В начале июня 1840 года Луиза Мария Орлеанская покинула Париж в сопровождении своей матери королевы Марии Амелии Французской и своей любимой придворной дамы графини д́Юльст. Приближался срок родов, и Луиза хотела как можно скорее добраться до замка Лакен, расположенного в пригороде Брюсселя, где все уже было подготовлено для приема ее четвертого ребенка. В свои 28 лет королева была бледна и утомлена после тяжелой беременности, из-за которой ей пришлось провести последние недели в постели. На рассвете 7 июня она родила девочку – «красивую, с хорошим цветом лица и здоровую». Хотя роды были долгими и тяжелыми, появление малышки принесло Луизе большую радость.

Рождение бельгийской принцессы было встречено салютами из пушек, музыкой и фейерверками. Народ вышел на улицы, чтобы выразить свою радость по поводу рождения «нашей прекрасной принцессы». Единственным, кто, казалось, не испытывал удовлетворения, был отец девочки – король Леопольд I Бельгийский, который надеялся на рождение еще одного сына. Несмотря на то что монарх, родившийся в маленьком немецком герцогстве Саксен-Кобург, был протестантом, он согласился, чтобы его дочь была крещена в вере матери – католичестве.

Леопольду было почти 50 лет, когда на свет появилась принцесса, и его разочарование было настолько велико, что всего через несколько дней он в одиночестве покинул замок и отправился на охоту в леса Арденн. Его первенец и наследник бельгийской короны Луи-Филипп неожиданно скончался в девятимесячном возрасте. Эта утрата стала тяжелым ударом для супругов, и вскоре у них родился другой мальчик, которого крестили в честь отца – Леопольдом. После него появился еще один сын, Филипп, наполнивший сердце монарха надеждой и радостью. Истощенная тяжелыми и частыми беременностями и родами, Луиза решила, что выполнила свой супружеский долг. Но король бельгийцев желал иметь больше сыновей, чтобы обеспечить династическое будущее, и вскоре она вновь забеременела.

Желая угодить Леопольду, который был глубоко разочарован, королева Луиза решила назвать девочку в честь его первой жены – английской принцессы Шарлотты Августы Уэльской. Единственная дочь будущего короля Георга IV и наследница британской короны, она была первой и большой любовью Леопольда. Красивая, свободолюбивая и страстная молодая женщина покорила его сердце. После пышной свадьбы в Лондоне супруги поселились в замке Клермонт в графстве Суррей, и вскоре Шарлотта забеременела. На фоне всеобщей радости, охватившей подданных, никто и представить себе не мог, какая трагедия надвигалась. Роды продолжались более 50 часов, и принцесса родила мертвого мальчика. Спустя несколько часов она также скончалась. Ей был 21 год, а ее счастливый брак длился всего полтора года. Английский король Георг IV остался без наследника, а герцог Леопольд – молодым вдовцом, неспособным оправиться от утраты своей возлюбленной.

В 1831 году Леопольд принял корону Бельгии, которая незадолго до этого обрела независимость от Нидерландов, и стал первым бельгийским королем. Когда Луиза вышла за него замуж, ей пришлось скрывать ревность к покойной принцессе, которую ее супруг так и не смог забыть. Монарх привез в Брюссель портрет Шарлотты, подаренный ею в день помолвки, и хранил его в своем личном кабинете. Чтобы завоевать расположение мужа, Луиза повесила другой портрет принцессы Уэльской в королевских покоях – жест, который глубоко тронул Леопольда. Будущая императрица Мексики Шарлотта с самого рождения носила имя английской принцессы, судьба которой была трагична.

Королева Мария Амелия, знавшая характер зятя, предсказала, что гнев Леопольда быстро утихнет и внучка станет его любимицей. И не ошиблась: к четырем годам маленькая Шарлотта уже была любимым ребенком отца, а счастливая Луиза писала в Париж: «Шарлотта, как ты и предсказала, стала любимицей Леопольда; сегодня утром, в день ее четвертого дня рождения, он встретил ее даже теплее, чем обычно…Сегодня вечером она будет ужинать с нами, окруженная подарками и увенчанная розами». Королева добавляла, что девочка жизнерадостна, нетерпелива, разговорчива и очень умна: «Она научилась читать в два с половиной года и с тех пор говорит, как взрослая, используя самые прекрасные обороты речи». Единственными недостатками, на которые указывали ее гувернантки, были «упрямство, капризность, вспыльчивость и склонность к истерикам».

