– Предпочтёте сесть в тюрьму? – «дознаватель» изобразил на лице удивление. – Уверяю, вам там не понравится.

– Лучше уж в тюрьме, чем с вами в постели.

Он пренебрежительно фыркнул и поднялся из кресла, после чего вытащил из кармана визитку и положил её на чайный столик.

– Если передумаете, пришлите эту визитку по указанному в ней адресу, – сказал он. – Но не затягивайте с этим – я могу и передумать.

И, развернувшись, покинул квартиру, тихо закрыв за собой дверь.

Я чисто интереса ради потянулась и взяла со стола визитку.

Ни имени, ни фамилии на ней указано не было. Только адрес и незнакомый мне знак: череп, обвитый плющом.

Сомнительное предложение

Я не сомневалась: кем бы ни был этот «дознаватель», он явно из того типа мужчин, которые не успокоятся, пока не получат желаемое.

И сейчас он хочет меня.

А значит, выход у меня один: бежать и как можно быстрее и дальше. Так что первым делом я бросилась в спальню, вытащила из-под кровати два больших чемодана и начала собирать наши с Морганом вещи.

Да, вот так срываться с места, ещё и в середине учебного года – очень плохая затея. Только вот остаться здесь, означает подставить брата под удар.

Потому что если этот ненормальный «дознаватель» за какую-то пару часов нашёл мой адрес, отыскать моего брата для него не составит труда. А если Морган окажется у него в руках, я соглашусь на что угодно, только бы брат не пострадал.

К вечеру чемоданы с самыми необходимыми вещами и документами были упакованы, и я уже собиралась отправиться на вокзал за билетами на любой ближайший поезд (мне было плевать, куда именно ехать, лишь бы подальше отсюда), как в дверь кто-то громко постучал.

Насторожившись (кого ещё нелёгкая могла принести?), я опасливо подошла к двери и спросила:

– Кто там?

– Открывай, свои пришли! – раздался по ту сторону бодрый женский голос, и я, облегчённо вздохнув, впустила гостью.

На пороге оказалась моя лучшая (и единственная) подруга Агата, да не одна, а в компании своего возлюбленного Стефана.

– Мы пришли не с пустыми руками! – радостно объявила Агата, демонстрируя мне бутылку шампанского и бумажный пакет с эмблемой моей любимой пекарни. – У меня чудесная новость: Стефан сделал мне предложение!

И тут же подсунула мне под нос свою правую ладонь, на безымянном пальце которой красовалось симпатичное золотое колечко с небольшим бриллиантом.

– Поздравляю, – искренне проговорила я, провожая гостей на кухню.

– Спасибо, – Агата широко улыбнулась и села за стол спиной к окну. Стефан устроился рядом с ней. – Но вообще-то мы пришли к тебе по делу. Поэтому и принесли вкусняшку, – она пододвинула бумажный пакет ближе ко мне. – Считай это своеобразной взяткой.

– Взятка это хорошо, – хмыкнула я, раскрыла пакет и улыбнулась при виде своих любимых бисквитных пирожных. – И чего вы от меня хотите?

Агата со Стефаном обменялись быстрыми взглядами, после чего тот заявил:

– Притворись моей невестой.

– Что, прости? – мне показалось, что я ослышалась.

– Притворись моей невестой, – повторил Стефан и поспешно принялся объяснять: – Понимаешь, моя мать человек очень непростой. – Стефан покосился на Агату и, немного смутившись, продолжил: – До Агаты у меня уже были серьёзные отношения. Трижды. И все три раза, стоило мне познакомить потенциальную невесту с моей мамой, не проходило и недели, как девушка от меня сбегала. И хотя мама утверждает, что она ничего такого не делала, зная её характер… – Стефан тяжело вздохнул, – я не сомневаюсь, что она делала всё, чтобы отвадить от меня неподходящих по её мнению невест.

– Агата наимелейшая девушка, – заметила я, за что была награждена тёплой улыбкой подруги. – Хозяйственная, работящая, с покладистым характером и добрым сердцем. Такая просто не может не понравиться.

Стефан горько улыбнулся.

– Поверь, моя мать даже к ангелу найдёт в чём придраться.

– Допустим, – я пытливо посмотрела на него. – Причём тут я?

Стефан смутился ещё сильнее, и тогда ему на помощь пришла Агата.

– Ну, в отличие от меня, у тебя характер боевой и за словом в карман ты не полезешь, – заметила она. – И мы со Стефаном уверены, если его мать попытается что-то отчебучить, ты с лёгкостью поставишь её на место.

– Всё может быть, – не стала я спорить, тем более что это была чистая правда. – Но замуж за твоего Стефана я точно не собираюсь, да он и сам взвоет уже на второй день, если со мной свяжется.

– Упаси Боже меня от такой невесты! – нервно рассмеялся Стефан. – Нет, я не предлагаю тебе стать моей невестой, я же сказал, что хочу, чтобы ты притворилась ею. Я познакомлю тебя со своей семьёй, ты пару недель поживёшь у нас в поместье и покажешь моей матушке, что такое по-настоящему кошмарная невестка. После общения с тобой, уверен, она с распростёртыми объятиями примет кого угодно.

