«Или он просто мастерски прятал концы в воду», – подумала я. Но вслух говорить этого не стала.

– Последние годы своей жизни отец жил здесь, – продолжил Бернард всё тем же бесцветным голосом, в то время как в его глазах отражался целый океан боли. – Он просто не мог находиться в одном доме с Малвэйн и предпочитал прятаться от неё здесь. А она до сих пор считает, что он умер чуть ли не в постели с любовницей.

– Почему же ты ей об этом не скажешь?

– А смысл? Она всё равно не поверит. Ведь это будет означать, что она никакая не невинная жертва его разгульного образа жизни, а самый настоящий тиран, портящий жизнь всем, кто находится поблизости.

Бернард тяжело вздохнул и посмотрел мне в глаза.

– Я всегда боялся повторить его судьбу, – признался он. – Поэтому отказался от самой идеи женитьбы, предпочитая ни к чему не обязывающие связи на пару ночей. А потом в моей жизни появилась ты. – Уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку, только вот получилась она какой-то кривоватой и печальной. – Дракон не выбирает истинную пару – нам её назначает судьба. И именно эта самая судьба свела нас вместе. – Он обречённо вздохнул. – Я готов весь мир положить к твоим ногам. Но моя работа, так же, как и работа моего отца, связана с общением с людьми и постоянными разъездами. И если ты будешь сходить с ума от ревности каждый раз, когда я отсутствую или когда я общаюсь с другой женщиной, лучше нам, и правда, ничего не начинать.

Это был своеобразный ультиматум: либо я принимаю действительное положение вещей и, не имея на руках весомых доказательств, не выношу Бернарду мозги бесконечными подозрениями в измене, либо ставлю крест на наших отношениях.

Только вот ни один из этих вариантов не казался мне достаточно привлекательным.

Я уже смирилась с мыслью, что являюсь истинной парой Бернарда и, в конечном итоге, наши отношения закончатся свадьбой – рушить этот хрупкий мир совершенно не хотелось.

Но и безоговорочно довериться, зная, как часто мужчины обманывают, я тоже не могу.

Так как же мне быть? Рискнуть поверить? Или вернуться к привычному безопасному одиночеству?

Бернард внимательно смотрел на меня, терпеливо дожидаясь моего решения.

А мне вспомнилось то чувство спокойствия, когда вчера во время столкновения с Томасом Бернард оказался у меня за спиной, безмолвно выказывая поддержку.

И именно это чувство перевесило чашу весов.

– Хорошо, – сдалась я. – Я не буду подозревать тебя во всех смертных грехах до тех пор, пока не поймаю с поличным. Но ты не будешь флиртовать со своими бывшими на моих глазах. И если ты мне всё же когда-нибудь изменишь, я оставляю за собой право проклясть тебя импотенцией.

На губах Бернарда расцвела счастливая улыбка. Он поднялся с дивана, подошёл к моему креслу и опустился на одно колено, после чего нежно взял меня за руку и трепетно коснулся губами костяшек пальцев.

– Обещаю, ты не пожалеешь, – проникновенно глядя мне в глаза, проговорил он.

«Время покажет», – мысленно ответила на это я.

Экстра 1. Свадебный переполох

«Горбатого только могила исправит» – подумала я с тяжким вздохом.

Второй час леди Малвэйн мучила Агату в свадебном салоне, «помогая выбрать идеальное платье».

Как по мне, без будущей свекрови мы с Агатой справились бы намного быстрее (и с меньшими потерями нервных клеток).

Когда Стефан с Агатой официально объявили дату свадьбы, я ожидала бурю. Однако той не последовало.

Леди Малвэйн, отправленная в своеобразную ссылку, вела себя тише воды – ниже травы, никому не докучала и даже поздравила молодых с грядущей свадьбой, выказав желание помочь с организацией торжества.

И Агата – наивная душа! – поверила в то, что эта мегера изменилась.

Так что предложение о помощи было принято с благодарностью.

Об этом своём опрометчивом поступке Агата пожалела буквально на следующий день, когда приехавшая Малвэйн начала терроризировать организатора свадеб, придираясь абсолютно ко всему: к месту проведения торжества, к украшениям, к музыке, к меню.

Миледи не устраивало абсолютно всё. Агата пыталась отстоять своё видение, но тщетно – Малвэйн было не переубедить.

Стефан предпочёл благополучно самоустраниться, предоставив невесте разруливать ситуацию самой.

Агата же на подмогу позвала меня.

Как итог: вот уже целый месяц вместо того, чтобы заниматься своими делами, я обмениваюсь колкостями с Малвэйн, утешаю Агату и молюсь всем известным богам, чтобы не сойти с ума в этом дурдоме.

– Миледи, – я решительно выступила вперёд, вставая между Малвэйн и Агатой. – Наскребите по сусекам хотя бы крупицу совести. Агата и так уже максимально пошла вам навстречу, внеся изменение в оформление банкетного зала и меню. Позвольте ей хотя бы платье выбрать самой!

