Вот уже четыре дня, как мы работаем. Мы подходим к концу. Čhaŋnúŋpa почти готова. Я уже ее чувствую.
Рубену я позволил вырезать небольшую khéya на задней стороне čhaŋnúŋpa. Мне страшно было его подпускать. У него такие маленькие, малышовые ручки. Ими хорошо что-то хватать да лазить – а вовсе не мастерить.
Я стал показывать брату, как пользоваться инструментами – так же, как показал мне это мистер Стейнбах. Но Рубен рассердился и заявил, что ему этого не надо. Мол, он слышит khéya внутри камня и ей не навредит. Сказал, что просто выпустит khéya наружу. Мне припомнилось, как мисс Ида сказала, что Рубен слышит камень. Тогда я стал уже не так сильно бояться.
Рубен, работая, громко поет. И в его голосе радость.
Вчера я проделал на верхушке камня большое отверстие. Это место, куда кладут čhaŋšáša. Завтра будем сверлить маленькое отверстие для чубука – которое дотянется до большого. Я с гордостью представляю, как дедушка закладывает čhaŋšáša в новую čhaŋnúŋpa, сделанную нашими руками.
Рубен вне себя от радости. Говорит, что хочет скорее увидеть, как маленькая дырочка соединится с большой. Что именно это превратит камень в трубку. Ему нравится видеть, как одно превращается во что-то другое. Вот почему, мол, он так любит бабочек. Потому что сначала они червячки, а потом у них отрастают крылья. Говорит, что ему не терпится посмотреть, как камень превратится в čhaŋnúŋpa.
Мисс Лилли тоже стала радостной. Она поет по утрам. Рубену нравится крепко обнимать ее, когда она дает нам чистую одежду. Иногда они поют вместе.
Мистер Дэнтон с мистером Стейнбахом каждое утро выходят из дома вместе с нами. Я не даю им посмотреть на трубку. Я держу ее под одеялом, что дала мисс Лилли. Иногда мистер Стейнбах произносит свою молитву. Он знает ее по памяти. Затем они уходят и идут в амбар или на поле. Они, я вижу, крепко подружились.
Мистер Боунс любит проводить время с мистером Дэнтоном. Но иногда пес приходит к нам в мастерскую, чтобы побыть со мной и Рубеном. Мистер Дэнтон постоянно разговаривает с Мистером Боунсом. И пес его сильно полюбил. Рубен говорит, они теперь друзья духом.
Мне радостно здесь находиться. Свое счастье я вкладываю в čhaŋnúŋpa вместе с храбростью.
Завтра, когда отверстия соединятся, камень превратится в čhaŋnúŋpa. Тогда мы возьмем жир из маленькой баночки, что нашли в сумке дедушки мисс Иды, и я разрешу Рубену втереть этот жир в камень. За счет этого наша čhaŋnúŋpa станет такого же цвета, как осколок прежней дедушкиной трубки, лежащий у меня в кармане. Тогда они станут одинаковыми, точно братья. Как мы с Рубеном.
Мистер Дэнтон говорит, что когда мы закончим, то поедем домой, к дедушке. Когда я это слышу, мое сердце становится как два коня, скачущие в противоположные стороны. Я буду очень рад увидеть маму и дедушку, и мне не терпится привезти ему čhaŋnúŋpa. Но мне будет ужасно грустно расставаться с мистером Стейнбахом и мисс Лилли и с Мистером Боунсом. А еще мне будет жаль, что я больше не увижу мисс Иду. Она для нас как Uŋčí. И я вижу, что Рубен к ней сильно прикипел. Он ведь захочет остаться рядом с ней. Ему трудно будет с ней расстаться.
Рубен уже поет во всю глотку. Мы близки к окончанию. Может, это тоже необходимо для настоящего мужчины? Уметь соединять в себе одновременно радость и печаль.
Надеюсь, что так, потому что сейчас они крепко взялись за руки у меня в сердце.