Джихван сделал затяжку. Только расставшись с Минджу больше чем на пару часов, он вспомнил про желание купить сигареты. Это последний гештальт после его возвращения в мир смертных. Первая затяжка, когда ты можешь прочувствовать каждую секунду: как губы касаются фильтра, как едкий дым идет по языку, горлу, легким, как через несколько секунд кожа покрывается мурашками. Он не знал, в какой именно форме перезагрузится для него мир. Возможно, после спасения Минджу он станет приверженцем здорового образа жизни, будет спасать китов и отслеживать эко-террористов. Встав в специально отведенное место для курения, Джихван дрожащими пальцами поджег сигарету и затянулся. Это было так же приятно, как он себе и представлял. Жнец стоял с сигаретой в руках, пока она не истлела наполовину. Он не мог прийти в себя из-за какой-то мелочи, надеясь, что одна-две сигареты позволят ему, наоборот, сосредоточиться и успокоиться. То, как закончится сегодня его миссия, может решить многое. Вторая сигарета пошла не так хорошо, как первая, но до сих пор потрясно. Жнец укутался в пальто и перевел взгляд вниз по улице – через пару домов он будет у цели.

– Здравствуйте, аджумма! Меня зовут Шин Джихван, я пришел по поручению детектива по особым делам Сон Минджу. – Жнец стоял напротив экрана с каменным лицом. Он должен отыграть свою роль полицейского так, чтобы не осталось никаких улик или не появилось больше проблем. Этого им сейчас точно не нужно.

– Да, конечно, детектив Сон позвонила и предупредила. Но вам нужно назвать пароль, иначе я не смогу доверять вам. Очень много самозванцев, – ответила тучная женщина, чье лицо еле помещалось на дисплее, госпожа Кан, мама Мии. – После случая с моей дочерью я никому не доверяю, кроме нашей кошки, Миссис Миу.

– Да, конечно. Пароль для входа – «пузырик». – Джихван смотрел в монитор и не мог понять, в какой ситком он попал. А тем временем мама Мии нахмурилась, и ему пришлось добавить: – «Пузырик тридцать семь».

Пароль ему сообщила Минджу.

– Пароль подходит. – Она показал ему бумажку с номером от замка входной двери и закричала: – Вдруг тебя подслушивают!

– Спасибо, аджумма.

Минджу говорила, что у мамы Мии психическое заболевание: она считает, что у каждого человека в мире есть двойник, и не один, поэтому общение с ней – это битва за доказательство своей подлинности. Каким образом она отправила дочь знакомиться с убийцей, теперь стало второй по значимости тайной для Джихвана.

Он поднимался по лестнице, так как лифт сломался. День начался с каких-то бессмысленных переживаний и трудностей. Восьмой этаж для его тренированных ног и легких – пустяк, но тратить время не хотелось. Он знал: получить информацию просто так не выйдет. Джихван встал около двери, которая отделяла площадку мамы Мии от общего коридора. Такие двери обычно не ставили в жилых домах, но психическое заболевание женщины, вероятно, не оставило выбора ни ей, ни другим жильцам. Джихван выдохнул, когда пароль подошел. Он видел безумное лицо женщины, которое торчало из приоткрытой двери. Ему предстояло сложное испытание.

– Аджумма, вы… чего? – Он посмотрел себе за спину в попытках понять, что происходит. – Вы ждете кого-то еще?

– Я как раз опасаюсь, что придутони, – сказала она шепотом. – Подойдите к углу и резко выпрыгните, если ваши преследователи там. Я закрою дверь, и пусть выживет сильнейший. – Она повернула голову почти как сова.

– Хорошо.

Джихван приложил всю свою выдержку, чтобы она не заподозрила его настоящие эмоции. Он еле сдерживался от истеричного смеха из-за ее выражения лица. Осталось лишь понадеяться, что к концу собственного расследования он сам не станет смотреть с выпученными глазами на мир.

Там никого не оказалось.

– Тут никого, но надо поспешить, иначе они могут понять, куда я ушел. – Если он не мог изменить ситуацию, то решил подыграть и получить пользу. – Так что быстрее-быстрее. – Он начал махать папкой, которую держал в руке.

