Повернувшись, я стал рассматривать второго серьёзного игрока на политической арене Оверхилла. Второго по, скажем так, очерёдности знакомства, а не по степени значимости, так как в весовых категориях здешних воротил официального и теневого бизнеса – а в наличии последнего я уже даже не сомневался – нам ещё предстояло разобраться. Не исключено, что именно князь Морелли занимает верхнюю позицию в здешней пищевой цепочке, а мэр Максиора обретается на вторых ролях. Сходу мне никто, естественно, эти расклады не предоставит, нужно будет разбираться самостоятельно.

И вот тут я, к собственному глубочайшему удивлению, ощутил давно забытый азарт охотника. Когда-то, в далёкой молодости, я с огромным удовольствием распутывал сложные преступления, а потом бумажная волокита, повсеместная коррупция, привычка вышестоящих присваивать себе результаты труда других людей как-то постепенно выдавила из меня весь энтузиазм, и я превратился в равнодушную и пофигистически настроенную ко всему «штатную единицу». Но не исключено, что при определённом старании былые навыки вернутся, и я снова научусь видеть скрытые связи, закономерности и тщательно запрятанные ниточки. Интересно, почему эта мысль не вызывает ни малейшего внутреннего протеста, хотя я давным-давно сказал себе «больше никогда и ни за что»?

Все эти мысли не мешали мне внимательно, на грани приличия, рассматривать главу вампирского сообщества Оверхилла. Князь Джулиан Морелли был высок, почти с меня ростом, и красив какой-то абсолютно безжизненной, словно замороженной красотой. Белые волосы, собранные на затылке в низкий «хвост», тонкие, слегка хищные черты лица, тёмно-красные глаза. К моей радости, в них не было агрессии или тупой жестокости и жажды крови, наоборот. Взгляд Патриарха был острым, внимательным, оценивающим и выдавал в князе человека опытного, думающего и прекрасно знающего себе цену. Себе и другим…

Одет князь был так, словно только что вернулся с костюмированного бала-маскарада, разве что маски не было. Я уже имел возможность убедиться, что жители Оверхилла предпочитают удобную, не стесняющую движений одежду, во многом напоминающую мне привычную земную: классические брюки, рубашки, пиджаки, которые порой больше напоминали короткие летние куртки. Именно так был одет и мэр Максиора, разве что ткань на его костюм пошла более дорогая. Остальные же должностные лица, с которыми мне пришлось пересечься, носили форму. А среди обычных прохожих даже я, в своих джинсах и футболке, не слишком выделялся. Так что Феликс в его ярких костюмах вызывал вполне закономерное любопытство у жителей Оверхилла.

Князь же щеголял в белоснежной рубашке с широченными рукавами, кружевным жабо и кружевными же манжетам и в достаточно узких брюках, заправленных в высокие сапоги. Сюда бы добавить жилет и сюртук – и был бы идеальный викторианский джентльмен. Откуда у меня такие сведения? Так во время дежурства охранником чего только ни начитаешься и ни насмотришься во всяких журналах.

– Ваша светлость, – я поклонился, не слишком низко, но и не как равному. Наш провожатый ещё по дороге объяснил нам нюансы общения с главным вампиром. – Позвольте представиться. Фиор Леон, руководитель Отдела учёта и контроля. А это мои коллеги и спутники: фиорита Агата и фиор Феликс.

– Рад приветствовать вас в Стриберге, – князь благосклонно кивнул нам, – мне доложили, что вы, фиор, упомянули того, кто обладает истинной властью над многими мирами.

– Если вы о князе Лоренцо Чилларио, то да, – я заметил, как прищурился князь, буквально впившись в меня взглядом, – он удостоил меня личной беседой и пообещал присматривать. Не спрашивайте меня, ваша светлость, почему моя скромная персона вызвала у него такой интерес, я сам не в курсе. Просто факт остаётся фактом.

– Да, я вижу на вас его знак, – помолчав, проговорил князь Морелли, – и буду рад, если вы расскажете мне о цели своего визита. Но, разумеется, будет лучше, если мы продолжим беседу в более подходящей для этого обстановке.

