Несмотря на то что время близилось к половине восьмого, некоторые из руководителей «Объединенных предприятий» трудились допоздна, и Коул слышал шаги за дверью своего кабинета. Дел у него оставалось еще на час, а ему хотелось позвонить Диане – но из дома, где можно было поговорить свободно. Они расстались совсем недавно, но Коул уже не чаял дождаться новой встречи. Собственное сходство с влюбленным подростком скорее смешило, нежели раздражало его.

Днем позвонил Кэл, как только услышал сообщение о свадьбе Коула в программе новостей, и потребовал, чтобы секретарь Коула вызвала его с совещания для неотложного разговора. Кэл взъярился, считая, что его племянник «окончательно рехнулся и женился на ком попало», лишь бы добиться от него, Кэла, передачи пакета акций. К насмешливому удивлению Коула, старик заявил, что такой поступок – нарушение условий их соглашения, поскольку он, Кэл, надеялся увидеть племянника остепенившимся, нашедшим себе достойную пару. Понадобилось несколько минут, чтобы успокоить его и объяснить, кто такая Диана.

В ближайшую среду Кэл должен был встретиться с кардиологом в Остине – Коул собирался сам отвезти дядю и выслушать мнение врача. Он надеялся после визита заехать в Хьюстон за Дианой, но среда у нее оказалась настолько загруженной, что освободиться Диана могла не раньше четверга. Значит, Коулу придется ждать целый день, еще один день, прежде чем они смогут быть вместе. В постели. Одной мысли о том, что он окажется в постели с Дианой – трезвой и не скрывающей желания, – было достаточно, чтобы возбудить его, и Коул с трудом сосредоточился на контракте, который читал Не успел он поставить подпись под текстом соглашения, как в кабинет ворвался Тревис, одетый в трикотажную рубашку и мятые брюки.

– Ты здесь! – выпалил он, захлопнув дверь. – Слава Богу!

В свои сорок с небольшим Тревис оставался довольно симпатичным, подтянутым мужчиной. Избавиться от лишнего веса ему помогали утренние шестимильные пробежки. Тревис был упорным тружеником и вполне годился на должность главы отдела исследований. В соответствующие минуты у него находился и здравый смысл, и деловая хватка, а преданности ему было не занимать. По этой причине Коул доверял ему больше, чем кому-либо из служащих «Объединенных предприятий».

– Я здесь, – подтвердил Коул с кривой улыбкой и проследил, как Тревис нетвердыми шагами приблизился к бару. – Но если тебе так необходимо кого-нибудь поблагодарить за мое присутствие, скажи спасибо составителю вот этого контракта – мне понадобился почти час, чтобы разобраться в нем.

Тревис тупо уставился на брата, расплескав бурбон:

– Это шутка?

– И не самая удачная, – сдержанно отозвался Коул, откладывая ручку. – Ну, что стряслось?

– Не знаю. Именно поэтому я здесь и хочу выпить.

Даже для Тревиса такая степень тревоги считалась предельной.

– А я думал, что ты празднуешь мою свадьбу.

Тревис обернулся и шагнул к столу Коула с таким видом, словно его огрели обухом по голове:

– Ты женился? И даже не известил нас с Илейн? И не пригласил?

Тронутый искренней обидой Тревиса, Коул сокрушенно развел руками.

– Свадьба случилась неожиданно. Мы решили отпраздновать ее в субботу вечером и отправились в Лас-Вегас – пока моя жена не успела передумать, – честно добавил он. – Ну, так почему же тебе не терпится выпить?

Тревис сделал хороший глоток бурбона.

– Меня преследуют.

Коул почувствовал смутное беспокойство:

– Почему ты так считаешь?

– Я не считаю, я знаю точно. Этого типа я приметил еще вчера, когда выходил из дома. Он припарковался ниже по улице на черном «шевроле», а потом преследовал меня до самого офиса. Сегодня я увидел ту же машину на обочине неподалеку от наших ворот. Она ехала за мной до самого дома. Потому я переоделся и вернулся сюда пешком, наперерез, чтобы он меня не выследил. Впрочем, он все равно попытался. Я его видел.

Коул пристально оглядел двоюродного брата:

– А ты, случайно, не завел себе подружку на стороне?

– На такие выходки у меня нет ни времени, ни желания, и потом, Илейн бы меня убила.

Последнее замечание было сущей правдой, и потому Коул выдвинул другое предположение.

– А может, это грабители собираются обчистить ваш дом и сначала выясняют твой распорядок дня?

Тревис опустошил бокал залпом.

– В таком случае им нужны неприятности, а не добыча. У нас две сторожевые собаки, хитроумная система сигнализации с камерами, электронный замок – и все это в рабочем состоянии.

– Тогда зачем кому-то понадобилось тебя преследовать?

Тревис рухнул в кресло.

– Нет ли здесь какой-то связи с расследованием НФБ?

Предчувствие Коула сменилось гневом.

– Если так, они зря теряют время.

Этим вечером, уезжая из офиса, Коул изредка поглядывал в зеркало заднего обзора. Темно-синий «форд» последней модели сопровождал его почти до ворот особняка, а потом стремительно скрылся за поворотом.

Когда Коул вошел в дом, телефон трезвонил не переставая. На другом конце провода послышался дрожащий шепот, в котором Коул едва узнал голос Тревиса.

– У нас неприятности, Коул. Происходит нечто странное…

– О чем ты? – нахмурившись, перебил Коул. – Откуда ты звонишь? Почему говоришь шепотом?

– Я у себя в кабинете, но, похоже, я здесь не один.

Коул раздраженно сбросил пиджак.

– Что ты имеешь в виду? Разве ты не можешь проверить?

