Утро выходного дня началось для меня с визита начальницы Терес. И, как обычно, проснулся я уже после их появления. Точнее, разбудил меня звук закипающего чайника. Двух полудмонов, чинно сидящих за столом и собирающихся спокойно попить чаю, нисколько не беспокоил спящий в двух шагах человек.

— Доброе утро, — заметив, что я проснулся, сказала Терес. Орудуя кухонным ножом, она деловито нарезала ароматно пахнущую выпечку, намазывая поверх толстый слой масла.

— Доброе, — отозвался я. Стянув одеяло, спустил ноги с кровати, нашаривая сапоги. Рядом практически из-ниоткуда материализовалась Ивейн, со стуком опуская низенький табурет. Поставив на него медный таз, она продемонстрировала кувшин и маленькое квадратное полотенце. — Спасибо.

Ивейн помогла мне ополоснуть лицо, дождалась, пока я оботрусь и вышла из комнаты, прихватив тазик. Я проводил ее задумчивым взглядом, затем пожал плечами и на скорую руку одевшись, присоединился к завтраку. Чайник уже закипел, и пока заваривались травы, Трес поставила передо мной тарелку с бутербродами.

Я бросил взгляд в окно. Дождь, поливавший город всю ночь, иссяк, а тучи понемногу начали рассеиваться. В их разрывах можно было заметить кусочки голубого неба. Слава богам, а то я уже морально устал от такого обилия воды и невыносимой сырости.

— Чем обязан раннему визиту? — начал я, так как асверы не спешили начинать разговор первыми.

— Прошло ровно две недели, — сказала Терес, коснувшись на секунду живота.

— А, — кивнул я, откусывая половину бутерброда. — Нормально фсе. Я прокляфия не вижу и можно считать, что оно ушло. Спасибо, — Терес как раз наливала мне чаю, но рука у нее немного дрогнула и она едва не расплескала его. Я уловил взгляд Рикарды. — Не, не, — поспешил сказать, — повторять этот подвиг я пока не буду. Шибко страшно.

— Объясни, — спокойно сказала она.

— Та штука, которая в вас сидит, допустим, вынуть я ее могу, но вот дальше что? Ее же уничтожить надо, а я этого не умею. Тут или госпожа Грэсия нужна, или… ну, или другой сильный маг. Да и сил отнимает это слишком много. Я…, — я чуть не сказал «понимаю» и скосил взгляд на Терес. — Боюсь сделать что-нибудь не так. Думаю, надо искать способ побороть прок… эту штуку, а не вытаскивать ее насильно. Потому, что копить силы неделю, чтобы исцелить одного человека это слишком долго. И не факт, что болезнь не передастся ребенку. Буду думать, учиться и набираться опыта. Возможно, удастся найти какую-нибудь информацию о том, кто это придумал и как с этим совладать.

На минуту в комнате повисла тишина.

— Догадался, значит, зачем мы пришли, — мягко улыбнулась Рикарда. — Умный мальчик. Да, все верно, я планировала забрать тебя. Теперь вижу, что поторопилась с этим решением.

— Хотите сказать, что все-равно заберете, но позже? — приподнял я бровь.

— Ты даже не представляешь что произошло, что ты сделал. Мы сами не до конца осознаем.

— И, исходя из того, что вы решили пойти против магов, представляю, на что вы готовы ради этого, — подытожил я. — Я своего слова менять не собираюсь. Ну а на ближайшее время есть кое-какие мысли…

— Не спеши, — подняла руку Рикарда. — С этого момента тебе надо быть осторожней. Намного осторожней и не привлекать лишнего внимания. Учись, развивайся, работай с госпожой Диас. Наберись терпения и жди, пока нужные знания не упадут в твои руки сами.

— Хорошо, я постараюсь.

— Решили, — кивнула она, давая понять, что с этим вопросом разобрались. — Свою полезность, считай что, доказал, поэтому разрешаю дополнительные расходы. Все что понадобиться, все пожелания передаешь как обычно, через Терес. А теперь, насчет семейства Блэс. Я бы предпочла, чтобы твое общение с ними было ограничено, но в этом случае пришлось бы ограничить тебя в общении с госпожой Диас. Поэтому, решай сам, но не вздумай ввязываться в их личные проблемы. Знай, они давно служат императору и их семейство предано ему. Не доверяй им.

Она встала, поправила кожаный жилет и подхватила короткий меч, прислоненный к ножке стола. Мне показалось, она хотела еще что-то сказать, но промолчала. Пристегнув ножны к поясу, она коротко кивнула Терес и вышла.

— Подставку оставите? — я показал на чайник.

— Оставим, — отмахнулась Терес, усаживаясь напротив. — Кушай, не торопись.

* * *

В первый учебный день после занятий, Алекс пригласила зайти на ужин. Приглашали меня практически каждый вечер, так что это начало входить в некое подобие привычки. А что, я не против. Алекс прекрасно готовила, и проводить время в их кругу мне откровенно нравилось. Даже несмотря на шпильки и своеобразный юмор Бристл.

Уж не знаю как, но дело с нападением на меня темного мага замяли так, что о нем даже слухов не ходило. Словно и не было ничего. Никто мной не интересовался, никуда не вызывали. Госпожа Диас пару дней после этого ходила словно довольная кошка, разве что не мурлыкала. Вот и хорошо.

Выйдя из учебного корпуса, я понял, что радость моя по поводу прекращения сезона дождей, была преждевременной. Пару дней небо пыталось разогнать по углам облака, но к вечеру все вновь затянуло низкими, тяжелыми тучами. На мой вопрос, Алекс пояснила, что такая погода продержится до тех пор, пока с неба вода не пойдет в замороженном виде и не укроет город толстым слоем.

— Мне первый год тоже непривычно было, — улыбалась она, держа меня под руку. Мы неспешно шли к дому госпожи Диас. — Да и сейчас не лучше. У нас дома сезон дождей короткий. Но льет так, что дороги превращаются в реки. А тут, сплошная сырость. Знаешь, сколько маги зарабатывают на заклинаниях и смесях выводящих плесень? Огромные деньги. Даже гильдию свою открыли. Грэсия их «Мухомороборцы» называет, — она захихикала.

Но, к сожалению, моим планам на вечер сбыться было не суждено, так как едва мы зашли домой, появилась Бристл, взяв нас в оборот. Мне она вручила небольшой конверт и, сказав, чтобы я не смел опаздывать, выставила за дверь. Я минуту озадаченно смотрел на закрытую дверь, соображая, что только что произошло.

В конверте оказалось приглашение от графини Элианы Фартариа. Красивым подчерком было написано, что барон Берси Хаук приглашается на ужин к семи часам в поместье Фартариа. В нижнем уголке письма был изображен герб в виде щита, закрывающего ветвистое дерево.

За мое относительно недолгое пребывание в столице, на званые ужины и приемы меня приглашали раза три, да и то на словах. Не ходил ни разу, так как мне казалось, что приглашали только из вежливости, да чтобы не обидеть. В прошлый раз Арсея, невысокая девушка из нашей группы звала всех отпраздновать рождение братика. Она довольно долго уговаривала прийти Алекс, ну и попутно сказала, что будет рада видеть и меня. Не пошел. Не по тому, что боялся или не имел подобного опыта, просто приглашение прозвучало неискренне.

Поняв, что от этого приглашения мне не отвертеться, направился домой. Насколько я узнал старшую сестру Алекс, если она что-то требовала, то лучше было это сделать сразу. Иначе спеленает и принесет на этот самый ужин связанным.

Ивейн, провожавшая меня до пансиона, лишних вопросов не задавала, но косые взгляды на себе я ловил. А вот Терес, хозяйничающая у меня в комнате поинтересовалась: — отчего у меня такой кислый вид и не потому ли я вернулся так рано домой?

— Да вот, — я протянул ей конверт. — Думаю, как бы отказаться…

— Ивейн, — проигнорировав меня, сказала Терес, бегло прочитав приглашение. — Бегом на Каретную улицу, найди экипаж посолидней. Двадцать минут, туда-обратно.

Ивейн кивнула и пулей вылетела из комнаты. Терес же полезла в шкаф, выкладывая из него вещи на кровать.

— Эта… Фартариа, ты ее знаешь? — спросил я, принимая от Терес пару черных, блестящих сапог.

— Военные, — отозвалась она, выудив из шкафа белую сорочку с кружевными манжетами. Следом шел темный, с едва заметным красным отливом костюм, очень напоминавший военный сюртук и длиннополый плащ. Придирчиво осмотрев наряд со всех сторон, она кивнула собственному выбору и недовольно посмотрела на меня. — Не копайся. Опаздывать — плохой тон. Ты должен быть на месте за семь минут до назначенного времени. Хотя, для южанина слишком рано. Пусть будет за три минуты…

Пока я переодевался, она поведала, что граф Бруну Фаратария — генерал в отставке, командовавший имперскими легионами на севере и востоке. Передав командование младшему брату, он вот уже как два года живет в столице, время от времени мелькая на крупных приемах и не пропуская балы в императорском дворце. Его жена, графиня Элиана по-прежнему занимает какую-то формальную должность при военном совете.

Карета, а по-другому закрытой конный экипаж из темного лакированного дерева я назвать не мог, приехала ровно через двадцать минут. Терес перебросилась парой слов с кучером, и мы неспешно покатили к центру города.

— Три правила, — сказала она. — Спиртного не пить, с дамами не заигрывать, запоминать всех, с кем тебя будут знакомить.