На одном из первых официальных портретов, заказанном ее матерью у знаменитого придворного художника Франца Ксавера Винтерхальтера, двухлетняя принцесса Шарлотта изображена сидящей на красной подушке в белом атласном платье, украшенном крупными голубыми бантами, с букетом роз и гиацинтов в руках. Луиза называла ее «сказочной сильфидой» и всегда считала своей главной опорой и радостью.

Шарлотта была очаровательным ребенком с нежной кожей и румяными щечками, большими черными глазами, крошечным ртом, длинным тонким носом и темно-каштановыми, завитыми в локоны волосами. Но больше всего внимание привлекал ее меланхоличный взгляд, серьезное выражение лица и несколько надменная осанка, из-за чего она казалась гораздо старше своих лет.

Шарлотта провела первые годы своей жизни счастливо и беззаботно, между Антверпеном, Брюсселем и Лакеном. Леопольд питал слабость к этой жизнерадостной, добродушной девочке, которая обожала «своего дорогого папочку». Однако, несмотря на свою гордость за нее, он решил воспитывать дочь строго, так же как и двух своих сыновей. Все три ребенка воспитывались в дисциплине и строгости, без всяких поблажек. Король доверил образование детей своей супруге, строгой и глубоко религиозной королеве Луизе, которая лично выбирала для них наставников и преподавателей.

В отличие от многих других принцесс своего времени, Шарлотта получила всестороннее образование: латинский язык, история, география, математика, литература, каллиграфия, дикция, ораторское мастерство и катехизис. У нее был талант к языкам: она свободно говорила на английском, французском и немецком, а позже изучала также итальянский и испанский. Это был одаренный ребенок, быстро усваивавший новые знания. Она также брала уроки игры на фортепиано, живописи и прекрасно вышивала. Ее дни проходили в череде занятий, начинавшихся в восемь утра и заканчивавшихся в восемь вечера, с короткими перерывами на обед и скромный полдник.

Луиза была любящей, простой и строгой матерью, которая с ранних лет прививала Шарлотте добродетели «простоты, скромности и благочестия» – основы, на которых строилась ее собственная жизнь. Она не позволяла детям капризничать или пользоваться привилегиями своего положения. Спали они на матрасах, набитых конским волосом, а сама королева, отличавшаяся бережливостью, штопала их одежду, когда та изнашивалась.

Выходные дни бельгийская королевская семья проводила в замке Лакен – любимой резиденции короля, напоминавшей ему о замке Клермонт в Англии.

Это великолепное неоклассическое здание, построенное в конце XVIII века всего в нескольких километрах от столицы, было окружено густыми лесами, садами, прудами и озерами. Здесь семья вела спокойную жизнь, без излишеств и вдали от придворного этикета. Шарлотта могла купаться, кататься верхом и играть со своими двумя братьями в огромном парке замка. Особенно близкими были ее отношения с младшим братом Филиппом, графом Фландрии, – веселым, добродушным и ласковым мальчиком, полной противоположности старшему, Леопольду, герцогу Брабантскому, заносчивому и властному, который получал удовольствие от того, что дразнил сестру до слез.

В те счастливые дни в Лакене дети тайком передавали друг другу записки, и у Шарлотты пробудился интерес к письму. В семь лет у нее уже был собственный письменный стол из красного дерева, и она написала отцу свое первое письмо: «Дорогой папа, я хочу тебя о чем-то попросить. Мне бы очень хотелось, чтобы ты велел запереть большого лебедя, он ужасно вредный. Я больше не люблю гулять в парке, потому что он меня пугает. Ты же такой добрый и любишь свою маленькую Шарлотту – уверена, ты не откажешь ей в этой просьбе».

Из-за частых отлучек короля Леопольда принцесса почти все время проводила с матерью, которая жила уединенно и всегда отличалась слабым здоровьем. Королева Луиза была застенчивой, глубоко верующей и малопримечательной женщиной, теряющейся на фоне своих девяти братьев и сестер. Она родилась в одном из самых знатных домов Европы – Орлеанском, испытала изгнание и познала блеск французского двора, когда после революции 1830 года ее отец Луи-Филипп стал французским королем. Семья поселилась во дворце Тюильри, который не пришелся по душе ее матери, Марии Амелии Бурбон-Сицилийской, предпочитавшей загородную резиденцию. Будучи старшей дочерью короля и королевы Франции с титулом принцессы Орлеанской, Луиза с самого рождения знала, что ее судьба предопределена.

