Верные рыцари Брюса храбро отбивались от наседавших со всех сторон врагов, но силы были слишком неравны. Тогда король приказал соратникам отступать по узкой горной тропе. Пока Черный Дуглас, ближайший сподвижник и личный друг Брюса, уводил отряд в горы, бесстрашный вождь сам прикрывал их отход. Заметив это, Джон Лорнский повелел своим людям захватить Брюса живым или мертвым. Братья Мак Андроссеры, сильные и свирепые горцы, первыми настигли короля. Они одновременно набросились на царственную жертву: старший брат поймал королевского коня за узду, а младший ухватил Брюса за ногу, силясь выбросить всадника из седла. Молниеносным движением Брюс отсек дерзновенную руку, остановившую его скакуна, а затем поднял коня на дыбы. Первый из братьев отскочил в сторону, обливаясь кровью и вопя во все горло, а второй, потеряв от резкого рывка равновесие, упал прямо под копыта. Брюс быстро прикончил обоих, вложил меч в ножны и уже дал коню шпоры, когда на него внезапно налетел третий враг. То был отец Мак Андроссеров, ставший свидетелем гибели своих сыновей. Завывая от ярости, он, словно пантера, прыгнул на спину Брюсу и сдавил ему шею жилистыми руками. Не имея возможности развернуться, король сорвал с луки седла боевой молот и наотмашь нанес противнику удар сокрушительной силы. Тяжелый молот вышиб старику мозги, однако убитый продолжал цепляться за королевский плащ мертвой хваткой, поэтому, чтобы освободиться, Брюсу пришлось расстегнуть пряжку, сбросив плащ вместе с трупом. Останавливаться было нельзя, так как погоня шла по пятам, и Брюс ускакал, оставив плащ с драгоценной пряжкой в добычу ухватистому мертвецу. Но Джон Лорнский, раздосадованный неудачей, отнял у покойника его трофей. Знаменитая серебряная пряжка Брюса, с зубчатым ободком в виде крепостных стен, с восемью увенчанными жемчужинами башенками и крупным рубином в центре, передавалась с тех пор в клане Мак Дугалов из поколения в поколение, как реликвия, напоминавшая об этом историческом эпизоде.

Преследуемый отрядами лордов-изменников, травивших своего короля, словно зайца, Роберт Брюс, не зная покоя и отдыха, скитался по горам и долинам Шотландии до самой зимы. С наступлением холодов такая кочевая жизнь стала невыносимой, особенно для королевы Елизаветы и ее фрейлин. Опасаясь за их здоровье, венценосный скиталец отправил женщин в замок Килдрамми, что в Абердиншире. То было единственное место на землях Брюса, куда пока еще не добрались английские завоеватели. Возложив охрану замка на младшего брата Найджела, молодого, красивого и храброго рыцаря, сам Роберт укрылся на острове Ратлин, где и провел около года. Здесь, зимуя в жалкой заброшенной лачуге погибшего рыбака, Брюс пережил самые черные дни в своей жизни.

Однажды из Шотландии пришли страшные вести – англичане захватили замок Килдрамми, обезглавили его юного брата, а королеву бросили в темницу. Впервые Брюсом овладело такое отчаяние, что он уже готов был прекратить казавшуюся бесполезной борьбу, уехать в Святую землю и сложить голову за дело Христа.

Этот тяжкий период его жизни овеян легендами, и одна из легенд повествует о том, как Брюс укреплял свою волю, наблюдая за кропотливой работой паука. В один из вечеров, угнетенный мрачными думами, Роберт машинально следил за пауком, пытавшимся протянуть нить паутины от одной потолочной балки до другой. Паук сделал уже шесть неудачных попыток, но всякий раз, сорвавшись вниз, вновь терпеливо принимался за дело, начиная все сначала. Внезапно Брюсу пришло в голову, что и он шесть раз подряд терпел поражения от англичан и их шотландских союзников. Эта мысль заставила его с интересом ожидать седьмой, и решающей, как ему казалось, попытки. А паук, сильно раскачавшись на собственной нити, ловко вспрыгнул на балку. Цель была достигнута!

Несчастный изгнанник воспринял победу маленького существа как предзнаменование своей собственной грядущей победы и воспрянул духом. Так ратлинский паук дал урок терпения и упорства шотландскому королю. С тех пор в роду Брюсов пауки считаются священными.

Весной 1307 года король-изгнанник вернулся в Шотландию, и пламя восстания вновь охватило всю страну. К этому времени грозный Эдуард I уже сошел в могилу, а английский престол унаследовал его слабовольный и развращенный наследник, Эдуард II. Пока он предавался развлечениям, Брюс, собравший армию патриотов, очищал страну от приспешников англичан. Военные дороги привели его к границам Галлоуэя, области на юго-западе Шотландии, населенной потомками древних пиктов. Местные жители, почти столь же дикие и невежественные, как их далекие предки, тоже переметнулись на сторону врага.

