У пулемёта «Максима-Виккерса»…
Четырнадцать (четырнадцать, Карл!!! Четырнадцать) пружин!
Мля… И куда только влезли?
Естественно, такое «удовольствие» стоило недёшево, даже не считая тех «жалких» сорока фунтов стерлингов, которые Военное ведомство отстёгивало фирме «Виккерс» за каждый выпущенный в Туле пулемёт. В «том самом» 1931-м году, вместе со станком и двумя запасными стволами, «Максим» стоил 1370 рублей.
С чем сравнить?
В той России, что мы с вами «потеряли» - рояль (в смысле – музыкальный инструмент) известной марки стоил 200 рублей. Автомобиль без дополнительной оснастки - порядка 2000 рублей.
Понятно?
Если сравнивать с чем-то пулемёт «Максим» по стоимости - то только с автомобилем: ибо, даже рояль ни в какое сравнение с ним не идёт. А в потерянной нами Российской Империи, личный автомобиль имел статус личного вертолёта в современной нам Российской Федерации - которую нам с вами ещё только предстоит прое… Хм, гкхм…
Да в принципе и х@й с ней.
Не, конечно понимаю – война очень дорогое «удовольствие»…
Но это уже какой-то лютый абсурд в его самом чистом виде!
Тогдашние лидеры технологической гонки - Великобритания и Германия, после начала Первой мировой войны нарастили производство пулемётов «Виккерс» (Vickers) и MG 08 (Maschinengewehr 08) за счёт привлечения частной промышленности. В России же, даже казённые оружейные заводы - Ижевский и Сестрорецкий, не смогли приступить к выпуску пулеметов «Максим» и участвовали лишь в производстве отдельных частей к нему… Про частные предприятия входящие в «Центральный военно-промышленный комитет» (ЦВПК), даже речь не идёт…
Они просто не взялись за такой сложный заказ.
В результате, что?
А в результате:
«Если к началу войны на одну русскую пехотную дивизию приходилось по штату 32 пулемета, а на германскую, французскую и британскую — по 24, то к концу войны в русской пехотной дивизии было 72 пулемета, в германской — 324 (из них 216 ручных), британской — 684 (576 ручных), французской — 400 (336 ручных)74».
Здесь и никакой «Окопной правды» не надо!
Три сотни с лишним германских пулемётов против семидесяти двух, разлагали Русскую императорскую армию гораздо эффективнее большевистской пропаганды. Как в прямом смысле разлагали - так и в переносном.
Если кто-то думает, что принятый на вооружение в 1927-м году ручной пулемёт Дегтярёва ДП-27 и его модификации ДТ (танковый) и ДА (авиационный) были чем-то лучше в технологическом отношении, тот глубоко ошибается. Чуть менее 80 (восьмидесяти) деталей, часто фрезеруемых и ручная подгонка боевых упоров затвора. Отсюда и соответствующая цена: если пулемет «Максим» со станком Соколова и с комплектом ЗИП стоил 1960 целковых, то «Дегтярь» всего лишь на «пятихатку» меньше – 1400.
Даже авиационная версия «Максима» - пулемет ПВ-1, стоил меньше – 1200 «деревянных»75.
***
Выслушав сбивчивые объяснения Кулика (а ведь он не инженер-технолог – от слова «далеко не он» и, толком ничего Вождю разжевать не мог), Сталин рассердившись ударил кулаком по столу:
- Вы хотите вашему Наркомату лёгкой жизни! И это ваше желание, идёт вразрез с интересами обороноспособности нашего – первого в мире Государства рабочих и крестьян. Всё! Идите и работайте, товарищи.
Ну, что делать?
Были б Кулик и Тухачевский были б министрами Японской империи – торжественно совершили бы обряд «сепуку», уйдя от позора и бесчестия в смерть. Какого-нибудь западноевропейского государства – они б обязательно подали в отставку и стали бы обычными законопослушно-добропорядочными бизнесменами. Российской (империи или федерации – нужное подчеркнуть) – разворовали б все выделенные средства и стали б депутатами Госдумы, обретя таким макаром неприкосновенность. Но они оба были госслужащими СССР в эпоху Сталина, поэтому они…
Тиран же и самодур у власти!
…Стали работать. И прежде всего – головой. И их девизом с тех стала фраза, обычно приписываемая Кулику:
«Мне не нужно оружие, где есть „фрезерная“ работа!76».
По существу маршал был совершенно прав: оружие, для изготовления которого требовалось много станкочасов работы фрезерного станка и рабочие высокой квалификации, СССР просто не смог бы производить в нужных для большой войны объёмах.
Нужен был пулемёт такой конструкции, который способен был бы выпускаться на средне- оснащённых предприятиях гражданской промышленности, силами работников средней и низкой квалификации. И причём - «унифицированный» (по современному – «единый») пулемёт, способный быть ручным, станковым, танковым и авиационным. Так проще и дешевше.
