Летом после первого курса я устроилась практиканткой в офис генерального прокурора штата Мичиган в Гранд-Рапидсе. Прокурор попросил меня провести исследование уровня рецидивизма в Мичигане. Это была невероятная возможность. Я бы не только узнала много нового по своей теме, но и поднялась бы на одну ступеньку по карьерной лестнице: подумать только – работать непосредственно на генерального прокурора штата! Однако я была настолько ошеломлена масштабом проекта, что просто не притронулась к нему. Я даже не открыла ни одной книги. Ни одной.

И снова здрасте…

Моя тревожность к тому моменту зашкаливала уже настолько, что в памяти не осталось почти ничего о том лете. Но вот что я запомнила, так это то, как ближе к началу учебного года генеральный прокурор вызвал меня в свой кабинет. Лицо мое пылало, а костюмный жакет намок от пота. Я придумала миллиард оправданий задержки проекта. А потом вышла оттуда и больше не возвращалась. Никогда. Я даже не стала увольняться – просто взяла и исчезла. Похоже, я практиковала гостинг еще до того, как это стало мейнстримом. Мне было так стыдно, что я не рассказывала эту историю вплоть до сегодняшнего дня.

Летом следующего года мне выпала еще одна потрясающая возможность – поработать в юридической фирме в Нью-Мексико, но за неделю до начала работы у меня случилась паническая атака в связи с необходимостью лететь через всю страну и жить там одной все лето. Я позвонила в фирму, соврала что-то про семейные обстоятельства и не поехала.

Скажите, похоже это на ту Мел Роббинс, которая вам знакома? На примере моей истории вы можете увидеть, как негативные мысли («Я не способна это сделать») запускали негативные чувства (тревогу) и негативные действия (бегство), создавая нисходящую спираль. А когда вас затягивает такая спираль, преодолеть инерцию ее вращения и выбраться невероятно сложно. Я хочу акцентировать ваше внимание на негативных мыслях («Я не способна это сделать», «Я себя ненавижу», «Каждый раз я все порчу»), потому что, когда вы привыкли слышать их, вы перестаете осознавать их присутствие, а также то, что со временем эти мысли начинают жить своей жизнью.

Само собой, мне хотелось быть сильной и успешной. Само собой, я желала всех этих возможностей. Но моим разумом настолько овладел навязчивый мотив (напеваем все вместе: «Вечно. Я. Все. Порчу»), что я просто не могла воспринимать предложение генерального прокурора и работу в Нью-Мексико в качестве возможностей. Едва какая-нибудь задача начинала казаться мне непреодолимой, как тут же включалась реакция «бей или беги», ведь именно так нужно поступать, когда чувствуешь опасность. Даже если это означает, что придется оставить свои мечты на обочине.

И конечно, после того, как я отказалась от этих замечательных возможностей, я еще больше возненавидела себя. Спуск по нисходящей спирали только ускорился. Еще больше негативных мыслей. Еще больше стыда, который начисто убивает дух.

Это настолько важно, что я должна повторить: чем больше негативных мыслей, тем крепче удерживает вас спираль катастрофического мышления. По сути, во время учебы я только тем и занималась, что накапливала негативные мысли, пока не начала задыхаться. Я упала на самое дно. Я чувствовала себя так, словно моя жизнь разлетелась на куски от удара гигантской кувалдой. Причем орудовала этой кувалдой я сама. И что бы я ни предпринимала, пытаясь исправить ситуацию, всякий раз терпела фиаско.

В моем распоряжении не было ни одного из тех методов и приемов, о которых вы скоро узнаете. Я не имела ни малейшего понятия о связи между моей детской травмой и деструктивным поведением. Кроме того, я не знала, как прекратить винить себя за свои ошибки, как перестать верить в то, что мои плохие поступки доказывают, что я плохой человек. Я ужасно стыдилась себя и своего поведения. Поэтому я и делала то, что делают большинство людей, испытывающих боль, – пыталась заглушить ее. Для этого есть множество способов: алкоголь, наркотики, компульсивный шопинг, эмоциональное переедание.