память мечется наружу, но дыхание другим занято,

внутрь перемалывая среду, а тело – другого едва держит

за кончики пальцев, и запутанная тяжесть осени сводит на нет

все, что видишь и слышишь; голос из вечера. —

это давно живущие женщины в предчувствии смерти гладят

обвисшие плечи и сердито обсуждают урожай,

примостившись на кривых досках за автобусной остановкой; и ступени

социальной парикмахерской, усеянные саранчой,

трещат, как в старом доме.

на улице романенко 10 открыли новый магазин – «сластена»,

его дурацкая вывеска в виде розовой капли

всех приглашает, но никто не может взобраться наверх по крыльцу —

слишком высокие ступени сделал «хозяин»…

исчезающий солнечный свет

бросает свой красный остаток на спину районной больницы, откуда

вышел красивый хромой армянин в расшитой рубахе

и направился к пыльной тачке с родственниками, мы с сыном

как раз проходили мимо – в сторону магазина «Орбита»,

в советское время это был книжный, а теперь супермаркет

«Пятерочка», но вывеска сохранилась и как бы парит над крышей,

а внутри запах гниющего мяса и овощей

и лужица жидкости из-под человека, который зашел сюда пьяным,

и не может выйти обратно…

и вдруг я думаю, может быть, мы давно уже на орбите

какой-то другой планеты живем,

и весь Октябрьский район переместился туда

вместе с грудами мусора и пыльным золотом степного ветра,

вместе с Космическим проспектом и людьми в спецодежде,

которых поэтому особо и не видно, что они

в капсулах маленьких комнат, в общагах своих сидят,

как в каютах, и новое пространство, исследуя, шьют,

поэтому здесь больше нет никаких земных гаджетов и книг,

а есть только немного уцелевшей еды, выпивки

и временных странных денег, и «хозяев» нет, наверное,

они остались в том районе, что на земле —

отдыхают там, делают что хотят,

читают или смотрят – «Чевенгур» или «Твин Пикс»…