— Ещё что-нибудь? — встал он, протягивая мне папку с комментариями.

Я выхватила её из его пальцев. — Нет.

— Отсканируй это и пришли обратно, чтобы я мог передать юристам. Я жду у лифта. Поздравляю с профсоюзом.

В комнате раздались аплодисменты. Как только он вышел, все кинулись обнимать и поздравлять меня.

— Это будет настоящим переломом! — Монника из службы поддержки буквально плакала.

— Не могу поверить, что он согласился, — Джордж, старший бухгалтер, сжал мне плечо. — Наконец-то у меня появится время на операцию и физиотерапию.

— Я не осознавала, что у тебя он так на коротком поводке, — Мариам задумчиво прикусывала нижнюю губу, скрестив руки. — Это… впечатляет.

— Правда, — Триша надулa губы. — Я думала, что язык любви Тейта — это игнор. Он не казался тем типом, кто делает приятные вещи. Даже для жены.

— А то, как он уволил Ребекку, — Мариам взмахнула веером. — Тебе достался настоящий трофей.

Когда я встретила Тейта у лифтов, он не отрывал взгляда от цифрового табло, продолжая игнорировать моё существование.

— Пару недель назад ты заставлял меня увольнять людей ради жизни, — тихо сказала я. — А теперь позволил мне создать профсоюз. Почему такая перемена?

— Во-первых, у меня нет сердца. Это не изменилось, — он опустил взгляд и натянул кожаные перчатки. — Во-вторых, я нашёл замену своему хобби раздражать тебя.

— И что это?

— Заставлять тебя кончать на мой язык, — спокойно ответил он, игнорируя наших телохранителей.

Энцо низко свистнул, наклонив голову, а Филиппо подшутил, толкнув его локтем.

— Эти два не идут рука об руку. Нужно было выбрать одно, — продолжил Тейт. — Я выбрал вагину.

— Нет, ты выбрал исчезнуть на пять чёртовых дней.

— У меня были свои причины.

— Верно. Дела в Европе, и…? Почему ты был в Хэмптонах?

Он насмешливо посмотрел на меня. — Ты прекрасно знаешь, зачем я там был и почему ты не могла поехать.

Он убил третьего и последнего мужчину.

Он отомстил за своего отца.

И это… как-то даже радовало меня за него. Я надеялась, что он нашёл своё завершение.

— Куда мы едем? — спросила я.

— Встретиться с Каллаханами, — он стряхнул невидимую пыль с костюма. — И с Феррантами, конечно.

— Перемирие? — с надеждой спросила я.

Двери разъехались. Мы вошли, за нами последовали телохранители.

Опасная улыбка играла на его лице. — Пленение, дорогая.

ГЛАВА 33

ТЕЙТ

— Почему ты тащишь меня в логово львов? — Джиа нарушила тишину на заднем сиденье моего Range Rover, пока Айвен катил нас по улицам Бруклина.

— Если бы ты осталась на работе, Каллаханы поняли бы, что меня рядом нет, и сделали бы ход.

— Эту чушь нужно остановить. Я боюсь, — призналась она, тянувшись к браслету, но вспомнив, что его больше нет.

— Тебе нечего бояться. Тирнан знает, что я сделаю с его сестрой, если он хоть косо на тебя посмотрит.

— Ты бы ранил женщину, чтобы отомстить кому-то? — Она повернулась ко мне, ошарашенная.

— Эй, это вы сами были одержимы идеей равного отношения, — спокойно ответил я.

На самом деле я мог бы устранить Нэша Мура за две, три, даже пять недель, когда между мной и ирландцами не было такого накала. Но мне нужен был повод уйти от неё.

Преимущество, чтобы не скатиться обратно в её постель и снова не утонуть в её глазах.

Я поклялся в день смерти Аполлона никогда больше не любить и сдержал обещание даже с Дэниелом. Джиа не разрушит мой идеальный рекорд.

Машина остановилась у склада. Мы выбрали нейтральное место для встречи, а Ферранте предложили выступить посредниками за скромную плату — 10 тысяч долларов с каждой стороны. Это была территория Каморры, значит, никто сегодня не собирался убивать.

По крайней мере, не сегодня ночью.

Как только мы с Джиа подошли к двери, двое громил из Каморры конфисковали наши телефоны и тщательно обыскали меня. Когда они повернулись к Джиа, чтобы сделать то же самое, я улыбнулся вежливо:

— Коснешься её — и я сломаю тебе трахею, превратив её в устойчивую кофейную трубочку.

— Оставь её в покое, Примо. — Ахиллес появился у входа в привычном элегантном черном костюме. Жаль лицо, потому что стиль у него был безупречен. Он жестом пригласил нас внутрь. — Каллаханы уже здесь.

Мы прошли через огромное открытое пространство к боковой двери, ведущей в подвал. Я крепко схватил Джиа за запястье. Она переплела пальцы с моими и начала постукивать указательным пальцем по тылу моей руки в знакомом ритме.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

В спине пронзила паника, сменившаяся мгновенным оргазмическим облегчением.

Она знает.

Она понимает.

Она сотрудничает.

Она успокаивает.

