Следом за ней вылезла вторая.

Словно соревнуясь, кто первым полакомится свежим мясом, они одновременно бросились на нас. В последний момент обе твари растянулись в прыжке, но от собственной жадности столкнулись в воздухе и сцепились, помешав друг другу. Это позволило нам вовремя разойтись в стороны, уходя из-под удара.

Монстры пролетели мимо, скрежеща когтями по полу, и тут же развернулись, злобно рыча друг на друга. Они уже приготовились к новой атаке, когда над ними нависла тень голема.

Тяжёлые каменные кулаки стража обрушились вниз. Раздался хруст костей и влажный шлепок — монстры превратились в окровавленное месиво.

— Отлично! — обрадовался Арах.

Гоблин с нескрываемым восхищением задрал голову, разглядывая забрызганные кровью каменные кулаки стража.

Похоже, он уже представил, как голем будет расчищать нам дорогу до самого выхода на поверхность. С такой мощью за спиной весь поход превратится в лёгкую прогулку.

— Достигнута граница сектора. Дальнейшее сопровождение невозможно, — бесстрастно отчитался голем и замер ровно под центром арки, тем самым похоронив надежды Полуухого.

Глава 18

Я успел углубиться в новый зал всего шагов на десять, не больше, когда тишину подземелья нарушил странный звук.

Это был едва уловимый шелест, похожий на трение сухой кожи о холодный камень. Я замер и, затаив дыхание, подал сигнал остальным. Теперь, когда топот наших собственных ног стих, я отчётливо различил ритмичный стук — цоканье когтей по каменным плитам.

Я медленно повёл факелом из стороны в сторону.

Оранжевое пламя испуганно металось и трепыхало на небольшом сквозняке, выхватывая из темноты лишь неровные выступы стен. Кто бы ни издавал эти звуки, он оставался невидимым, мастерски сливаясь с тенями.

Медлить было нельзя. Чтобы освободить руки, я аккуратно положил факел на пол перед собой. Теперь его свет создавал перед моими ногами зыбкий круг безопасности. Я поудобнее перехватил рукоять меча, ощущая его привычную тяжесть обеими руками.

— Арах! — не оборачиваясь, позвал я гоблина.

Тот среагировал мгновенно, будто только и ждал знака. Он рывком подскочил к Талли, перехватил её факел и, сделав короткий разбег, метнул его в глубину зала.

Фууууух!

Выдохнуло пламя, когда палка закрутилась в воздухе. Факел описал яркую дугу и с глухим стуком ударился о камни далеко впереди. Его свет тут же вырвал из темноты две приземистые фигуры. На мгновение ослеплённые твари зажмурились, ощёрились и раздражённо защёлкали зубами.

Одна из тварей, фыркая и прикрывая морду когтистыми лапами, начала пятиться. Казалось, яркий свет причиняет ей почти физическую боль. Она быстро скрылась за границей освещённого круга, но её сородич оказался куда агрессивнее.

Монстр припал к земле и рванул на меня, а затем, когда между нами оставалось не больше трёх шагов, резко оттолкнулся от пола.

К прыжку я был готов.

Меч описал короткую дугу. Клинок прошёл сквозь плоть почти без сопротивления, и я лишь слегка качнулся в сторону, позволяя разрубленной туше пролететь мимо.

На меня не попало ни единой капли тёмной крови.

— Назад! Возвращайся, нэк! — властно скомандовал учитель, как только останки монстра с влажным шлепком повалились на камни.

Я подхватил свой факел и, не поворачиваясь к темноте спиной, начал медленно отступать под свод арки.

— Не будем торопиться, поищем другой проход. Должны быть и иные пути на поверхность, — рассудительно произнёс старик. — От орка мы избавились, так что в спешке больше нет нужды. Рисковать понапрасну не стоит.

Я был полностью согласен с учителем.

Прежде чем снова искушать судьбу в неизвестности, следовало восстановить силы. И лучше всего было сделать это под неусыпным взором каменного стража, в месте, которое дарило нам хоть какую-то призрачную надежду на безопасность.

Мы начали спуск, оставив позади место недавней схватки.

Лестница была широкой и пологой, явно спроектированной не только для пеших переходов, но и для перевозки тяжёлых и довольно габаритных грузов.

Каменные ступени, за века истёртые до зеркальной гладкости, тускло отблескивали в свете наших факелов. Шаги гулко отдавались в пустоте пролётов, и это эхо, казалось, уходило глубоко вниз, в самое чрево горы.

Карст следовал за нами.

Невероятно огромный, он двигался с пугающей точностью. Каменные ступни ложились на гранит без единого лишнего звука, если не считать сухого скрежета.

У развилки очередного пролёта голем внезапно замер.

— Достигнута граница сектора, — его голос, лишённый интонаций, пророкотал под сводами, заставив пыль посыпаться с потолка. — Дальнейшее продвижение запрещено.

