— Хотя, — он щёлкнул пальцами, — я велел выкинуть большую часть твоего хлама. Надеюсь, ты не против. Не думал, что ты — хомяк, мисс Беннетт.

Спорить, возражать, бороться было бесполезно.

Он выполнил свою часть сделки. Теперь моя очередь.

Я дождалась, пока он выйдет из переговорной, и достала телефон, чтобы загуглить «голосовые связки».

Он был прав.

Они и правда выглядели как вагина.

ГЛАВА 8

ДЖИА

Джиа: SOS.

Кэл: Когда и где?

Джиа: «Касабланкас». Через час.

Дилан: Перенос. Грэв у мамы, и у нас с Раем наконец-то есть время на вечерний секс. Чтобы убрать мои бёдра с его ушей, придётся потрясти саму ткань времени и пространства.

Джиа: Я СКАЗАЛА SOS.

Дилан: Это SOS — моя-жизнь-рушится или SOS — мой утюжок GHD умер, а такую модель больше не выпускают?

Джиа: Первое.

Джиа: Хотя второе технически тоже можно считать изменением жизни.

Дилан: Уф. ЛАДНО. Встретимся там.

Кэл: И я <3

— Так что ты хотела нам рассказать? — Кэл жевала жареные рыбные палочки в «Касабланкас» в Брайант-парке. На ней были милые горчичные комбинезоны с одной застёгнутой лямкой, цветастая рубашка с длинными рукавами и чёлка с красными кончиками. — В сообщениях ты звучала расстроенной.

— Да, я уже была готова порвать кого-то, — Дилан собрала свои длинные чёрные волосы в небрежный пучок. На огромных экранах по залу шёл Супербоул. — Это из-за твоей мамы? Она в порядке на новом экспериментальном лекарстве?

Калла и Дилан были моими лучшими подругами. Настоящие поправительницы корон. Я познакомилась с ними через Тейта, который дружил с их мужьями. В отличие от Тейта, мои подруги и их мужья были на удивление нормальными и, к тому же, очень приятными.

Муж Кэл, Роу, например, — шеф-повар с мишленовской звездой. Он открыл это заведение в Нью-Йорке специально для жены, чтобы у неё было место, где можно поесть любимые рыбные палочки с картошкой фри в любое время. Здесь также предлагали изысканное суши, которое мы с Дилан как раз и ели.

Вокруг нас люди вскочили с мест и заорали — видимо, кто-то забил очко. Я ничего не понимала в американском футболе. По правде говоря, его вообще не следовало так называть — они же в основном руками играли.

— Нет, дело не в маме. Она в порядке, спасибо, — устало улыбнулась я.

Доктор Штульц сказал, что они проводят когнитивные и физические тесты перед началом курса и сейчас ждут результаты. Наверное, отсутствие новостей — это хорошие новости.

— Ты же знаешь, что всегда можешь попросить нас присмотреть за ней или составить компанию, если на работе завал, — сказала Дилан.

— Знаю, — я отпила «Куба либре». — И то же самое касается вас обеих. Если когда-то понадоблюсь — я рядом.

— Дружба — это не обмен услугами, — заметила Кэл. — Иногда ты будешь нуждаться в нас больше, чем мы в тебе. Ты была с Дилан, когда её дочь похитили, и она переживала паническую атаку. Мы не считаем, кто кому и сколько помогает. Мы просто хотим, чтобы ты была счастлива.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Мы попытались подозвать официанта, но начался перерыв в игре, и все посетители разом начали заказывать. Полный хаос: полупьяные фанаты пытались привлечь внимание персонала, пока Дилан не встала на кожаную скамейку и, сложив ладони рупором, не прокричала:

— Кто-нибудь, обслужите этот стол, или все будете уволены. Калла Касабланкас в здании.

Не прошло и десяти секунд, как к нам подскочила целая армия официантов с новыми порциями суши и коктейлями.

