Встретив в образном пространстве любую часть или субличность, стоит прежде всего расспросить ее о задачах, которые та выполняет, выявить ее полезность. Выяснить, что хорошее она делает для вас. Какой бы детской, нелепой (или, напротив, – вредной, устрашающей) ни казалась вам функция вашей части или субличности, важно понять: мотив у нее всегда благой. Ваша задача – выявить его.

У каждой своей части и субличности вы можете спросить:

• Что хорошее этот образ делает для вас, когда реализует свою функцию?

• Чего хорошего для вас при этом добивается?

• Почему не доверяет это вам как человеку взрослому по паспорту?

• Которому из вас (из ваших идентичностей) образ не доверяет?

И так выйдете на очередного своего проблемного внутреннего ребенка.

Выявив подлинный благой мотив какой-либо части или субличности, стоит выразить ей благодарность – в образном эквиваленте дать ресурс любви и благодарности в виде лучей, света, энергии с неба. И посмотреть, как часть изменится. Давайте ей ресурс, пока она не станет светлой, полностью счастливой и готовой уйти на покой. Принцип здесь тот же, что с родителями: любовь может идти только от взрослого. Если часть видит, что от вас идет любовь (пусть с неба), она понимает, что вы уже взрослый и справитесь сами.

Частям и субличностям, как людям, не хватает ресурсов на лучшее. Они на содержании у вашего ребенка, их ресурсы и интеллектуальные возможности ограничены возрастом вашей детской фигуры. И даже если они взяли на себя родительскую роль, то по-прежнему живут и действуют с детским умишком и на детских мощностях.

Ваша задача – вырастить себя-ребенка, и тогда части и субличности уходят сами за ненадобностью.

Вы же постепенно понимаете, что все, что вам в себе казалось злом, – это «кривое», детское, несовершенное добро. Вы понимаете, что и в реальной жизни люди-дети так и действуют: всегда хотят как лучше, но выходит у них кое-как, и детское добро порой настолько искривляется, что принимает формы зла.

Работая с частями и субличностями, похожими на персонажей фильма Джорджа Лукаса «Лабиринт», мы тренируем важный навык давать ресурс любви каждому чудовищу, которое вначале может выглядеть пугающим и отвратительным, и видеть, как чудовище преображается и расколдовывается само. Тогда вы понимаете: все зло – от нелюбви, от боли. И это знание становится отличным инструментом для общения с людьми в реальной жизни. Когда уже не надо их бояться или ненавидеть, а интересно к каждому найти подход, свой ключик. Но не пытайтесь никому дарить любовь, пока ее в вас нет, – так только в долговую яму попадете. Давать любовь другому человеку можно, только если она есть у вас внутри. А не в тех случаях, когда спасать, угодничать и угождать другим, толкает ваше «пушечное черное ядро» базовых страхов.

Порой лагерь частей и субличностей сопротивления активизируется в процессе того, когда вы уже работаете с каким-либо своим ребенком. Что значит: части и субличности пока еще не доверяют вам себя растить, еще не признают в вас взрослого. Считают, что слепой ведет слепого. Тот вы, которому они не доверяют, это ребенок номер два, и он еще внутри у вас.

Приходится вытаскивать ребенка номер два и делать крюк: сперва доращивать второго, чтобы успокоить всех сопротивленцев, – тогда они позволят вам дорастить первого. Если вы только начинаете работать и знакомиться со своим внутренним народонаселением, дети на радостях могут посыпаться на вас толпой, как Бедованы Качавые, которые 1000 лет на складе пылились. В таком случае не теряйтесь, создайте им зрительный зал и рассадите там, чтоб не мешали. Уверьте их, что постепенно уделите каждому внимание.

Порой субличности (фигуры других людей, но не вас) выглядят так эффектно и самоуверенно, что может возникнуть соблазн оставить их на занимаемых должностях. Но это сброс ответственности внутри самого себя. Пусть маленькое, но «Я сам не справлюсь».

Поэтому проще всего сразу же запрашивать у каждой встретившейся части и субличности или родительской проекции: «Покажите мне того меня, которому вы не доверяете жить самостоятельно». Те либо сразу вам покажут детскую проблемную фигуру, либо укажут непосредственно на вас. Во втором случае либо выпускайте образ этого ребенка из себя, либо мысленно вышагивайте из себя – так, чтобы образ вашего ребенка остался на прежнем месте. Таким образом вы выявите еще одну незрелую фигуру – маленького инфанта, которому пока необходима «свита» и к которому у свиты справедливо нет еще доверия.

Вырастив его до состояния истинно взрослого, показывайте его этой свите, чтобы все части-субличности-проекции, которые его обслуживали, могли сложить с себя полномочия и уйти на заслуженный отдых.

Выразительный случай. Работали с препятствиями к деловой реализации. В качестве хозяина сопротивления вышла субличность, полностью закованная в рыцарские доспехи. Как только внутренний ребенок, которого субличность защищала от реализации, повзрослел и стал истинно взрослым, рыцарская фигура опустилась перед взрослым на одно колено, сложила меч к его ногам и ушла в небытие. Рыцарь признал Суверена.