Она бросила строгий взгляд, затем чуть смягчилась и, хлопнув меня по колену, выскочила наружу. Я не большой специалист, но при нашем первом знакомстве ее взгляд был холодным. Можно сказать смертельно-холодным. В том смысле, что попробуй я сделать что-нибудь не то, она бы прирезала меня, не колеблясь. А вот сейчас ее взгляд изменился. Стал намного строже, но при этом чувствовалось, что в худшем случае я лишь получу по шее. И это хорошо, потому что неприятно видеть в глазах красивой женщины желание поглубже всадить в тебя нож.

Около двадцати минут карета петляла по узким улочкам столицы, почти не выбираясь на широкие проспекты. Мне показалось, что по одному из кварталов мы проехали дважды. Но, надо отдать должное кучеру, к месту назначения мы подоспели как раз вовремя. Повернув с главной улицы, миновали неширокие фигурные ворота и въехали на просторный двор, огибая чашу фонтана.

Если вкратце рассказать о поместье Фартария, то это огромный трехэтажный особняк с пристроенной башенкой-шпилем. Прямо посреди большого двора расположилась чаша фонтана без фигуры и несколько каменных лавочек. За фонтаном довольно много места, чтобы кареты и крытые повозки не толкались, а свободно разворачивались, двигаясь на выход. Шикарная мраморная лестница, полукругом огибала вход в поместье. Пара колонн, поддерживающих массивный балкон.

Едва карета остановилась у мраморной лестницы, к ней подскочил слуга в вычурной ливрее, открывая дверь. Я неспешно выбрался под начинающийся дождь и поспешил наверх, отдавая приглашение слуге при входе. Тот не глядя сунул его в карман и отворил дверь, громко произнося: — «Барон Хаук».

Стоило войти в ярко освещенный холл, как меня подцепила под руку Бристл, словно специально караулила.

— Молодец, что пришел, — игриво улыбнулась она и потянула в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. В красивом, пышном светло-синем платье с высоким воротом, она смотрелась немного необычно.

Гостей в просторном зале собралось не так много, как я думал. Около десяти мужчин, большая часть из которых предпочла пусть и красивую, но военную форму. Женщин немногим больше. Красивые платья, преимущественно светлых цветов, разноцветные веера, драгоценности. Нет, драгоценности на показ никто не выставлял, даже наоборот, просто я привык, что студентам их носить запрещалось, вот и вылавливаю в каждом госте то колечко с камнем, то золотую подвеску, спрятавшуюся за кружевом.

— А где Александра? — спросил я, оглядываясь.

— Она плохо себя вела, поэтому я оставила ее дома, — улыбнулась Бристл.

— Ничего страшного, что я тут никого не знаю?

— Ерунда, — отмахнулась она. — Ты знаешь меня. Этого вполне достаточно. Пойдем, познакомлю тебя с хозяйкой и ее супругом.

Гости к этому времени уже разбрелись по залу, здороваясь друг с другом, ведя неспешные разговоры. Практически игнорируя остальных, мы прошли через весь зал, оказываясь у большого камина, в котором задорно потрескивали поленья, распространяя на небольшом пяточке тепло и едва уловимый запах дыма. Рядом, спиной к нам стояла фигура здоровенного мужчины, почти на две головы выше меня и раза в три шире в плечах. Этакий медведь в сюртуке и белой сорочке. Разве что кружев он не носил. Ко всему прочему выделяли его всклокоченные темные волосы. Было заметно, что он пытался уложить прическу, но плюнул на эту затею, решив не связываться с непослушными локонами.

Напротив, по бокам от камина, стояли мужчина и женщина. Мужчина очень примечательный, поэтому скажу сначала о женщине. Красивая, невысокого роста, белокурая в дорогом пышном платье. Мимические морщинки по уголкам губ, немного морщинок у глаз. Брильянтовая подвеска и брошь в волосах хоть особо не выделялись, но стоили, наверняка, целое состояние. Единственная узкая полоска золотого колечка на пальце правой руки.

С другой стороны камина, сложив руки на груди и пряча кисти в рукава, стоял маг. Среднего роста, темно-серые волосы, сильно побитые сединой, фарфоровая маска на лице. Маска изображала мужчину с волевым подбородком, выделяющимися скулами и легкой улыбкой на лице. Настоящее произведение искусств. В отличие от присутствующих маг носил вполне обыденную одежду и высокие военные сапоги.

Мне почему-то сразу расхотелось подходить, но Бристл уверенно шла к ним, легко ведя меня за собой. На нас уже обратили внимание и ждали, пока мы подойдем.

— Вечер добрый, — я учтиво поклонился, когда мы подошли, и Бристл выпустила мою руку. — Господа, прекрасная дама, — еще один поклон женщине, вспоминая наставления Терес о том, как должен вести себя южанин. Здоровенному мужчине, как оказалось, было лет около пятидесяти, может немногим больше.

— Барон Берси Хаук, — представила меня Бристл, и добавила, — юноша, о котором я говорила. Справа, — жест в сторону крупного мужчины, — генерал Бруну Фартария, его супруга, графиня Элиана и друг семьи Фартария — барон Рауль Десмет.

— Брис, ты не права, — пробасил генерал, — почему юноша? Муж! — он рассмеялся, словно из бочки, и хлопнул меня по плечу, едва не сбив на пол и наверняка оставив синяк.

— Приятно познакомится, барон Хаук, — это уже графиня.

— Берси будет более чем достаточно. Это же не официальный прием, — улыбнулся я, чуть сдвигаясь в сторону Бристл, чтобы ее муж не решил двинуть меня по плечу еще раз.

— Конечно, конечно, Берси, — графиня добродушно улыбнулась, — Даже не помню, когда в последний раз слышала, чтобы Брис так хорошо отзывалась о мужчине. Правда, ведь, дорогой?

— Истинная правда, — закивал тот. — И, похоже, я проспорил, утверждая, что это будет тот счастливчик, кто все же сможет одолеть ее в честном поединке. Да, Берси же не знает…

— Дорогой, — перейдя на серьезный тон, сказала его супруга. — Может, хоть сегодня оставишь военный юмор. Берси, я слышала, госпожа Диас в первый же день перевела тебя сразу на второй курс? — сменила она тему.

— Так и есть, — кивнул я. — Госпожа Диас считает, что у меня талант, жаль, что я пока его не наблюдаю. Меня перевели в группу старшего наставника Висла. Он довольно требователен к студентам, но я счастлив учиться под его руководством.

— Подобное исключение, — вставил барон Десмет, хриплым голосом, — на моей памяти делали всего дважды. Точнее уже трижды. Даже если студент талантлив, мало причин, торопиться с его обучением.

— Рауль, — немного осуждающе протянула его имя графиня. — Никогда не поймешь, хвалишь ты кого-то или осуждаешь.

— Не вижу причин осуждать барона Хаука, — все в той же манере ответил маг. — Это не его вина.

— Но она есть, — ухватила нужное графиня.

— Элиана, дорогая, — вмешался ее муж, и подал руку, — нам пора идти приветствовать других гостей.

— Да, да, — опомнилась графиня. — Прошу нас простить. Брис, Берси, приятно провести время. Мы скоро.

— И не надо крушить мебель, — сказал генерал. — У нас прекрасная площадка на заднем дворе.

— Бруну, — толкнула его кулачком в бок графиня, сдержав улыбку.

Под руку они пошли по залу, здороваясь с гостями и ненадолго останавливаясь у каждой группы. Бристл же хмыкнула в сторону мага и потащила меня к трем мужчинам, о чем-то оживленно беседующим у окна.

Ближайший час я потратил на знакомство с той частью гостей, которые относились к военным. Это были полковники, генералы, как действующие, так и отставные, капитаны и прочий офицерский состав. При этом все довольно дружелюбно относились к семейству Блэс, и к Бристл в частности. Один майор, едва ли старше Бристл сыпал комплиментами, норовя поцеловать ей руку, но желаемого так и не достиг.

Как по мне, так довольно утомительное мероприятие. С хозяевами поместья мы пересеклись всего один раз, да и то даже не успели толком поговорить. Точнее вопрос графини о том: — «как провинциальный барон чувствует себя в столице», едва не повис в воздухе. Благо я успел отстреляться парой фраз о том, что очень впечатлен размерами города и тому подобное.

Спустя еще полчаса, когда мы насилу отбились от трех пожилых дам, Бристл вывела меня через боковую дверь из зала. Длинный коридор, освещенный магическими светильниками, украшали большие и малые картины. С них на нас смотрели мужчины, чаще в военной форме и женщины, в дорогих платьях. Заметил я и семейный портрет Элианы и Бруну. А еще картину поменьше рядом. Бристл как раз прошла именно к этим трем портретам. На малой картине изображался молодой красивый парень, очень похожий на Элиану. В военной форме он выглядел очень довольным и, счастливым, что-ли.

— Томас, — сказала Бристл, видя мою заинтересованность. — Старший сын Бруну. Погиб в бою за Адальс, шесть лет назад.

— Сегодня…?

— Просто дружеский прием и вечернее чаепитие, — ответила она с ноткой печали в голосе. Затем чуть улыбнулась. — И поесть толком не получится. А я, между прочим, проголодалась! Пойдем, стащим чего-нибудь на кухне. У нас, — кивок в сторону дверей в зал, — минимум час в запасе.

