Но ландшафт по ту сторону был невероятно сухим, и некая окружающая энергия заставляла мои деревья усыхать и скукоживаться. Они не продержались бы долго в этой враждебной местности, где земля состояла лишь из камней и песка. Корни моих Гигантских Сопровождающих Деревьев и Вспомогательных Деревьев не могли извлекать воду или питательные вещества из земли для поддержания своей силы, поэтому все питательные вещества и вода должны были поставляться корнями через саму расщелину.

Ничего. Мне нужно было, чтобы они выиграли мне время. Я хотел заполучить много этих пустотных батарей маны. Я бы сохранил их и тайно хранил как оружие против героев. Если Пустая Мана реагировала со звёздной маной, то было логично, что ловушка для героев в поле пустотных батарей маны будет для них опасна.

Раз. Два. Мои корни потянули. Я видел ещё больше тех костяных мамонтов; они использовали лучевое оружие и светящиеся красные рога, которые разрывали мои деревья в клочья.

Они были сильнее по ту сторону. Мои жуки продержались недолго, ослабленные сухостью воздуха, и моя аура была незначительна.

Через одну из расщелин я увидел знакомое зрелище. То, что я видел во снах демонов, когда души героев были в ловушке.

Массивное, похожее на город сооружение, заполненное гигантскими шпилями из красных кристаллов; шпили были повсюду и простирались до самого горизонта. Гигантский змей из кости и разложившейся плоти заметил деревья и ринулся на них. Его тело светилось красными и чёрными пульсациями, и он врезался в Гигантские Сопровождающие Деревья. Он легко сокрушил мои деревья.

Ничего. Были украдены ещё кристаллы. Я успел захватить двадцать пять, прежде чем все расщелины закрылись.

Тем не менее, мой рейд через расщелины спровоцировал нечто странное. Все расщелины по всему континенту мгновенно закрылись.

Отлично. Если демоны были разумны, то они, очевидно, поняли, что я знаю, как проходить через их расщелины. Мы ожидали ответных мер.

79

ГОД 154

Подробный анализ вскоре выявил нечто весьма тревожное.

Эти кристаллы по сути являлись дэмолитом, но до того, как они были полностью истощены от своей маны Пустоты. Смерть короля демонов всегда оставляла дэмолит, поэтому разломы закрывались довольно быстро после убийства короля демонов просто потому, что их носитель маны Пустоты пал. В этих кристаллах мы видели магические узоры, питаемые маной Пустоты. Они были почти невидимы, и только сейчас мы могли их разглядеть благодаря мане Пустоты, которая заставляла их мерцать, то появляясь, то исчезая.

Я быстро попросил принести имеющийся дэмолит, собранный с предыдущих королей демонов. Когда мана Пустоты из батареи маны Пустоты была подключена к дэмолиту, эти узоры вновь проявились. Пока я не знал, что они делали но тот факт, что в этих кристаллах присутствовал магический узор, наводил на мысль, что они могут иметь и другие цели, помимо функции обычных накопителей.

Это также заставило меня задуматься, не является ли мана демонов формой обработанной и стабилизированной маны Пустоты.

Я не сильно продвинулся в этом исследовании, а демонические разломы оставались закрытыми целых полгода. Поначалу я думал, что это был способ отпугнуть демонов.

Затем открылась вторая волна разломов. Открылся лишь один, но он был колоссальным. Я видел, как разлом распахнулся прямо перед моим взором, ведь он возник аккурат рядом с Фрешкой, совсем близко к моим лабораториям.

Из разлома хлынули демонические чемпионы. Оттуда появились огромные мамонты и костяные змеи.

Но они выбрали для битвы мою территорию, где моя аура была сильнее всего. Сражение, длившееся добрые три недели, было ужасающим: чемпион за чемпионом вырывался из огромного разлома. Мне пришлось вмешаться и сдерживать их, пока мои силы, рассеянные по всему континенту, спешно возвращались.

Затем, когда вернулись мои воины более высоких уровней, они взяли инициативу в свои руки. Юра в одиночку поверг одного из костяных мамонтов и повысил уровень. Ловис, Эдна, Фарис и Юра сражались днями напролет, и за эти три недели из разломов вышли десять чемпионов.

Юра достиг сто двадцать пятого уровня. Эдна, Фарис и Ловис вскоре пробили отметку в девяносто пять уровней. После десяти чемпионов наступило затишье, когда выходили только низшие демоны, мобы. Они погибали, едва ступив из разлома.

Мои корни попытались синхронизироваться с этим разломом, и я заметил, что они нарушили магический резонанс. Это был уже не прежний шаблон, а постоянно меняющаяся частота и пульсация. Умно, и спустя день-два наблюдения я, кажется, понял, как они меняли свою частоту.

Мои корни проникли внутрь. Я увидел больше демонов. Они заметили. Разлом закрылся так же внезапно, и затем у нас снова наступил период мира.