Мне даже на мгновение стало обидно. Это он что, решил меня использовать в качестве огородного пугала?

Я уже открыла рот, чтобы сказать решительное нет, но тут вспомнила о долге в пятьдесят тысяч, наглом «дознавателе» и чемоданах, уже стоявших в гостиной.

– Пятьдесят тысяч.

– Что? – теперь настала очередь Стефана растерянно хлопать ресницами.

– Заплати мне пятьдесят тысяч, и я заставлю твою мать молиться всем известным богам, только бы я перестала быть твоей невестой.

– Пятьдесят тысяч – это очень много за две недели работы, – заметил Стефан.

Тут не поспоришь, сумма, и правда, очень большая. Ну так ведь это он ко мне пришёл со всякими сомнительными предложениями! Или думал, я буду участвовать в его спектакле за спасибо? Наивный! Пусть ищет себе другую дурочку.

– Пятьдесят тысяч, и не медяком меньше, – я была категорична. – И пока я буду строить твою маман, мой брат поживёт с Агатой.

– Может, хотя бы сорок тысяч? – заискивающе посмотрев на меня, попытался сбить цену Стефан.

– Не торгуйся – не на рынке, – отрезала я. – Пятьдесят тысяч, и это моё последнее слово. Не устраивает – ищи себе другую актрису.

Стефан обречённо вздохнул и с надеждой посмотрел на свою невесту, но Агата лишь безмятежно улыбалась, даже не пытаясь влезть в наш спор.

– Хорошо, пятьдесят, – сдался он. – Но ты обещаешь, что доведёшь дело до конца.

– До какого конца? До сердечного приступа твоей матери?

– Ну, не настолько радикально. Но я буду рад, если она просто придёт ко мне и скажет: «Стефан, я согласна на любую невестку, хоть крестьянку беззубую, только верни это чудовище туда, откуда взял».

– По рукам, – кивнула я, хотя меня и несколько передёрнуло от подобной формулировки. – Ты в течение трёх дней отдаёшь мне пятьдесят тысяч, а я занимаюсь дрессировкой твоей матери и превращаю её в милую, добрую, благопристойную свекровь для нашей Агаты.

Между нами девочками

Стефан сдержал своё слово и на следующий же день заплатил мне требуемую сумму наличными. Я же сразу отнесла деньги в банк и положила на счёт «пострадавшему», посчитав на этом данный инцидент исчерпанным.

Теперь осталось только отработать полученные деньги. Но это уже так, мелочи.

Тем же вечером я была вынуждена признаться брату в том, что меня в очередной раз уволили с работы, в связи с чем он некоторое время будет жить у Агаты.

– Но ты же заплатила за аренду в этом месяце, – Морган нахмурился, а затем наградил меня пристальным взглядом. – Чего-то ты не договариваешь, сестрёнка.

– И в кого ты только такой проницательный, – с преувеличенно тяжёлым вздохом посетовала я.

Немного подумав, я кратенько обрисовала брату положение дел, включая мои проблемы с внезапно воспылавшем ко мне страстью «дознавателем». Не стала я скрывать и предложение, которое мне сделал Стефан.

– Вечно с тобой что-то случается, – укоризненно покачал головой Морган, внимательно выслушав мой рассказ. – Ты просто магнит для неприятностей.

Я смущённо улыбнулась и развела руками, мол, да, вот такая вот я у него непутёвая.

Морган обречённо вздохнул, подошёл ко мне и сжал в крепких объятиях.

– Когда я вырасту и стану известным целителем, тебе больше не придётся работать, – заявил он. – Я буду сам о тебе заботиться и содержать. И никакие наглые типы и близко к тебе подойти не посмеют со своими сомнительными предложениями!

Моё сердце наполнилось теплом, и я ласково поцеловала брата в макушку.

– Всё непременно так и будет, – заверила я его. – Просто нам обоим нужно запастись терпением. А тебе полностью сосредоточиться на учёбе и не о чём больше не беспокоиться.

«А уж я сделаю всё возможное, чтобы ты сумел исполнить все свои мечты».

Тем же вечером я наняла экипаж и вместе с Морганом и всеми нашими вещами приехала к Агате.

– Ещё раз спасибо, Габи, что согласилась помочь нам со Стефаном! – Агата буквально светилась от счастья, впуская нас в свою квартиру. – Не представляю, что бы я делала, если бы мне пришлось столкнуться лицом к лицу с леди Малвэйн.

– Она настолько страшная? – удивилась я.

– Стефан говорит, что у неё просто тяжёлый характер, – Агата смутилась. – Но я в прошлом году устроила на лето к ним в поместье работать помощницей садовника. Ну, и немного порасспрашивала прислугу об их госпоже.

Я послала Моргану многозначительный взгляд, и брат, быстро сориентировавшись, заявил, что пока разложит свои вещи, после чего вместе со своим чемоданом скрылся в выделенной ему спальне.