— Поддерживаю, — согласился я, оглядываясь на лестницу в противоположном конце коридора. — Найти бы кухню…

— Запах еды подскажет, — она рассмеялась и, подхватив под руку, широким шагом направилась к лестнице.

Кухню мы нашли без труда, стоило только спуститься на первый этаж и пройти по неуловимому для меня запаху еды. Уже на месте Бристл, не без боя с главным по кухне, разжилась мясным рулетом, свежим хлебом и бутылкой вина. Затем мы заняли небольшую гостиную на третьем этаже. Комнату, скорее всего, использовали для отдыха, так как здесь стояла пара больших диванов с мягкими подушками, кресло у окна и большой книжный шкаф. Сегодня же диваны сдвинули, оставив на паркете два светлых прямоугольных следа. Вместо них, рядом с громоздким, резным камином, установили обеденный стол и шесть стульев.

Сели по разные стороны стола, друг напротив друга. Немного помолчали, поглощенные ужином.

— Кстати, — я решил развеять молчание. — А что имел в виду граф Бруну, говоря, чтобы мебель не ломали?

— Старая шутка, — улыбнулась она, насаживая кусочек рулета на вилку. — Пару лет назад мама неожиданно решила, что пора мне выбрать себе мужа, родить. Пришлось набить не одру рожу, прежде чем поток кавалеров иссяк. Вот в нашем легионе кто-то и решил, что выбор мой падет только на того, кто сможет побить меня в честном поединке.

— Я так понимаю, желающих стало больше? — рассмеялся я, представляя, как несчастные мужчины пытаются совладать с оборотнем. Поверьте, будь она в облике волка, я бы сдался сразу.

— Первое время, — поддержала она смех.

Я немного поежился, так как от окна заметно тянуло сыростью, а камин в комнате не горел. Его успели подготовить, тщательно вычистив и аккуратно уложив дрова на специальную подставку. Бристл проследила за моим взглядом.

— В семье Фартария традиция в этот день зажигать камин, когда семья собирается за столом поздним вечером. Сейчас в столице нет их младшей дочери, а второй сын, — она произнесла это слово с какой-то непонятной интонацией, — как всегда…

С того времени, как мы вошли в комнату, мне кое-что не давало покоя. Словно жужжание надоедливой мухи. И почему-то взгляд постоянно цеплялся за резную стойку камину. Какое-то предчувствие неприятности. Давненько я не испытывал этого ощущения. Может потому, что давно не бывал в дорогих домах. Сосредоточился, глядя на магический светильник. Ощущение дискомфорта лишь усилилось. Перевел взгляд на камин. Там, где были уложены дрова, свисали две красные нити силы. Наверняка, чтобы огонь быстрей занялся и дым не пошел в комнату. Вот, живут же люди. Умеют маги облегчить жизнь, были бы деньги. Скользнул взглядом вверх по линиям.

— Дурак-дураком, хоть и был… — продолжала Бристл.

— Бристл, — остановил я ее. — Подожди.

Она очень выразительно посмотрела на меня, приподняла брови. Будь у нее сейчас ушки на голове, повернулись бы в мою сторону.

— Тут в печке огненное заклинание. Я с таким сталкивался один раз. Если его поджечь, то тут все полыхнет. Очень сильно…, — я со скрипом отодвинул стул. — И оно загорится. Вот прям сейчас.

Бристл бросила взгляд на окно, напряглась. Отбросив стул, я бросился к камину, разделяя красные линии на составные части. Учитель показывал, я помню! Ловушка из четырех частей. Один запал. Руки предательски вспотели, и я быстрым движением вытер их о штаны. Зачерпнув капельку силы, распылил ее так, чтобы раздвинуть десяток тоненьких линий. Понимая, что не успеваю, я выбросил вперед руку, хватая пальцем нить, покрытую тоненькими узелками, словно бусинками. Рванул на себя. Та, неохотно, словно стальная струна, подалась и лопнула. Я же плюхнулся на пол, судорожно вздохнув.

— Успел, — дрогнувшим голосом сказал я, осторожно подошедшей девушке.

— Сиди тут, — она положила руку мне на плечо, затем выбежала из комнаты так быстро, насколько позволяло платье и неудобные для бега туфли.

Сглотнув ком, я отполз от камина и только после этого встал, перебравшись на ближний к двери стул. Магическая бомба, вот что это было. Второй раз в жизни видел подобную конструкцию. Первый — когда учитель показывал. Где-то в дымоходе прятался сгусток силы, который должен был усилить заклинание огня и начнется такой пожар, который не погаснет, пока сила заклинания не иссякнет.

Не прошло и минуты, как в помещение вошел барон Десмет, следом за которым шли граф Бруну и Бристл. Маг прошел сразу к камину, вытянул руку, замер.

— Что там? — спросил генерал у меня.

— Бомба, — отозвался я, принимая бокал вина из рук Бристл.

— Выпей, — спокойно сказала она. — У тебя руки трясутся.

— Спасибо, — я в пару глотков осушил бокал, чувствуя обжигающую горечь, разливающуюся в желудке. Поморщился, долго выдохнул. — Что это?

— Настойка, кленовая.

Барон Десмет перестал шарить рукой перед камином и подошел к нам.

— Заклинание неустойчивое. Тот, кто его ставил, не хотел, чтобы отголоски были, поэтому и не закрепил, как следует. Граф, надо гостей отпускать и звать специалиста, я не справлюсь. Не по моему профилю.

— Хорошо, — Бруну хмуро кивнул и вышел.

— Ну, — требовательно спросил маг у меня. У меня даже мурашки по спине побежали от его интонации. — Что сделал?

— Я такое видел один раз, — сказал я немного неуверенно, сочиняя на ходу. — Когда на отца покушались. Он поэтому меня сюда и направил.

— Сделал что? — повторил маг.

— Там фитиль был. Обычной огонек, который сам по себе зажигается, когда в помещение заходишь. Я его потушил.

Он скрестил руки на груди и пару минут смотрел на меня молча. Бристл за это время убрала обратно в корзинку недоеденный ужин, оставив только настойку. Насколько я помню, она к спиртному еще не притрагивалась сегодня. Перехватила что-то безалкогольное в начале приема и все.

— Не знаю, как, но вам очень повезло, — сказал он в итоге. — Не делай так больше.

— Он горел. Точнее вот-вот готов был вспыхнуть…

— Я понял, — прервал он. — Если бы он вспыхнул, то этот и весь нижний этаж выгорели бы за несколько секунд. И гости вместе с ними… — медленно протянул он последнее предложение.

Поместье Фартария, полночь.

Два молодых мага в темных, матовых масках отступили в сторону, пропуская барона Десмета в гостиную. Заклинание, накрывшее поместье, испортило все магические предметы, в том числе и светильники. Слуги расставили в коридорах канделябры со свечами, но те лишь сгущали сумрак, делая картины на стенах похожими на ночные кошмары. В последнее время кошмары стали частыми гостями Рауля, поэтому в полумраке он чувствовал себя неуютно.

— А, Рауль, ты вовремя, — едва барон вошел, невысокий полный мужчина, работающий с бумагами за столом, помахал ему, привлекая внимание. — Проходи, проходи. Вот, — он протянул листок со сложным рисунком. — Приблизительно. Ты же понимаешь.

Барон сел рядом, пододвинул поближе подставку с толстой свечой и углубился в изучение рисунка. Несколько минут он бегал глазами по линиям, затем посмотрел на довольного толстяка.

— Из дворца видно было бы, — сказал глава экспертного совета. Повернулся к помощникам, покрытых золой и сажей. — Заклятие с дома снимите. И чтобы к утру все, что испортили, починили. Все почистить, защиту поднять, ну и по мелочи, сами понимаете.

— Все сделаем, — поклонился один из специалистов и поспешил из комнаты. Двое других принялись складывать в большую сумку инструмент и книги.

— А теперь серьезно, — толстяк поставил локти на стол. — Заклятие делал кто-то очень талантливый. Я таких знаю всего пару. Ни грязи, ни следов. Я бы к такому специалисту на беседу без двойки Асверов не совался. А лучше, взял бы пару «двоек». Как эту штуку мальчишка заметил, не знаю. Мистика. А как вмешался, вообще молчу. Вот тут рассек заклинание, — он ткнул плацем в рисунок. — Словно бритвой. Чистое самоубийство. Чуть больше силы и все! Обрушение магической конструкции. Тут даже знания того, где рвать надо — мало. Парень либо гений, либо самый везучий человек в империи.

— Следы остались?

— Только вмешательства. Причем такие, что только дилетант и оставит. Колдовал точно не он. Резонанс разный, гарантию даю.

— Если бы за ним денно и нощно не ходили Асверы, — задумчиво сказал барон Десмет.

— А чего гадать? — удивился эксперт. — Все одно их подключать. Тут и алиби проверить, да и вообще. А парень действительно талантлив?

— Действительно. Не успел поступить, как оказался в группе Крауса. Меньше чем за полгода пережил нападение оборотня-людоеда и темного мага недоучки.

— Про темного ты серьезно? — посерьезнел толстяк и даже немного собрался, выпрямляясь на стуле. — Это тот, кого в академии взяли?

— Да, там его Бристл Блэс караулила, поэтому барон Хок отделался лишь испугом. Ну и отразил попутно «огненные оковы».

— Дела… дела… Оковы, говоришь, отразил? Возьму-ка я его на карандаш. Подкину пару научных курсовых работ.

— Не забудь с Грэсией для начала пободаться за него.