Кабинет Тревиса размещался в исследовательском корпусе, на одном этаже с главной лабораторией, и оттуда открывался вид на прилегающие помещения.

Тревис тяжело вздохнул и заговорил обычным голосом:

– Поговорив с тобой, я понял, что слишком взволнован, и решил немного посидеть у себя, заняться бумажной работой. Я включил свет в лаборатории, и, пока загорались лампы, мне показалось, что в угол мотнулась тень, а затем исчезла. Я бросился к себе в кабинет, потом в коридор, но никого не увидел. Должно быть, неизвестный спустился по лестнице в южном конце корпуса.

Коул помедлил, развязывая подаренный Дианой галстук.

– А ты уверен, что кого-то видел?

– Нет.

Коул с облегчением потянулся за запиской, оставленной экономкой возле телефона.

– …но я чертовски уверен, что запер шкафы в кабинете, а один из них оказался открытым.

– С этим я разберусь, – пообещал Коул. Корпоративный шпионаж – дело обычное, но в «Объединенных предприятиях» имелась надежная охрана. – Было ли в этом шкафу что-нибудь, интересное для конкурентов?

– Нет.

– Хорошо. Отправляйся домой. Я справлюсь сам.

Коул позвонил начальнику службы безопасности «Объединенных предприятий», Джо Меррею. В свои пятьдесят лет бывший десантник Меррей сохранил сложение полузащитника и обладал низким рокочущим голосом, который идеально подходил к его внешности. Он любил жевать резинку и сыпать шутками собственного сочинения, слоняясь по корпусам и заглядывая каждому через плечо, – так он ухитрялся производить впечатление рубахи-парня, который получил повышение и руководящий пост за выслугу лет, не обладая выдающимися способностями.

На самом же деле он являлся секретным агентом ФБР с прекрасным послужным списком – успехами Меррей был обязан своему таланту казаться безобидным и туповатым, тем временем подбираясь все ближе к добыче. Он зарабатывал двести двадцать пять тысяч долларов в год, не считая процента с прибыли и прочих завидных преимуществ.

Сейчас у него в голосе не чувствовалось и следа привычной обманчивой ленцы.

– У нас проблемы?

– С полчаса назад кто-то проник на шестой этаж, в лабораторию, – объяснил Коул. – Как раз в это время Тревис вернулся к себе в кабинет и обнаружил один из шкафов открытым. Но даже если оттуда и пропало что-нибудь, это не страшно.

– Тревис что-нибудь видел?

– Ему показалось, что кто-то завернул за угол коридора, прежде чем зажегся свет.

– А он не забыл запереть шкаф перед уходом?

– Исключено.

– Ты прав. Я немедленно выезжаю на место и все проверю. Если охранник в вестибюле что-нибудь видел или если я что-нибудь обнаружу, я сразу же сообщу.

– Хорошо, – согласился Коул. – И еще: начиная с завтрашнего дня охранники должны дежурить у главных ворот круглосуточно.

– Я же давно говорил тебе: пора поставить ворота с электронным замком вместо этой жалкой садовой калитки!

Днем ворота открывал пожилой швейцар в блейзере с символом компании на нагрудном кармане. Кроме того, он сообщал гостям, как проехать к тому или другому корпусу. Охранники в такой же униформе сидели за столами на первом этаже каждого здания. Исключением был только административный корпус. Поддерживая иллюзию элегантности и роскоши, в вестибюле дежурила женщина, но охранник ненавязчиво присутствовал поблизости.

Коул еще раз пересмотрел свои соображения по поводу обеспечения безопасности и снова отказался последовать совету Меррея.

– Я потратил целое состояние на обустройство территории и корпусов «Объединенных предприятий». И не собираюсь обносить ее бетонной оградой, расставлять повсюду охранников в мундирах и превращать компанию в подобие тюрьмы!

– Тебе решать, Коул, – отозвался Меррей рассеянно, очевидно, ему не терпелось выследить незнакомца по горячему следу. – Что-нибудь еще?

– Да. За нами с Тревисом следят. У него на хвосте постоянно висит черный «шевроле», у меня – темно-синий «форд».

– Не знаешь, кто бы это мог быть? И зачем вы ему сдались?

– Понятия не имею, – пожал плечами Коул, поскольку со стороны КЦБ прибегать к подобным средствам было глупо. Предположение о похищении с целью выкупа еще имело некий смысл, но казалось слишком нелепым. Оставался единственный вывод, но Коул не хотел обсуждать его даже с Мерреем.

– Кто бы это ни был, он напрасно теряет время. Преследуя меня, он не выяснит ничего полезного.

– Ты знаешь, как оторваться от слежки?

– Я смотрю детективы, – сардонически доложил Коул. – Что-нибудь придумаю.

Повесив трубку, Коул смешал себе коктейль и понес его в гостиную, за стеклянной стеной которой открывался вид на гигантский бассейн неправильной формы с бельведером и горбатым мостиком посредине. Две тысячи разноцветных ламп, изготовленных по волоконно-оптической технологии и вставленных в длинные трубки диаметром с соломинку для коктейля, создавали водопад. Струи воды проходили сквозь трубки и обрушивались на камни, взлетая пестрым фейерверком.

Коул положил ноги на журнальный столик и набрал номер Дианы. Она ответила, не успел раздаться второй гудок, и ее мелодичный голос успокоил и обрадовал Коула.

– Как прошел день? – поинтересовался он.

Диана решила не вспоминать о визите Дуга.

– Замечательно! А у тебя?

Коул умолчал о неприятностях, связанных с расследованием КЦБ, об угрозе судебного процесса, о незваном госте и преследовании темно-синего «форда».

– Великолепно. Все одобрили мой новый галстук.