Я дождалась, пока они уйдут, прежде чем заговорить снова. Не было хорошего способа рассказать подругам, что я скоро выйду замуж за мужчину, чью вуду-куклу они подарили мне на последний день рождения. Тем более что я даже не потрудилась потыкать её иголками — сразу бросила в огонь.

— О! Я забыла тебе сказать, — вдруг выпалила Дилан, её лицо засияло. — Мы с Райлендом нашли потрясающее место на ранчо под Нью-Хейвеном. — Она схватила телефон и пролистала галерею. — Там есть конюшня и огромное пространство, чтобы построить для Грэвити площадку. Будем туда на выходные ездить.

— Молодцы. Поздравляю, — искренне сказала я. Грэвити — дочь Дилан. Райленд как раз оформлял её усыновление, и она была центром их жизни.

— Он такой замечательный отец, — Кэл прижала руку к сердцу. — Нет ничего сексуальнее мужчины, который берёт на себя заботу о чужом ребёнке.

— Я бы сказала, что твой мужчина тоже секси, но он мой брат, — Дилан изобразила жест «пальцы в рот».

Я тихо хихикнула, тут же почувствовав, как на душе стало легче. Господи, как же я любила своих подруг.

— Не верю, что Райленд всё-таки тебя уломал, — я покачала головой. — Кэл говорила, ты была против любых отношений до крайности.

— Чистая правда. И знаешь, я всё ещё не чья-то «тихая гавань»… — Дилан обхватила губами две коктейльные трубочки, отпивая свой коктейль «Сальвадор Дали». — Но для него я подпишу договор о взаимной терпимости.

Тейт будет ужасным отцом, мрачно подумала я. Совсем не как мой папа. Не то чтобы у нас когда-то могли быть дети.

Я пообещала себе быть максимально невыносимой, чтобы он захотел избавиться от меня.

— Так что там у тебя за SOS? — Дилан вернула внимание ко мне.

Я вытерла потные ладони о платье.

— Да, в общем… знаю, это немного шокирует, но…

— Джиа! — Дилан чуть не поперхнулась коктейлем. — О боже… да что за хрень?

Она ткнула пальцем в телевизор. Я резко обернулась к экрану над нашими головами, не понимая.

— Охренеть! — Кэл зажала рот ладонью. — У меня сейчас сердце встанет.

Кровь застыла в моих жилах.

Тейт снова это сделал.

Он опередил меня.

На экране крутился рекламный ролик с участием одной из самых желанных голливудских «икон стиля» — безупречной, в дизайнерской одежде и с идеальным макияжем. Она поздравляла третьего самого богатого человека в мире, Татума Блэкторна, с помолвкой с Джиа Беннетт. Реклама была для престижного ювелирного магазина.

«Выбери элегантность. Выбери роскошь. Выбери вечное совершенство. Выбери Citoyenne. В конце концов, — Клэр Ларсен по-кошачьи проплыла вдоль рядов сверкающих украшений, одетая в столовую салфетку, которая, видимо, должна была сойти за белое платье. — Тейт Блэкторн, самый умный человек в мире, купил кольцо для своей невесты именно здесь».

На экране появилось сфабрикованное изображение, где мы с Тейтом сидим вместе, а моя рука лежит у него на коленях. Это была склейка из двух фотографий: одной, где я сижу рядом с отцом и улыбаюсь на каком-то мероприятии, и другой, где Тейт запечатлен на свадьбе Кэла и Роу.

Он сфотошопил ваше совместное фото, где вы выглядите счастливыми и влюблёнными, кричал мой разум. Вот как ты рискуешь стать героиней одного из подкастов Кэл о настоящих преступлениях, как женщина, которую расчленили на куски и нашли в холодильнике её мужа.

Этот уровень токсичности я даже не хотела исследовать.

Все взгляды обратились ко мне.

Ларсен завершила рекламу на «Супербоуле» словами: «Ювелирные украшения Citoyenne: ведь если их носит будущая миссис Блэкторн, то должны и вы».