В 1832 году Луиза вышла замуж за первого бельгийского короля – Леопольда Саксен-Кобург-Готского. Ей было 20 лет, ему – 41. Они едва были знакомы, и Луиза не испытывала ни малейшего влечения к этому немецкому принцу-лютеранину, который казался ей «холодным, отстраненным и слишком чопорным». О дне свадьбы, состоявшейся в замке Компьень, ее мать Мария Амелия вспоминала: «Луиза была такой бледной и печальной, что на нее было больно смотреть».

С самого прибытия в Брюссель Луиза жила практически затворницей при дворе, в котором так и не смогла прижиться. Она была настолько застенчивой, что общалась только с мужем, детьми и своими фрейлинами. Первые годы были трудными, но утешение она находила в религии, благотворительности и детях. В свободное время Луиза писала красивые акварели и много читала. Она была очень привязана к своей семье и поддерживала тесную связь с родителями и братьями, которых часто навещала. Эти поездки во Францию навсегда запомнились Шарлотте и дали ей понять, что она не просто принцесса, а потомок великих династий. В сравнении с провинциальным и строгим бельгийским двором дворцы и замки французских монархов казались ей сказкой, пусть они и не напоминали былое великолепие времен Короля-солнце. В те счастливые дни Луиза с детьми останавливалась в Тюильри, где за ними ухаживала армия слуг в ливреях синих и красных цветов Орлеанского дома. Шарлотта бегала по бесконечным коридорам и залам, украшенным гобеленами, хрустальными люстрами, зеркальными галереями и ценными произведениями искусства.

В мае французский двор покидал дворец и переселялся в замок Нейи – летнюю резиденцию Орлеанской династии. Это огромное поместье на берегу Сены было любимым местом французских монархов, и здесь Шарлотта, помимо общения с бабушкой и дедушкой, встречалась с дядями, тетями, двоюродными братьями и сестрами в более теплой и непринужденной атмосфере.

Они также проводили несколько недель во дворце Сен-Клу, который когда-то принадлежал несчастной Марии-Антуанетте. Здесь обстановка была более утонченной, и детям предоставлялось меньше свободы, но Шарлотте очень нравилось гулять по французским садам, считавшимся самыми красивыми в Европе, с их террасными водопадами, рыбными прудами и фонтанами, украшенными статуями мифологических персонажей. Несмотря на развлечения, она никогда не забывала о своем обожаемом отце. В одном из писем она писала: «Хотя мне здесь очень весело, я бы хотела уехать, потому что месяц без тебя кажется бесконечным… Мне грустно быть в Сен-Клу без тебя, хотя мне очень нравится приезжать сюда, чтобы видеть дедушку и бабушку». Шарлотта также была очень привязана к своей бабушке по матери – Марии Амелии, женщине с несгибаемой верой, которую в семье называли «святой» и которая никогда не стремилась к короне Франции. Она была ласкова и нежна с внучкой, позволяя ей все то, что запрещала мать.

Из всех представителей королевских домов, с которыми Шарлотта познакомилась в детстве, наибольшее впечатление на нее произвела двоюродная сестра – королева Виктория Английская, одна из самых могущественных и уважаемых женщин своего времени. Впервые она увидела королеву во время ее визита в скромную летнюю резиденцию бельгийской королевской семьи в Остенде, знаменитую своими морскими купальнями. В тот день королева подарила девочке куклу, которая так ей понравилась, что Шарлотта написала благодарственное письмо на безупречном английском языке: «Каждое утро я одеваю свою куклу и даю ей хороший завтрак; на следующий день после ее прибытия я устроила прием, на который были приглашены все мои куклы. Будь добра, дорогая кузина, передай мою любовь моим маленьким кузенам и всегда помни, что я твоя самая любящая двоюродная сестра».

Королева Виктория, потерявшая отца в возрасте восьми месяцев, испытывала глубокую привязанность к своему дяде Леопольду, который стал ее наставником на всю жизнь. У короля Бельгии была репутация искусного свата, и он всегда был готов устроить выгодные браки для членов своей семьи с представителями лучших европейских домов. Так, когда королева Виктория взошла на трон в 18 лет и попросила у него совета по поводу брака, он предложил ей своего племянника Альберта, сына своего брата Эрнста, видя в нем идеального супруга для нее. Когда юная Виктория познакомилась с ним, это была любовь с первого взгляда, и вскоре она вышла замуж за своего кузена, принца Альберта Саксен-Кобург-Готского, в том же году, когда родилась Шарлотта. Королева была старше своей бельгийской кузины на 21 год и всегда относилась к ней с большой нежностью, как к дочери.