— А мы мешать не будем. Не будем, — для пущей убедительности добавил он. — Так, помогать и приглядывать. Нам и такие специалисты нужны. Вот так, — он коснулся ладонью подбородка, показывая уровень нужды в толковых людях. — Кстати, где он сейчас?

— Слушает задушевные рассказы графини Фартария о ее нелегкой молодости, а так же первой и единственной любви, — хмыкнул Барон. — Будешь писать отчет, сделай копию для меня.

— Не положено… Ай, что с тебя взять. Оригинал дам почитать. Приходи завтра к вечеру.

— Договорились, — Рауль Десмет встал, на секунду замер, приложив руку к левому боку, жестом показал другу, что с ним все в порядке и направился в восточное крыло поместья, спасать барона Хока из лап графини.

* * *

Если не считать, что нас едва не поджарила немаленькая такая магическая бомба, вечер прошел довольно неплохо. Несмотря на угрозу, гости разъезжались не меньше получаса. К этому времени прибыла особая команда магов, наложив на поместье какое-то непонятное заклятие от которого сдохли все светильники. Собрав нас в правом крыле на первом этаже, графиня Элиана устроила неспешное чаепитие со сладким десертом и ароматным чаем. Организовывать слуг ей даже не пришлось. Она еще подумать не успела, а те уже носились по дому, расставляя свечи и убирая последствия приема на втором этаже. И это все в непосредственной близости от угрозы, о которой, кстати, мы забыли совсем скоро, под занимательные рассказы графини.

Хотелось бы мне посмотреть, что делали с конструкцией маги, но барон Десмет приказал сидеть на месте, хотя сам бегал туда-сюда каждые десять минут. А вот Бристл едва не уснула, слушая графиню Элиану, но та, видя во мне благодарного слушателя на это внимания, кажется, не обратила. Когда же маги удалились, а барон Десмет разрешил идти домой, я сердечно поблагодарил графиню и ее мужа за прекрасный вечер и был приглашен на дружеский обед в конце следующей недели. Точнее они приглашали раньше, но я сослался на учебу и вообще большую занятость.

Когда часы показывали половину первого ночи, мы с Бристл вышли на улицу, ощущая всю радость осенней холодной ночи и моросящего дождя. Спустились по мраморной лестнице, прошли немного вокруг фонтана.

— Берси, — сказала она, придержав за руку. Затем потянула на себя и крепко обняла. Причем так, что ни рукой пошевелить. Прижалась щекой к моей щеке, вызвав дикую миграцию мурашек вдоль спины.

— Бристл, ты это… — начал было я.

— Ты так приятно пахнешь, — она втянула носом полную грудь воздуха. При этом так прижимаясь ко мне, что я отчетливо ощутил все изгибы ее тела. — Хоть Рауль мой друг, но находиться рядом с ним мука. Ты даже не представляешь, как смердят маги. Словно их тело гниет, распространяя вокруг трупную вонь. Единственное исключение была Грэс, теперь ты. Это как наркотик, — протянула она сладко и провела горячим языком от шеи к уху, схватив губами мочку. Я от неожиданности даже пытаться высвободиться перестал.

— Сегодня ты не дал погибнуть дорогим мне людям, — продолжила она, сжав еще сильней. — Я в долгу перед тобой. Попроси и я верну его сполна, — в ее голосе прибавилось страсти.

Тут у меня разыгралась фантазия о том, что может сейчас произойти, но в это время включили освещение. Разом вспыхнуло несколько уличных светильников. Причем, в свете ближайшего стояла фигура асвера. Одна из помощниц Терес, я помнил ее. Она словно материализовалась в неярком свете. Правая рука на эфесе меча, немного наклоненного, чтобы легче было выхватить.

— Пф, — фыркнула Бристл, чуть скосив на полудемона взгляд. — Сейчас барону Берси ничего не угрожает, — бросила она ей. — Так что брысь с глаз.

Асвер даже бровью не повела. Стоит, сверлит нас холодным взглядом.

— Не заставляй меня ждать, — прошептала Бристл на ухо. Затем немного отстранилась и крепко поцеловала. Аж дыхание перехватило.

Выпустив из объятий, на секунду приложила ладонь к моей груди и пошла, как ни в чем не бывало, обратно к дому. Пошла покачивая бедрами, и только проводив ее взглядом до самой двери, я опомнился. В ее объятиях было жарко, а сейчас стало как-то неприятно зябко.

Со стороны улицы послышался цокот копыт по мостовой, и через пару секунд показалась все та же дорогая карета. Возвращался домой я в гордом одиночестве.

* * *

Второй выходной перед долгой учебной неделей. Вчера целый день отдыхал от званого приема у Фаратария. Повалялся на койке, почитал лекции Грэсии, просто предавался безделью. Сегодня же проснулся как по крику петухов. Настроение улучшилось, и вообще пора было решить одно важное дело. Да, забыл упомянуть, что кто-то из Асверов теперь постоянно находился в комнате, взяв на себя обязанности по нехитрой уборке, приготовлению чая и выводу меня из себя своим постоянным присутствием. На ночь, слава богам, оставляли одного. И то, я уверен, прятались внизу, под лестницей.

Вчера весь день со мной просидела совсем незнакомая Асвер, назвавшаяся Эльсой. Лет тридцать пять, может чуть больше. Не знаю, получалось ли у меня ее игнорировать, но вот она в этом плане могла дать фору кому угодно. В том плане, что меня она совершенно не замечала. Разве что в обед спросила, желаю я кушать внизу или принести в комнату. Вечером, еще, заварила чаю и поделилась странными сушеными кисло-сладкими фруктами.

Сегодня это была Ивейн. Едва я глаза продрал, она уже чайник на подставку плюхнула, мурлыкая какую-то мелодию. Затем, пока я одевался, сбегала вниз и принесла завтрак. Если бы Матео не укатил по делам к родителям, я бы лучше позавтракал внизу, чесслово.

После завтрака направился в академию. Так как госпожа Диас в выходные просыпаться рано не любила, можно было не спешить, поэтому шел я пешим ходом через соседний квартал, где располагалась приглянувшаяся лавка ювелира. Трат особых у меня не было, поэтому умудрился скопить немного денег для одной вещицы. Терес про заначку знала и накоплению не препятствовала.

Промозглым утром на улице было немноголюдно, что для столицы немного необычно. Видно не только меня угнетала сырость. Улица, куда мы вышли, тянулась немного дальше, чем та, на которой стоял пансион. В двадцати минутах ходьбы она огибала небольшой продуктовый рынок, потом проходила через несколько малых мостов и упиралась в главную реку города. Одна из нескольких улиц города не петлявшая, словно пьяный заяц по лесу. Ничем кроме этого она не выделялась, но на ней попадались мастеровые лавки портных, ювелиров и даже затесался один оружейник, торгующий мечами да изысканными кожаными доспехами.

Как я уже говорил, привлекла меня невзрачная с виду лавка ювелира и по совместительству ломбард. Небольшая вывеска над деревянной дверью изображала катушку ниток, с которой свисала тонкая изящная цепочка.

Хоть с улицы фасад здания казался массивным, помещение лавки подобным похвастаться не могло. Комната ровно в размер витрины, два на три метра, еще одна дверь за стойкой. Небольшая витрина ломбарда с невыкупленными вовремя украшениями в дальней части комнаты. У двери массивная фигура охранника, сидящего на низеньком табурете. На нас с Ивейн, а она естественно вошла следом, он внимания не обратил. Или сделал вид, что не обратил, но хозяин появился спустя десять секунд, одевая на ходу жилетку.

— Утро доброе, — поклонился он, разглядев мою не дешевую одежду. Перевел взгляд на Ивей, икнул, увидев платок, повязанный поверх рожек. Но, надо отдать должное сделал вид, что ничуть не удивился. — Безумно рад, что вы выбрали ломбард Ивара. Что я могу вам предложить?

Хозяином оказался невысокий лысоватый мужчина лет за пятьдесят. Странно, как на его лице поместились огромный красный нос и большие глаза. Одежду он носил чистую, что для лавочников считалось чуть ли не признак великого успеха в делах. Хотя, вечно забываю, что это столица и раз у тебя есть деньги на содержание лавки, дела идти плохо могут только у полных неудачников.

— Меня скорее интересует ювелирная работа, — сказал я, вынимая из кармана сложенный пополам листок. На нем тонким карандашом был изображен малый медицинский скальпель. Подсмотрел подобный у госпожи Диас в лаборатории. Небольшая тонкая ручка, слегка изогнутое лезвие в полпальца длиной. Хозяин лавки посмотрел на рисунок несколько озадаченно. — Хочу заказать такой, серебряный. С любой не имеющей смысла гравировкой на лезвии. Главное чтобы узор был сложным, а режущая кромка гладкой. Да и серебро нужно чистое. Без примесей, как у алхимиков.

— Мягкое получится лезвие, — задумался тот. — Резать ничего не сможет.

— Я и не собираюсь. Это просто украшение. Но, чтобы не порезаться, надо бы придумать какой-нибудь чехол или ножны для лезвия. С защелкой, чтобы не слетали и при необходимости легко снимались.

— Украшение, говорите, — крепко задумался он. Взял листок, почти ткнулся в него носом, поводил глазами и положил обратно на стойку. — Если срочный заказ, то пятьдесят процентов сверху за работу.

— Мы еще цену не услышали, — улыбнулся я.