Я же подхватила подругу под локоть и утащила на кухню.

– И что же слуги тебе рассказали о матери Стефана? – спросила я, усаживаясь за стол.

– Малвэйн – настоящая мегера. Загоняла всю прислугу, те трясутся от одного только её вида. А ещё она страшный тиран и после смерти мужа всяческими способами пытается привязать сыновей к себе.

– Сыновей? – переспросила я. – У Стефана есть братья?

– Брат, – кивнула Агата, наполняя чайник водой. – Старший. Зовут его Бернард, ему тридцать семь лет, и он на дух не переносит собственную мать, поэтому в поместье показывается дважды в год: на новый год и на её день рождения. Всё остальное время проводит в столице, где у него имеется какая-то работа при дворе, но какая именно, я так и не выяснила.

Я с умилением посмотрела на Агату. Кто-то другой назвал бы её сплетницей и брезгливо скривился. Я же нахожу просто очаровательной эту её тягу всё и обо всех знать.

– А что сам Стефан? – пытливо взглянув на подругу, уточнила я. – Какие у него отношения с матерью?

Агата зажгла огонь на плите и поставила чайник на конфорку.

– С этим сложнее, – с тяжким вздохом призналась она. – Он, бесспорно, её уважает, но при этом не одобряет многие её поступки.

– Он живёт с ней в поместье?

– Да. Леди Малвэйн всё-таки немолода и нуждается в постоянном присмотре. Мало ли, что может случиться.

– То есть твой Стефан при ней что-то вроде сиделки?

Агата коротко рассмеялась.

– Нет, что ты. Там всё не так плохо. Скорее уж он что-то вроде компаньона: его главной обязанностью является сопровождать мать во время выездов в город и развеивать скуку.

Я недовольно скривилась, и от взгляда Агаты моя гримаса, разумеется, не укрылась.

– Ты хочешь что-то сказать? – уточнила она.

– Это не моё дело, – покачала я головой. – Я не стану лезть в твои отношения.

– А тебе хочется в них влезть?

Агата, когда хотела, была весьма проницательна.

Я тяжело вздохнула и прямо посмотрела ей в глаза.

– Ты уверена, что тебе всё это нужно? – спросила я.

Агата растерянно моргнула.

– О чём ты?

– О Стефане. Прости за откровенность, но он производит впечатление бесхребетного маменькиного сыночка. И даже эта его идея с фальшивой невестой, – я укоризненно покачала головой. – Взрослый, самодостаточный мужчина так поступать не станет. Он прямо скажет своей матери: вот мама, это моя невеста, и если ты будешь к ней плохо относиться, я перестану с тобой общаться.

– Ты не права, – возразила Агата. – Нельзя так разговаривать со своей матерью! Неважно, что у неё дурной характер, и она пытается тебе диктовать, как жить. Она ведь тебя родила и воспитала. Она заслуживает любви и уважения.

Я неопределённо пожала плечами.

С одной стороны, в чём-то я согласна с Агатой. В конце концов, мать одна, а невест и жён у любого мужчины может быть великое множество.

А потом я вспоминаю своего собственного отца, который бросил мою мать с двумя маленькими детьми на руках (Моргану тогда только-только исполнился год), потому что так ему велела его мамочка… И у меня в груди тут же вспыхивает гнев.

– Вот поэтому я и не хотела тебе об этом говорить, – усилием воли погасив яростное пламя в груди, тихо проговорила я. – Это твоя жизнь и твои отношения, и никто тебе не указ, тем более я. – Я грустно улыбнулась. – Просто знай: если что-то пойдёт не так, и вы со Стефаном расстанетесь, ты всё равно не останешься одна – у тебя всегда буду я.

– Я знаю, – Агата светло улыбнулась. – Ты ведь знаешь, что это взаимно? И я тоже всегда тебе помогу, тебе нужно лишь попросить.

На этом я посчитала данную тему закрытой и вернулась к обсуждению обитателей поместья Годард (особенно прислуги).

К тому моменту, как Стефан приехал, чтобы отвезти меня на «семейный ужин», у меня в голове было подробное досье на всех его домочадцев, благодаря чему я смогла заранее составить примерный план действий.

Поскольку моей основной задачей было раздраконить «свекровь», а не налаживать с ней отношения, я не стала сильно заморачиваться относительно своего внешнего вида и надела самое простое платье из имеющихся в моём гардеробе.

До поместья добирались на карете, и Стефан весь извёлся.

– Моя мать порой бывает очень резка, – предупредил он меня. – Я надеюсь, что ты не станешь её бить, если она скажет что-то, что тебя оскорбит.

Я наградила Стефана уничижительным взглядом.

– Я не бью старушек, – заверила я его.

Поместье, как я и ожидала, оказалось большим, и всё в нём так и кричало о богатстве его владельцев. Однако я лишь брезгливо скривилась при виде золотых рам у портретов в холле и вычурной лепнины под потолком – деньги можно было бы потратить и с большей пользой.