11 декабря 2024 года, 4:52

Борт «В’ипио» – двойника земного корабля ASTS, Орбита Сатурна

Войти в обеденную зону помещения рекреации у Тхакура так и не получилось. На очередном шаге он застыл в дверном проёме, уставившись на сидящего за столом доктора Чэня, уплетающего тушёные овощи при помощи двух одноразовых деревянных медицинских шпателей. Очень сильно пахло специями, которых, судя по всему, в еду добавили с излишком.

Одарив Динеша безразличным взглядом, Юншэн продолжил есть. Рядом стояли пара уже пустых контейнеров и три ещё не начатых, но уже разогретых. Ел он с какой-то прямо животной жадностью, звучно чавкая и периодически порыгивая.

Подоспели оба Мацубары. Вместе они протолкнули Тхакура поближе к столу, но также замерли в изумлении от увиденного. Через какое-то время пришли по очереди Селис и З’ои.

– Доброго тебе утра, Юншэн, – наконец заговорила кто-то из физиков.

Ответа не последовало. Он лишь суетливо покивал, постучал себя кулаком по груди, проталкивая пищу, и принялся за очередную порцию.

Дверь снова зашипела, и внутрь зашёл второй доктор Чэнь. Кивнув растерянным членам экипажа, он прошёл к столешнице для приготовления пищи, где начал извлекать из ниши в стене контейнеры один за другим. В общей сложности он набрал штук шесть, после чего по два начал их разогревать в тепловом шкафу.

– Как вы себя чувствуете, доктор Чэнь? – спросил один Мацубара.

Врач, начавший трапезу раньше и, по-видимому, уже немного перебивший голод, вытер рот ладонью и быстро набрал ответ.

– Благодарю, замечательно, – озвучил его слова робот, пока сам он продолжал жевать.

Переглянувшись, экипаж «В’ипио» взял по порции завтрака и уселся за свободные места. Стульев теперь у стола было десять – дополнительные перенесли сюда с оригинального «Випио».

Эйстрайхи зашли вместе, обсуждая какие-то физические упражнения. Они как ни в чём не бывало взяли свои контейнеры и приступили к еде.

Поймав на себе удивлённый взгляд Динеша, который так и остался единственным членом команды без двойника, Леонид наклонился к нему.

– Все три ненастоящие, – сказал он и отправил в рот ещё немного овощей.

– Три? – не понял Динеш. – Где третий?

Эйстрайх перестал жевать и понюхал еду.

– Мне кажется, или прокисло? – спросил он, предлагая Тхакуру понюхать. – Вкус странный.

Вдохнув овощной пар, Динеш пожал плечами. Ничего необычного он не ощутил. К тому же остальные ели без придирок.

– Вы помните, что учудили позавчера, господин Чэнь? – спросил вдруг второй Эйстрайх.

Оба врача оторвались от пищи и, звучно проглотив пережёванное, покачали головами. Их непонимание выглядело натурально.

– Потом обязательно посмотрите видео, – продолжил Л’еонид. – Профессиональный выход в открытый космос, жаль только, без скафандра.

Юншэны скорчили недоумевающие лица.

– Вы открыли люк стыковочного отсека, и вас выбросило за борт, – сказал ему капитан корабля.

– После этого ваш двойник просто исчез, – добавил С’атоши.

Врача аж передёрнуло от мурашек – до того его впечатлил бесхитростный рассказ капитана.

– Мне снился сон об этом, – сказал переводчик Юншэна. – Я полагал, это самый обыкновенный кошмар.

– И вас не удивляет, как вы снова очутились здесь? – спросила Зои.

– Почему же, удивляет, но ведь такое случалось уже до стыковки с «В’ипио», – ответил спустя некоторое время задумавшийся врач. – И не меньше меня интересует ваше утверждение об исчезновении моего двойника.

– Мы полагаем, это Ремора, – с гордостью презентовал свою версию один из Антонов. – Она прилипла к человечеству, чтобы остановить его развитие, и прямо сейчас завладевает нашими мозгами. Может вы вообще не настоящие сидите тут оба, а только грезитесь нам.

– Только ты и полагаешь, – вздохнула З’ои. – Судя по произошедшему, на существование двойников влияет наличие наблюдателя.

Заинтересованные Юншэны обменялись взглядами. Второй начал что-то вбивать в свой переводчик.

