Максимилиан, Ната и Костян

Новый знакомый Ник оказался интересным рассказчиком и замечательным гидом. Ребята с удовольствием проводили время с эльфом-полукровкой, пренебрегая обязательным ежедневным часовым отдыхом в обеденном промежутке между занятиями.

За Нату всерьез взялся Лигол, по одному ему известной причине скрупулезно передавая ей знания, собираемые Кругом друидов столетиями. Макс же проходу не давал Лимуру. Слова эльфа о его слабости и неспособности защитить своих друзей сильно зацепили парня, и он всеми силами стремился сравняться с рейнджерами в искусстве стрельбы.

А вот самбист, так и не сумевший получить инициацию, оказался предоставлен самому себе и поначалу таскался то за Натой, то за Максом, мучаясь бездельем. Лигол, конечно, говорил, что вот-вот в Листву прибудет какой-то мастер, чтобы помочь ему получить класс, но Костян предпочитал не ждать от судьбы подарков. Вместо этого он потом и кровью стремился стать чуть лучше, чуть сильнее, чуть выносливей себя вчерашнего.

Так или иначе, но все трое с нетерпением ждали обеденного перерыва, чтобы встретиться с Ником и отправиться гулять по городу.

За несколько прогулок Костян, Максимилиан и Ната узнали про Порог больше, чем знали про свой родной мир. Но больше всего эльф рассказывал про Листву. Причем не только рассказывал, но и показывал.

Казалось, в этом лесном городе было все: магазины, магические лавки, бойцовские школы, мануфактуры по производству бумаги, виноградные фермы… Эльфы с высокой колокольни плевали на сухой закон, введенный в людских государствах. Их вино не содержало ни градуса алкоголя, вызывая в теле бодрость и даруя легкость мысли.

Уже на третий день пребывания в Листве ребята с удивлением обнаружили театры, уютные ресторанчики и даже ристалище, где ежедневно проводились бои.

Костян, открывший для себя арену, мог часами смотреть на проходившие там поединки, наблюдая и впитывая в себя особенности дуэльных сражений. Ник, заметив интерес самбиста и до сих пор находясь под огромным впечатлением от спаринга, устроенного на опушке, в какой-то момент предложил самбисту не просто смотреть за поединками, но самому попробовать себя в схватках.

— Костян, ты там всех победишь! — убеждал его полуэльф, — Я тебе больше скажу, мы там сможем сделать небольшое состояние.

— Думаешь? — вяло отбивался Костян, который, честно говоря, побаивался драться за деньги.

— Как говорит мой отец: «Infa sto sorok procentov»! — бескомпромиссно заявил молодой рейнджер. — Вот сам подумай. Максимилиану нужен нормальный лук, а не эти тренировочные убожества. Ната, хоть и научилась делать простенькие артефакты, сама нуждается хотя бы в друидском посохе. Из одежды нормальной у вас только плащи эльфийские. Да тебе самому, несмотря на твою силу и ловкость, не помешал бы, к примеру, пояс горного гризли. Представь только, с ним ты сможешь бросаться энтами в их хозяев! Вот ток стоит он как этот ресторанчик.

Ник с грустью обвел глазами убранство уютной кафешки, раскинувшейся под сенью большого дуба, и добавил:

— Хочешь не хочешь, но ваши выигранные деньги рано или поздно закончатся. Арена — самый лучший способ поднять несколько сотен золотых!

— Ну можно же как-то по-другому деньги заработать? — неуверенно возразил здоровяк.

— В рейд только если сходить, но это на месяц минимум. В наемники податься в тот же самый Бастион, они там сейчас, говорят, вовсю воюют с нежитью, полезшей из шахт. Что еще?

— Мясной ресторанчик можно открыть, — без энтузиазма предложил Костян.

— Не, не покатит, тут слишком энергия чистая. Убить кого-то, может, и убьешь, даже разделаешь, но как только в рот положишь кусок мяса, тебя сразу полоскать начнет. У меня отец поначалу сильно бесился, а сейчас удивляется, как он раньше шашлык ел.

— Ну да, есть такое, — согласился самбист, по привычке не считавший миску овощной каши полноценным блюдом, — но, знаешь, все равно в голове что-то такое сидит и говорит тебе: «Обед без котлеты — это не обед».

— Забей, не концентрируйся на этом, ешь, что организм просит, а не то, что глаза хотят, и все отлично будет, — посоветовал Ник. — Давай все-таки подумаем насчет арены, а? Костян! Ты же подумаешь об участии в поединках?

— Ладно, — проворчал тогда он, — подумаю.