Бессознательное самообучается не хуже, чем ИИ. Если еще лет пять назад детские идентичности охотно взрослели, то сейчас они, как на последнем рубеже:

• упрямо имитируют взросление, только бы не взрослеть на самом деле; имитация становится все более правдоподобной;

• рьяно сопротивляются предложениям отречься от базовых страхов в обмен на безусловную любовь, так как базовые страхи позволяют жить в стратегии «Как проще».

Казалось бы, нужно быть истинно врагом себе, чтобы отказываться от любви, в которой так нуждаешься, и оставлять припрятанную по карманам боль. Но возможность не трудиться, не брать ответственность, не принимать решения слишком соблазнительна для ваших внутренних детей, ради нее они готовы даже не иметь любви и жить в персональном аду. Люди вокруг нередко ведут себя так же.

Важно сознательно дискредитировать в своих глазах стратегию «Как проще». Ведь она кажется такой безобидной, не правда ли? Но, если вдуматься, любые возможности, фигурально выражаясь, «продать душу дьяволу», когда люди или обстоятельства предлагают нам:

• изменить себе, предать себя, предать другого;

• отказаться от своих принципов, ценностей, идеалов;

• немного солгать «во спасение»;

• отмахнуться от интуиции, пойти на поводу у сторонних авторитетов и т. д.,

это всегда соблазн поступить как проще. Слабость и зло – синонимы. И люди «продаются» ни за грош – не за богатство, славу или власть, как в сказках, а за возможность ничего не делать, ничего не менять, ехать на чужом горбу, жить за счет других, остаться жертвой, иметь возможность ненавидеть, злиться и завидовать.

На помощь людям-детям спешат, как Чип и Дейл, ложь и слабость. Рождаются все берновские игры как возможность декларировать одни мотивы, а преследовать другие. Стартует собирательство любви как милостыни и завоевание любви как дани. Рождаются герой и мученик, которые так часто уживаются и чередуются, два в одном. Но внешнее не заполняет внутреннее. Идея получать любовь извне обречена заранее. Поэтому во всех сюжетах зло всегда будет проигрывать. Зло не самодостаточно.

Что примечательно, в практической работе видно: светлый полюс – лично ваш, а темный вам подкинут, как кукушкино яйцо, в котором та самая кощеева смерть. И это наводит на мысль о неестественности зла и нелюбви для человека. По крайней мере, раз уж бессознательное так показывает самым разным людям отношения добра и зла, можно задуматься об этом.

В практической работе видно, что́ получится, если идти на поводу у аппетитов demon core. Если подкармливать дыру вниманием других людей извне, она не заполняется – она растет. Как предсказуемо растут все те, кого мы кормим. Чем больше вырастет дыра от убеждения «Я не в порядке», тем более «кровавые» жертвы понадобятся человеку, чтобы хоть на миг почувствовать себя в порядке.

Черное пятно такой безобидной, казалось бы, мысли «Я не в порядке» растет и постепенно заполняет человека чернотой. Если он сопротивляется и сдерживает нелюбовь в себе, его разрушит аутоагрессия, дыра «Я не в порядке» рано или поздно прорастет в тело болезнью. Если он слаб и не сопротивляется, то сам становится и жертвой, и агрессором. Становится токсичным человеком.

Мы через одного были бы маленькими гитлерами и наполеончиками, но, по счастью, черная дыра работает предохранителем и обесточивает человека, сжирает его энергию, что делает пороки безобиднее – как для самого человека, так и для общества. Лишенные энергии, грешки мельчают до мелкопоместных: уныние, чревоугодие, леность и праздность, зависть, алчность, маленькая гордыня – изотоп самоуничижения. Пассионарные пороки встречаются реже, ведь они энергозатратны.

Так мы получаем портрет Жулика из мультика для самых маленьких, портрет воришки «Он крал и стыдился» с бытовой, как алкоголизм, порочностью на минимуме. В мире людей-детей все взрослые вещи существуют в уменьшенном варианте: маленькие чашки, маленькие блюдца, маленькие пороки «городка в табакерке». Последний человек все вокруг делает маленьким.

Общество охотно поощряет самокритику и самобичевание, растущие из черной дыры. Всем тем, чье внутреннее рабство – на самообслуживании, логично присуще самобичевание – и пашут сами, и бичуются.

Обществу полезны граждане с умеренной черной дырой, чтобы не слишком разрослись в амбициях, не разнесли устои. До тех пор, пока люди остаются детьми и способны пребывать только в полярных агрегатных состояниях: либо я тварь дрожащая, либо имею право вершить судьбы.

Demon core полезен, пока человек еще ребенок. И вреден, если человек уже подрос. Необходимо обнаружить его вовремя, извлечь, утилизировать. Отречься от него как от стратегии. Как от лукавого.

Идея «Я не в порядке» тем еще плоха, что существует только бок о бок с идеей «Люди не в порядке». Вторая идея подкрепляет первую и позволяет человеку направлять агрессию не только на себя, но и вовне, на ближних и дальних, чтобы полностью не сожрать себя изнутри. А там, где есть агрессия, самая плодородная почва для любых пороков.

Так человек становится пожизненным заложником других людей, которых он не любит, может даже ненавидит, но вынужден быть с ними в одной лодке и мириться с ними, потому что люди видятся ему единственным источником любви, которую необходимо получать извне, единственным гарантом его жизни. Насколько вам не любо ваше окружение, настолько вы не любите себя, настолько вы не любите людей. И смена окружения тут не поможет.

Пример из практики. Работали на сессии с убеждением «Я некрасивая». Вышла фигура мамы героини с тем же убеждением о ней и о себе. В детстве героиня разделила его с мамой, чтоб заслужить мамину любовь. Фигура мамы отказалась избавляться от идеи некрасивости. На вопрос «Почему?» отвечает: «Потому что надо чем-то сдерживать свою гордыню, чтобы не превозноситься над людьми. Люди настолько ужасны, что ужиться с ними можно, только сознательно принижая себя до их уровня».

Я предложила убрать негативные убеждения о людях, чтобы и убеждение «Я некрасивая» стало ненужным. Но образная мама и тут была против. Думать негативно о людях ей было выгодно – так можно было лучше выглядеть самой и лучше чувствовать себя на их фоне. «А иначе почувствую себя полным ничтожеством», – сказала она. Вышел замкнутый круг:

• базово я убеждена, что я ничтожество;

• поэтому мне надо думать о людях плохо, чтобы лучше чувствовать себя на их фоне;

• с ужасными людьми жить в одном мире невозможно;

• поэтому я буду думать гадости и о себе, чтобы ужиться с ними и не оставаться в одиночестве;

• остаться в одиночестве я не могу, ведь я ничтожество и без людей умру.

Для бессознательного такие концентрические круги, расходящиеся от базовых страхов, – обычное дело. Как видим, корневое убеждение, давшее старт проблеме, – «Я ничтожество» (подвид «Я не в порядке»). Убираем его – и вуаля: карточный домик проблемы сыпется сам. И вот уже фигура мамы благословляет героиню жить и радоваться, а главное – считать себя настолько красивой, насколько та сама захочет.