Кстати, и до этого советские военные и оружейники отлично понимали, что первый пролетарский «блин комом» (пулемёт ДП-27) – полное говно. Поэтому они активно искали ему замену. Ею мог бы стать чешский «Lehký kulomet vz. 26» (ZB-26) компании «Zbrojovka Brno», который были принят на вооружении армии Чехословакии и активно закупался для вооружённых сил Румынии, Югославии, Болгарии, Боливии, Китая, Литвы, Испании, Польши, Швеции и…
И даже в Британии пристально к нему присматривались77.
В СССР чешский пулемёт также не остался незамеченным, над его «клонированием» трудился сам Василий Алексеевич Дегтярёв, но…
Рисунок 51. Советский опытный пулемёт ДМП-36, «скоопирайтенный» с чешского ZB-26, 1936 год.
Но, для советской промышленности, ZB-26/30 оказался «крепким орешком» - слишком сложным в производстве, требующим качественных сталей, сложных станочных операций, качественной обработки и подгонки деталей. Так что эта замена была бы заменой «шила на мыло».
Другими претендентами были хорошо знакомый советским военным австрийский пулемёт «Шварцлозе» - за который настойчиво ванговал лично сам Кулик и, американский «Кольт-Браунинг» M1895 - апгрейденный шведской компанией «Марлин» до чего-то вполне приличного. И даже М1915/27 - бельгийский вариант «самого плохого пулемёта ПМВ» с коробчатым магазином под «тот самый» патрон 7,65х53 мм «Маузер», французского недоразумения под названием «автоматическое ружьё «Шоша»».
И всё, что-то – не совсем то, или что ещё хуже - совсем не то.
***
К счастью долго им искать не потребовалось, ибо тут же нашёлся «зверь» - сам прибежавший в объятия «ловца».
Услышав, что руководство Рабоче-Крестьянской Красной Армии ищет супер-бюджетный пулемёт унифицированной конструкции, одна небольшая европейская оружейная фирмочка предложила ему свои услуги:
- У нас есть то, что вам нужно. В нашем пулемёте вы не найдёте ни одной кованной или фрезерованной детали!
Возможно, знакомство бывшего в заграничной командировке Михаила Тухачевского и Режи Дарна - владельца и, одновременно главного конструктора небольшой частной оружейной компании «Établissements Darne» - расположенной в городе Сент-Этьен и прежде специализировавшейся в основном на производстве двуствольных охотничьих ружей78, состоялось как-то по-другому…
Но суть передана «слово в слово».
В те давние времена бренд «Дарн» (Darne) был известен и привычен охотникам и спортсменам всего мира наравне с именами оружейников Лефошэ, Пердэ и Зауэра. Но во время Первой мировой (Великой, Империалистической) войны конструкторы этой известной – но небольшой частной фирмы, взялись за совершенно новое и незнакомое для них дело…
За производство автоматического оружия.
И вот что у них в итоге получилось.
Авиапулемёт фирмы «Darne» представлял из себя конструктивно несложное, технологически простое и компактное автоматическое оружие с ленточным питанием.
Автоматика оружия работала за счёт отвода пороховых газов, запирание осуществлялось при помощи перекоса задней части затвора.
Лентоприёмник пулемёта находился под стволом в передней части ствольной коробки. Подача уложенной в короб гибкой (тканевой или металлической) ленты, рассчитанной на 75, 100 или 1500 (полторы тысячи!) патронов, могло осуществляться как слева - так и справа, что немаловажно для авиационного оружия и многоствольных зенитных установок. Имелся вариант питания и из дискового магазина ёмкостью…
Двести(!) патронов.
Имея абсолютно оригинальную конструкцию подачи патронов: два закрепленные на газовом поршне «когтя» - извлекая патрон из ленты, разворачивают его на 45 градусов - подавая к затвору. Благодаря такой системе питания пулемёт имел довольно впечатляющую скорострельность по тем временам – до 1700 выстрелов в минуту, при весе всего 8,250 килограмм79.
Стрельба велась с открытого затвора и только в автоматическом режиме. В зависимости от предназначения, специальным газовым регулятором скорострельность варьировалась от 450 выстрелов в пехотном варианте и до 900 - 1200 в зенитном и авиационном.
Рисунок 52. Устройство пулемета «Darne mle 1918».
Представленный в 1916-м году на испытания и официально прошедший их в 1918-м пулемет «Darne mle 1918» под патрон 8-мм Лебель, был рассчитан на массовое производство. То есть был максимально прост, конструктивно упрощён, имел небольшое количество деталей и не имел ничего лишнего – в первую очередь отделки внешних поверхностей. Подобный подход позволил значительно снизить себестоимость изделия, при характеристиках не особо уступающим тогдашним аналогам. Французским военным понравился пулемёт, особенно его цена - 700 франков80, что соответствовало скорее карабину, но никак не пулемету…
Однако пулемёт на войну опоздал!