В феврале 1848 года в Париже вспыхнула революция, и престарелый король Луи-Филипп Орлеанский был вынужден отречься от престола и бежать из страны вместе со своей семьей. Из Брюсселя поступали тревожные новости, и Шарлотта с ужасом слушала рассказы о том, как разъяренная толпа разграбила дворец Тюильри. Замок Нейи, самое любимое поместье Орлеанской династии, также был уничтожен пожаром, а местонахождение Луи-Филиппа и Марии Амелии оставалось неизвестным. Идиллические места, где бельгийская принцесса провела часть своего детства, были уничтожены. Но больше всего страдала королева Луиза, которая помнила трагический конец низложенных французских монархов и опасалась худшего. Глубоко потрясенная несчастьем своих родителей, она искала утешения в дочери, которая сопровождала ее в молитвах и долгих бессонных ночах.

После многих дней страшной тревоги и неизвестности наконец пришло короткое письмо от ее матери, в котором сообщалось, что после бегства им удалось добраться до побережья Нормандии и оттуда отплыть в Англию, где они оказались в безопасности и в добром здравии. Королева Виктория, всегда великодушная, предоставила им замок Клермонт – тот самый, где когда-то жил молодой Леопольд со своей первой женой Шарлоттой. В этом уютном палаццо в стиле палладианской архитектуры, расположенном в английской сельской местности, изгнанные короли Франции проведут свои последние годы. Остальным членам семьи также удалось спастись, и они нашли прибежище в разных городах Европы.

1850 год начался с дурных предзнаменований. При бельгийском дворе всерьез беспокоились о здоровье королевы, которая была очень худой, бледной и слабой. Ее состояние вызвало тревогу у Марии Амелии, которая в письме умоляла дочь заботиться о себе и слушаться врачей. Хотя медики диагностировали легкий гастрит, Луиза была уверена, что страдает от астмы, так как ей было трудно дышать и она мучилась от постоянного кашля, не дававшего ей спать. В те мрачные дни Шарлотта тоже тяжело заболела, впервые в жизни. У принцессы обнаружили коклюш, и, надеясь, что смена обстановки пойдет ей на пользу, мать отвезла ее в замок Тервюрен, расположенный в глубине леса неподалеку от Брюсселя. Однако вскоре после прибытия Шарлотте стало хуже: появились желудочные боли и высокая температура. Луиза, все еще ослабленная болезнью, не отходила от дочери ни на шаг, почти не ела и не спала. Особенно тяжело ей было переносить отсутствие супруга, которого она почти не видела и с которым больше не делила ложа. Когда состояние девочки ухудшилось, Луиза приняла решение вновь перевезти ее, на этот раз в замок Лакен. Там Шарлотту начали лечить с помощью гомеопатии и природных средств на основе трав, и вскоре она пошла на поправку.

Смерть короля Луи-Филиппа в изгнании стала новым ударом для Луизы и еще сильнее подорвала ее и без того хрупкое здоровье. Ее состояние ухудшилось настолько, что супруг решил отправить ее в Остенде. Королева Виктория, встревоженная поступавшими вестями, в письме спросила своего дядю, почему тот не отправит Луизу на один из английских курортов, вместо того чтобы везти ее в этот маленький и неудобный городок на отшибе. Монарх ответил, что прогулки у моря пойдут ей на пользу и что он будет навещать ее как можно чаще.

Но Виктория не знала, что настоящей причиной выбора этого места было желание Леопольда быть рядом со своей тайной любовью, Аркадией Кларет. С самого начала их несчастливого брака Луиза молча страдала от измен мужа. За маской серьезного и расчетливого правителя скрывалось его увлечение любовницами. Но когда его связь с несовершеннолетней стала достоянием общественности, она испытала страшный удар. Аркадия была дочерью бельгийского офицера, и когда они начали встречаться, ей было 16 лет. На этот раз это было больше, чем просто интрижка: монарх влюбился, и Аркадия даже сопровождала его в некоторых официальных поездках. Он построил для своей возлюбленной особняк на проспекте Рояль, недалеко от королевского дворца в Брюсселе, и часто навещал ее там. Однако их связь раскрылась, и пресса опубликовала информацию об этом. Чтобы пресечь слухи, в 1845 году монарх решил выдать молодую женщину замуж за вдовствующего придворного чиновника.

