро возвращается. В руках у него стакан воды и стакан с кубиками льда. Он выплевывает один кубик обратно в стакан, его глаза горят огнем.

– Никуда не сбежала. Какая умница, – говорит он с иронией в голосе.

"Очень смешно" – думаю я, но не произношу ни слова, только смотрю на него, чувствуя, как возбуждение и страх смешиваются в одно целое.

Нейт снова притягивает меня к себе, и я чувствую его силу и решимость, когда он осторожно располагает голову между моих ног. В комнате царит полумрак, свет ночника едва освещает контуры его лица, придавая ему загадочность и опасность. Мне приходится затаить дыхание, когда он касается меня языком, но на этот раз его прикосновение ледяное. Мгновенно по всему моему телу разбегаются мурашки, и я вздрагиваю, не в силах контролировать свои реакции. Его холодный язык скользит по моему клитору, вызывая волны удовольствия, смешанные с острым ощущением холода.

– Не-е-йт, – стону я, чувствуя, как смазка вытекает из меня.

Он добавляет пальцы, просовывая их внутрь меня. Мои стенки сжимают их со всей силы, ощущая его присутствие внутри себя. Он останавливаетс, берёт стакан и делает глоток воды. Его язык становится горячим, и это контрастное ощущение сводит меня с ума. Я близка к разрядке, чувствую, как волна оргазма накатывает на меня, но Нейт внезапно останавливается и поднимается. Он снова берёт из стакана кубик льда и кладёт его в рот, глядя на меня с искушающим взглядом.

– Нееееейт, – постанываю его имя, мой стон звучит как мольба.

Он крутит кубиком льда внутри рта, его взгляд полон удовлетворённого садизма.

– Ещё рано стонать моё имя. Всё только начинается, – говорит он, и его слова проникают в моё сознание, обещая дальнейшие страдания от наслаждения.

Он наклоняется, и я чувствую, как его холодный язык вновь касается моего клитора. Моё тело извивается от удовольствия, и я не могу сопротивляться этому тягучему, сладкому наслаждению. Растекаюсь в этом моменте, позволив себе утонуть в его прикосновениях. Я близка, очень близка, и не могу сдержаться. Внезапно я вылетаю в космос от дикого оргазма, выкрикивая громкий стон. Мое тело начинает трясти, ноги содрогаются. Нейт это чувствует, но не останавливается, продолжая свои мучительные ласки.

– Пожалуйста, остановись. Всё, хватит, – молю его, не в силах выдерживать эти невыносимые муки удовольствия.

Нейт поднимается, улыбаясь. Его лицо излучает счастье и удовлетворение, будто бы сейчас не я, а он получил многократный оргазм. Его глаза сияют, и я понимаю, что для него это не просто игра это способ показать свою власть, свою любовь и свою одержимость мной.

Он снова глотает кубик. На этот раз он наклоняется ко мне, его глаза сверкают решимостью и страстью. Я чувствую, как его дыхание ударяет мне в лицо, смешиваясь с моим собственным, учащенным от предвкушения. Его руки, сильные и уверенные, упираются в кровать по обе стороны от меня, создавая кокон безопасности и подчинения. Он приближается к моим губам, и я ощущаю ледяную свежесть кубика, когда он передает его мне поцелуем. Ледяной шок сбивает дыхание, пробуждая каждую клеточку моего тела.

Он забирает кубик обратно, и я чувствую, как он тает в его горячих пальцах. Нейт начинает водить ледяным кусочком по моей шее, оставляя за собой влажный след, который мгновенно высыхает, вызывая мурашки. Он движется ниже, к груди, и я затаиваю дыхание, когда лед касается моих сосков. Они мгновенно твердеют, и я издаю тихий стон, не в силах сдерживать свои ощущения. Он продолжает свой путь, спускаясь к пупку, и мое тело содрогается от контраста тепла и холода.

Когда он касается моего лобка и затем клитора, который все еще пульсирует после оргазма, я невольно выгибаюсь, чувствуя, как волна наслаждения прокатывается по всему телу.

– Трахни уже меня, – умоляю его.

