Через два часа Джоди наконец догнала Генерала в густом подлеске. Она заметила его на заросшей оленьей тропе за можжевельниковыми зарослями. Генерал двигался быстро и уверенно, как крупный представитель семейства кошачьих. Луна прицелилась и выстрелила.

Мимо.

Взбудораженный ее присутствием бандит тоже спустил курок, и грохот выстрела эхом разнесся по лесу. Пуля пролетела так близко, что Джоди услышала ее свист и глухой звук, с которым она вошла в ствол большой сосны совсем неподалеку. Без навигатора нельзя было точно определить, куда завела инспектора погоня. Солнце стояло прямо над головой.

Джоди мельком увидела, как Генерал метнулся прочь и по склону оврага спустился к ручейку с тропы. Противник попался увертливый, как змея, но глупый: знай он хоть что‑то о горах, держался бы наверху. Теперь у Джоди появилось преимущество, потому что овраг отлично просматривался, а Генералу сложно было то и дело поднимать взгляд и выискивать преследовательницу за деревьями. Она пригнулась и побежала, ища толстый ствол, чтобы за ним укрыться. На новой позиции Джоди взяла беглеца на мушку, прицелилась и выстрелила.

Снова мимо. Похоже, она не осознавала, насколько сильно вымоталась. Выругавшись сквозь зубы, инспектор проследила, как Генерал мчится прочь вдоль берега ручейка. На одном только адреналине Джоди тоже сбежала по склону и продолжила преследование. Генерал еще дважды выстрелил в нее через плечо, но на этот раз не прицельно, и пули ушли далеко в сторону. Хорошо, что террорист ведет себя все бестолковее и определенно ничего не знает о жизни в диких лесах. А лучше всего, что он перестал стрелять. Если Джоди не сбилась со счета, патроны у него кончились, а вот она сама предусмотрительно набила карманы боеприпасами, прежде чем слезть с коня. Расстояние между преследовательницей и ее целью сокращалось; теперь их разделяло около пятидесяти метров. Генерал по-прежнему бежал зигзагом, то и дело оглядываясь через плечо и убеждаясь, что инспектор, увы, никуда не делась. Выглядел он усталым. И напуганным. Замечательно!

Когда Джоди удалось сделать расстояние между ними еще меньше, у нее пару раз появилась возможность выстрелить Генералу в голову и покончить с ним навсегда. Но закон запрещал подобные действия, да ей и самой не хотелось так поступать. Нужно было найти способ обезвредить преступника, связать или заковать в наручники, а там уж она передаст координаты Эшли, чтобы кто‑нибудь вытащил их из леса, после чего террорист предстанет перед судом. Дело решил бы меткий выстрел по ногам, после такого не побегаешь, но что‑то перевернулось внутри у Джоди, когда она некоторое время назад увидела, как Зеб стоит над ее дочерью, играя с жертвой, прежде чем убить. У инспектора родилось неодолимое желание как следует погонять этого отморозка по лесу. Зная о зверствах безумного расиста, Джоди было приятно смотреть, как он убегает, видеть его страх.

И она пока что не была готова отказаться от этого удовольствия.

Еще несколько часов она заставляла беглеца забиваться все дальше и дальше в глушь. Теперь, когда у Генерала не осталось патронов, когда он перестал ориентироваться на местности и остался в одиночестве, Джоди могла контролировать направление, в котором он движется. Ей наконец стало ясно, где они находятся, когда ручеек вывел их на плоскую, поросшую травой долину возле волчьего логова. Выходит, они намотали добрых пятнадцать миль.

Оказавшись перед равниной, Генерал, похоже, растерялся и не знал, как быть. Если по-прежнему укрываться среди деревьев возле ручья, столкновение с Джоди неминуемо. А если выйти на открытое место, попасть в него из ружья будет легче легкого. Поэтому он просто застыл на месте. Луна тоже остановилась и стала за ним наблюдать.

Через несколько минут Зеб оглянулся и увидел, как она приближается, прижав ружье к плечу и глядя в оптический прицел. Джоди уже планировала, как арестует преступника и сообщит Эшли, где их искать. Но Генерал ухмыльнулся, сделал неприличный жест, подпустил инспектора поближе и начал кричать о том, что якобы сделал с Милой, зная, что материнскому сердцу такого не выдержать. И Джоди решила не впускать этот мрак себе в душу.

Возможно, ей не следует в него стрелять. Он и сам заткнется, если зачитать ему его права и надеть наручники.

Но вокруг не было никого, кто мог бы осудить ее действия. Ни единого свидетеля, только лес. «Нет свидетеля, – гласит любимая поговорка браконьеров, – нет преступления».

И Джоди выстрелила.

Всего один раз. В левое колено Зеба.

И это было чудесно.