По определению, пауза – это момент отдыха и расслабления; во всяком случае, таково первоначальное значение слова в греческом языке, основа которого взята из латинского. Нам это понятие знакомо скорее из прослушивания музыки, как момент, когда она перестает играть. То есть речь идет не об отдыхе, а только о прерывании фонового шума. Сегодня под паузой понимается просто перерыв в работе, и даже она намеренно предоставляется работодателями в равной степени для обеспечения кратковременного отдыха и сохранения сил для работы. То, что мы вообще имеем право на регламентированные перерывы во время работы, не является чем-то само собой разумеющимся, что присутствовало в жизни людей всегда. Интересно, что этой привилегией мы обязаны не только добивавшимся ее профсоюзам, но и циничным экономическим интересам и соображениям.

Так, Фредерик Уинслоу Тейлор, пионер наук о труде в США [19], в эксперименте с работниками фабрики обнаружил, что они становятся значительно более продуктивными, когда делают частые, но короткие перерывы. Речь идет о 1930-х годах. Короткие регулярные перерывы в течение дня более эффективны, чем один длительный перерыв, например обеденный. Это связано, в частности, с тем, что интенсивность восстановления во время перерыва начинает снижаться довольно быстро. Это означает, что перерыв необязательно послужит большему восстановлению, если он будет более продолжительным. Из психологии обучения мы знаем, что после коротких перерывов нам значительно лучше удается вспомнить то, что нужно было запомнить перед перерывом [20].

При взгляде на объемы работы на определенное время в течение дня и недели, количество дней отпуска, продолжительность перерывов, регулируемых законом, становится очевидно, что за последние 150 лет многое изменилось. Примерно с 70 часов в неделю около 1870 года до примерно 60 часов в 1900 году, потом с 50 часов в неделю в средний пиковый период с 1920 по 1955 год до в среднем около 40 часов в неделю – сегодня рабочее время фактически уменьшилось вдвое [21]. Таким образом, чистое рабочее время сократилось значительно. Тем не менее на рубеже тысячелетий впервые за долгое время произошло структурное увеличение обычного рабочего времени, например на государственной службе в различных федеральных землях Германии. В 1950-х годах Объединение немецких профсоюзов (ОНП) и ставшая знаменитой кампания «По субботам папочка только мой» (в оригинале на немецком языке кампания называлась Samstags gehört Vati mir) буквально отвоевала нам право не работать по субботам. Это правило закрепилось от отрасли к отрасли, и сегодня исключение составляют только работники розничной торговли, здравоохранения, первичной медико-санитарной помощи или общественного питания. «Почему же сегодня так много людей страдают от горения?» – спросите вы.

В конечном счете каждый четвертый сотрудник регулярно работает и в выходные дни. В последние годы возросла производительность труда, а вместе с ней и плотность работы. Неформальных перерывов становится все меньше и меньше, а рабочие процессы сегодня структурированы таким образом, что ожидать следующих этапов работы приходится редко и периоды их ожидания умышленно сокращены. Периоды свободного времени заполняются другими видами деятельности – во многих отраслях люди жалуются на растущую бюрократию, которой нужно уделять время в дополнение к фактической работе. Из-за этого так сложно сравнивать рабочие нагрузки разных эпох.

Сегодня работники сталкиваются с особыми трудностями, потому что давление усиливает технологизация – мы вынуждены испытывать страх из-за того, что нас заменит искусственный интеллект, ведь роботы уже отобрали многие рабочие места. Усугубляет положение дел и распространившийся из-за пандемии коронавируса формат работы из дома. Между тем нахождение вне офиса больше не означает вынужденный перерыв в работе. Наши смартфоны и ноутбуки дают нам возможность иметь базовую рабочую нагрузку всегда и везде. Если вы работаете из дома, вам наверняка знакома подобная сцена, по крайней мере наши пациенты довольно часто нам ее описывают: работая в собственной кухне, человек там же, за тем же «рабочим столом» проводит свой перерыв, только, возможно, вместо компьютера он смотрит в свой смартфон, торопливо черпая ложкой подогретый в микроволновке суп. Это не имеет смысла и неполезно для здоровья.

Паузы, именно как перерывы в работе, способствуют расслаблению только тогда, когда мы занимаемся тем, что максимально отличается от предшествующей паузе и следующей за ней деятельности. Некоторым людям помогает расслабиться то, что перед началом перерыва они записывают на листе бумаги несколько ключевых слов о текущем состоянии дел, над которыми они хотят продолжить работать после перерыва. Благодаря этому после перерыва многие быстрее возвращаются к работе и возвращают рабочий настрой, а во время перерыва им проще оградить себя от мыслей о работе.

При планировании перерыва важно учитывать, что в это время вы должны заниматься тем, что сильно отличается от деятельности, от которой вам нужен отдых. Если вы работаете за столом, правильным решением было бы не читать и не писать во время перерыва. Если вы работаете в кол-центре, вам лучше провести перерыв без телефона или смартфона.

Несмотря на нашу любовь к социальным контактам и общению с пациентами и коллегами, во время перерывов мы, психотерапевты, постоянно чувствуем потребность в тишине и возможности предаться своим мыслям. Людям, работа которых предполагает физический труд, полезен физический покой и буквальное расслабление тела, а работникам офисов, чью работу отличает низкая физическая активность, просто необходима прогулка на свежем воздухе. Вооружились шагомером? А действительно ли он вам нужен? Разве простого удовольствия от прогулки недостаточно для вашей мотивации?

Кстати, Кремниевую долину захватил тренд осознания положительных эффектов, который может дать сокращение количества внешних или даже внутренних стимулов. Активное снижение числа стимулов там называется дофаминовым голоданием [22]. Оно предполагает отказ от всех связанных с получением удовольствия стимулов – еды, мобильного телефона, секса, музыки, общения и так далее.

Врач и научный журналист Вернер Бартенс написал статью для немецкой газеты Süddeutschen Zeitung о молодых людях из Кремниевой долины, которые шатко балансируют между выгоранием и выгоранием от скуки. В конце концов этот горячий тренд, не лишенный зерна здравого смысла, сводится к старой мудрости: слишком много хорошего тяготит, теряет свою ценность и приводит к притуплению чувств, которое порождает ощущение скуки или выгорание от скуки. Так зачем же изобретать или находить для этого новое обозначение? Дофаминовое голодание наделяет само собой разумеющиеся вещи слишком большим весом и дает нам повод гнаться за совершенством. Паузы, которые мы посвящаем себе, не отвлекаясь на внешние стимулы, полезны для всех нас, ведь они помогают поддерживать необходимую дистанцию, отделяющую нас от повседневных дел.

Перерывы в первую очередь должны служить одному – пользе для нас самих.