Торговались мы минут двадцать. Я в порыве торга хватал листок, порываясь уйти, мастер придерживал его ладонью, категорически не желая брать меньше, но боясь потерять дорогого клиента. В итоге сошлись на стоимости алхимического серебра плюс восемьдесят процентов за работу. В имеющуюся сумму я укладывался, поэтому мы ударили по рукам, скрепив договор. Мастер обещал изготовить скальпель за пять дней и даже подарить деревянную лакированную шкатулку.

— Кстати, Ивейн, как тебе в столице? — спросил я, когда мы неспешно шли к академии. Она все норовила идти позади, шагах в трех. — Слышал, ты никогда за пределами своего поселка не была?

— Глупости, — отмахнулась она. — В Соленом я была, это город, если на юго-запад вдоль моря идти.

— Ты с рыбацким поселком его не перепутала? Шучу, прости, — рассмеялся я.

— А здесь…, — она сделал жест рукой, показывая на дома и улицу. — Людей слишком много. Тяжело. Переодеваются постоянно. Нельзя сказать, видела раньше его или нет. Следить тяжело. Терес еще, — немного тише добавила она, — слишком строгая.

— Ну а в целом, нравиться? — еще шире заулыбался я.

— Угу, — кивнула она, опуская взгляд. Не думал, что асверы могут смущаться. Впереди по улице из лавки вышли две грузные женщины, неся какие-то тюки, и Ивейн отступила на шаг, давая понять, что беседа окончена и началась работа.

Дальнейший путь до дома госпожи Диас ничем не запомнился, но вот подходя к крыльцу, я услышал что-то странное. Подошел ближе, прислушался. Из-за двери донесся глухой удар и звук, словно шкаф уронили. Я бросился вперед, рывком открывая дверь, забегая внутрь. Мягкая мебель в гостиной лежала перевернутой, а стол разломан на несколько частей. Шкаф, с посудой вывалился в коридор, загораживая дорогу. Я немного опешил, не зная, что думать. В эту секунду из кухни вылетел клубок из двух серых оборотней. Покатившись по коридору, они гулко врезались в стену, вскочили. Один размахнулся и со всей силы влепил когтистой лапой по морде второму, но без видимого результата. Второй громко зарычал и бросился вперед, вцепляясь зубами в плечо сопернику и обнимая его лапами, чтобы тот не вырвался. В этот момент мы встретились взглядом.

Забавная картина, с одной стороны. Драка на секунду прекратилась, оба оборотня замерли. Тот, который кусает соперника, сморит на меня исподлобья, второй уши повернул, вроде как прислушался. Еще секунда и они отпрыгивают друг от друга и в пару прыжков скрываются в дальнем коридоре, который ведет в жилую часть.

— А чего происходит-то? — ошарашенно спросил я сам у себя.

— А это тебя надо спросить, — язвительный голос Грэсии, справа. Госпожа Диас стояла в белой ноной рубашке, скрестив руки на груди.

— Простите, — я резко развернулся в другую сторону.

— Да что уж теперь, — хмыкнула она. Судя по звуку, она перелезла через шкаф, захрустев битой посудой.

Немного подождав, повернулся в сторону разгрома. Пусто. Вздохнув, стянул мокрую куртку, повесил ее на крючок у двери и пошел поднимать перевернутую мебель. Кресла и диван, вроде, не пострадали. А, нет, у любимого мной кресла переломана пополам спинка и отсутствовала одна из ножек. Затем сложил остатки стола в кучу, решая, куда бы ее передвинуть из центра комнаты.

— Привет… — произнес я запоздало, когда мимо меня пронеслась Алекс в зеленом учебном балахоне и красная от смущения. Она промчалась в сторону кухни и обратно, но уже неся в руках скомканное платье.

На кухне разгрома было не меньше, но туда я влезать не решился. Взял только деревянное ведерко для воды, собрал туда разбитую посуду и поднял опрокинутый в коридоре шкаф. К концу уборки появилась Бристл. Волосы распущены, здоровенный синяк на левой скуле и еще один под глазом. Под вторым глазом пара глубоких царапин, замазанных чем-то темным.

— Надеюсь, утро еще доброе? — спросил я.

— Доброе, — улыбнулась она, правой стороной губ, приложив пальцы к левой. Прошла к уцелевшему креслу плюхнулась в него, закидывая ногу за ногу.

— Я бы поспорила, — спокойный голос госпожи Диас. — Подрались как две сопливые девчонки. Ничего, я еще напишу письмо тете Марте, она вас уму разуму научит, — вздохнув, она жестом поманила Бристл. — Давай, шишки твои залечим.

— А и…, — отмахнулась Бристл, отворачиваясь.

— Что, в таком виде ходить будешь? — хмыкнула Грэсия. — Ну-ка, Берси, окажи первую помощь герцогине. Вы уже должны были пройти простейшие исцеляющие заклинания.

— Проходили, — отозвался я. — Только практики еще не было.

— Тогда иди, мой руки и шевели ногами, шевели!

Мыть руки перед подобным колдовством надо было в лаборатории, которая оказалась совершенно целой. Даже занавески на входе не пострадали. Действительно, попробуй сестры разбить тут хотя бы одну колбу, госпожа Диас сама бы им наваляла так, что они б неделю сидеть на пятой точке не смогли.

В дальней части лаборатории, у умывальника была приспособлена небольшая баночка с сухим порошком, который в воде становился очень липкой жидкостью, но быстро смывался. Обтерев после процедуры руки накрахмаленным полотенцем, поспешил обратно. Госпожа Диас шумела разбитой посудой на кухне, наверняка решив в процесс избавления девушки от синяков не вмешиваться.

— Кхм, — немного откашлялся я, под взглядом Бристл. — Волосы собери в хвост, пожалуйста. Спасибо.

Простенькому заклинанию исцеления студентов, дабы они уверовали в свои силы, учили в конце первого курса. Меня по нему гонял старший наставник Краус Висла, показав как создавать плетение, и как понять, что оно получилось именно так как нужно. Вот когда я посчитал себя круче других, так это в тот самый момент. Дело в том, что никто не видел заклинания, которые составлял. Даже сам старший наставник, создавая нужное плетение, делал это по памяти так, как было написано в книге, или по его собственным разработкам. Студенты с первого раза лепили такую несуразицу, что правильные заклинания у них получались только со сто пятой попытки. Я же умудрился уложиться в две, чем не просто удивил Крауса, а по-настоящему поразил. «Мошейник», — так в шутку назвала меня госпожа Диас.

Вот и сейчас, вспоминая рисунок, я легко воспроизвел его перед собой, осмотрел на неровности, проверил, не пересекаются ли линии лишний раз, и влил в рисунок силу. Он вспыхнул и быстро погас. Я же в это время коснулся пальцем щеки Бристл над синяком. Синее пятно моментально начало уменьшаться, становясь сначала желтым, потом пошло пятнами и исчезло. Исчезли и царапины, не оставив и следа.

— Готово, — на всякий случай, сказал я.

— Спасибо…, — Бристл пошевелила губами, покрутила правым плечом.

Мимо нас, громко топая, прошла Алекс, бросив на меня взгляд, выглядевший как «предатель».

— Я не вовремя? — спросил я?

— Я бы сказала, выбрал не самый удачный момент, — улыбнулась Бристл. Встав, он протянула руку и на секунду коснулась моей груди ладонью. Точно такой же жест, как и вчера. — Прости Берси, у меня дела. Грэс, к тебе гости, — повысила она голос.

В этот момент в дверь постучали, и Бристл поспешила впустить барона Дэсмета. Кивнув ему в знак приветствия, она вышла на улицу.

— Кто? — запоздало спросила Грэсия, выглядывая из кухни. — Рауль! Проходи. Рада тебя видеть!

— Здравствуй, — склонил он голову, затем заметил следы недавнего погрома и повторил мой вопрос, слово в слово. — Я не вовремя?

— Ерунда, — Грэсия отмахнулась. — Ты давно приехал?

— Пару дней назад. Прости, что не зашел, навалилось много дел.

— Вечно ты оправдываешься делами, а заходишь только когда на ногах не держишься, — она посмотрела на него как строгая учительница на нерадивого ученика. — Проходи, уже, — она улыбнулась. — Знакомься, мой ученик…

— Барон Берси Хаук, — продолжил он за нее. — Мы знакомы. Познакомились на вечере у Элианоры.

— Даже так, — удивилась Грэсия и сразу опомнилась. — Берси, ты смотри, держи с этой военщиной ухо востро. Не успеешь опомниться, как завербуют тебя в какой-нибудь легион на отшибе. Они варваров гонять будут, а тебя латать вояк заставят.

— Ты слишком предвзята, — попытался оправдаться Дэсмет.

— Конечно, — она рассмеялась. — А то я не видела, как вы студентов вербуете. Так что Берси я вам не отдам. Имей в виду, — она посмотрела в сторону кухни. — Пойду, посмотрю, может, осталась посуда, куда чаю налить.

— Не стоит, — остановил ее барон. — Меня ректор очень хотел видеть. Еле уговорил подождать полчаса, пока к тебе загляну.

— Хорошо, проходи, переодевайся. Берси тебе поможет.

— Снова будешь пугать студента видом старого мага?

— Пусть знает, к чему ваш путь приводит. И кто сказал, что ты старый, а? Тебе еще сорока нет.