Шотландская армия, совершившая длительный переход, нуждалась в отдыхе, и король, оставив ее на попечение Черного Дугласа, отправился в разведывательный рейд по вражеской территории всего с полусотней воинов. Но галлоуэйцы обнаружили дерзких разведчиков и устроили на них настоящую псовую охоту, пустив ищеек по следам маленького отряда. Уходя от преследования, шотландцы переправились через стремительную речку и разбили лагерь на противоположной стороне, в полумиле от берега. В полночь Брюс, захватив оруженосца, направился к берегу, чтобы сменить часовых, охранявших брод. Отпустив усталых дозорных, король присел на камни, освещенные серебристым сиянием луны, и задумался. Поначалу все было тихо, лишь журчала вода, струившаяся вдоль высоких, обрывистых берегов. Внезапно вдалеке послышался приглушенный расстоянием лай собак. Король насторожился. Через какое-то время слух его различил конский топот, звон оружия и бряцанье доспехов. Сомнений больше не оставалось – приближались враги. Тогда Брюс принял решение, свидетельствующее о его поразительной отваге: услав оруженосца поднимать спящий лагерь, он остался в одиночку защищать брод.

Через минуту голова неприятельской колонны показалась на противоположном берегу. Галлоуэйцы тоже заметили дозорного и обстреляли его из луков, но стрелы рикошетили от тройной кольчуги Брюса. Тогда, махнув рукой на одинокого солдата, бессильного им помешать, враги начали переправу. По узкому броду, притопленному водой, галлоуэйцам пришлось двигаться гуськом, друг за другом. Поскальзываясь на мокрых камнях, латники пересекали поток и, кряхтя от напряжения, тяжело карабкались вверх по крутому склону. Как только первый враг оказался в пределах досягаемости, Брюс от души угостил его боевым топором по голове, и тут же пронзил копьем коня, которого всадник тащил за собой в поводу. Громыхая доспехами, латник полетел вниз, а за ним тяжело рухнул смертельно раненный конь, сшибая с ног всех, кто карабкался следом.

Среди галлоуэйцев началась страшная суматоха. Некоторые из них свалились в воду и утонули, другие отпрянули назад, а третьи, теснясь и толкаясь, устремились к берегу. Рыча от злости и ругаясь, на чем свет стоит, они упрямо лезли вверх, но стоило кому-либо из солдат приблизиться на расстояние удара, как он получал от Брюса свою порцию и с дикими воплями улетал вниз, ломая себе шею и опрокидывая позади идущих товарищей. Потеряв десятка два бойцов, галлоуэйцы, наконец, уразумели, что на такой великолепной позиции один бесстрашный воин стоит целой армии. Когда поднятые по тревоге шотландцы прибежали на подмогу своему королю, они с изумлением увидели такую картину: их предводитель, довольно ухмыляясь, сидел на большом камне и отирал пот со лба, а неприятель в полном беспорядке поспешал прочь. Так Брюс в одиночку одолел вражеское войско.

В течение нескольких лет Роберт Брюс брал крепость за крепостью, вырезая английские гарнизоны и беспощадно расправляясь с предателями. А измена таилась повсюду, даже в ближайшем окружении шотландского короля. Однажды покушение на жизнь своего вождя организовали трое негодяев, польстившихся на английское золото. Улучив момент, когда Брюс остался в лагере один, вооруженные до зубов убийцы набросились на него, но, как оказалось, не в добрый час: первого из нападавших герой сразил наповал выстрелом из лука, второго разрубил пополам мечом, а третьего заколол его же собственным кинжалом.

Брюс жестоко покарал предателей из числа шотландской знати. Враждебный клан Мак Дугалов был разгромлен, но Джону Лорнскому, заклятому врагу короля, все же удалось унести ноги. Зато более тридцати представителей клана Коминов, оказавшихся в руках короля, были незамедлительно обезглавлены, и место их захоронения шотландцы с мрачной иронией прозвали Могилой Безголовых Коминов.

Влиятельные лорды Англии, встревоженные успехами Брюса, вынудили Эдуарда Второго отложить свои содомские забавы и взяться за оружие, возглавив карательную экспедицию в Шотландию. Летом 1314 года во главе сильной армии, насчитывавшей не менее 3 тысяч рыцарей и 25 тысяч пехотинцев, английский король переправился через Твид. Десятитысячное войско шотландцев, ядро которого по-прежнему составляли отважные копейщики, встретило противника 24 июня у Баннокберна.

Трехкратное численное преимущество англичан ничуть не смутило Роберта Брюса, вновь проявившего себя талантливым военачальником и умелым, бесстрашным рыцарем. Во время стычки у замка Стерлинг, имевшей место накануне решающего сражения, Роберт Брюс с несколькими бойцами остановил отряд валлийской пехоты, возглавляемый рыцарем Генрихом де Боэном. Тогда солдаты обеих сторон стали свидетелями короткого поединка между уэльским рыцарем и шотландским королем. Брюс, пеший, с боевым топором в руке, спокойно поджидал летящего на него всадника. Когда рыцарь приблизился, король одним ловким движением отбил в сторону копье де Боэна и, моментально развернувшись, всадил ему топор между лопаток. Видя, с какой легкостью Брюс разделался с англичанином, шотландцы окончательно уверились в своем вожде и ожидающей их победе.