Мои мышцы расслабились. И в тот момент я нуждался в ней сильнее, чем в чем-либо ещё в своей жизни.

В конце лестницы была слабо освещённая комната с длинным столом, встроенной мини-кухней и лампой над столом. За столом сидели Велло, Лука, пожилой ирландец, Тирнан и Тирни. Я узнал близнецов. У них были темно-красные волосы, почти радиоактивно-зелёные глаза и острые хитрые черты лица.

Лука быстро представил всех. Пожилой мужчина — Тайрон, отец близнецов и отставной босс. Насколько я понял, Тирнан взял власть на себя некоторое время назад. Мы все сели.

— Вижу, сестру привел, — сказал я, зажигая сигарету.

— По той же причине, по которой ты привёл жену, — холодно произнёс Тирнан. Его взгляд мог бы заморозить солнце.

— Потому что хочешь потом её угостить, обожрать и трахнуть? — я поднял бровь.

Энцо издал корродированный смех.

— Эй, без осуждения. Я человек с развратными вкусами. Делай что хочешь, дружище.

Взгляд Тирнана говорил о катастрофическом старте. Отлично. Моя стратегия на сегодня — показать им, что переговоров не будет. Каждый их солдат, кто убил моего отца, заслуживал смерти. И любой, кто встанет у меня на пути, получит подобную судьбу.

— Тейт, — спокойно произнёс Тирнан.

— Тирнан, — искренне ответил я.

— Насколько тебе нравится твоя средиземноморская яхта?

Мои глаза сузились в щёлки. — Нет.

Неужели он коснулся Урани? Я владел ею всего три года.

— Да, — Тирнан строго цокнул. — Знаешь, многие свидетели фотографировали. Очень зрелищно — наблюдать, как суперъяхта сгорает дотла в открытой воде. — Он ткнул телефоном, оживил экран и кинул его через стол мне. — Вот. Я оставил это как сувенир.

Ублюдок.

И ублюдок, который стоил мне двести миллионов долларов.

— Блэкторн, — вмешался Тайрон. — Ты убил пятерых наших людей.

— Бу-факен-ху, — я откинулся на спинку и скрестил руки. — Без помощи семьи Ферранте я бы не справился.

Тирнан пронзительно посмотрел на Луку и Ахиллеса.

Ахиллес пожал плечами:

— Эй, бизнес есть бизнес. За правильную цену я могу сделать из тебя фрикадельки. Съесть тоже. Кстати… — Он достал сигарету губами и зажёг её. Указал курящей рукой на Тирни: — Я всегда хотел узнать, банши, совпадают ли ковёр и драпировка?

Джиа поперхнулась рядом со мной.

— Так как ты никогда не будешь приглашён в дом, — спокойно ответила Тирни, — тебе придётся унести эту тайну в могилу.

Ахиллес сиял, радуясь вызову.

— Никогда не говори «никогда». И я не собираюсь умирать пока.

— Уверен? — Тирни подняла бровь. — Потому что я рада протянуть руку помощи.

— Я точно знаю, где хочу эту…

— Дай знать, когда закончишь флиртовать, — я провёл языком по верхним зубам. — Без давления. Подожду.

— Слушай, Блэкторн, ты нам не нужен как соперник, — Тайрон прочистил горло. — Нет ни территориальных, ни финансовых споров. Но отпустить тебя целым — это ужасный сигнал нашим врагам.

Велло кивнул в знак согласия.

— Тогда что ты можешь нам предложить? — спросил Тайрон.

После того как они сожгли мою яхту?

— Могу предложить убирайся к чёрту, — я зажёг сигарету. Даже это было щедро. — Смотри: трое, которых я убивал, убили моего отца в тюрьме и заслужили медленную, жестокую смерть, которую я им дал. Последние двое — случайные жертвы за посягательство на жену. И я здесь, чтобы сказать вам: если будете продолжать атаковать её, у вас не останется солдат. Не хотите, чтобы я начал отвечать и преследовать вашу драгоценную жемчужину. — Мой взгляд остановился на Тирни. Она, к её чести, не дрогнула.

Тирнан встал, впечатляющего роста, разбил виски на краю стола, проявляя небрежность, и ткнул осколком мне в горло, нависая над столом. Несмотря на насилие, он был спокоен:

— Следи за своим языком, когда говоришь о моей сестре. Не хочу потрошить тебя, как рыбу, на глазах у жены.

Нет, он этого не сделает. Он, вероятно, получит извращённое удовольствие.

Я равнодушно посмотрел на него:

— Слухи верны. Ты злой, бесполезный пьяница. Какой клише.

— Садись, пока я не вставил тебе пулю в череп, — Ахиллес указал на Тирнана сигаретой. — Я единственный с заряженным оружием и не потерплю угроз моим гостям на моей территории, да ещё с осколками двухсотдолларового стакана.

Тирнан медленно сел, дразня, не отрывая глаз.

Я заметил тревожный взгляд Джиа. Всё шло не так, как она надеялась.

— Блэкторн, — Велло повернулся ко мне. — Прекрати тратить время. Ты убил пятерых их солдат меньше чем за пять месяцев. Понятно, что они хотят компенсацию.