Пока Грэсия ушла переодеваться, мы прошли в лабораторию. Первым делом Дэсмет снял маску, отстегнув скрытые ремешки. Грэсия в своем сравнении была очень близка к истине. Кожа на лице мага действительно выглядела как старый военный вареный сапог. Неприятного землисто-серого оттенка, сморщенная и покрытая глубокими трещинами. Узкий нос больше напоминал клюв птицы. Темные круги вокруг глаз. Стараясь держать себя в руках и не подавать виду, что шокирован и немного испуган, я принял у барона плащ и куртку. Пока я складывал одежду на свободной кушетке, он стянул рубашку, оголяясь по пояс. Серый оттенок кожи крупными пятнами покрывал его почти целиком. На плечах и животе виднелись шрамы от рваных ран, а на спине следы от ожогов.

— Неприятный вид, — сказал Десмет, растянул губы в тонкой улыбке.

— Неприятный, — не стал лукавить я. — Цена силы.

— Самые банальные слова, которыми нас успокаивают.

— Там все без обмана, — с сарказмом в голосе сказала Грэсия. — Цена силы — страдание и боль.

— Ты преувеличиваешь, — спокойно ответил Дэсмет.

Грэсия прошла к Десмету, наклонила его голову, оттягивая пальцем веко, поочередно заглядывая в глаза.

— Поздравляю, — хмыкнула она, — ты потерял еще один канал. Вместе с почкой.

— Значит, в запасе у меня еще два, — отозвался он.

— Ох, Рауль, Рауль, — она погладила его по щеке. — Может, тебе уже пора осесть в столице? Поход, два, сколько ты еще выдержишь?

— Может быть, — задумчиво произнес он, затем улыбнулся. — Император предложи мне место в совете. И да, — поспешил он добавить на ее вопросительный взгляд, — он был очень настойчив и убедителен.

— Тогда, это надо отметить. Как только разберешься с делами, приходи, посидим вечером, выпьем что-нибудь. Ну а сейчас, покажем Берси, как чистят забитые канала «старых» магов.

Она вытянула раскрытую ладонь, из которой появилась тонкая белая нить. Нить метнулась к барону Дэсмету и впилась ему в грудь. Было видно, как она уходит все глубже и глубже. Так продолжалось достаточно долго, пока она не выскочила из спины мага. При этом вышедшая нить была цвета горелого дешевого лампового масла. Грэсия сотворила знакомое очищающее заклинание, прогоняя сквозь него нить.

Процедура длилась долго. Минут двадцать, не меньше. Видимых результатов очистка не показала, в том смысле, что круги под глазами мага не стали меньше, а серый цвет кожи, так и остался серым. Время от времени он морщился и неуютно ерзал на кушетке. После процедуры Грэсия еще несколько минут колдовала, накладывая неизвестные заклинания. Зеленых и белых нитей вокруг нее было столько, что я не успевал следить за всеми.

— Все, — подытожила она. — Процедуры та знаешь.

— Спасибо, — он встал, и я поспешил подать ему одежду. — Прости, я действительно спешу. Сегодня вряд ли получится, но вот завтра я обязательно зайду.

Я проводил Барона и вернулся в лабораторию. Грэсия задумчиво переставляла колбы и склянки на рабочем столе.

— Кхм, — я откашлялся, привлекая ее внимание. — Госпожа Диас, у меня будет просьба. Последнее время я столько сталкивался с проклятиями, что они начинают мне мерещиться. А когда он напал на Те… асвера, который меня охранял, то очень пожалел, что не знаю очищающего заклинания. То, что вы использовали в подвале и сегодня.

— Это довольно сложное заклинание, — сказала она серьезно.

— Но у меня есть преимущество. Я могу видеть узор.

— Хм, — она смерила меня таким взглядом, что я засомневался в своевременности просьбы. — Если пообещаешь использовать его только на проклятиях, я научу тебя. Но, — поспешила она добавить, — ты должен его выучить так, чтобы произнести даже с закрытыми глазами. Я буду требовать моментального произнесения, и способность видеть рисунок тебе не поможет.

— Я согласен.

— Алекс! — она повысила голос. Ее ученица заглянула буквально через десять секунд, словно караулила под дверью. — Неси бумагу, чернила. Сегодня для вас с Берси будет внеклассное занятие.

* * *

Две недели, столько мне понадобилось, чтобы освоить заклинание очищения. При этом спал я по четыре часа, тратя все время на запоминания основ сложного составного заклятия. Я по своей наивности думал, что это будет нечто, похожее заклинанию исцеления. Не угадал даже близко.

Во-первых, чтобы создавать заклятия высшего уровня требовалось перейти в состояние чистого разума. Мне было проще в том плане, что это состояние сродни концентрации, а вот Алекс до сих пор не может понять принципа перехода. Вторая особенность — наполнение силой. Так как заклинание многоуровневое, то «зажечь» надо разом все слои. В нашем случае пять сложных узоров. Для этого и требуется состояние чистого разума, чтобы банально контролировать. Ну и последней частью шла чистота силы. Требовалось минимум шестьдесят процентов чистоты. Для той же Алекс это не предел, но ей существенно не хватало практики, чтобы поддерживать силу в таком виде достаточно долго, чтобы накопить ее нужное количество.

Вот и получается, что два из трех шагов я освоил быстро. Оставалось только вбить в голову пять узоров, так, чтобы мгновенно их воспроизвести. На это и потребовалось все свободное время.

Увлекшись учебой, я упустил из виду возвращение Матео и пропустил еженедельное посещение кабака. Если честно, то я словно вынырнул из какой-то непроглядной пучины на свободу. Вот, проснувшись очередным утром, я к удивлению обнаружил в комнате Терес. Я был так увлечен, что асверы как бы выпали из поля зрения, хоть ради них я все и затеял.

— Доброе утро, — я потянулся, сел.

— Доброе, — отозвалась Терес. Она поставила чайник и села за стол, задумчиво глядя на меня. Сегодня она была одета в теплое шерстяное платье с юбкой до самого пола и высоким воротом. — Эльса говорила, ты вчера меня спрашивал.

— Хм, — я попытался вспомнить, но не смог. Действительно, у меня к ней было дело, но не помню, чтобы просил о встрече. — Да. Есть одно дело к госпоже Адан. Могу я с ней встретиться?

— Сегодня? — уточнила она.

— Ага, — я быстро влез в холодные штаны и сапоги. — У вас же в столице есть…, — я пространно покрутил ладонью, — база или штаб. Никто сильно не удивиться, если я туда загляну?

— Это важно? Я могу передать твою просьбу, и она навестит тебя вечером.

— Важно, — я коснулся ладонью живота.

— Хорошо, — она сразу посерьезнела, хотела встать, но опомнилась, показывая на закипающий чайник. — Сначала позавтракай.

Через двадцать минут мы вышли из пансиона и зашагали в направлении ломбарда. Для моей задумки требовался скальпель и я надеялся, что мастер не обманет. Я и так задержался на целую неделю.

Так как Терес в своем платье на охрану никак не походила, с нами пошла Ариса. С виду самая обычная девушка, внешне очень похожая на какую-нибудь селянку. Круглое лицо, румяные щеки, широкий нос и пухлые губы. Я уже немного разобрался в устройстве охраны и знал, что Ариса заместитель Терес. Хоть с виду она и выглядела как простушка, но на такую ответственную должность ее бы не поставили, не обладай она нужными качествами. А по устройству отрядов Асверов я понял, что работают они в парах. Обязательно мужчина и женщина. У Терес в подчинении четыре пары, не считая ее саму. При этом напарника у Терес не было. По крайней мере, я о нем ничего не знал. Так вот первая пара, под руководством Арисы, координировала работу остальных.

С прошлого посещения в ломбарде ничего не изменилось. Даже охранник тот же самый, в той же позе на маленьком стульчике у двери. В этот раз хозяин не делал такое удивленное лицо, но было видно, что в присутствии асверов ему неуютно.

— Все готово, все готово, — затараторил он, едва увидел меня. Полез под стойку и выложил на стол небольшую шкатулку из темного лакированного дерева. — Как и говорил, шкатулка за наш счет. Прошу, — он открыл ее и развернул ко мне.

Внутри, на подушечке из мягкой ткани лежал скальпель, точно такой, как я и изобразил на эскизе. Изогнутое лезвие покрывала тонкая затейливая вязь, а рукоять особые насечки, чтобы он не выскользнул из рук. Тяжелый и несколько неудобный, но мне он понравился. Особенно полированный край лезвия и особая заточка. Было видно, что мастер знает толк не только в украшениях, но и в том, как правильно точить нечто бритвенно-острое. Отдельно лежали ножны для лезвия, в основании которых имелась особая защелка, намертво фиксирующаяся у лезвия. При этом движением большого пальца защелка легко отстегивалась.

— Чистейшее алхимическое серебро, — видя, что мне понравилось, сказал хозяин ломбарда. — Мое клеймо, вот тут, не извольте сомневаться. Но я предупреждал, металл мягкий и лезвие быстро собьется.

— Спасибо, это именно то, что я хотел. Держите, — я протянул кошель с оставшейся суммой. — Приятно иметь с вами дело.

— С вами, — он низко склонил голову. — Если понадобится что-нибудь особое, вроде этого, — кивок в сторону скальпеля, — приходите. Было интересно поработать с таким необычным заказом.

— Всенепременно. Думаю, в ближайшее время зайду. Всего хорошего.

— До свидания и всего самого наилучшего, — еще один короткий поклон.

На улице нас уже ждал закрытый экипаж, который резво помчался по полупустой улице куда-то в сторону центра.

— Подарок? — спросила Терес.