Сказав это, князь Джулиан повернулся и пошёл по ступенькам вверх, нисколько не заботясь о том, следуем ли мы за ним. Видимо, вариант, что мы проигнорируем его предложение, просто-напросто не рассматривался. Да оно и правильно: куда мы денемся-то? В этом визите заинтересованы в первую очередь мы, поэтому по умолчанию принимаем те правила, которые диктуют нам хозяева.

Всё то время, пока мы поднимались с князем на второй этаж и шли по коридору, я удивлялся тишине, царящей в замке. Было ощущение, что кроме нас и оставшегося где-то внизу вампира, так и не назвавшего своего имени, тут вообще никого нет. Ни охраны, ни шастающих туда-сюда придворных, ни лакеев или кто тут должен быть. Или здесь всё оживляется – в определённом смысле этого слова, конечно – с наступлением темноты? Хотя, как по мне, в замке и днём было достаточно сумрачно. Но это мне, а вампирам, наверное, слишком светло даже в таком мрачном помещении. Впрочем, пока это не имеет почти никакого значения, так как в приоритете установление контакта с князем и получение его дозволения провести первичную перепись вверенного его заботам населения.

Вскоре мы вслед за князем Морелли вошли в большой и неожиданно очень светлый кабинет: на стенах в изобилии были размещены светильники, стилизованные под горящие факелы. Окна были скрыты за очень плотными шторами, так что у солнечного света не было ни малейшего шанса проникнуть в помещение.

Князь жестом предложил нам занять удобные даже на вид кресла, а сам расположился за большим письменным столом.

– Я готов выслушать вас, фиоры, – спокойно проговорил он, внимательно нас рассматривая, но не демонстрируя никаких эмоций, – что привело вас в Стриберг вообще и ко мне в частности?

– Некоторое время назад мы все умерли, – неожиданно для самого себя начал я, – причём сделали это каждый в своём мире. Наверное, мы никогда не узнали бы друг друга, если бы не воля Оракула и того, кого вы уже упомянули. Нам был предоставлен шанс начать новую жизнь в новом для нас мире, и мы приняли это необычное предложение. Так мы отказались в Оверхилле. Но за всё нужно платить, – тут чётко очерченные губы князя дрогнули в едва заметной усмешке, – и за своё… возрождение мы должны расплатиться не самой простой службой. Так как от Совета, который, насколько мы знаем, является единственной официальной властью в Оверхилле, поступила заявка на создание и формирование Отдела по учёту и контролю за нечистью и нежитью, то Оракул решил, что именно мы в него и войдём. А князь Чилларио, с которым я совершенно случайно познакомился, эту идею одобрил и пообещал присматривать за тем, как мы будем справляться. Со всеми, так сказать, вытекающими из этого последствиями.

– В целом мне понятна ваша задача, – помолчав, ответил князь, задумчиво постукивая по полированной поверхности стола длинными ногтями, – но почему вы решили начать именно со Стриберга?

– Тут две причины, ваша светлость, – вступил в беседу Феликс, – во-первых, нам объяснили, что именно Стриберг является вторым по значимости местом после Максиора. Следовательно, если вы поддержите нас в начале пути или хотя бы не станете препятствовать, то нам будет намного проще действовать дальше.

– А во-вторых, хотя мы пока и не слишком хорошо ориентируемся в здешних реалиях, – добавил я, – но уже поняли, что именно вы во многом определяете отношение к тем или иным вопросам в, так сказать, глобальном плане.

– Ваши мотивы я понял, – спокойно кивнул князь Морелли, – а в чём состоит мой интерес? Я, знаете ли, не привык делать что-то просто так и не собираюсь менять своё отношение к этому вопросу. Убедите меня, что в этом есть выгода и для моего города.

– Позвольте мне сказать, – неожиданно проговорила Агата, и князь взглянул на неё с лёгким недоумением, словно не предполагал, что она вообще умеет разговаривать.

– Говорите, фиорита, – снисходительно махнул рукой он, – удивите меня.

– Дело в том, что я ведьма, – начала Агата, – впрочем, вы наверняка это и так увидели. Так вот, я, как и почти все представительницы моего… вида, обладаю определённым даром предвидения. Он не является моей основной специализацией, но тем не менее развит достаточно неплохо. Так вот, – девушка перевела дыхание, – я могу сказать с абсолютной уверенностью, что наш Отдел, который некоторые ещё называют Агентством, через определённое время станет более чем авторитетной организацией не только в Оверхилле, но и в большинстве соседних миров. Я не могу точно сказать, как и когда это произойдёт, но вероятность такого развития событий почти стопроцентная. И, думаю, для вас лично и для всего Стриберга было бы очень неплохо числиться среди друзей нашей организации, а не среди её противников. Более того, думаю, мы всегда будем помнить, кто поддержал нас, когда мы только делали первые шаги, а кто мешал. Ну а Леон, несомненно, поделится этой информацией с сами понимаете кем.