В ресторане воцарилась гробовая тишина. И Кэл, и Дилан смотрели на меня с разинутыми ртами.

Дилан пришла в себя первой после выходки Тейта… его «тейтства».

— Я просто… я… — Её челюсть отвисла. Она закрыла её. И та снова отвисла. — Ты же его ненавидишь.

Кэл выглядела так, будто вот-вот расплачется. — Это… это то, что ты хотела нам рассказать?

Я кивнула, а моё сердце опустилось на самое дно желудка.

— Скажи, что это шутка, Джи, — Кэл закрыла рот рукой.

Я покачала головой, сдерживая слёзы. — Это правда.

— И ты… ты согласилась на это? — Дилан сглотнула. Её глаза блестели.

Я медленно кивнула. — Я согласилась.

— Но… почему?

— Всё сложно, но… да, — я прикусила нижнюю губу. — Это правда.

— Он купил рекламу на Супербоуле, чтобы объявить о вашей помолвке, — воскликнула Дилан, пытаясь прийти в себя и разрядить обстановку. — Это так чересчур и так в духе Тейта. Либо это, либо он обмочился бы тебе на ногу в Мэдисон-Сквер-Гарден и лаял бы на каждого мужчину, который бросал на тебя взгляд.

— Спасибо за эмоциональную поддержку, — я разгладила салфетку на коленях, выпрямившись.

— Так… — Кэл неуверенно огляделась. — Как это произошло?

— Мы заключили сделку, — я прочистила горло. — Он помог мне устроить маму в ту программу, а я взамен должна притворяться его любящей женой. Он хочет разрушить мою жизнь.

— Я почти уверена, что он хочет разрушить твою матку, — прищурилась Дилан. — Он всегда был неравнодушен к тебе.

— Это чушь. Он меня ненавидит, — застонала я, уронив голову на скрещенные руки на столе. — Он только что перевёл меня в отдел кадров, и теперь я должна увольнять людей, чтобы зарабатывать на жизнь.

— Другого выхода нет? — Дилан побледнела.

Я покачала головой. — Программа, в которую приняли маму… — остальное я предоставила их воображению.

Глаза Кэл потеплели. — Мне так, так жаль.

После секундной тишины Дилан снова заговорила. — То есть… он же супербогат, красив и буквально помешан на кислороде, которым ты дышишь…

Я нахмурилась. — Он мне даже не нравится…

— Ты сказала мне, что «сложишься» перед ним, как дешёвый шезлонг, — Дилан подняла ладонь, чтобы остановить меня. — Помнишь? На свадьбе у Аликс.

— Это не считается. Я была пьяна, — возразила я.

— Пьяные признания всегда правдивы.

Я взяла бумажную салфетку, скомкала её и бросила в Дилан. — Ну и что, что он горячий? Он всё равно задира. — Я почувствовала, как на моём лице появляется улыбка. Наверное, это из-за алкоголя. И из-за усталости, которая навалилась на меня из-за переживаний о маме.

— Ты уже спала с ним? — Дилан пошевелила бровями. — Он приходит лавой? Ядом? Смолой? Спрашиваю для подруги.

— Нет, — выпалила я, прыснув со смеху. У Дилан была удивительная способность находить что-то весёлое даже в самых мрачных моментах. — Но я переехала в его чёртову квартиру в рамках нашей сделки. Я стараюсь изо всех сил избегать его. Я даже купила индивидуальные стаканчики с сухими завтраками и воду в бутылках, чтобы выжить в своей комнате.

Я не могла рисковать столкнуться с Тейтом на кухне. Не с тех пор, как чуть его не поцеловала.

— Погоди, он разве не трижды разведён? — Дилан пожевала край картофеля фри. — Не волнуйся так. По всем имеющимся данным, этот брак закончится раньше, чем просрочится банка чечевичного супа.