Малвэйн недовольно поджала губы и открыла было рот, чтобы разразится очередной высокопарной тирадой вперемешку с завуалированными оскорблениями в мой адрес, однако я поспешила её перебить:

– Если сейчас вы оставите Агату в покое, я позволю вам полностью организовать нашу с Бернардом свадьбу.

– В самом деле? – в глазах Малвэйн вспыхнул интерес. – Вряд ли Бернард мне это позволит.

– Бернарда беру на себя.

– Ну, тогда ладно, – «сдалась» она.

«Спасибо», – одними губами прошептала Агата, а я лишь благосклонно кивнула.

На что только не пойдёшь ради счастья подруги.

– А разве вы с Бернардом решили пожениться? – полюбопытствовала Агата тем же вечером, после того как леди Малвэйн отбыла в свою комнату, оставив нас вдвоём

– Малвэйн уверена, что да. В конце концов, я истинная пара Бернарда. А это подразумевает, что наши отношения непременно закончатся свадьбой.

– Но предложение он тебе ещё не делал? – Агата нахмурилась.

– На самом деле, делал. Дважды.

На лице Агаты отразилось изумление.

– И ты ему отказала? – неверяще спросила она.

– Не совсем. Я лишь сказала, что мы слишком мало знакомы, и мне нужно чуть больше времени, прежде чем сказать ему «да».

– Боже, хотела бы я видеть лицо Бернарда, когда ты ему так ответила! – рассмеялась Агата.

– Это было непередаваемое зрелище, – заверила я её.

И не то чтобы я совсем не хотела замуж.

За минувшие три месяца я неплохо узнала Бернарда и даже прониклась к нему тёплыми чувствами.

Только вот когда он в первый раз положил передо мной коробочку с обручальным кольцом, у него было такое самоуверенное выражение лица, словно он ни капельки не сомневался в ответе.

Естественно, я просто не могла его не проучить.

Во второй раз Бернард поступил уже мудрее.

Он организовал красивый вечер – ужин при свечах под нежные переливы скрипки. И под конец встал передо мной на одно колено и попросил стать его женой.

И всё бы ничего.

Только вот накануне на балу, устроенном лордом Эшмором, он благосклонно принимал знаки внимания старшей дочери лорда и даже пару раз с ней танцевал, позже оправдывая это передо мной обычной вежливостью.

Стоит ли говорить, что и на второе предложение я не ответила согласием?

Умом я понимаю, что веду себя как истеричная капризная девочка-подросток. Но ничего с собой поделать не могу.

Да, мне нравится Бернард. С ним приятно проводить вечера. Он может быть восхитительным собеседником и крайне галантным и заботливым кавалером.

Но всё равно червячок сомнений нет-нет да высовывает голову.

Насколько сильны мои чувства к Бернарду?

С ним как раз всё ясно, истинная связь и всё такое. А что со мной? Люблю ли я его? Я не уверена.

И именно эта неуверенность заставляет меня каждый раз отступать, когда речь заходит о нашей свадьбе.

Я хочу быть уверена. В первую очередь в самой себе.

Не хочу, чтобы потом, когда пути назад уже не будет, внезапно выяснилось, что никакой любви нет и в помине.

Неожиданно в гостиную вбежал крайне бледный и донельзя взволнованный дворецкий.

– Госпожа Габриэлла, там… там… господин Бернард… он…

По его перекошенному ужасом лицу и неспособности связать и двух слов было очевидно: случилось что-то страшное.

Я тут же вскочила на ноги и бросилась к выходу. Дворецкий последовал за мной, в какой-то момент обогнав меня и поманив за собой в сторону центрального входа.

Бернард обнаружился в холле в окружении слуг.

Он лежал на залитом кровью паркете, был белым, как мел, и, кажется, даже не дышал.

Вне себя от ужаса, я подбежала к Бернарду и плюхнулась на колени рядом с ним, не обращая внимания на кровь, мгновенно напитавшую подол моего светло-голубого платья.

– Бернард? – я дрожащими руками щупала его грудь в поисках раны, но крови было так много, что было невозможно понять, откуда она идёт.

Бернард слабо застонал и перехватил мои ладони, слабо сжав их в своих пальцах.

– Не надо, – еле слышно выдохнул он и зашёлся надсадным кашлем. – Уже ничего не сделать.

Мне на глаза навернулись слёзы, но я всё равно повернулась к дворецкому.

– Чего стоишь? Приведи лекаря!

– Не нужно, – слабо возразил Бернард. – Всё равно не поможет.

Он выпустил одну мою руку и достал из кармана камзола хорошо знакомое мне кольцо.

– Вот, возьми, – еле слышно выдохнул Бернард. – Позволь мне хотя бы представить, что ты сказала да.

– Не смей умирать! – надрывно воскликнула я. – Как ты женишься на мне, если умрёшь?

– А если выживу, ты выйдешь за меня?