— Не, — я протянул ей скальпель. — Для работы. Заклинания резать. У меня раньше был серебряный столовый нож, — я хохотнул, вспоминая его. — Я на нем гвоздем насечки делал. Учитель говорил, чем чище серебро, тем легче с ним работать.

— У магов обычно золото цениться, — задумчиво сказала она, возвращая мне скальпель, — как проводник магической силы.

— В том то и дело, что проводник. А мне нужен несколько другой эффект, — я взмахнул им как оружием, затем со щелчком застегнул ножны и убрал во внутренний карман куртки.

Карета резво катила по центральным улицам с дорогими домами и особняками, лошади звонко цокали по булыжной мостовой. Я же задумчиво разглядывал пейзаж сквозь щель в зашторенном окне. Интересно, что бы я сейчас делал, не попадись на взломе баронского дома. Искал бы очередную жертву или все еще прятался, неспешно тратя деньги с продажи награбленного. Болтался бы по улицам с мальчишками и молодыми парнями из гильдии нищих и воров. Нет, не хочу. Предложи мне кто вернуться туда, отказался бы, не задумываясь.

Наконец карета свернула с широкой улицы, миновала высокие железные ворота и мы остановились у большого четырехэтажного здания. Мы его объезжали, и я точно видел, что построено оно в форме большого квадрата. В небольшом саду перед зданием росло с десяток карликовых деревьев, листья с которых давно облетели и были аккуратно уложены рядом. В правой части виднелась длинная пристройка конюшен и с десяток асверов, работающих там. Еще несколько, во всеоружии, прогуливались по саду. А вот у главных ворот на въезде никто и не дежурил.

Едва мы вышли, Тересь подтолкнула меня в спину, чтобы я не тормозил. Охрану, в виде двух мужчин, я увидел только, когда мы вошли, и двери за нами закрылись. Они поприветствовали женщин кивками и продолжили тихий разговор. Внутри здание было отделано светлым и серым мрамором, картинами и гобеленами на стенах, резными деревянными тумбами и скамейками. По широкой лестнице мы поднялись на третий этаж и по кругу обошли все здание. Как выяснилось, кабинет Рикарды Адан располагался с противоположной стороны.

По пути нам попалось всего пара асверов, идущих по своим делам, но мне казалось, что их тут намного больше. К примеру, на первом повороте я точно слышал звук ударяющегося металла у одной из комнат. Ритмичные удары, словно там кто-то тренировался.

Пока Терес договаривалась о встрече, я немного помялся в пустой приемной, поглазел в окно на утренний пейзаж столицы. С этой стороны с асверами соседствовал дорогой особняк, с интересной архитектурой фасадов. Смотрелось здание неким подобием буквы «М». Левое и правое крыло на крыше соединяла широкая дорожка на которой скучал охранник с громоздким арбалетом в руках.

— Берси, — окликнула меня Терес. — Госпожа Адан ждет.

Кабинет Рикарды Адан ничем особым не выделялся. Вполне удобный, для работы с кучей бумаг, для которых предусмотрели аж два широких стола и пару шкафов. У окна, правда, пристроилось пара кресел и низенький столик. Вполне годно для разговора тет-а-тет за бокалом вина. Хозяйка кабинета сидела за главным столом и наверняка работала с письмами, шкатулки для которых стояли рядом.

— Здравствуй Берси, — поприветствовала она меня, жестом показывая на стул. Он был единственный, поэтому Терес воспользовалась креслом у окна. — Что-то случилось?

— Здравствуйте. Как бы объяснить, — я провел рукой по волосам, подбирая слова.

— Будь проще, — подтолкнула меня Рикарда. — Говори как есть. Мы не на приеме у императора, чтобы искать удобные словестные выражения. Не переживай я тебя пойму.

— Проще, значит. Попробую, — я оглянулся на Терес. — Речь пойдет о проклятии…

— Здесь нас никто не подслушает, — сказала Рикарда.

— Так вот, с того раза, как я вытащил его из Терес, я много думал. Едва голову не сломал. Эта штука, она меня пугает. И в тот раз я сильно испугался. Поэтому я должен знать о нем больше. Как с ним бороться… Не буду ходить вокруг да около. Я хочу снять еще одно проклятие. Нет, не подумайте, — быстро сказал я, видя нахмурившееся лицо Рикарды, — с пустыми руками и неподготовленным я бы не пришел. Госпожа Диас научила меня заклинанию очищения, которое убьет ту штуку, которую я вытащу. Заклинание работает, но… все равно это может быть опасно.

— Когда ты хотел сделать это? — спросила она, сложив руки на столе. В ее взгляде появился тот огонек, от которого у меня каждый раз мурашки бегут по спине.

— Если вы согласитесь и есть доброволец, можно сегодня. Завтра мне на учебу и будет не до этого.

— Терес, найди Гриду, — не сводя с меня взгляд, приказала Рикарда.

Я опомниться не успел, а Терес выскочила из комнаты.

— Сам, как думаешь? Справишься? — спросила она. Мне на секунду показалось, что она подавила какую-то эмоцию, надев на лицо непроницаемую маску, хоть пару минут назад оно выражало интерес.

— Справлюсь, — решительно заявил я. Затем подумал, взвешивая все за и против, прикинул количество накопленной силы и кивнул.

— Пойдем, — она встала и широким шагом направилась к выходу. У дверей она остановилась, оборачиваясь. — Не говори об этом ни с кем кроме меня и Терес. Многие из нас относятся к этому с болью. И никогда не говори об этом с мужчинами. Никогда.

— Да, я в курсе, Терес предупреждала.

— Прости ее, — Рикарда положила мне ладонь на плечо, чуть сжала. — Она так и не смогла стать матерью. Ее боль, боль нашего рода заглушают голос разума. Порой это сильней нас.

— Я понимаю.

— Понимаешь, — кивнула она.

С третьего этажа мы спустились в подвал. Вход в узкий коридор располагался пол главной лестницей и охранялся мужчиной. Если быть точнее, мужчина лет пятидесяти, сидел на стуле прямо в арке прохода. Встретил нас он колючим взглядом, не спеша подниматься со своего места. Секунд двадцать он сверлил нас взглядом, потом встал, отодвинул стул.

— Скоро мимо тебя пройдут Терес и Грида, — сказала Рикарда охраннику. — И пошли кого-нибудь найти Дамну.

Мужчина едва заметно кивнул. Рикарда вошла в проход первой. В небольшом углублении у входа нашла масляную лампу, запалила ее, и мы начали спускаться в непроглядный мрак.

Ширина коридора позволяла коснуться стен, не вытягивая рук. Крутые ступени, запах сырости. Мрачное место. Метров через двадцать ступени кончились, и мы двинулись по широкой дуге. Так как лампа была только у Рикарды, я плохо ориентировался в полумраке, стараясь не отставать. А потеряться тут можно было легко. Мы миновали развилок пять, прежде чем началась еще одна лестница, спустившая нас как минимум уровня на два. Воздух тут стал суше, а запах сырости сменился запахом пыли и чего-то горького.

Внезапно для меня стены разбежались в стороны, и мы вышли в комнату, в центре которой стоял большой, прямоугольной формы, каменный блок, наверняка играющий роль стола или алтаря. О габаритах комнаты я смог сказать, только когда Рикарда зажгла десяток ламп, развешанных по стенам. Шагов пятнадцать в длину, узкая комната имела еще один выход в противоположном конце, именно оттуда тянуло сухим воздухом и горечью.

— Некогда маги людей, спасая наш род от вымирания, придумали ритуал, — мрачным тоном сказала Рикарда. Голос ее глухо отразился от камня. — Отнятая жизнь даровала возможность зачать ребенка. До недавнего времени в каждом случае. И каждый третий ребенок делал первый вздох. Сейчас сила проклятия возросла и только половина из прошедших ритуал женщин могут зачать дитя. Один из десяти которых родится живым.

Голос ее стал совсем сухим. Она развернулась ко мне и медленно начала преображаться. Света хватало, чтобы во всех подробностях рассмотреть, как зрачки наливаются черным, а из-под верхней губы выглядывают клыки.

Она посмотрела поверх моей головы, и я инстинктивно оглянулся. В проходе стояла Терес и незнакомая мне женщина, ровесница Рикарды. Обе в облике демона, они держали под руки молодую женщину лет двадцати, двадцати трех.

— Сколько это займет времени? — спросила Рикарда. Клыки немного мешали, и некоторые звуки получались смазанными.

— Минут пять подготовиться, и еще столько же на… остальное.

— Готовься.

Пока я прошел к камню, примерно планируя, куда бросать вырванное проклятие, Терес и ее спутница в два счета стянули с женщины одежду. Затем ее уложили на каменный стол, прикрыв легкой полупрозрачной тканью. Встав с трех сторон, асверы прижали ее руки и ноги к столу.

Я с трудом сосредоточился на проклятии, которое сидело у нее в животе и сучило щупальцами, словно подозревая о своей судьбе. Обстановка несколько нервировала. Глубоко вздохнув, я сдвинул покрывало

— А я смогу, — неожиданно спросила женщина, — как Тереса, зачать без ритуала? С первой попытки…

— Ну, с первой не знаю, — я поразился такому вопросу, который в секунду выбил из меня всю нервозность. Затем я удивленно поднял брови, переводя взгляд на Терес. — Тут у людей не всегда получается так, чтобы сразу…

— Сможешь, — решительно сказала Терес. — Обязательно.

— Спасибо, — тихо сказала она. Губы ее дрогнули в попытке улыбнуться, а из глаз побежали дорожки слез.

