Она снова была в Тайном каньоне, мокрая насквозь. Голова болела так сильно, что глаза ни на что не смотрели. Уперев руки в бедра, низко согнувшись, она боролась с тошнотой.

Пятница, хмурясь, стоял рядом.

— Мог бы предупредить меня, — с трудом выговорила Кассандра.

— Ты слабая, — равнодушно сказал Пятница, глядя в небо. Клубящиеся черные тучи рассеялись, гроза унеслась.

— А ты осел, — возразила она, вытирая лицо обеими руками.

— Вернемся на раскоп, — предложил он и пошел в сторону траншей. Кассандра и не думала идти за ним.

— Ни шагу не сделаю, пока не получу ответы, мистер.

— Пожалуйста, — он пожал плечами. — Можешь оставаться здесь. — Он снова пошел вперед.

Касс посмотрела на спину уходящего человека, и по положению плеч поняла, что во второй раз он не остановится. Тогда она двинулась за ним вслед.

— Послушай, — догоняя его, произнесла она, — я хочу объяснений. Ну хоть что-то ты должен объяснить…

— Это ты пошла за мной, так что я тебе ничего не должен.

— То место, где мы только что были, где оно расположено? Как мы туда попали? Это было как-то связано с бурей?

— Слишком много вопросов.

— Ничего подобного со мной никогда не происходило…

— И больше не произойдет.

— Но я хочу знать, что происходит. Я хочу понять…

— Не получится.

— Но ты же даже не пытаешься…

— А ты не понимаешь, о чем спрашиваешь.

— Ну так объясни! И постарайся сделать это попроще, чтобы я поняла.

— Не стоит об этом говорить. Люди решат, что ты с ума сошла.

— Ну и что?

Пятница повернулся к ней со снисходительной улыбкой.

— Тебя не волнует, если люди будут считать тебя сумасшедшей?

— Волнует, волнует. Мы не о том говорим. Что там произошло?

— Я уже все тебе сказал.

— Ты сказал, что это было… Зай-ги-хи?

— Цегихи, — кивнул он. — Правильно говорить так.

— А что это значит?

— Тебе по-английски?

— Если можно.

Пятница подумал, пришел к какому-то выводу и кивнул сам себе.

— Можно сказать, что ты была в Духовном мире.

— Да при чем здесь духовный мир!? Там все было вполне реально.

— Я же говорил: ты не поверишь. — Он пошел дальше.

— Хорошо, ладно, пусть будет духовный мир. — Касс почти бежала за ним. — Продолжай, пожалуйста. Как мы там оказались?

— Я уже говорил.

— Да, помню. Мост Койотов и Дорога Призраков.

Он молчал.

— Но это всего лишь… как вы это называете? — миф, или метафора, или что-то в этом роде.

— Ну, если ты так считаешь…

— Ладно. Я не об этом. Что такое Дорога Призраков?

— Это дорога, по которой люди-маги переходят из этого мира в мир духов.

— Ты имеешь в виду — физически переходят?

— Да.

— Но это же невозможно.

— Ты так говоришь…

Они почти дошли до устья каньона. За ним виднелась пустыня, и, судя по длинным теням, отбрасываемым кустами сагуаро и мескитового дерева, день клонился к вечеру.

— Среди моего народа есть те, кто отправляется в мир духов, чтобы выполнять священные обязанности. — Он сделал паузу, а затем добавил: — Но это не я.

— А ты тогда кто? Турист?

— Может быть, и так. — Слабая улыбка тронула его губы.

— Турист, — хмыкнула она. — Я тебе не верю.

— Как скажешь.

— Ладно. Извини. Итак, ты турист в Мире Духов.

— Мы по-разному называем тех, кто путешествует по призрачным дорогам.

— Хорошо. И как ты это делаешь? Как ты ходишь в этот мир? Ты меня научишь?

— Нет.

— Почему?

— Это не для тебя.

Она просила, уговаривала, даже пыталась запугивать его, но Пятница больше ничего не сказал. В конце концов, она сдалась и побрела обратно к траншеям, чтобы проследить за их безопасностью.

На обратном пути в город Кассандра казалась коллегам по фургону слишком ушедшей в собственные мысли.

— Что-то вы какая-то тихая сегодня, — заявила Анита, бойкая студентка, которой на раскопе поручали только самую простую работу.

— Я? — рассеянно отозвалась Касс. — Да, наверное. Извини.

— Что-нибудь случилось?

— Просто устала.

— Эй, ну давайте поговорим. А то Мак заставил нас весь день таскать мешки с костями.

Кассандра задумчиво смотрела в окно фургона. В раннем вечернем свете пейзаж по сторонам дороги красиво окрашивался в сумеречные цвета.

— Красиво… — неопределенно произнесла она.

Анита недоуменно посмотрела на нее.

— Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Да, да. Все нормально.

— Гриноф сказал, что раскопки придется остановить?

— Да, я слышала… — Она вернулась к виду из окна.

Спустя некоторое время фургон въехал на стоянку мотеля.

— Касс, вы собираетесь с нами в Ред-Рокс? — спросила Анита, когда палеонтологи вылезли и шли через парковку. В Red Rocks подавали дешевое тако {Тако — традиционное блюдо мексиканской кухни: блинчики из кукурузной или пшеничной муки c разнообразной начинкой — говядиной, свининой, курятиной, морепродуктами, бобами, овощами, тушёным кактусом. В качестве приправы подают сыр, кинзу, лук, соус. Тако едят, складывая блинчик с начинкой пополам. Заведения, специализирующиеся на подаче тако, называются такериями.} и местное пиво; землекопы там отпаивались после жаркого дня.

— Да, наверное, зайду попозже, — ответила Кассандра. — Вы, ребята, меня не ждите.