– Что ты сказала?

– Я хочу, чтобы ты оказался во мне, – шепчу я.

Нейт откидывает кубик льда в сторону, и я вижу, как его глаза потемнели от желания. Он стягивает с себя треники, обнажая свой твердый стояк, и я не могу отвести взгляд. Его уверенность и сила завораживают меня, и я чувствую, как желание захлестывает с новой волной. Нейт берет подушку, обхватывает мои лодыжки и тянет их вверх, подсовывая подушку мне под поясницу. Он закидывает мои ножки себе на плечо, и я ощущаю его близость, его тепло.

Когда он входит в меня, это ощущение почти невыносимо прекрасно. Я издаю стон, чувствуя, как он заполняет меня полностью. Его взгляд встречается с моим, и на мгновение мы становимся единым целым. Он начинает двигаться, его толчки сильные и уверенные, усиливающие каждую волну наслаждения. Затем он выходит, оставляя меня в ожидании, и я чувствую, как желание разгорается с новой силой. Когда его плоть снова оказывается у моего входа и медленно проникает внутрь, я испытываю чувство, будто это единственное, что мне нужно. В этот момент нет ничего важнее, чем его присутствие, его прикосновения, его любовь.

Нэйтан

Такого огня и желания во мне не было никогда ранее. Эмма, умоляющая, чтобы я взял её прямо сейчас, сносит мне крышу напрочь. Её голос, дрожащий от нетерпения, словно электрический разряд, пробегает по моему телу. Как у неё всегда получается доводить меня до такого состояния?

Она связанная, уязвимая и покорная лежит подо мной. Её запястья туго обвиты верёвкой, а грудь вздымается в такт учащённому дыханию. Я чувствую её тепло, её волнение, её желание. В комнате царит полумрак, приглушённый свет играет на её обнажённой коже, создавая причудливые тени. Я могу с ней делать всё, что хочу. Но единственное, чего я действительно хочу – это доставлять ей удовольствие. Единственное, что я хочу, чтобы моя малышка кричала от экстаза.

Её глаза, полные доверия и страсти, смотрят на меня. Вижу, как они закатываются от удовольствия, как её губы приоткрываются, выпуская стоны, которые заставляют мой пульс учащаться. Провожу рукой по её мокрым от пота волосам, ощущая, как они скользят между пальцами, и трогаю её раскалённое от страсти тело, чувствую, как её кожа пылает под моими прикосновениями.

Мне тяжело себя контролировать. Я сдерживаюсь только ради неё. Каждое движение, каждый толчок – это борьба с собой, чтобы не поддаться желанию, не кончить слишком рано. Я наслаждаюсь каждым моментом, каждым звуком, исходящим от неё. И вот, когда я чувствую, как её стенки сдавливают со всей силы мой член, так, что мне кажется, что я его никогда больше не смогу вытащить, она издаёт громкий, полный тягучего сладострастия стон. Её тело начинает пульсировать, и я кончаю внутрь неё, ощущая, как волны наслаждения уносят меня в космос. Падаю на неё, и мы тяжело дышим какое-то время, наши тела переплетаются, как будто пытаются слиться воедино.

– Развяжи меня, – шепчет она.

Я улыбаюсь, смотря в её расширенные зрачки, в которых отражается моё лицо.

– Не так скоро, – отвечаю ей, чувствуя, как в груди снова разгорается огонь желания. – Это был только первый раунд. Я же говорил, что я сильно соскучился.

Её глаза блестят в полумраке, и я знаю, что эта ночь будет долгой и полна страсти. В воздухе витает аромат её духов, смешанный с запахом пота и секса, создавая непередаваемую, опьяняющую атмосферу. Я готов продолжать, готов дарить ей ещё больше удовольствия, потому что именно этого она заслуживает.

Эмма

Прихожу в себя после нашего нескольких часового секс марафона. Вот тебе и прощальный секс. Такой будет очень тяжело забыть. Тело такое размякшее. Кажется, я правда не смогу ходить ещё долго, как Нейт и обещал. Только это не остановит меня. Пытаюсь встать, но ноги подкашиваются. Нейт всё ещё лежит рядом, его рука небрежно заброшена на моё бедро, словно он боится, что я исчезну.