– Хорошо-хорошо. – Она открыла дверь, и Джихван еле-еле просунулся внутрь, с его-то габаритами.

Коридор, в который он попал, был… огромным, как и квартира в целом. Он открыл папку, где собрал всю необходимую информацию по семье Мии. Ему сразу захотелось спросить, какой компанией они владеют – «Киа» или «Самсунг», потому что арендовать подобное помещение или купить сложновато даже с его божественной карточкой.

В квартире оказались черные обои, на стенах висели десятки фотографий людей – вероятно, сестер и братьев Мии. В семье Кан двенадцать детей. Точнее, уже одиннадцать.

Джихван поклонился и начал снимать с себя обувь. Так и хотелось забрать ее с собой. Мама Мии еле помещалась по ширине в коридоре. Обычно корейцы не страдали избыточным весом; вероятно, мама Мии отдувалась за всех них. К его ногам подбежала черно-белая кошка, и Джихван погладил ее. Она чем-то напоминала хозяйку. Наверное, лишним весом?..

– Проводите меня, пожалуйста, в комнату дочери. – Он отошел в сторону, пока госпожа Кан закрывала дверь – не только на электронный замок, но еще и на семь цепочек и затворов. – Вы никогда не задумывались, что если двойники захотят залезть в окна, то, пока вы откроете дверь, вас схватят? – спросил Джихван и пожалел.

– Ни капли. – На ее лице буквально запечатлелось безумное выражение. – У меня на всех окнах двойные решетки. Даже если их спиливать, это займет достаточно времени для моего побега в убежище.

– Понял. – Жнец не стал уточнять, в какое именно убежище, иначе разговор растянется еще на час.

Оформление комнаты Мии разительно отличалось от общего мрачного оформления коридора: здесь стены были нежно-розовые, стояли односпальная кровать с покрывалом в тон, книжный стеллаж, стол со стоявшим на нем компьютером, всего две рамки с фотографиями, телевизор и приставка. Но, с другой стороны, Джихван не мог зацепиться глазом хоть за какую-то необычную деталь.

Он положил папку на стол и пошел к окну, чтобы открыть его. Здесь не хватало солнечного света. После разговора с Мией он и не мог предположить, что ее мама так же избегает общества, ведь именно она побудила свою дочь покинуть комнату. Зато стало понятно, почему Мия себя так повела. Скорее всего, многие члены этой семьи имели какую-то предрасположенность к психическим заболеваниям. Однако, в отличие от мамы, Мия в больнице не наблюдалась. Джихван повернулся к ней и, хоть рисковал быть втянутым в разговор про пришельцев на час, все же уточнил:

– Как же вы отпустили дочь на встречу с незнакомцем?

– Во-первых, мне не хотелось, чтобы она провела всю жизнь перед компьютером или стирая пальцы за приставкой. Она заслуживала жизни лучшей, чем тюрьма из собственной комнаты. – Она выпрямилась. – А во-вторых, я думала, что она – не совсем она, а лишь ее двойник. Моя дочь вряд ли бы покинула комнату, поэтому, думаю, она еще вернется.

– Понятно… – прошептал Джихван. – Тогда дадите мне минут двадцать, чтобы я разобрался с делами, которые мне поручила детектив Сон?

– Конечно, не буду вам мешать.

В комнату забежала кошка и громко замяукала.

– Вам не помешает?

– Нет.

Кошка уселась на кровать, Джихван – на стул. Сейчас ему предстояло понять, о каком хранилище говорила Мия, и главное – понять, как туда залезть. Одно дело – простой в управлении «ТикТок» – и, даже глядя на отметку просмотров, Джихван не сразу понял, сколько у него их, другое – компьютер. Но начал он с малого и нажал на кнопку включения.

Когда компьютер окончательно включился, Джихван открыл рот от удивления. На черном фоне не нашлось свободного места. Десятки, если не сотни иконок с различными приложениями и играми, папки – вероятно, тоже игр. Мия и правда потерялась в интернете.

– И что мне делать? – Джихван не имел представления, куда тыкать и в каком хранилище найти переписку.

Он повернулся к кошке – Миссис Миу.

– Имя у тебя, конечно, странное, но, может, ты знаешь, что мне делать? – Он встал со стула и подошел к ней.