Демонические атаки поначалу стали пищей для пропаганды четырех храмов. Но затем они быстро притихли, когда заметили, как быстро мы подавляем демонов.

Кэй лично была весьма впечатлена тем, как вся демоническая проблема была взята под контроль. — Если бы на каждом континенте существовало такое создание, как вы, мир стал бы намного мирнее.

Затем я указал на государства и малые народы, которые вели мелкие стычки и войны друг с другом. — Как только убираешь главного злодея со сцены, те, кто у власти, просто набрасываются друг на друга. Это своего рода мир, но конфликт остается неизбежным.

— Верно, верно. Если только вы не собираетесь подчинить всех с помощью контроля разума.

— Это было бы неидеально. Я, может, и дерево, но уж точно не Око Луны.

— Да. Это глупо. — Сказав это, я не был и святым. Жрецы Древологии и Вальтхорны активно участвовали в масштабных социальных проектах, чтобы завоевать положительную репутацию, а также в не столь уж тонкой пропаганде и эмоциональных манипуляциях. Подобно Четырем Храмам, мы тоже использовали метод кнута и пряника, где кнутом был страх жизни без нас, хаос прежних времен. Интересно, достаточно ли умна Кэй, чтобы это заметить.

— Ну как, ваше путешествие по другим континентам?

Кэй закатила глаза. — Ну, неплохо. Вижу, что на Восточном континенте идёт масштабное восстановление, и всё довольно успешно. Прошло восемь лет, но шрамы всё ещё остались. На других континентах также есть большие группы беженцев, застрявших в подвешенном состоянии, изо всех сил пытающихся решить, вернуться ли им или остаться в своем новом доме и столкнуться там с другим набором проблем.

— Такова жизнь. — Мои граждане проходили через это несколько раз. Я видел столько поколений беженцев. — Люди этого мира к этому привыкли. — Изменчивость их жизней была тем, что они прекрасно осознавали.

— Я собираюсь использовать свою Кузню героя и создать огромных роботов, — сказала Кэй. Разговор свернул на девяносто градусов. — Я имею в виду, после того, что я видела на других континентах, думаю, миру нужно гораздо больше, чем просто герои.

Я замер. Серьёзно.

— Это возможно, я проверяла. Мне потребуется много материалов, так что я снова отправлюсь в путешествие, чтобы их найти. Но я вернусь к приходу короля демонов, это должно быть через год-два. Постараюсь убедить и остальных двух прийти, если они не будут слишком заняты, суя свои херы в армию шлюх.

— Кэй, следите за выражениями.

Кэй рассмеялась и ушла.

— Расскажите мне больше об этой мане Пустоты. — Стелла просматривала бумаги, записи и магические книги. Она была здесь около десяти лет, и я думал, что её уверенность возрастает. Она по-прежнему не любила разговаривать с новыми людьми, но со мной чувствовала себя очень комфортно. По крайней мере, для неё я был тем голосом в её голове, который звучал там уже десятилетие.

Теперь она была Придворным Администратором сорокового уровня, и, в отличие от героев, у неё не было звёздной маны. Поэтому она была хорошим кандидатом, если я хотел заняться этими махинациями с маной Пустоты.

Мана Пустоты была путём домой, пусть и крайне отдалённым. Я подробно объяснил ей про разломы, но не стал говорить о заратанах. Её прежние классы слились воедино, Художник и Администратор, и то, что она теперь могла прикоснуться к магии, было огромным изменением.

Риски того, как мана Пустоты могла уничтожить источник души и всё остальное, как ни странно, на самом деле не были риском. — Если вы правы, эта мана Пустоты — по сути, кнопка перезагрузки.

— Что ж, да.

— Я потеряю все характеристики и уровни и начну заново, — сказала Стелла. — Так что на самом деле риска нет, разве что я умру, а это довольно маловероятно, потому что вы уже раньше исцеляли людей от проклятий маны Пустоты.

Она сделала шаг или два, затем обернулась.

— К чёрту, я согласна. Либо я попаду домой, либо умру, пытаясь.

Погружение в магию Пустоты в чём-то было сродни магии крови. Оно требовало магических формаций, а также сложных заклинаний. Магические записи, оставленные безумным героем Арсеном Эмиром, документировали его попытки призвать Пустоту. Когда мы перепроверили его историю, оказалось, что он погиб, защищая свой дом от демонических чемпионов.

Герой не должен был так легко погибнуть от рук демонических чемпионов. Должно быть что-то ещё, но большинство этих записей было утрачено в великом бедствии Гнилых Земель.

Тем не менее, магический фолиант потусторонней Пустоты был достаточно интересен. По мнению Арсена, мана Пустоты постоянно присутствовала в окружающей среде, и проблема заключалась лишь в её сборе. В малых количествах мана Пустоты не проявляла себя, а её разрушающие реальность способности проявлялись только при наличии больших объёмов.