Зуг’Гал даже не замедлил шаг. Он лишь коротко бросил через плечо:

— Стой и жди, нэк.

— Принято. Ожидаю, — отозвался механизм, мгновенно превращаясь в часть интерьера.

— Разве мы не собирались отдохнуть? — заискивающе спросил Арах.

— И собираемся. Но сперва проверим, не вызовет ли наше соседство у кого-нибудь необузданное чувство голода, нэк.

Весьма здравая мысль. Голем это безусловно хорошо, но полагаться только на него однозначно не стоило. Где гарантии, что он не превратится в самый неподходящий момент в обычную каменную статую?

Мы прошли ещё один пролёт, и отсутствие тяжёлой поступи гиганта за спиной заставляло немного нервничать.

Новый ярус разительно отличался от жилых этажей. Здесь потолки стали ниже, а проходы шире, превращаясь в бесконечные ряды цехов. Вдоль стен тянулись массивные каменные верстаки. Под ногами хрустел уголь, перемешанный с обломками корзин.

Обшарив ближайшие окрестности, мы повернули обратно и вернулись к голему.

— Здесь и заночуем, — Зуг’Гал остановился в просторном зале с двумя выходами.

Обзор был хорошим, а стены сходились достаточно близко, чтобы не чувствовать себя беззащитными на открытом пространстве. В углу виднелись остатки древнего очага — куча рыжего кирпича от обвалившегося дымохода.

— Талли, доставай котелок, — распорядился старик, пристраивая свой посох у стены. — Пора готовить, нэк.

Девушка нехотя развязала ремни сумки и заглянула в бурдюк.

— На кашу воды ещё хватит, но тогда завтра нам нечего будет пить. Совсем нечего.

— Займись готовкой, — надавил голосом старик. — В любом случае кто-то должен сходить и восполнить наши запасы воды.

Арах, уже успевший пристроиться у входа, раздражённо фыркнул. Он демонстративно вытащил кинжал и принялся изучать лезвие, всем своим видом показывая, что его кандидатура даже не обсуждается.

— Менос, — старик посмотрел на меня. В его взгляде не было просьбы, а только констатация факта.

Я вздохнул.

— Может вместе сходим? — мне не хотелось разделяться в таком месте.

— Стража с собой возьми, нэк, — отмахнулся старик.

— Учитель, а вы? — удивился я такой щедрости со стороны гоблина.

— На верхнем этаже мы были, нижний тоже проверили, — пожал он спокойно плечами. — Если здесь что-то и есть, то ты его встретишь первым.

Я обернулся к застывшему в пролёте голему.

— Может он всё-таки знает где…

— Бесполезно, — хмыкнул наставник и протянул мне медальон. — Но если хочешь, можешь попытаться.

— На этом ярусе есть источник воды? — я на всякий случай поднял «ключ» перед собой, чтобы голем не проигнорировал меня.

— Информация отсутствует.

— Где здесь ближайший колодец?

— Команда не распознана, — вновь пророкотал он.

Я махнул рукой. Добиться от этой каменюки чего-то, выходящего за рамки его охранных протоколов, оказалось абсолютно невозможно.

— Фонтан, резервуар или сточная жила тут есть обязательно, — уверенно произнёс Зуг’Гал, подходя ближе. Он указал рукой на ряды печей в соседнем зале. — Когда здесь работали мастера, тут стоял жар, как в пекле. Вода точно есть, иначе гномы попросту не смогли бы долго работать, валясь с ног от обезвоживания, но они и не стали бы тратить силы и время на беготню к верхним этажам, чтобы попить.

Я перехватил факел и шагнул в темноту.

Стоило отойти на тридцать шагов, как негромкие голоса Талли и Араха растворились. Несмотря на присутствие голема, тишина здесь стала иной.

Иногда я останавливался и прислушивался.

Мой факел тихо потрескивал. Капли смолы иногда срывались с древка, шипя на холодном полу, и этот звук казался оглушительным. Я шёл по левому коридору, туда, откуда чувствовал слабый сквозняк.

Пламя факела послушно вытягивалось в сторону движения воздуха.

Стены здесь были испещрены глубокими нишами. В одних стояли каменные чаны, давно высохшие до меловой белизны, в других тянулись бронзовые желоба, покрытые ядовито-зелёным налётом. Когда-то здесь шумела вода, питая мастерские, но сейчас всё это выглядело мёртвым.

Коридор плавно пошёл вниз.

И тут запах начал меняться. К затхлости и старой гари примешалась едва уловимая, сырая прохлада. Это ещё не была вода, но её присутствие уже ощущалось.

Проблема в том, что на пути возникли врата. Они были распахнуты настежь, но голем отказался через них проходить. Опять граница.

Я остановился и прислушался.

Кап…

Кап…

Кап…

Звук повторялся с равными промежутками времени.