После свадьбы Леопольд отослал мужа из столицы и продолжил наслаждаться ее обществом в их любовном гнездышке. Ей тогда было 19, а ему 55. В 1849 году у них родился сын Джордж, а три года спустя – Артур. В отличие от других королевских придворных, Аркадии не была свойственна скромность: она разъезжала по элегантным кварталам города в роскошной карете, одевалась по последней парижской моде. Бельгийцы ее презирали, и однажды, устав от оскорблений и насмешек, которые она получала каждый раз, когда выходила из дома, она сбежала в Германию, к большому гневу короля.

Луиза Орлеанская не вынесла публичного унижения, вызванного этим скандалом, и впала в депрессию. Стремясь покинуть двор, она не возражала против переезда в Остенде. Ее сопровождали дети и маленькая Шарлотта, которые наблюдали страдания матери и постепенное ухудшение ее состояния. Наступление холодной и дождливой зимы на побережье Северного моря не способствовало ее выздоровлению.

Принцесса никогда не забудет те мрачные дни, когда дом превратился в госпиталь, а королева уже не имела сил подняться с постели. После нескольких ошибочных диагнозов наконец признали, что она умирает от запущенного туберкулеза. Хотя Луиза не была популярной королевой, поскольку почти не появлялась на публике, бельгийцы восприняли эту новость с искренней скорбью. Со временем они начали понимать, что королева, предпочитавшая оставаться в тени, много сделала для благотворительности и улучшения жизни подданных. Она направляла всю сумму своего государственного содержания на помощь нуждающимся. Ее популярность возросла в ту печальную осень 1850 года, и во всех церквях страны зажигали свечи и молились за ее спасение.

В начале октября, узнав о критическом состоянии дочери, королева Мария Амелия покинула замок Клермонт, чтобы быть рядом с ней. У смертного одра Луизы находились ее супруг, мать, дети, духовник и графиня д́Юльст. Не думая о собственных страданиях, Луиза с болью в голосе сказала: «Меня огорчает только то, что другим так тяжело из-за меня». Другая ее тревога касалась будущего детей, особенно Шарлотты, которая не переставала плакать. Перед самой смертью она доверила свою дочь попечению графини д́Юльст, умоляя позаботиться о ее воспитании. Утром 11 октября королева Луиза Бельгийская скончалась, окруженная самыми близкими.

Ее супруг сказал о ней: «В течение восемнадцати лет Луиза была настоящей подругой, исполненной любви и преданности. Это большая потеря, ведь наши отношения всегда были полны взаимопонимания, и в нашем браке не было ни одной ссоры». Шарлотте было десять лет, когда она осиротела, и навсегда она будет помнить свою мать как ангела.

После похорон Мария Амелия, опустошенная потерей своей любимой дочери, вернулась в Англию. Через несколько дней внучка села за письменное бюро и написала ей следующее письмо: «Моя дорогая бабушка, было утешением, когда ты была рядом с нами после нашей беды, но теперь, когда ты уехала, Лакен стал очень грустным. Я много думала о тебе во время твоего путешествия и надеюсь, что ты не заболела. В последние дни твоего пребывания здесь ты чувствовала себя неважно; надеюсь, что все прошло. Ты очень скорбишь, но я буду хорошей девочкой, чтобы в меру своих сил заменить тебе то, что ты потеряла».

Шарлотта замкнулась в себе и стала очень сдержанной и серьезной. «Я часто бываю в дурном настроении», – писала она в своем дневнике. Она почти не видела отца, который общался с ней письмами. Атмосфера в семье становилась все более мрачной и напряженной. Она не знала, что частые отлучки короля были вызваны тем, что у него была другая семья. Пока страна пребывала в трауре, его возлюбленная Аркадия вернулась в Брюссель, но на этот раз вела себя более сдержанно. Леопольд приобрел замок Стейвенберг, всего в нескольких шагах от Лакена, чтобы обустроить в нем резиденцию для нее и их двоих детей. Он проводил там много времени и заботился о том, чтобы его незаконнорожденные дети получили соответствующее принцам воспитание, и пожаловал им дворянские титулы. Его страсть к Аркадии была столь велика, что в 1863 году он возвел ее в титул баронессы Эппингховен.

Летом 1851 года Шарлотта была приглашена королевой Викторией в замок Осборн на острове Уайт. Это была летняя резиденция британской королевской семьи, и монархиня попыталась расположить к себе свою кузину, но та сильно изменилась. Принцесса, которую ее мать описывала как чувствительную, веселую, добрую и открытую, превратилась в задумчивую, серьезную и молчаливую девушку. Уже тогда у нее случались приступы депрессии, погружавшие ее в глубокую тоску, что всерьез обеспокоило королеву Викторию.