Он снова обнимает меня, прижимая к себе. Я позволяю этому случиться, но внутри все сопротивляется. В душе бушует шторм, и каждый его прикосновение только усиливает боль. Я прикладываю ладонь к его груди и начинаю давить, стараясь отодвинуть его от себя.

– Что такое? – спрашивает Нейт, нахмуривая брови, его голос звучит растерянно и обеспокоенно.

– Я не смогу, – произношу, сглатывая ком в горле. Слова даются с трудом, словно каждая буква режет по живому.

– Не сможешь что? – он поднимает голову, его глаза полны непонимания.

– Простить, – выдыхаю, ощущая, как сердце сжимается в груди.

Не стану уточнять за что именно я не смогу его простить. Я и сама не знаю точно. Слишком много боли накопилось, слишком много негативных воспоминаний. Когда он выгнал меня, да, было больно, но тогда я считала, что сама виновата перед ним. Я понимала его чувства и готова была дать ему шанс. Но сейчас. После кадров, которые мне показал Антонио… Это двойной удар. Я не знаю, кем я буду для себя самой, если закрою на это глаза. Это не укладывается у меня в голове. Жить с человеком, который в самый уязвимый момент не удержался от того, чтобы удовлетворять свои примитивные физические потребности. Я не смогу.

– Не сможешь меня простить? – его голос прозвучал как рокот грома. – Интересно, как же тогда объяснить то, как совсем недавно ты стонала подо мной, словно прощение было последним, о чём ты думала?

Я молчу не зная что ответить.

– Эм… – начинает он, его голос дрожит, в глазах мелькает боль.

– Нет, прошу, не надо. Просто отпусти меня, – перебиваю, стараясь удержать слезы. Я чувствую, как мир вокруг рушится, но я должна быть сильной.

– Это будет очень тяжело, ты же знаешь. Я люблю тебя.

Эти слова кажутся мне пустыми. Хочется крикнуть ему: "Ложь. Не любишь!" Но я не хочу этих истерик. Их хочется закатывать, когда внутри ещё есть надежда всё спасти. Но когда уже мысленно похоронила отношения, в криках нет смысла.

– Я тоже очень сильно тебя люблю, – впервые я поднимаю голову и смотрю ему прямо в глаза.

В этих глазах так много: непонимание, надежда, боль.

– Но видимо нам не судьба быть вместе в этой жизни. Изначально. Мы не должны были… Всё неправильно. Я пыталась исправить эту судьбу, хотела взять всё в свои руки и хорошенько поплатилась за это. Давай останемся воспоминаниями.

– Нет, Эм, – начинает он, но я его резко перебиваю.

– Это единственное, о чём я тебя прошу. Отпусти меня, – твёрдо произношу я, ощущая, как боль разгорается в груди, словно огненный шар. Каждое слово даётся мне с трудом, но я знаю, что должна это сделать. Молчание повисает в воздухе, как густой туман, обволакивая нас обоих. Секунды тянутся, словно вечность. Сердце разрывается на части, но я не могу иначе. Я должна уйти.

Нейт сидит напротив меня, его лицо отражает страдание. Его глаза, обычно такие проницательные, теперь полны боли и отчаяния. Он не говорит ни слова, но мне не нужно слышать, чтобы понять: он борется с собой. Но я знаю, что это конец. В этом мире, полном лжи и предательств, мы не можем быть вместе. Мы оказались слишком слабы для этой любви.

Он тяжело вздыхает, встаёт и медленно идёт к двери. Видно, как ему не хочется идти у меня на поводу, как он изо всех сил пытается сдержать свои эмоции. Он останавливается на секунду, поворачивается ко мне, и я вижу, как его глаза слегка блестят.

– Эмма, – его голос ломается, он тянется ко мне, но я отстраняюсь. Этот жест ранит его ещё сильнее, я это вижу.

– Скажи мне код от входной двери, – прошу, чувствуя, как слёзы начинают течь по щекам. – Я должна уйти.