— Стой и жди!

— Принято, — отозвался Карст.

Я прошёл в арку. Спустя несколько минут блужданий во тьме, снова остановился и прислушался.

Кап…

Кап…

Кап…

На этот раз капель прозвучала ближе, и я пошёл, ориентируясь на звук.

Коридор вывел меня к ещё одной арке, ведущей в небольшой зал с провалившимся потолком.

В центре образовалось подобие естественного колодца, по стенам которого тянулись тёмные потёки. Внизу, среди нагромождения щебня и обломков, что-то блеснуло, поймав отсвет моего пламени.

Я начал спускаться, когда подошва скользнула по влажному мху, и я едва не свалился. В углублении между двумя плитами скопилась вода. Чёрная, как смола, она казалась застывшим зеркалом. С потолка медленно, раз в несколько секунд, падали тяжёлые капли.

Круги лениво расходились по поверхности, разбивая моё отражение. Я выдохнул, чувствуя, как уходит напряжение. Старик оказался прав — я нашёл воду.

Я положил меч и только собирался скинуть с плеча котомку, чтобы достать пустые бурдюки, когда поверхность лужи странно дрогнула. Это не было падением капли сверху. Вода вспучилась изнутри, словно нечто медленно поднималось со дна.

В глубине сквозь толщу воды проступил смазанный силуэт. Секунду спустя из воды бесшумно, без единого всплеска, выдвинулась узкая морда, лишённая ноздрей и глаз.

Тварь была слепая, поэтому я начал тихо пятиться.

Медленно, по миллиметру, стараясь не разрывать контакт подошвы с поверхностью. Я старался переносить вес так плавно, будто стоял не на скользком мху, а на тончайшем стекле.

И тут боковым зрением я уловил движение.

Сначала это была лишь едва заметная нить. Тонкий бледный отросток поднялся из чёрной воды и замер в воздухе, подрагивая, как волосок. За ним показался второй, третий… Они поднимались без единого всплеска, совсем беззвучно.

Я замер.

Отростки двигались неравномерно и с разной скоростью. Слева два, справа три и ещё несколько тонких усиков скользнули по поверхности воды и поползли в стороны, едва касаясь камня. Они описывали широкий полукруг, методично отрезая мне путь к отступлению.

Тварь не спешила бросаться. Она выжидала, не уверенная, где именно я нахожусь, и постепенно окружала меня.

И только когда бледные нити почти сомкнулись за моей спиной, вода в центре колодца вздулась. Из чёрной глади поднялось тело — студенистое, полупрозрачное, будто вылепленное из сырой глины.

Студенистая морда плавно поворачивалась из стороны в сторону.

Мне с огромным трудом удалось удержать себя и не вскочить, как того требовали инстинкты. Видимо, на то монстр и рассчитывал, полностью показавшись из воды.

Любое резкое движение стало бы приговором.

Сердце бешено колотилось. Каждая пульсация отдавалась в висках коротким ударом молота, и мне казалось, что монстр вот-вот услышит этот ритм.

В любом случае оставаться здесь было нельзя. Даже без шума тварь меня скоро обнаружит.

Я начал осторожно смещать центр тяжести на левую ногу, готовясь развернуться, но именно в этот миг тонкий слой мокрого мха не выдержал и с влажным шелестом соскользнул в сторону.

Шорх.

Звук был тихим, едва уловимым, но в этой мёртвой тишине он прозвучал словно хлёсткий удар плети.

Для твари этого оказалось достаточно.

Бледные щупальца слева и справа вздрогнули в унисон и мгновенно вытянулись, нацелившись точно в мою сторону. Их кончики мелко затрепетали, жадно вылавливая в воздухе последние затухающие вибрации.

Ещё секунда и кольцо захлопнется.

Стараясь не шуршать курткой, я снял с плеча мешок. Ремень едва слышно потёрся о ткань. Я замер на мгновение, выждав паузу, а затем выверенным движением швырнул мешок в сторону, прямо в груду щебня.

Глухой удар о камни разорвал тишину.

Тварь среагировала мгновенно. Все щупальца разом качнулись к источнику шума. Бледные отростки рванули к мешку, сплетаясь в плотный, вибрирующий клубок.

Путь обратно к арке оказался открыт. Не мешкая больше ни секунды, я схватил меч и сорвался на бег.

Позади раздался яростный всплеск. Тварь поняла, что её обманули.

Щупальца взметнулись и ударили в камень там, где я стоял мгновение назад.

Краем глаза заметил, что атака получила неожиданное продолжение. Не замедляясь, отростки отрикошетили от пола и, словно пружины, вновь устремились ко мне.

Остановившись, я крутанулся на месте и рубанул мечом наотмашь. Шесть студенистых обрубков со шлепком повалились к моим ногам. Они сразу начали будто растекаться, стараясь слиться друг с другом воедино.