— Они сожгли мою яхту.

— Ты застрахован через свою задницу, — сухо сказал Лука. — Дай им что-то, с чем можно работать.

— Лучшее, что я могу сделать, — это оплатить этому ублюдку тут за то, чтобы он размял член в какой-нибудь дешевке, — я указал на Тирнана своей сигаретой. — Может, это его раскрепостит.

— Кто бы мог подумать, что всё, что Тейту нужно, чтобы найти чувство юмора, — это мегаломаньяк из ирландской мафии? — радостно сказал Энцо, вырезая ножом череп на столе. — Он сегодня просто смешной.

Тирнан играл с осколком стекла в руке, на губах играла маленькая улыбка.

— Мы забираем твои три грузовых корабля. Те, что пришвартованы здесь, в Бруклине, — решительно предложил Тайрон. — Они нам нужны для перевозок. Они достаточно старые, чтобы тебе это не стало финансовым ударом, и мир будет восстановлен.

— Ты что, с ума сошёл, Да? — Тирнан пронзил его взглядом. — Он должен дать нам место в совете GS Properties и отсос за наши хлопоты.

Я знал, что любой разумный человек принял бы предложение Тайрона. Но я не был разумным. И уж точно я не собирался отпускать его сына после того, как тот пытался похитить мою жену. Дважды. Дело уже не было в убийцах Даниэля. Дело было в Джиа. Я хотел, чтобы они знали: никто не трогает мою жену.

— Вы получите ни хрена, — протянул я. — Я плохо реагирую на давление со стороны.

— Мы ходим по кругу. — Лука затушил сигарету в пепельнице и тут же зажёг новую. — Тирнан, Тайрон — Блэкторн не уступит. Я знаю этого человека. Он гибкий как трёхдневный труп.

— И такой же обаятельный, — добавил Ахиллес. — Делайте с этой информацией что хотите. Но это его лучшее и последнее предложение.

— Его лучшее и последнее предложение — это ничто. — Тирнан зевнул, и мне показалось, что он такой же безумный ублюдок, как Ахиллес. Две капли в одном испорченном горшке.

— Неверно. — Я затушил сигарету. — Альтернатива — война, и поверьте, вы туда не хотите. Срежьте убытки. Идите дальше. Никогда не приближайтесь к моей жене. Отличная сделка.

Тирнан приподнял бровь. — Ты не выиграешь, Блэкторн. Чего мне не хватает в ресурсах, я компенсирую жестокостью. Я не буду первым моргать.

— Зачем ты пришёл сюда, если не хотел заключать какую-то сделку? — Тайрон обратил внимание на меня. Он не был таким вспыльчивым, как его сын. В другой жизни мы могли бы ладить.

— В основном, чтобы разозлить твоего сына. — Я пожал плечом. — Посмотреть поближе, куда я хочу ему воткнуть нож. Он носит сердце на рукаве, и если не будет осторожен, это сердце станет чучелом в моей хижине в Стейндропе.

Конечно, я лгал.

У меня не было хижины в Стейндропе. Это было дерьмо.

У меня была хижина в Вермонте, и мне действительно нужно было украсить эту деревянную стену.

Тирнан снова встал и наклонился через стол, наши лица оказались в дюйме друг от друга. Его глаза блестели безумием. Танцующая в них жестокость говорила мне, что он худший тип криминального босса. Такой, который видит убийство как цель, а не как средство.

— Хочу прояснить одну вещь. — Он понизил голос до шепота, пальцы разложил на столе. — Если ты уйдёшь отсюда, не дав нам уступки, чего-то, что оправдает наши усилия, я пойду за тобой и всем, что тебе принадлежит. Это не угроза, Блэкторн. Это обещание.

Я медленно встал, растягивая момент. Все глаза были прикованы к нам.

— Делай что хочешь, Каллахан. Я отвечу тем же. Пусть победит сильнейший.

ГЛАВА 34

ТЕЙТ

Мне было восемнадцать, когда я снова проверил, что с Андрином. К тому времени я уже не был тщедушным, неловким Габриэлем Доу. Я был Тейт Блэкторн, звезда лакросса, любимец Гарварда, таинственный сын магната недвижимости, вундеркинд, самый красивый Прекрасный Принц в светской хронике Нью-Йорка.

Быстрый поиск в Google был достаточен, чтобы узнать судьбу Андрина, и это было совсем не то, чего я ожидал.

Через три месяца после того, как я ушёл из пансиона, Андрин нашёл свою смерть в подозрительно несчастном лыжном несчастном случае. Подозрительно — потому что ублюдок не катался на лыжах. Тем более, что его смерть вызвала не травма. В статье говорилось, что он съехал с трассы на уединённую вершину, где его растерзали дикие животные. Смерть, как предполагалось в статье, была медленной и мучительной и заняла три или четыре дня. Его тело — или то, что от него осталось, — было найдено лишь через пару месяцев.

Странным было и то, что в руках у него нашли чёрный шип.

На покрытых снегом вершинах гор не было никаких растений или кустов.

Мне не нужно было спрашивать об этом Даниэля. Я знал.