– Можно проверить это экспериментально, – сказала программа. – При помощи депривации личности по аналогии с сенсорной[137].

– Нужно медикаментозно ввести пару оригинал-двойник в состояние бессознательного, – подхватил переводчик второго врача. – Полагаю, если за ними не наблюдать, вскоре останется только кто-то один.

– Вы предлагаете нам стать подопытными? – уточнила Селис.

– Это гипотетически, – ответил Чэнь. – Но вообще, почему бы и нет?

По столу звякнула ложка. Хватаясь за горло, Сатоши начал хрипеть и хватать ртом воздух.

– Подавился?! – ринулся к нему М’ацубара.

Помочь своему двойнику так и не сумел – они оба рухнули под стол. Почти сразу же отключились и сползли по столешнице Зои и С’елис. Некоторое время ещё слышались чьи-то стоны и постукивание скованных судорогами конечностей по полу.

– Ах ты гад… – простонал Эйстрайх, понявший причину всеобщего обморока.

Он потянулся к Юншэну, однако и сам, и его копия потеряли сознание раньше, чем успели схватить врача. Тот перевёл взгляд со шмякнувшихся об пол военных на так и не притронувшегося к пище Динеша.

Не представляя, что делать, Тхакур начал задыхаться от паники и, когда уже нужно было что-то предпринимать, автоматически сымитировал потерю сознания.

Оказавшись на полу между Мацубарой и Эйсрайхом, Динеш решил повторить недавний опыт и, сложив пальцы в Буддхи-мудру, погрузиться в бессознательность. В состоянии стресса, в который его отбросило произошедшее только что, сделать это оказалось непросто. Пришлось предпринять несколько попыток, прежде чем стало понятно: следовало менять подход.

Астронома то и дело отвлекали мысли о Юншэнах, которые могли схватить ножи и перерезать всех спящими. В том, что экипаж именно спал, Тхакур не сомневался – лежавший вплотную к нему Сатоши так сильно храпел, что у Динеша аж проходили вибрации по рёбрам. Это стало дополнительным раздражающим фактором. До крайней степени ситуацию доводило поведение Чэнев. Ни один из них не вставал со своего места. Звуки подсказывали: они продолжили есть.

Отпустив ситуацию с пониманием, что рано или поздно он всё равно окажется там, посреди неведомой тьмы, которую по-прежнему считал Тамасом, Тхакур бесшумно наполнил лёгкие и сомкнул веки.

Необъятное, существующее над временем и пространством единое знание искажали изгибы мыслей. Неощутимая пустота извергала из себя потоки энергии, устремляя каждый к конкретному существу. Заставив течение собственного сознания остановиться, Динеш перебрал ближайшие и ухватился за на этот раз прерывистые, но уже знакомые ему по мощности импульсы.

Его приподняло к свету, и Тхакур сова увидел происходящее глазами Юншэна. Он поканчивал с очередным контейнером. На столе больше не оставалось заполненных – врач и его двойник, не боясь тоже отключиться, забрали остатки еды с подмешанным в неё седативным у членов команды и без вреда для себя употребили.

Проглотив последний кусочек баклажана, Чэнь отложил в сторону свои импровизированные столовые приборы и обернулся. Позади врачей стоял тот самый виоманавт с зеркальным визором на шлеме. На его груди была эмблема CNSA. Получалось, это всё же был тайконавт. Он, похоже, кивнул, но поскольку шея в таком облачении оставалась неподвижной, больше походило на поклон.

Юншэны поднялись, обыскали карманы капитанов и нашли у одного ID-карту, после чего неспешно направились через смотровой отсек к лифту капитанского мостика. Там Чэнь подтвердил допуск на бортовом компьютере картой Мацубары и, следуя указаниям невидимого для остальных тайконавта, отключил защитное поле корабля, а затем перенаправил его в самую гущу колец Сатурна.

Динеш намеренно сфокусировался на увиденном, пытаясь запомнить последовательность действий. Поток энергии его личности вырвался из гущи тьмы и заставил его очнуться.

Поднявшись, Тхакур попытался растолкать сначала Эйстрайхов, а затем капитанов «В’ипио», однако и те, и другие были в настолько беспробудном состоянии, что, если бы не их всхрапывания, можно было бы принять всех за мертвецов.