Она махнула на него лапой, и Джихван сел рядом. Кошка прыгнула ему на колени, замурчала.

– Хоть кто-то в этой семье отличается общительностью. – Он почесал ее за ухом и поднял глаза на монитор. – О.

Джихван нахмурился и вместе с Миссис Миу наклонил голову вбок. Он или сошел с ума в этой комнате, или иконки на мониторе по цветовой гамме образовали букву «М». Большинство иконок, которые были на экране, имели красные оттенки, но лишь часть из них отдавала немного оранжевым. Заметить это, сидя близко к экрану, невозможно; необходимо было отойти подальше – и тогда переход в цветовой гамме бросался в глаза. Но самой подозрительной оказалась иконка какой-то игры с желтой эмблемой в центре галочки в букве «М». Если бы Джихван не уселся на кровать от безысходности, никогда бы не заметил это подозрительное расположение иконок игр. Ему пришлось вернуть Миссис Миу на кровать и подойти к компьютеру. Конечно, будет абсолютным сумасшествием, если он найдет все материалы в игре. Но и тут Мия подложила ему пару загадок. Игра оказалась обычным симулятором жизни. Десяток персонажей встретили Джихвана, и, чтобы не просидеть в комнате весь следующий год, он открыл последнего созданного персонажа.

– Нельзя сказать, что я удивлен, – прошептал Джихван, и за его спиной мяукнула кошка.

Джихван увидел точнейшую копию комнаты, где и жила, собственно, аватар погибшей. Нервно улыбаясь, он заставил цифровую версию Мии подойти к компьютеру. Персонаж оказался писателем с хорошими социальными навыками. Видимо, воплощение всего того, чего не хватало ей в настоящей жизни. Открылась папка с сотнями названий книг. Одна из них значилась как Mist. Джихван закусил нижнюю губу от любопытства, точно вспоминая имя убийцы, который связался с Мией. В книге ничего не оказалось, кроме послания: «Другая реальность, вторая попытка, ключ у той, что с похожим именем».

Джихван откинулся на кресле и застонал. Еще одна загадка. Он явно не станет в перезапуске своей жизни детективом. Ему и правда больше подходила работа в качестве блогера. Зарычав, он потыкал еще в пару папок, но так ничего и не нашел.

– Нет, ну надо же, а! И к чему такие сложности, спрашивается? Почему нельзя оставить лист с подробной инструкцией, раз ты переживаешь за свою сохранность? Если тебе не могут помочь, это ничем не лучше. – Он выключил компьютер, понимая, что должен переосмыслить подсказку Мии. Кошка за ним замяукала. – Миссис Миу, вы не помогаете, я тут пытаюсь…

Он распахнул глаза. Миссис Миу и Мия. Джихван повернулся к кошке. Он уже не отрицал, что сошел с ума, поэтому не стал отказывать себе в проверке странной догадки. Жнец подошел к кошке и вновь погладил ее по голове, усадив на колени. Миссис Миу послушно сидела в его руках, и ничего необычного в кошке он не находил. Он взял ее на руки и вытянул перед собой, посмотрев в желтые глаза, пока случайно не заметил татуировку на ее животе. Джихван охнул, удивляясь, зачем домашнему питомцу сделали татуировку. Не исключено, конечно, что госпожа Кан, опасаясь двойников, решила ее пометить. Набор из цифр и латинских букв не походил ни на одну анаграмму, и интернет оставался скуп на информацию. Когда глаза Джихвана упали на приставку, очередной пазл сложился в его голове…

Другая реальность – это, возможно, еще одно игровое сообщество.

– А может, я и не так плох! Крутая сеульская полиция не смогла найти подсказки, а вот неподражаемый жнец Шин Джихван – да!

– Бедный мальчик, он тоже больной на голову, – прошептала госпожа Кан, которая хотела пригласить его пообедать, но теперь боролась с желанием уйти в убежище.

И в итоге Джихван нашел то, что искал. Точно такая же игра, только с другим сервером. Мир снова повторял копию комнаты Мии один в один. Там он нашел книгу с названием Mist2, и для нее потребовался пароль. Уже не сложно догадаться, что татуировка на животе кошки – и есть необходимая комбинация.

