Даже когда пролетарии всех стран объединились, а сословия перемешались в революционном блендере, потребность в иерархии осталась. Человеку для развития всегда нужны образчики тех, кто духовно, нравственно, морально, интеллектуально выше, чтобы за ними тянуться. И одновременно ему необходимы те, кто ниже, чтобы служить таким же ориентиром и объектом притяжения для них. Хорошим последователем тех, кто выше, как и хорошим образцом для тех, кто ниже, может быть лишь тот, в ком суверенности уже достаточно, чтобы не нуждаться ни в покровительстве первых, ни в обожании вторых. Иначе и с теми и с другими человек сможет построить только отношения на привязи, а не здоровое взаимообучение.

Нормальная потребность в иерархии у Недоросля, оставаясь детской, приобретает уродливые формы и заставляет его:

• стремиться стать лучше всех, но это утопично;

• делить людей на «лучше – хуже», но это аморально;

• страдать от объективной невозможности стать лучше всех;

• страдать от убежденности «Я хуже всех»;

• страдать, если вдруг в чем-то и впрямь оказался хуже кого-то;

• и равно страдать, если вдруг где-то стал лучше кого-то, – от синдрома самозванца.

Взрослая потребность развиваться и тянуться вверх вырождается в желание любой ценой занять в иерархии место повыше. А так как Недоросль – человек хороший, хорошо воспитанный, идти по головам не способен, он будет наступать себе на горло.

Чаще всего страдают люди одаренные: чувствуя свой большой потенциал, они понимают: их место вверху – и мучаются оттого, что все еще не там, что в массовом обществе их участь вершат вкусы толпы и машинные алгоритмы.

Будучи еще людьми-детьми, они не обладают нужной силой и терпением идти наверх достаточно упорно, чтоб наконец дойти, и могут легко впасть в отчаяние или в гордыню. И принижать других, вместо того чтобы растить себя.

Для вдохновения на долгий путь сегодня нам, как людям-детям, впору вспоминать истории для самых маленьких: «Мальчика-звезду» Уайльда, «Принца и нищего» Марка Твена и даже «Гадкого утенка» Андерсена, где особы голубых кровей теряют свое место в иерархии, но возвращаются к нему не за счет исходных дарований, а благодаря силе духа и способности идти длинной дорогой, стойко выдерживая испытания.

Вместо любых иерархических страданий стоит отказаться от самой привычки мыслить иерархией. Стоит вначале прописать на глубине основу для действительно великой уравниловки «Я в порядке, другие в порядке» – как всеобщее равенство и братство в бессознательном.

Но, в отличие от политических активистов, ваши внутренние дети истово сопротивляются идее всеобщего равенства, они:

• не любят труд и развитие и справедливо боятся, что, если убрать у них страхи стать хуже всех, они сразу забросят развитие;

• не верят в собственную уникальность и скорее имитируют ее с помощью индивидуальности; всеобщее равенство видится им одинаковостью и угрозой раствориться в серой массе;

• знают, что люди действительно не равны по многим критериям, и не понимают, для чего им отказываться от этого знания.

Пример. В работе с одним молодым человеком мы вышли на его идентичность, которой требовалось восхищение от окружающих. Иначе, по словам фигуры, был риск оказаться в серой массе. А это – род небытия. Страх «Я не существую» сидел такой же серой массой в животе фигуры, но убирать его идентичность предсказуемо отказывалась. Показывала свое видение иерархии: серая масса внизу, дальше – яркие особенные люди, а еще выше – люди еще ярче. Вот к ним-то и стремилась идентичность. И для того, чтобы случайно не скатиться, не смешаться с серой массой, фигуре нужен был базовый страх как мотивация и как предохранитель.

Цель была хорошая – развитие. А вот мотив и тактика – из рук вон плохи. Детский мотив – стать ярче, чтобы получить больше любви как восхищения извне. Тактика – держать страх в животе. С помощью страха идентичности закладывают в себя образ того бытия, от которого хотят сбежать. И этим создают патологическую связь и притяжение между собой и этой формой бытия (между собой и адом – таким, каким они его видят). Страх нужен идентичности, чтоб знать, от чего точно следует спасаться, – от небытия. Но одновременно страх сообщает ей идею «Я не существую», «Я и есть серая масса», «Я и есть небытие как нелюбовь» и тянет ее, как подобное к подобному, к небытию.

Стремясь к сверхъярким людям, идентичность хочет убежать от этих убеждений о себе. Но от себя не убежишь. Решение – избавиться от серой массы страха в животе. Вложив вместо нее, наоборот, образ того бытия, к которому хочешь прийти (то есть часть рая). Образ желаемого бытия как идея «Я в порядке, а значит, я уже сейчас достаточно яркий и уникальный» притянет к ярким людям, как подобное к подобному. Если и впрямь понадобится. А вероятнее всего, покажет, что все люди – яркие по-своему и каждый уникален. И нет нужды бежать, рай уже здесь.

Всякий раз, когда вы чего-то боитесь, помните, что вы буквальным образом вложили в себя часть того, чего боитесь. И часть может однажды притянуть к вам целое. Пора бы выгрузить ее, чтоб не накликала себе подобное в реальности. Помните: в какой бы рай вы ни стремились, стоит уже сейчас вложить в себя идею «Я в порядке» («А значит, я уже в раю»), чтобы прийти в свой рай быстрее.

Отказываться от своей уникальности не требуется. Наоборот, если подлинно обрести ее, уже не будет страха оказаться в серой массе. Для этого и массу нужно перестать видеть как серую: убрать гордыню и начать видеть в массе людей.

Пока в бессознательном лежит идея о неравенстве и иерархии, она всегда будет работать против вас: всегда будет кто-то, кто лучше вас, и это будет причинять вам боль.

Необходимо вынести идею о неравенстве и иерархии из темной глубины на свет и снова сделать ее голым фактом, который вам не создает проблемы. А в бессознательное поместить более прочное основание: «Я в порядке, другие в порядке». Что значит: я в порядке, как все, и уникален, как каждый. Тогда вы сможете любить свое развитие по-настоящему, а не из страха или боли.

Уже после того, как бессознательное примет новую информационную основу «Я в порядке, другие в порядке», можно будет снова обратиться к иерархии – без риска впасть в самоуничижение или гордыню. И вновь использовать ее для собственного развития – чтобы тянуться за теми, кто выше, не из страха скатиться вниз и не из дефицита значимости, а только из любви к себе и своему развитию.