Скорый Версальский мир не позволил компании «Établissements Darne» получить крупный государственный заказ на пулемёты своей конструкции.
Тем не менее, сей девайс пользовался кой-какой популярностью и спросом на мировом оружейном рынке. В основном из-за своей «супер-бюджетной» цены. В период с 1918-го по 1931-й год на «свободном рынке» было продано 11000 пулеметов «Darne mle 1918». Сербия купила 2500 штук, Италия - 1000, Испания - 1200, Бразилия - 150 штук… Остальные пулемёты поступили на вооружение ВВС Франции.
Рисунок 53. Неполная разборка пулемета «Дарн».
В тот же период на базе 7,5-мм авиационного пулемета, конструкторами «Établissements Darne» было разработано несколько пехотных вариантов: лёгкий ручной пулемет, тяжелый станковый и крупнокалиберный под 11-мм патрон. К середине 30-х, у фирмы имелись наработки и по созданию 25-мм автоматической пушки под патрон «Гочкисс».
В пехотном варианте пулемет комплектовался фиксированным или складным прикладом, пистолетной рукоятью, сошками и станком-треногой.
Одно время, первые из них участвовали в национальных конкурсах - соперничая с вышеупомянутым ZB-26 в Чехословакии и с Browning .303 Mark II в Британии…
Но покупателя на них всё равно не нашлось81.
Почему?
На мой взгляд, основная причина - лоббирование своих интересов крупными оружейными фирмами, у которых были свои конструкторы с их наработками. Во Франции это был «Гочкис» - чей ручной пулемёт МАС-24/29 и авиационный MAC-34, в конце концов и были приняты на вооружении.
Ну а фирме «Дарн» была предоставлена возможность крутиться-выкручиваться в полном соответствии с законами свободного рынка - чем она в результате и воспользовалась, вступив в сношения с «комиссарами» из далёкой Москвы.
Комиссия во главе с Михаилом Тухачевским сперва побывала на головном предприятии «Établissements Darne» в городе Сент-Этьен. Затем на его филиале в Испании – куда производство было перенесено по экономическим причинам и, своими глазами убедилось:
Да!
За исключением ствола, конечно, этот пулемёт может производиться где угодно – даже в авторемонтных мастерских с минимумом высокотехнологического оборудования и инструментов.
Однако, имелись и свои нюансы с огромными минусами:
По существующим советским (и не только советским, кстати) пулемет «Дарн» был…
Как бы это сказать?
Не то чтобы ненадёжным, скорее – недолговечным.
К примеру на предварительных испытаниях, из опытного образца ручного пулемёта Дегтярёва (будущий ДП-27) сделали сперва пять тысяч выстрелов в условиях сильной запылённости. Затем после доработки – сорок(!) тысяч. При этом случившийся процент задержек – всего 0,6(ноль целых, шиш десятых)%, посчитали слишком большим и вернули пулемёт на доработку.
Так вот:
Пулемет «Дарн» и близко не подходил к столь жёстким требованиям!
Выслушав претензии Михаила Тухачевского, Режи Дарн безапелляционно заявил:
- «Сорок тысяч выстрелов», говорите? В мирное время пулемёты столько много не стреляют. В военное – столь долго не живут!
Чуть позже добавил:
- Столь жёсткие испытания опытного образца – штучного изделия, изготовленного лучшими специалистами предприятия - ничего не даёт. Если б так же испытывали бы серийный образец вашего «Дегтярёва» - картина была бы совсем другая, не столь благостная.
После этих слов члены советской делегации в изумлении переглянулись:
– А ведь действительно!
В мирное время экономят на патронах во время обучения солдат и, в том числе (и прежде всего) - пулемётчиков. А во время войны оружие часто живёт до первого боя. За первые два с половиной года Империалистической (Великой, Первой мировой) войны, убыль пулеметов «Максим» оценивалась в 15 000 штук. А произведено всего лишь 27 700 – что в десять раз меньше, чем в Германии. В любом случае проблема нехватки пулемётов была куда более острой, чем надёжность к примеру массово закупаемых в САСШ «картофелекопалок» - пулемётов «Colt-Browning» M1895/14. Об их «надёжности» говорит тот факт, что после Гражданской их изъяли из частей, сняли с вооружения и постарались как можно скорее забыть.
Рисунок 54. Типичное пулемётное вооружение типичного военного формирования времён русской Гражданской войны (1918-1922 г.г.). Вторым и дальше в строю - «картофелекопалки»: пулемёты «Colt-Browning» M1895/14, производства САСШ.