— Эти банки годны лет десять, — я нахмурилась, глядя на двух своих подруг.

— Не переживай. Мы подойдём к нашим мужьям и надавим на них, чтобы они убедили Тейта всё отменить, — пообещала Дилан.

Кэл кивнула, задумчиво покусывая нижнюю губу. — Роу и Райланд оба ведут с ним дела. Он не захочет ставить под угрозу свой бизнес ни из-за чего. Ты же знаешь, для него бизнес всегда на первом месте. Давай испробуем все варианты, прежде чем паниковать.

Я сглотнула, кивая. Тейт обычно ставил потребности своей компании на первое место, но он также был непредсказуемым, безумным королём, правящим империей из шипов. Пироманом с декадентским вкусом к разрушению.

И он был твёрдо намерен разрушить меня.

— У него, должно быть, уши горят… — Кэл кивнула в сторону моего телефона. На экране высветилось имя Тейта.

Подавив стон, я взяла трубку. — Что тебе нужно?

— Для начала, сговорчивая невеста.

— Боюсь, с этим у меня напряжёнка. Что-нибудь ещё?

— Спускайся вниз. Нам нужно примерить кольцо.

Откуда он знал, что я с друзьями? Он следил за мной? От этой мысли по коже поползли невидимые пауки.

— Дай угадаю, ювелирный Citoyenne? — протянула я.

— Отлично, значит, ты смотришь игру. Кто выигрывает?

— Твоё эго.

— Ничего удивительного. Она огромна. В футболе размер имеет значение. Поторопись.

— Какое волшебное слово? — у меня всё равно не было аппетита. К тому же мне не терпелось, чтобы Кэл и Дилан поскорее вернулись к своим партнёрам и попытались разрядить ситуацию.

— Немедленно? — попробовал он.

Я закатила глаза. — Нет.

С другого конца провода донёсся получеловеческий, полудикий рык.

— Ну? — нежно подыграла я. — Волшебное слово?

— Абракадабра.

— Попробуй ещё.

— Алаказам?

— Нет.

— Фокус-покус? Сезам, откройся? Даймон? Вуаля? Сим-салабим? Фиделио? Это сильно зависит от эпохи и культуры. Немного подсказок не помешало бы.

О боже. Он не… Неужели он не мог…

— Ты не знаешь, какое волшебное слово, Тейт, да? — выдохнула я.

— Не говори глупостей. Я знаю всё. На каком это языке? — фыркнул он.

— На английском, — медленно произнесла я. — Это «пожалуйста». Волшебное слово — «пожалуйста». Ты никогда его не использовал?

Тишина. А потом: — Уверен, что использовал, раз или два.

— Что ж, рада быть первой. Попроси меня по-хорошему.

Теперь вся его жизнь будет такой. Я собиралась создавать препятствия и быть невыносимо сложной, пока не выбью из него всю охоту жить.

— Пожалуйста, — саркастично произнёс он. — Спускайся вниз.

— Прошу прощения, но мне нужно, чтобы моё эго высосал вурдалак, за которого я выхожу замуж, — я встала, прощаясь с подругами.

— Эй, лишь бы это было единственное, что он высосет, — Дилан подняла свой коктейль в воздух, приветствуя меня. — Не волнуйся, девчонка. Мы всё уладим.

Я спустилась на лифте. О да. Я собиралась выполнить свою часть сделки, но не собиралась быть милой. Я взяла на заметку все те вещи, которые Тейт во мне ценил, и позаботилась о том, чтобы спрятать их.

Вот почему я знала, что у него случится сердечный приступ, когда он меня увидит.

Я вышла на морозную улицу и тут же заметила «Феррари Пуросангве» Тейта. Она была того же оттенка серого, что и его глаза. Он припарковался посреди улицы, блокируя движение. Я поспешила к заднему сиденью и распахнула дверь, с удивлением осознав, что он сидит на водительском месте, а не Айвен.