– Ты серьёзно? – он смотрит на меня, будто не верит своим ушам. – Ты действительно хочешь уйти?

– Да, – киваю, хотя внутри меня всё кричит от боли. – Пожалуйста. Отпусти меня.

Он замолкает, его взгляд становится пустым. Внутри него идёт борьба, я это вижу. Его руки дрожат, когда он подходит к двери и набирает код на панели. Щелчок замка раздаётся, как выстрел, и дверь медленно открывается.

– Пожалуйста, подумай ещё раз, – говорит он тихо, не оборачиваясь. – Если ты уйдёшь сейчас, это будет конец.

Я делаю шаг, игнорируя слабость в ногах, и медленно подхожу к двери. Останавливаюсь на пороге и оборачиваюсь к нему. Его глаза полны отчаяния. Кажется, что он готов броситься ко мне и удержать, но он не делает этого. Он позволяет мне уйти.

– Прощай, Нейт, – шепчу я, чувствуя, как слова режут меня изнутри.

Выхожу за дверь, закрывая её за собой. Холодный воздух обрушивается на меня. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить своё разбитое сердце. Я знаю, что сделала правильный выбор, но от этого не становится легче.

Нэйтан

Она уходит, и дверь защелкивается за ней, как печать на моем сердце. Этот звук, казалось бы, ничтожный щелчок, разрывает меня на части. Черт возьми, я еще никогда в жизни не был так сломан. Я в полном ступоре, в замешательстве. С одной стороны, я не хочу её слушать и оставлять. А с другой: как я могу не уважать её желания, когда она об этом просит? Если она действительно хочет, чтобы я оставил её, я сделаю это. Но на душе так паршиво, просто невыносимо.

В голове проносятся обрывки наших моментов вместе, и каждая сцена словно кинематографическая лента, на которой запечатлены самые счастливые и самые болезненные моменты. Я вспоминаю, как она смеялась, когда мы гуляли по Вероне, как её глаза светились, когда я подарил ей кусочек мрамора из гробницы Джульеты, как она прижималась ко мне, когда ей было страшно. И вот теперь, всё это кажется иллюзией.

Мне сложно представить свою жизнь без неё. Будто это будет сплошная безрадостная пустота. Неужели для неё ничего не значит, что я её искал, ждал, пытался спасти? Я не понимаю её. Сначала она стонет подо мной, как будто это лучший секс в её жизни. Ловит многократные оргазмы, говорит, что я лучший. Говорит, что любит меня, в конце концов. А потом просит оставить её, отпустить. Какая к чёрту любовь?

Я хватаюсь за волосы, словно пытаясь удержать осколки разлетающихся мыслей. В голове бушует хаос, мысли режут меня изнутри. Я хватаю первый попавшийся предмет под руку – статуэтку. В порыве ярости и отчаяния я бросаю её на пол. Она разбивается вдребезги, как мои надежды на счастье, на любовь.

Она изменила меня, и я уже не стану прежним.

"Если любишь, отпусти." Кто придумал эту паршивую фразу? Конечно, чушь!

Может, она не может простить не меня, а себя? За то, что было у неё в особняке с охранником? Я был готов всё это забыть, как одно сплошное недоразумение. Молчать, оставить всё в прошлом. Ради нас. Ради нашего будущего. Всё могло быть иначе.

Чувствую, как ком поднимается к горлу. В комнате становится душно, кажется, что стены сжимаются, давят на меня. Я не могу дышать. Я не могу думать. Всё, что я могу, это чувствовать эту невыносимую боль, разрывающую меня изнутри. Эта боль – напоминание о том, что я потерял. О том, что я не смог удержать.

Сажусь на пол, облокотившись спиной на стену. Холодный паркет под ногами почти не ощущается. Опускаю голову, закрываю глаза и пытаюсь справиться с нахлынувшими эмоциями. Я люблю её. И если ради её счастья я должен отпустить, я сделаю это. Но как же невыносимо больно отпускать ту, которая значила для меня всё.

Надежды больше нет. Всё кончено.