По его собственным словам, Арсен утверждал, что мана Пустоты на самом деле не была маной, а скорее атомом реальности, что мир на самом деле держался на мане Пустоты. Так что генерировать ману Пустоты было на удивление легко, согласно его теории. Достаточно было просто рассеивать ману в окружающей среде и позволить ей рассеиваться в мире. Иногда это выбивало одну из частиц маны Пустоты.

Трудность заключалась в фактическом захвате маны Пустоты. Удерживать ману Пустоты было сложно, если только не обладать нужным предметом. Мана Пустоты проходила практически через все виды материалов и через некоторое время исчезала. Это было похоже на попытку поймать, закупорить пузырьки и надеяться, что они каким-то образом не разрушатся в течение длительного времени.

Это займёт некоторое время. Или, может быть, мне стоит просто повторно использовать уже захваченные батареи маны Пустоты? Но я не был уверен, что произойдёт, если я это сделаю, особенно учитывая неизвестные надписи и узоры внутри батарей. Призову ли я больше демонов, если поступлю так?

Прогресс с Самоцветами Чёрной Звезды и демоническим гибридным ядром — отсутствует. Попытки дальнейшей очистки чая для усиления ментально-божественной сопротивляемости — неопределённы. Невозможно проверить эффективность. Мы давали Кэй различные виды чая, чтобы она могла высказать своё мнение, но опять же, она была не лучшим судьёй в вопросе, вмешиваются ли боги в её дела или нет.

Исследования! Я завершил первые этапы исследований Ветер-в-Ману и Отходы-в-Ману. Исследование морской травы также означало, что мои знания об окружающих морях постепенно улучшались, но обширные океаны по-прежнему оставались вне зоны изучения. Исследование морской травы пока продолжалось.

Что касается исследований Ветер-в-Ману, Отходы-в-Ману и Волна-в-Ману, они немного увеличили общий выход маны, но пока не разблокировали новый цвет для моей кузницы души. Я также добавил в свою биологическую коллекцию множество новых прибрежных видов, особенно тех, что обитают преимущественно в море.

Было ощущение, будто я расширяюсь в стольких разных направлениях, даже несмотря на то, что Тревор организовывал все мои многочисленные лаборатории и искусственные разумы. С таким количеством различных типов маны, новых растений, разработки вооружения, исследований рун и магии крови, казалось, что я распыляю свои ресурсы повсюду и надеюсь, что что-то из этого сработает.

Я не знал, что именно сработает, и сосредоточение всех ресурсов лишь на нескольких вещах, чтобы в итоге потерпеть неудачу, было довольно удручающим. Но этот процесс коврового бомбометания всего подряд тоже ощущался дёшево. Как будто я на самом деле не знал, что делаю.

80

ГОД 155

Разломы вновь открылись. На этот раз они вернулись к своей прежней стратегии, появляясь во множестве мест по всему Центральному континенту.

Но мы становились всё лучше. Мои исследования пустотной маны и демолита дали полезную информацию. Демолит резонировал с разломами в определённом диапазоне, что было почти незаметно, если только не владел пустотной маной. Способность демолита накапливать пустотную ману оказалась весьма значительной по сравнению почти со всем, что мы видели.

Следующий вопрос, по сути, был: почему?

Демолит, оставленный королём демонов в этом мире, служил ли он какой-то иной цели, кроме как хранилище пустотной маны? Или королю демонов требовались эти батареи пустотной маны для путешествия в этот мир? Или была какая-то другая цель?

Но так или иначе, наши исследования пустотной маны и этих батарей пустоты сделали нас более чувствительными к разломам, так что я получал от четырёх до пяти часов предупреждения о появлении разлома, а также о его местонахождении. Просто гораздо легче найти что-то, когда точно знаешь, что ищешь.

Вальтхорны, Хайтририон и все остальные участвовали в боях в течение следующих нескольких месяцев, разломы теперь то появлялись, то исчезали. Они едва оставались открытыми дольше недели и закрывались, как только мои силы приближались. Если это не доказывало наличие демонического интеллекта, то я уж и не знал, что могло бы. У них явно был способ передавать информацию обратно на родной мир и действовать на её основе. К счастью, тип демонов оставался прежним. Это всё ещё были квази-немертвые демоны. Существовала ли на их родном мире какая-то установка, которая определяла демонические темы?

По мере того как год шёл, становилось всё яснее, что должно произойти нечто грандиозное. Мои сенсоры сходили с ума, и я точно знал, где это произойдёт. Конечно, мы должны были быть настроены на тот специфический магический резонанс, чтобы обнаружить его. Я ставил на то, что это и есть король демонов, и он появится на Центральном континенте. Я был в этом совершенно уверен.