Никто тогда и представить себе не мог, что эти особенности ее поведения станут одной из причин ее трагического конца. Шарлотта очень тосковала по отцу и предпочитала общество своей бабушки по материнской линии, Марии Амелии, которая была ее доверенным лицом. Несмотря на множество внуков, Шарлотту та выделяла особенно. Не только потому, что принцесса осталась сиротой, но и потому, что она была дочерью несчастной Луизы, ее обожаемой дочери, умершей преждевременно в возрасте 38 лет. Шарлотта проводила несколько недель в году в замке Клермонт, вызывавшем у нее теплые воспоминания, и там встречалась со своими дядями и кузенами. Она всегда чувствовала большую привязанность к Орлеанскому дому, хотя по мере взросления всем становилось ясно, что она – «маленький Леопольд». От отца она унаследовала силу воли, твердость характера, амбициозность и стремление к власти.

Графиня Дениз д́Юльст, наставница Шарлотты, была подругой детства королевы Луизы. Образованная женщина с высоким чувством долга, она происходила из семьи, тесно связанной с Орлеанским домом, и очень серьезно отнеслась к своей миссии по воспитанию осиротевшей принцессы, у которой уже проявлялось типичное для подростков упрямство. Именно она выбрала новых учителей для Шарлотты и тщательно следила за ее обучением. За ее религиозное воспитание отвечал отец Дешан, один из лучших проповедников бельгийской церкви, который привил ей представления о долге, грехе и самопожертвовании. Отец Дешан стал духовником Шарлотты и подготовил ее к первому причастию.

Но наибольшее влияние на формирование личности Шарлотты оказал король Леопольд, который применил к ее воспитанию те же принципы, что когда-то использовал для своей племянницы принцессы Виктории, будущей королевы Великобритании. Так, в письме от 21 мая 1855 года ее отец писал: «Моя дорогая любовь! Тебе уже 14 лет; ты достигла того возраста, когда прелестные забавы детства должны сочетаться с размышлениями, соответствующими более зрелому возрасту… Учись, моя дорогая, узнавать себя и судить о себе с искренностью и беспристрастием – вот возвышенная цель, к которой мы должны стремиться, и достичь ее можно лишь путем размышлений и постоянной исповеди совести». Шарлотта страстно желала достичь того нравственного и духовного совершенства, о котором так часто говорил ее отец, и стала очень требовательной к себе и самокритичной. «Я не могу преодолеть свое позорное и несчастное уныние, и иногда мне не хочется молиться, и я слишком мало люблю свои обязанности. Это ужасно – так часто чувствовать разочарование», – записала она в своем дневнике.

Она была прилежной, способной и усердной ученицей с феноменальной памятью. От матери Шарлотта унаследовала страсть к чтению, а ее любимым автором был Плутарх. Своей гувернантке она писала: «В этом году я не тратила времени впустую, как в прошлом. Я изучала историю, рисовала, занималась фортепиано (теперь оно мне даже нравится). Я знаю всех английских королей со всеми датами и без ошибок и, что удивительно, хорошо справляюсь с математикой – решаю по три задачи за урок, и они совсем не простые. Я также хорошо продвигаюсь в изучении языков».

В 1853 году ее старший брат Леопольд, герцог Брабантский и наследник бельгийского престола, женился на эрцгерцогине Марии Генриетте Австрийской. Это был династический брак, и, хотя поначалу невестка Шарлотте понравилась, вскоре она начала ее критиковать и насмехаться над ее увлечением музыкой и оперой. Она называла Марию Генриетту «безвкусной», а также ее раздражало, что та была блондинкой с очень светлой кожей и довольно высокого роста – полной противоположностью Шарлотте. Однако у нее не было причин ревновать свою невестку, поскольку, как провозгласил ее отец-король, «принцесса Шарлотта Бельгийская – самая красивая женщина Европы». Это, несомненно, было преувеличением, ведь Шарлотта не отличалась классической красотой: у нее были резкие черты лица и надменное выражение, но она могла похвастаться стройной фигурой благодаря ежедневным занятиям гимнастикой и плаванием.

Гордившийся ею монарх попросил Шарлотту сопровождать его на официальных мероприятиях, заняв место покойной матери. Тогда Леопольд понял, что его обожаемая дочь превратилась в «обаятельную молодую леди», которая уже готова к браку. И он начал искать для нее наилучшую партию среди представителей европейских королевских домов.