Столь же блестяще Роберт Брюс действовал и в качестве полководца. Фланги шотландского войска надежно прикрывались густым лесом, а на равнине перед позициями воины, по приказу предусмотрительного вождя, заранее выкопали множество небольших ям, тщательно замаскированных ветками и дерном. Немногочисленный отряд конницы, имевшийся в его распоряжении, Брюс использовал для охраны армии от возможных вылазок неприятельских лучников, а тысячу наиболее слабовооруженных горцев он укрыл за соседними холмами.

Сражение при Баннокберне развивалось сначала по обычному сценарию: шотландцы, укрепившиеся на холме, оборонялись, а рыцарская конница англичан атаковала, пытаясь смять оборону копейщиков. Замаскированные ямы-ловушки стали весьма неприятным сюрпризом для рыцарской кавалерии – угодив в них, лошади падали, ломая ноги и сбрасывая всадников. Однако часть конницы, счастливо избегнувшая ловушек, на полном скаку врезалась в ряды копейщиков, и тогда «… поднялся ужасный оглушительный шум от раскалывающихся копий и ржания гибнущих коней».

Лучники англичан, стремясь поддержать атаку рыцарей, послали в воздух тучу стрел, но тем самым нанесли больший урон своим, чем шотландцам – выбрать конкретную цель в перемешавшейся по фронту массе бойцов не представлялось возможным. Тогда лучники попробовали подобраться к шотландцам с левого фланга, но Брюс, внимательно наблюдавший за их перемещениями, тотчас выслал против стрелков конницу. Понеся большие потери, лучники были вынуждены отойти.

Битва кипела уже несколько часов, но никто из противников не имел решающего перевеса. И тут, по специальному приказу, вершины холмов справа от англичан покрылись толпами горланящих бойцов – это была тысяча, спрятанная в засаде. Размахивая знаменами, топорами и дубинами, горцы лавиной хлынули на опешившего врага. Эдуард, решив, что к Брюсу подошло большое подкрепление, подал сигнал к отступлению. Англичане попятились, а потом и побежали. Шотландцы долго преследовали бегущих, нанося врагу тяжелый урон.

Впервые после битвы при Гастингсе англичане потерпели такое страшное поражение, и хотя война продолжалась еще до 1323 года, ее исход уже ни у кого не вызывал сомнений. Результаты победы при Баннокберне были закреплены Нортгемптонским договором 1328 года, который англичане прозвали «постыдным». Шотландия обрела независимость, а Роберта Брюса английское правительство официально признало королем Шотландии к северу от Твида. Так Брюс довел до победного конца борьбу, начатую еще Уильямом Уоллесом.

Последние дни короля-освободителя были омрачены мучительной, неизлечимой болезнью. Проказа, страшный бич Средневековья, свела его в могилу уже в следующем, 1329 году. По одной версии, сердце Брюса хранилось как священная реликвия в аббатстве Мелроуз на побережье Твида, в 60 милях к югу от Эдинбурга. С ним связано одно древнее романтическое предание. Это история о Черном Дугласе и сердце Брюса, которая будет изложена в следующей моей книге.

БАТАЛИЯ ПЯТАЯ

СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНА (1337-1453)

1. РЫЦАРЬ КОРОЛЕВЫ

РОДЖЕР МОРТИМЕР (1287-1330)

Предыстория Столетней войны столь удивительна и интересна, подлинные события, имевшие место накануне столкновения двух сильнейших европейских держав, так похожи на приключенческий роман, что обойти их молчанием было бы просто недопустимо. А потому автор предлагает читателю для начала мысленно перенестись вслед за ним в Англию эпохи Эдуарда Второго.

Роджеру Мортимеру, барону Вигморскому, сеньору Уэльской марки и королевскому наместнику в Ирландии, довелось в полной мере испытать превратности судьбы, стремительно вознесшей его на самые вершины и сделавшей властителем Англии лишь затем, чтобы не менее стремительно низвергнуть с этого пьедестала и обратить во прах.

Покоритель Ирландии имел мужественное лицо с резкими чертами. Стальной взгляд серых глаз, густые брови, спокойная гордая осанка – весь облик этого рыцаря выдавал в нем храброго, властного, решительного и волевого человека. Держался он так величественно, словно был принцем крови.

Роджер Мортимер ненавидел и презирал короля Эдуарда Второго. В этом он не был одинок, его чувства разделяли многие бароны королевства. Они поначалу лишь посмеивались над противоестественными склонностями Эдуарда – возвеличив Диспенсеров, король предавался любовным утехам с Диспенсером-младшим, в то время как его отец, Диспенсер-старший, фактически управлял государством. Но когда обнаглевшие фавориты стали протягивать жадные руки к их владениям, презрение баронов обратилось в лютую ненависть. В 1321 году заговор баронов, в котором участвовал и Мортимер, возглавил Томас Ланкастер, один из знатнейших аристократов королевства. Вспыхнул мятеж. Однако мятежникам не повезло: королевские войска разгромили их в битве при Шрусбери. Главарю заговорщиков отрубили голову, а Роджера Мортимера заточили в Тауэр пожизненно.