Миссис Миу спрыгнула с кровати, подошла к нему, чтобы потереться о спину. Она скучала по хозяйке. Джихван ощутил печаль, которую не чувствовал уже несколько десятков лет, – с тех пор как стал жнецом. Он вздохнул и открыл папку с огромным количеством фотографий. Перед тем как посмотреть один-единственный документ, он начал перекидывать данные на флешку. Делал он это впервые, а учился с помощью видео в интернете, поэтому надеялся не ошибиться.

– Проклятие…

Ему очень хотелось ошибаться по поводу Минджу – что именно она стала следующей жертвой убийцы, – однако файлы, что собрала Мия, говорили об обратном. В какой-то момент чтения длинных, подробных записей Джихван начал сомневаться, кто из них находился под микроскопом. Мия изучала маньяка так, будто знала о его намерениях и пошла лишь удостовериться в них.

Смерть Мии сразу же стерла огромную часть ее воспоминаний, поэтому чудо, что она вообще что-то ему рассказала. Исходя из записей, убийца опасался преследования и был уверен, что кто-то вышел на него. Мия считала это параноидным помешательством. Вряд ли можно считать, что у убийцы было параноидное помешательство, ведь за ним буквально велась охота всего юго-восточного отдела Сеула. Этой части их диалога Мия посвятила не больше двух абзацев, относя в категорию «явных красных флагов». Что это значит, Джихван не понял, поэтому решил спросить у Минджу позже.

Он вытащил флешку и встал с пола, еще раз погладив Миссис Миу. Теперь у него не осталось никаких сомнений, что следующая жертва маньяка – сама Минджу. Все сходилось удивительным образом, даже в некотором смысле подозрительным. Никто – ни полиция, ни убийца – не мог предсказать появления настоящего жнеца, который поговорит с душой и получит необходимую информацию. Главным врагом для маньяка, конечно же, является Минджу, которая отвечает за его поимку. Если он устранит ее, то запутает полицию на несколько недель. Сомневаться в его неадекватности не приходилось. По всей видимости, удачное убийство Минджу станет венцом его «карьеры». После этого долго прятаться не получится. Скорее всего, к делу подключатся сразу несколько специальных служб, и тогда они вытащат его даже из ада. Для Джихвана судьба маньяка не имела значения, его главная цель – спасти Минджу. Вероятно, без ее помощи он не сможет расставить ловушки и спланировать все. У них есть эффект неожиданности в виде его знаний, и дважды это не сработает. Ошибка недопустима.

– Ты издеваешься, да?! Именно сейчас? – Он раз за разом пытался дозвониться Минджу, но механический голос все твердил, что абонент недоступен. – Не может быть. Не говорите мне, что… – Он посмотрел на свою грудь. Нет. Перламутрового свечения не наблюдалось, а значит, еще было время. – И как в век, когда телефон есть у каждого человека, ты додумалась…

Он перевел взгляд на календарь на стене. Третье апреля. Джихван чуть приоткрыл рот и распахнул глаза, вытягивая руку по направлению к нему и через мгновение опуская ее. Он понял все сразу. Третье апреля. Родители Минджу были убиты именно третьего апреля. Она говорила, что на сегодня у нее планы, и Джихван знал, где ее искать. Он закрыл рот, закусил нижнюю губу и сжал руки в кулаки. Жнец не мог позволить Минджу погибнуть в день смерти своих родителей. Он посмотрел на телефон, потом перевел на мгновение взгляд за окно. Моросящий дождь. На подоконнике у Мии стояла небольшая плошка с растениями, которые Джихван узнал только по белоснежным бутонам, – хризантемы. Подобны снегу на солнце, хризантемы загадочно мерцали в тусклом свете комнаты, намекая жнецу о скорой работе.

– Ни за что.

Джихван сорвался на бег под мяуканье кошки.

* * *

– Это так странно… – прошептала продавщица цветов.

– Что-то не так? – спросила Минджу и улыбнулась.

