Если осознанность используется только для самооптимизации, призванной помочь еще лучше функционировать и иметь все больший успех, в конечном счете она становится инструментом эгоцентризма. Люди, которые делают основной упор на работу и считают, что для создания баланса в свободное время им нужно найти и реализовать себя с помощью упражнений на осознанность, преимущественно остаются эгоцентричными. Осознанность, в которой нет места другим, не может называться осознанностью.

Даже помимо буддийских или христианских учений, многое говорит в пользу того, что совместная медитация приводит людей к более комфортному сосуществованию [34]. Необязательно сразу ставить цель добиться мира во всем мире с помощью медитации, но, очевидно, в медитации есть своего рода коллективная интернализация[27], которая имеет благотворные эффекты, влияющие не только на индивидуума, но и на общество людей. Но такого, вероятно, не добиться экспресс-медитацией из приложения во время обеденного перерыва. Как и молитва, медитация имеет значение и смысл, выходящие за рамки индивидуальной судьбы и, следовательно, за пределы отстранения и уединения, которые становятся усугубляющейся проблемой в современном мире [35].

Осознанное отношение к другим живым существам мы также называем эмпатией. Прелесть эмпатии в том, что она положительно отражается и на нас самих. Эгоцентризм делает нас больными, особенно если все наши устремления постоянно вращаются вокруг наших чрезмерных требований к собственной продуктивности на работе и необходимости расслабиться в свободное время. Сострадание, если оно не превращается в самоцель [36], в лучшем случае порождает человечность, подкрепляемую соответствующими действиями. Доказано, что социальная вовлеченность оказывает антидепрессивное воздействие не только на человека, которому оказывается помощь, но и на того, от кого она исходит. Мы, люди, нуждаемся друг в друге, и это хорошо. То, что делает нас хорошими людьми, то, что мы понимаем под гуманностью, проявляется прежде всего в человечности.

В странах, где нет церковного налога, прихожане часто добровольно отдают 10 % своего дохода церковной общине, чтобы просто помочь ей, поддержать ее духовные практики и ритуалы, а также для продвижения социальных проектов внутри общины и за ее пределами. Многие люди, которые перестали быть прихожанами какой-либо из крупных церквей, жертвуют средства, которые в противном случае были бы отданы в качестве церковного налога, благотворительным организациям. Но ценность того, что мы делаем, выражается не только в материальной помощи. Не было бы лучше, если бы вместо 10 % нашей заработной платы мы отдавали бы на благие цели 10 % своего рабочего времени? Мы могли бы провести драгоценное время жизни и поучаствовать в совместном труде в приюте для бездомных, детских домах, домах престарелых или в учреждениях, занимающихся защитой окружающей среды и климата. В сравнении с долгосрочной финансовой поддержкой это и принесло бы больше пользы другим, и лучше бы повлияло на нас. Конечно, пожертвования желательны и необходимы для того, чтобы справляться с такими проблемами, как голод и изменение климата. Но, вкладывая непосредственно свой труд, в повседневной жизни мы бы лучше осознавали соразмерность наших дел и заработка и, возможно, перестали бы придавать фактической работе слишком большое значение, приобретя здоровый подход к ней не только ради своей жизни, но и ради жизни других людей. Возможно, в процессе этого мы также скорректируем наши ценностные представления и разовьем новый взгляд на то, какой может быть экономика.