Я резко замерла и с недоверием уставилась на Бернарда. Потом посмотрела на испуганных слуг, толпившихся рядом, на залитый кровью пол.

И тут меня накатило осознание.

– Ну, ты и мерзавец! – воскликнула я, с силой треснув Бернарда ладонью по плечу. – У меня же чуть разрыв сердца не случился! Юморист хренов…

В этот же момент слуги перестали изображать из себя вселенскую скорбь, а Бернард резко прекратил умирать.

– Ну, стоило попробовать, – равнодушно пожал он плечами. – Вдруг бы получилось.

– Что, нормальные способы сделать предложение закончились? – ядовито уточнила я. – Какая у тебя, однако, скудная фантазия.

Я посмотрела на собственные перепачканные в крови руки и, брезгливо скривившись, вытерла их о камзол Бернарда, после чего поднялась на ноги и окинула критическим взглядом испорченное платье.

– Ты мне должен новое платье, – заявила я непреклонно.

– Свадебное? – с надеждой уточнил Бернард, широко улыбаясь.

Он явно не чувствовал за собой ни капли вины.

За что тут же получил крохотный разряд молнии в бедро в моём исполнении.

Чтобы сильно не веселился.

– Повседневное, – отрезала я. – И в следующий раз за подобную выходку я тебе голову оторву.

– Обещаю, подобное не повторится, – заверил меня Бернард.

Однако выражение его лица ясно свидетельствовало о том, что «подобное», может, и не повторится, но он вполне может выдумать что-нибудь похлеще.

«Ну, по крайней мере, с ним не соскучишься, – подумала я. – Даже страшно представить, что он ещё придумает. Может, проще согласиться?»

Однако я практически сразу отмела эту мысль.

Ну, уж нет! Пусть сначала докажет, что достоин быть моим мужем. А до тех пор пусть тренирует фантазию.

Я же с радостью понаблюдаю, до чего ещё он сможет додуматься в попытках добиться от меня заветного «да».

Экстра 2. И пусть весь мир подождёт

Глупая выходка Бернарда не особо сильно меня расстроила. Зато заставила задуматься.

Пусть и на несколько секунд, но я, и правда, поверила, что могу его потерять. И эта мысль принесла мне настоящую боль.

Получается, мои чувства к Бернарду глубже обычной симпатии?

Неужели я могла влюбиться в него вот так просто, всего за несколько месяцев знакомства?

Я осознала, что мне нужно время, чтобы всё хорошенько обдумать.

Ну, и отдохнуть от свадебной суеты тоже не помешает.

Так что на следующий день я предупредила Агата, что вынуждена ненадолго её покинуть, чтобы заняться своими личными делами.

В глазах подруги мелькнуло понимание вперемешку с сочувствием.

– Конечно, идти, – охотно отпустила она меня. – Даже железным леди порой нужна небольшая передышка.

– Ты точно справишься здесь без меня? – с беспокойством уточнила я.

Всё же леди Малвэйн была далеко не подарок, и выдерживать её долгое время, ещё и находясь с ней один на один – тяжкий труд.

– Разумеется справлюсь, – с улыбкой заверила меня Агата. – Леди Малвэйн, конечно, та ещё штучка, но и с ней вполне мирно можно общаться. Главное найти правильный подход.

Я наградила подругу скептическим взглядом: что-то вчера в свадебном салоне она не выглядела как человек, нашедший к этой мегере «правильный подход».

Впрочем, каждый развлекается так, как ему нравится.

Близились выпускные экзамены, так что Морган с головой ушёл в учёбу.

Чтобы брат не тратил долгие часы на дорогу до школы и обратно домой, я сняла ему небольшую квартиру в городе, приставив к нему в качестве слуги и телохранителя Ореста.

Таким образом, в поместье Оберенов я, в сущности, жила одна (не считая многочисленную прислугу). А значит, ничего не мешало мне сорваться с места и умчаться вдаль.

«Вдаль» я выбрала неосознанно, поддавшись порыву.

Собрав маленький чемодан и оставив старого дворецкого Фидо за главного, я наняла экипаж и умчалась на юг, в крохотное имение, в котором мы с Морганом пять лет назад воровали яблоки и сливы.

Поскольку на постоянной основе здесь никто не жил, штат прислуги в имении был небольшой: пожилая кухарка, две горничные да престарелый сторож, он же лакей.

– Хозяин редко здесь бывал, – поведала мне кухарка. – И всегда привозил с собой слуг из главного дома. Но если хотите, можем кликнуть кого-нибудь из деревни на подмогу.

– Не нужно, – покачала я головой. – Я как раз хочу отдохнуть от людей.

Целую неделю я предавалась греху ничегонеделанья: гуляла по саду, кормила уток в пруду, читала книги.

Когда же становилось скучно, присоединялась к бабушке Кендре (это она сама попросила меня так её называть) на кухне и слушала её весёлую трескотню обо всём на свете, начиная с забавных историй из её молодости, заканчивая сплетнями из деревни.