– Я точно пересаживала сюда орхидею… А сегодня здесь хризантема. Кажется, мне надо меньше работать, а то уже как-то и не по себе. – Пожилая женщина в простом черном платье и с белым платком на голове крутила большую плошку с цветком и не понимала, что произошло. – Ну это точно хризантема, даже бутоны начинают раскрываться…

– Сомнений быть не может, это точно хризантема, но эта только-только зацветает, а мне нужны пышные бутоны. Вон те, если вы не против. – Она указала за спину продавщицы цветочного магазина и посмотрела на часы. – Не хочется вас торопить, но у меня назначена еще встреча на вечер, поэтому я спешу.

– Конечно-конечно, – заулыбалась продавщица и начала вытаскивать цветки. – Сколько вам нужно?

– Все.

Так Минджу старалась загладить вину перед родителями. Она редко приходила к ним на могилу, поэтому надеялась хоть таким образом извиниться.

Кладбище находилось достаточно далеко, и на поездку со сборами можно потратить чуть ли не полдня. Однако, когда она вспомнила, как давно не посещала его, тут же подавила лень. Тем более именно в эту дату много лет назад Минджу лишилась всей семьи. Прошло много лет, а она все ощущала себя той маленькой девочкой, которая, вернувшись домой, обнаружила два трупа посреди гостиной.

Минджу встряхнула головой, отгоняя воспоминания. Сейчас не время для слез. Она уже давно не плакала, но предположить, где именно ее поймают мрачные воспоминания, не могла.

Поблагодарив продавщицу за один большой букет, она вышла из магазина.

Ее «срочные» дела на сегодня – просмотр очередного шоу про корейских айдолов под китайскую еду с Джихваном. Он с утра пораньше отправился на расследование, и Минджу искренне пожелала ему удачи. Случится волшебство, если именно жнец, посредник смерти, найдет зацепки для поимки убийцы. Только в нынешней ситуации ей уже просто хотелось засадить преступника за решетку и прекратить череду смертей. В такие моменты Минджу не переживала за зарплату, отчеты, строгое начальство или честь; ее волновали лишь жизни людей. При просмотре передачи Джихван терял бдительность, а значит, выудить из него хотя бы часть информации могло и получиться. Но обычно он на удивление хорошо держался, и даже она не могла вытащить из него хоть слово.

Минджу не сильно ругала себя за это. Все-таки она многого не знала о потустороннем мире и предполагала, что многое знать и не должна, поэтому приходилось лишь ждать. А пока она выполнит долг хорошей дочери и навестит родителей.

Если последние несколько дней стояла жара и кондиционеры включали раньше положенного, то сегодня все отогревались, как могли. Минджу надела спортивный костюм, а сверху него – плащ, немного пожалев об отсутствии головного убора.

Она вышла из магазина, и ей на нос упала капля. Редкий дождь то начинался, то превращался в изморось; в некоторых районах писали о тумане. Солнце, казалось, покинуло их навсегда. Как Минджу ни старалась отыскать хоть один прорывающийся через пелену серых облаков луч, сделать это так и не смогла.

Дорога до машины прошла бодро: она пошла быстрее, чтобы не замерзнуть и не опоздать. Закинув на заднее сиденье сумку и букет, Минджу села в автомобиль, ответила на сообщение по работе и перевела телефон в режим полета. Путь до кладбища займет час-два. Машина выехала на проезжую часть с парковки. И спустя мгновение за ней последовал серый автомобиль.

Любой, кто сел бы в машину к Минджу, упрекнул бы ее в мазохизме. Она не включала радио, не ела и не пила, не пользовалась телефоном в пути. Она заставляла себя полностью погрузиться в то, куда и зачем она едет. Так она наказывала себя за то, что долго не навещала родителей. Погода вгоняла ее в состояние меланхолии. Зато, как ни странно, по ощущениям дорога заняла намного меньше времени. Главное правило – не вспоминать сцену из детства, и она прошла это испытание, мысленно похвалив себя за выдержку.

Минджу взяла небольшую сумку, перекинула через плечо и аккуратно достала букет цветов. Это был ужасный день, чтобы посетить кладбище. Даже для ее настроения слишком мрачная атмосфера, но назад дороги нет. Лишь вперед.

Застучав каблуками по гравию, она перешла на траву и чуть не скрылась в тумане от пристального взгляда водителя «Аванте».