Времени ждать, пока они очнутся, у Динеша не оставалось. Какими препаратами выводить людей из подобных состояний, он не знал, да и инъекции делать не умел. Следовало полагаться только на себя и…

– Ну конечно! – шепнул себе под нос Тхакур. – Спасибо, Селис!

Сообразив, что нужно делать, он снял обувь, сбросил с себя шелестящий комбинезон. В одном нижнем белье Динеш выбрался из помещений рекреации, прошмыгнул к лестнице и начал подниматься по-звериному на четвереньках. Так было проще оставаться незаметными и держать равновесие.

Выглянув над последней ступенькой, он увидел, как оба Юншэна, заняв места в самом носу судна, с благоговением глядели вперёд, где медленно росла громада Сатурна. Динеш юркнул к капитанскому креслу, спрятался под столешницей. Подождал немного.

Поняв, что удалось добраться до панели управления незамеченным, Тхакур покинул укрытие и нашарил рукой между монитором и клавиатурой вторую карту, которую оставил на «В’ипио» в своё первое перемещение на него.

Разблокировав систему, он первым делом вернул силовое поле вокруг корабля, а затем задал новое место назначения – Европу. Искусственный интеллект управления оповестил, что из-за стремительного сближения с газовым гигантом самой оптимальной траекторией теперь будет выполнение полного витка вокруг планеты перед выходом на орбиту Юпитера.

Наконец, Динеш выключил все камеры наблюдения, запоздало понимая, что именно с этого и следовало начинать. Спрятав карту обратно в щель под экраном, Динеш медленно двинулся к лестнице.

– Стоять, – разорвал тишину безэмоциональный голос сразу двух аудиопереводчиков.

Динеш и не думал. Вместо этого он распрямился в полный рост и, чтобы не глядеть на требующие внимания фантомы, побежал, что было сил. Сзади слышался топот.

– Сам знаешь, что есть только тьма, у вас всё равно дело именно этим и закончится! – гудело эхо роботизированного голоса Чэня. – Не сопротивляйся и быстрее поймёшь, суть происходящего.

Врачи оказались довольно хорошо физически подготовленными и без труда догнали Тхакура. Прыгнув, они навалились на него. Перевернули. Силой пытались открыть ему веки.

– Ты не понимаешь, Динеш, бесконечна только тьма, а космос возвращает всё! – говорил аудиопереводчик. – Но это самое «всё» из-за тебя! Только ты можешь освободить и себя, и других! Ни Пенгфей, ни я на это оказались неспособны.

Из четырёх прижимающих его к полу рук сначала остались три, а затем ещё одна точно растворилась сама в себе. Извернувшись, Тхакур вслепую сжал челюсти и впился зубами в ладонь второго, всё ещё не исчезающего призрака Юншэна. Тот даже не вскрикнул, а, подключив свободную руку, вновь попытался открыть ему глаза.

Когда уже казалось, что Чэнь вот-вот одержит верх, Динеш выгнулся и, сбросив его с себя, на ощупь вкатился в жилой отсек, где повернул в случайную каюту. Он улёгся под кровать, упёршись головой в тёмный угол, и прижал лицо к полу. Поначалу где-то рядом слышался суетливый топот, но потом преследование перестало быть слышно. Не взирая на это, астроном всё равно не спешил подниматься.

В прошлый раз двойники исчезали мгновенно, едва оставались без наблюдателей, однако по какой-то причине нынешние Юншэны продержались дольше и, быть может, существовали ещё до сих пор.

Именно из-за этого предположения Тхакур продолжал лежать на полу, пока от твёрдого металла не начали ныть рёбра. Боль становилась с каждой минутой всё интенсивнее и начала мешать дыханию. Он уже было хотел позволить себе сменить положение, когда к комнате приблизились шаги.

Словно пытаясь слиться воедино с кораблём, Динеш замер.

– Он, похоже, хотел сделать то же самое, – слышался голос Леонида. – Но откуда у него появились такие мысли?

– Юншэн рассказывал про тайконавта, который снял с себя скафандр в открытом космосе, – проговорила Зои. – Утверждал, что тот сделал это неспроста, а чтобы освободиться.

– Он прав, нам это всё пора заканчивать, – заявил Эйстрайх. – Пока кто-то не решил освободить всю Землю.

– Но не сейчас же, – возразила Селис. – Сначала нужно доставить груз.

– Какой, к дьяволу, теперь груз? Неужели ты не видишь, это уже невозможно просто так побороть!