Фрейд сознательно не прибегал к методам лингвистики и языкознания при анализе сновидений. В то время эти подходы лишь начинали формулироваться и еще не получили широкой известности в научной среде.

Фрейд был первым «переводчиком» с языка сновидений и обнаружил его базовые принципы. Их можно сравнить с правилами пунктуации или орфографии. Психоаналитик назвал эти принципы «работа сновидения» и выделил 4 основных механизма: символизация, цензура, сгущение и смещение[30]. Предлагаю обсудить каждый из них подробней.

Символизация – это способ, с помощью которого бессознательное «говорит» с нами через образы. Мы видим во сне не прямое содержание, а символ. За ним скрыто послание бессознательного.

Важно не воспринимать буквально то, что приснилось. Сознание и сновидения «говорят» на разных языках. Образ, который приходит во сне, не имеет одного точного значения – за ним может скрываться целый спектр смыслов и интерпретаций. Символ всегда меньше своего содержания, поэтому его невозможно привязать только к одному значению.

Даже обычное слово меньше своего значения. Если я скажу слово «стол» – что вы представите первым? Возможно, свой письменный стол с чашкой кофе и ноутбуком. Или кухонный – с вазой фруктов. Или тот, что стоит возле кровати и завален книгами. Каждый вспомнит что-то свое, хотя слово одно и то же. Тот же принцип работает для любого языка. В лингвистике его сформулировал Фердинанд де Соссюр[31] в двух положениях:

1. Любой язык – это система знаков. Каждый знак состоит из двух частей – формы и содержания. Форма – это то, как слово выглядит на письме или звучит вслух. Это то, что лингвист Фердинанд де Соссюр называл «означающим». А содержание – это тот образ или смысл, который мы связываем с этим словом. Это «означаемое».

Возьмем слово «стол». Само слово – его написание или произношение – это означающее. А то, что вы представляете себе, когда слышите это слово (письменный стол, обеденный или, может быть, прикроватный), – это означаемое.

Даже если слово одно и то же, у каждого человека возникает свой образ – потому что восприятие зависит от личного опыта и ассоциаций. Отсюда следует второе важное для нас положение.

2. Динамика значений. Значение слова зависит не только от него самого, но и от других слов рядом. В разных контекстах одно и то же слово может означать разное.

Сравните: рабочий стол, обеденный стол, операционный стол, антикварный стол. Чувствуете разницу? Все это примеры того, как контекст меняет значение одного и того же слова.

А бывают ситуации, когда без контекста вообще непонятно, о чем идет речь. Например, когда мы говорим о словах-омонимах. Лук – оружие или растение? Мотив – мелодия или повод для действия? Мы не поймем, если рядом нет вспомогательных значений.

Что это может означать для анализа сновидений? Все просто: любой образ из сна не может иметь универсального значения для всех. Каждый образ раскрывается только внутри контекста. Именно поэтому невозможно создать единый толковый словарь образов сновидений.

В обычной жизни слова напрямую передают смысл – мы слышим слово и сразу понимаем, о чем речь. А во сне все устроено наоборот: смысл не лежит на поверхности, он спрятан в образах. Это как в «Алисе в Зазеркалье» – все перевернуто и зашифровано. Вместо того чтобы прямо сказать, сновидение показывает картинку или символ. И нам уже нужно расшифровать, что за мысль или чувство в нем спрятано.

Как будто вы играете в «Крокодила», где нужно нарисовать загаданное слово. Представьте, что вы хотите подыграть другу, которого хорошо знаете. Если слово не слишком сложное, вы найдете понятный ему образ. Например, если нужно изобразить слово «пельмени», вы, зная, что он обожает бабушкину кухню, нарисуете деревянный стол, тесто и скалку – и он сразу поймет, о чем речь.

Но как изобразить слова, которые обозначают состояния или сложные эмоции? Как нарисовать ужас или брезгливость? Как передать напряжение от ожидания или вдохновение?

Если вы хорошо знаете, чего боится ваш друг, можете нарисовать именно это, чтобы он угадал слово «страх». Это и будет личное значение символа – понятное одному, но необязательно доступное другим. Например, если друг боится стоматолога, можно нарисовать больной зуб и врача рядом. А если вы не знаете его личного отношения, то, скорее всего, прибегнете к общеизвестным образам – из сказок, пословиц, фильмов. Например, изобразите яблоко и змея, чтобы угадали слово «искушение», или корону и трон как атрибуты «власти». Это уже коллективные значения символов, которые будут понятны не только вашему другу, а всей компании.

Итак, значения символов и образов в сновидениях могут быть индивидуальными и коллективными.

Индивидуальные значения возникают из воспоминаний и жизненного опыта сновидца. Например, символ «яблоко» может быть триггером, чтобы вы вспомнили добрую бабушку, которая готовила варенье и компот из яблок каждую осень, рассказывая вам сказки. Личное значение в этом случае ресурсное – оно напоминает об уюте, семейном очаге и заботе.

Но кому-то другому этот символ напомнит о злой бабушке, которая запрещала внукам срывать яблоки с деревьев и наказывала, если они нарушали запрет. В этом случае яблоки вызывают противоположные ассоциации: наказание, запрет, жадность, семья как место конфликтов, а не поддержки.

Личные ассоциации к символам сновидений у каждого свои – именно поэтому сонники бессильны в толковании. Попытка навязать символу одно-единственное значение неизбежно обречена на провал.

Второй уровень ассоциаций – это коллективные, архетипические значения. Они одинаковы для группы людей или культуры в целом. Например, корона – символ власти, а сердце – символ любви.

«Так вот же они, коллективные ассоциации! Именно в них мы найдем универсальное значение символа. Можно опираться на него для анализа снов, как в соннике». Признайтесь, у вас промелькнула такая мысль? Но спешу вас расстроить: на самом деле это не так.

Архетипические значения символов не зависят от времени и места. При работе с этим уровнем ассоциаций важно собрать целый ряд коллективных смыслов – разных, порой противоречивых, но вместе образующих объемное, многогранное значение. Для примера рассмотрим слово «ворон». Его архетипическое значение для современной русской культуры негативное – вызывает ассоциации с кладбищем и птицей Бабы-яги. Но для славян это уже мудрая вещая птица, как и в скандинавской мифологии, где ворон – птица знающая и помнящая.

Архетипические ассоциации расширяют и обогащают символ – в этом их функция. Но они несут разнообразные значения и не могут быть привязаны только к одному. Змея может быть как символом яда и смерти, так и медицины; как обмана, так и мудрости. Чтобы разобраться, какое же значение подходит для сновидения, необходимо обратиться к его контексту.