Какое-то время князь Морелли пристально изучал замолчавшую ведьмочку, а я мысленно ей аплодировал. Ай да Агата! Ай да умница!

– Достойно, – одобрительно кивнул главный вампир Оверхилла, приняв какое-то решение, – шантаж, обещание льгот и возможных преференций смешаны очень грамотно и в правильных пропорциях. Примите моё искреннее восхищение, юная фиорита. Всё-таки кровь всегда сказывается…

– Благодарю, – мило улыбнулась Агата, и на её щеках вспыхнул румянец удовольствия, – надеюсь, я не была слишком прямолинейна.

– Напротив, – князь улыбнулся, сверкнул клыками, словно напоминая, кто он, собственно, такой, хотя мы и не забывали. – Что вам потребуется для работы?

– Помещение, в котором мы могли бы расположиться, – я моментально переключился на деловой тон, – и ваше распоряжение по поводу того, что все обитатели замка и прилегающих к нему помещений должны в обязательном порядке посетить нас и пройти короткую и предельно простую процедуру регистрации. Организацией будет заниматься фиорита Агата, фиор Феликс будет заполнять таблицы, а я – следить за работой считывателя и общим порядком.

– Ну что же, – князь поднялся из-за стола, и мы, соответственно, тоже встали, – я прикажу оборудовать для вас малую синюю гостиную. Думаю, места там хватит. Не думаю, что возникнут какие-то проблемы: мои подданные не склонны к неповиновению, знаете ли.

– Ещё вопрос, если позволите, – я вопросительно взглянул на князя, который равнодушно кивнул, – в замке на данный момент находятся только представители клана Морелли?

От капитана Далмера я знал, что в Стриберге обитает около десятка вампирских кланов – каждый в своём замке или двух, если клан большой.

– Разумеется, – князь взглянул на меня с некоторым недоумением, но всё же снизошёл до пояснения, – мы стараемся не злоупотреблять гостевыми визитами, фиор Леон, это одна из особенностей нашего существования. Но я дам вам верительную грамоту, которая позволит беспрепятственно проходить на земли других кланов и обяжет их глав оказывать вам всяческое содействие.

– Сколько примерно человек… ммм… – тут я запнулся, а князь негромко рассмеялся, – сколько ваших подданных на данный момент находится здесь, в вашем замке? Вы можете сказать мне хотя бы примерно, ваша светлость?

– Могу, и даже не примерно, а точно, – князь остановился и словно прислушался к чему-то, – сейчас в замке сорок шесть представителей клана Морелли. Тридцать мужчин и шестнадцать женщин.

– Благодарю, – сказал я, заметив, что Феликс сделал себе какую-то пометку в блокноте, который всё это время не выпускал из рук.

Вскоре мы остановились перед дверями, возле которых замер молодой – хотя для вампиров это понятие относительное, насколько я помню – не то лакей, не то охранник.

– Флориан, – обратился к нему князь, – наши гости займут малую синюю гостиную на тот срок, который им потребуется. Все их просьбы, не выходящие за рамки установленных правил, следует исполнять незамедлительно.

– Слушаюсь, ваша светлость, – вытянулся по стойке «смирно» вампир, – какие ещё будут указания?

– Никаких, – бросил князь и повернулся к нам, – я распоряжусь, чтобы вам принесли напитки и лёгкие закуски. Несмотря ни на что, у нас в замке всегда найдётся обычная еда. А для вас, фиор Феликс, есть пластины. Нам доставляют их непосредственно из Манвенита как раз на такой случай. Вы какие предпочитаете?

– Синие или оранжевые, – ничуть не удивился скелет, – благодарю вас, ваша светлость.

– Тогда располагайтесь, – князь щёлкнул пальцами, и двери словно сами собой открылись, – скоро я пришлю вам первую группу тех, кто вам нужен.