— Чувствую себя темным волшебником, практикующим что-то незаконное в подземелье, — проворчал я. — На счет: — «раз», я эту штуку рву и кидаю вон туда, — кивок в сторону угла. — Потом выжигаю заклинанием. Готовы?

Что бы ни говорили, а чистое серебро проводит сквозь себя силу так легко, что стоило мне коснуться двух капель, как они растеклись по клинку, заполняя собой узор. Нити проклятия на животе женщины завибрировали от близости к этой силе. Вот теперь, словно взламывая хитроумную магическую защиту, я видел проклятие целиком. Как сотни тоненьких нитей разбегаются внутри тела, как они пульсируют в такт биению ее сердца, как наполняют силой два черных сгустка, так похожих на паука.

Резким движением я рассек вдоль черные сгустки, хватая большой. Сила в мгновение перешла со скальпеля, проникая в проклятие, рассекая черные нити. Рывок, шаг назад и я с силой отбросил эту дрянь в угол. Заклинание очищения вспыхнуло, разом накрывая черное пятно…

* * *

В отличие от первого разговора о проклятии, сейчас у Терес эта тема не вызывала такой сумбур чувств. Страх, ненависть и боль сменились волнением, и только оно в этот момент играло главенствующую роль. Словно она неопытный юнец перед первым серьезным заданием. Словно она впервые командует тройкой пар и от этого зависит их жизнь. Сейчас на ее глазах происходило действо, от которого рождалось новое чувство, которое Терес никогда прежде не испытывала.

Берси тем временем хмурил брови, зажав в левой руке серебряный нож. Взмахнув им в нескольких сантиметрах над телом, он схватил что-то невидимое и потянул на себя. Рука Гриды, которую сжимала Терес, напряглась и резко обмякла. Берси же шагнул назад, бросая это в угол, и в ту же секунду пол в том месте начал покрываться инеем.

— Ух, — он выдохнул, пытаясь облокотиться рукой о каменный алтарь, но промахнулся и начал заваливаться.

Терес едва успела поймать его за руку, поздно понимая, что ноги его не держат. Рикарда в свою очередь вовремя среагировала и со своей стороны подхватила его под вторую руку, не дав окончательно упасть.

— Что такое? — спросила она. — Все получилось?

— Получилось, — ответил Берси недоумевающим тоном. — Только вот ноги почему-то меня не слушаются. Перенапрягся, наверное.

— Демоны тебя забери! — гаркнула Рикарда так, что у Терес волосы встали дыбом. Терес только сейчас заметила струйку крови, бегущую из носа парня. — Наверх его!

Подхватив на руки Берси, она бросилась в коридор, жалея, что на ней платье. Выскочив из подвала и едва не сбив старого Рэфа, Терес обогнула лестницу, ища взглядом Арис. Та, словно чувствуя командира, как раз спускалась со второго этажа.

— Арис! — крикнула она, взлетая к ней по ступенькам. — Бегом на склад за корнем волыночника. Скажешь приказ Рикарды. Мы будем в малой библиотеке.

Кивнув, Арис перепрыгнула через перила и умчалась в сторону южного крыла. Мужчины у дверей проводили ее удивленными взглядами. Когда же они снова посмотрели в сторону лестницы, там уже никого не было.

* * *

Беготня по зданию закончилась в небольшой комнате, вдоль стен которой тянулись высокие, под самый потолок книжные полки. Малая библиотека, как сказала Терес, больше походила на комнату для чаепития, так как здесь стояло несколько располагающих к данному действу мягких диванов. Низенький столик с чайным сервизом из дорогущего фарфора, чайник на магической подставке. Большие окна давали достаточно света днем, а для вечерних посиделок предусмотрели магические светильники.

Терес уложила меня на один из диванов и поставила чайник на подставку, долив в него воду из раскрашенного цветами кувшина. Я чуть оторвал платок от носа, но кровь и не собиралась останавливаться.

— Нехорошо получилось, — начал я, — что разозлил госпожу Адан…

— Ты на целителя учишься? — спросила Терес со стальными нотками в голосе. — Ну так скажи мне, что бывает, когда маг использует сил больше, чем может контролировать?

— Много чего бывает, — не понял я, к чему она клонила. — Последствия разные, там, каналы могут испортиться, кровоизлияния, отказ органов. Можно и помереть.

— Признаки какие? — недовольно поправила она.

— Слабость, спутанное сознание, кровь из носа, глаз и ушей. Почти как у меня…

Терес подошла, положила ладонь мне на макушку и повернула голову, заглянув в глаза, потом в уши.

— Голова кружится? Двоение в глазах?

— Нет, — я прислушался к себе. — Легкость во всем теле. Только руками шевелить тяжело. Странно даже.

Она показала мне кулак, вернулась к чайнику. В комнату вбежала Арис и вручила Терес маленький бумажный пакет. Поймав взгляд начальницы, она поспешила так же быстро удалиться. Терес же надорвала пакет, бросила щепотку содержимого в кружку и залила закипевшей водой.

— Что там? — только из любопытства и чтобы поддержать разговор спросил я.

— Это чтобы у тебя кровь из ушей не потекла, — съязвила она, — от перенапряжения.

— Специально для магов держите?

— Нет, специально для тебя, — колдуя над чашками, она переливала отвар из одной в другую. — А маги, чтоб они все передохли от перенапряжения! Наблюдать за ними в этот момент, особое удовольствие… Пей, — она протянула мне чашку, требовательно глядя черными без зрачков глазами.

Я приложился губами к горькому отвару, отхлебнув столько, сколько смог.

— Гадость, — скривился. — Зараза, где-то я не рассчитал. С силой, в смысле. Но проклятие снял, голову на отсечение даю. И все-таки, на что рассердилась госпожа Адан?

— На глупость твою, — вздохнула Терес. — И на особо редкое для людей качество.

— Что за качество? — все же поинтересовался я, так как Терес не собиралась продолжать.

— Ты либо слишком умен, — в комнату вошла Рикарда Адан, — не забывая, с кем имеешь дело, либо глуп, как сказала Тереса, — она прошла к дивану, стоявшему напротив, села. — Я же тебе говорила, мы не можем напрямую определить, врет человек или нет. Мы чувствуем его искренность. И как большой знаток людей и магов, в частности, скажу, что это качество у людей встречается куда реже, чем ты думаешь. Для людей твоей профессии, вредное и опасное. Но, как бы мы не хотели, это как с магическим даром, оно либо есть, либо его нет. Дилемма, — она развела руками, — ты очень опасен для нас. Тем, что можешь раскрыть наш заговор против империи. С другой стороны, возможно, ты наше спасение. Возможность скинуть ошейник, надетый на нас, — она символически коснулась шеи.

— Мне сложно судить, — я пожал плечами, ничуть не обидевшись, так как обидеть она и не собиралась. — Если вы говорите о моей профессии, то я не жулик и никогда не занимался обманом людей. Я честный медвежатник, разбирающийся в магической защите. И тайну о том, чем я для вас занимаюсь, и чего добиваетесь вы, никто из меня не вытянет. Ни один человек об этом не узнает. Это касается только меня и асверов. И не потому, что я не хочу в бочку с солью, — я рассмеялся. — Хотя это тоже не лучшая перспектива. Перефразирую сказанное мной раньше: — «Выбора нет, но тот, что предоставили — мне нравится».

Непроницаемая маска на лице Рикарды дрогнула и она улыбнулась.

— И что нам остается? — глава асверов посмотрела на свою подчиненную.

— Платить ему той же монетой, — ухмыльнулась та, обнажая клыки.

— А захочет ли он быть не слугой, а другом нам? — оба асвера перевели на меня взгляд черных глаз.

— Ответственность, да? — скорее констатировал, чем спросил я. — Неожиданно, но очень лестно. Буду рад быть вашим другом.

— Взаимно, — кивнула Рикарда. — Рада, что ты понимаешь, что это право не освобождает тебя от обязательств и подчинения приказам.

— Куда ж без этого, — хмыкнул я. — Вы скажите, чтобы мне впросак не попасть, много у вас «друзей», кому можно доверять?

— Ты должен был понять это сам, — сказала Рикарда.

— Среди людей у асверов не может быть друзей, — продолжила Терес. — Мы можем их использовать. Они могут использовать нас. Другого не дано. Ты исключение.

— Гордись и цени оказанную честь, — закончила Рикарда и посерьезнела. — Теперь о другом. С этого момента рисковать своей жизнью и здоровьем ты будешь только с моего разрешения. Мы не можем потерять все, потерять надежду, которую обрели, ради сумасбродства и глупости, — в этом моменте укоризненный взгляд. — Жизнь одного из нас, жизни всех асверов в этом здании не стоят этого. Вчера я бы сделал все, чтобы не испортить инструмент достижения нашей цели. Сейчас я могу лишь воззвать к твоему благоразумию. Пока через слова. Но если ты не внемлешь, в ход пойдут розги. Через них, порой, доходит куда лучше и быстрей.

Так и поговорили. Но все равно я чувствовал себя просто замечательно. Не знаю, что послужило причиной, скорее всего совокупность всего произошедшего, но на душе было радостно. Впервые за долгое время. Мы еще долго пили чай, разговаривая о сущей ерунде. А еще я умудрился вогнать Терес в краску, поздравив ее с новым статусом будущей мамы. Смущенный демон, это примерно то же самое, что смущенный оборотень. Уникальное и интересное зрелище.