Она взяла на ресепшн ключ и направилась в свою комнату. Мотель «Кингс-Армс» представлял собой старое обшарпанное заведение, зато по меркам Седоны считался недорогим. Членов экспедиции он вполне устраивал. В вестибюле почему-то пахло псиной и запах дезодоранта не в состоянии был с этим справиться. «Отстой, — раздраженно подумала Кассандра уже не в первый раз. — Терпеть не могу эту роль бедного ученого среди богатых туристов!» Все вокруг исподволь напоминало, что есть места и получше для тех, кто может заплатить побольше.

Оказавшись в комнате, она упала на провисшую кровать и уставилась в потолок. Мысли кружились в унисон со скрипучим потолочным вентилятором. Кассандра полежала, сходила в душ и переоделась, все очень неспешно. К тому времени, когда она вошла в Ред-Рокс, вечеринка была в самом разгаре. Трудяги-палеонтологи радовались тому, что получили два, а то и целых три дня отдыха от раскопок. Джо Гриноф не захотел ссориться с сенатором Родригесом и объявил, что приостанавливает работы до выходных. Запив пивом горстку начос {Начос — закуска мексиканской кухни, чипсы из кукурузной муки с различными добавками.}, Кассандра извинилась и ушла. Внешне она выглядела спокойной, но внутри бушевали самые дикие мысли и предположения.

Оказавшись в комнате, она набрала номер и долго ждала ответа. На том конце трубку так никто и не снял. Машинально Касс включила телевизор и просидела на постели около часа, глядя на экран и ничего не видя. Снова взялась за телефон.

На этот раз ей ответили на четвертом гудке.

— Привет, это Тони, говорите.

— Папа?

— Касс? Это ты? Что случилось?

— Да ничего. Неужели дочь не может позвонить отцу просто так?

— Нет, нет, что ты, милая, — быстро ответил он. — Просто… ты представляешь, который час?

— А что, уже так поздно? Извини, я забыла, что мы в разных часовых поясах.

— Это неважно, дорогая. Я рад, что ты позвонила. Как дела?

— Все в порядке. — Кассандра вздохнула. — Иди спать. Я как-нибудь потом позвоню.

— Кассандра, — тон отца изменился на деловой. — Что-то происходит? Я могу помочь?

Она еще раз глубоко вздохнула.

— Папа, а у тебя когда-нибудь был такой день, когда весь мир перевернулся с ног на голову?

— Конечно, дорогая. Например, в прошлый четверг.

Касс слышала, как отец прошел через комнату и уселся в свое большое кожаное кресло.

— Давай, рассказывай, дочь. Что такое случилось с твоим миром?

— Речь не обо мне. Вернее, не только обо мне. Это каждого касается. По-моему, во вселенной что-то разладилось, или отключилось… не знаю. Но это довольно странно и совершенно необъяснимо.

— Что ж, — отец издал короткий знакомый смешок, — давай разбираться. Тебе придется рассказать немножко побольше.

— Я совершенно не представляю, как это объяснить.

— Сейчас это не так важно. — По голосу Кассандра поняла, что теперь говорит с ученым.

— Не надо пока ничего анализировать, просто расскажи все с самого начала. И постарайся ничего не пропускать. Итак, с чем мы имеем дело на этот раз? — Помолчав, он добавил: — Не думай, просто говори. Что это было? Животное, растение или камень?

— Ты слышал про вихри Седоны {Вихри Седоны — довольно известный феномен, заключающийся в ощущаемом человеком резонансе с неопределенным видом энергии (предположительно, теллурической энергии), иногда возникающий в окрестностях Седоны. Таких вихрей насчитывается четыре. Два наиболее мощных находятся возле деревни Оук-Крик. Седона издавна известна как центр духовной силы. Здесь возникло сообщество Нью Эйдж, унаследовавшее (по мнение его членов) духовные практики коренных американцев и альтернативные методы лечения.}?

— Знакомый термин… Но я думал, что это простой рекламный трюк для привлечения туристов.

Отец был прав. Седонские Вихри, как и другую подобную чушь, Кассандра считала порождением Нью-Эйдж {Нью-эйдж (англ. New Age, буквально «новая эра»), так называемая религия «нового века» — общее название совокупности мистических течений и движений оккультного, эзотерического и синкретического характера. В основе лежит представление о новом периоде в развитии человеческой цивилизации, известном как «Эра Водолея» и «Новый век». В частности, предметом интереса Нью-Эйдж являются мегалиты, такие, как Стоунхендж, например. Движение достигло наибольшего расцвета на Западе в 1970-х годах, однако у него множество сторонников и по сей день.}. Какой бы ни была научная ценность этой концепции (если в ней содержалась хоть капля фактов), сейчас она превратилось в хобби стареющих хиппи, приверженцев богини земли, мистиков и разных чудаков, шарлатанов и мошенников. Независимо от того, существуют они в действительности или нет, вихри сыграли большую роль в экономике Седоны: все, от поездок на джипах «Вихрь» и туров на вертолете «Вихрь» до «Вихревых психических чтений» и «Вихревых энергетических украшений», шло у туристов по хорошей цене.

— Ты это имела в виду? — спросил отец.

— Да, но сегодня я сама стала свидетелем довольно странного происшествия. Ты бы назвал его природным явлением, но раньше мне с такими сталкиваться не приходилось.

— Замечательно! — Она не успела сказать ни слова, а отец продолжал: — Давай, рассказывай. Где это случилось? Что ты в это время делала?

Ей пришлось изложить свой распорядок дня, рассказать о месте раскопок, о том, в чем состоит ее задача, и как она попала в каньон. А вот дальше… дальше она не знала, что сказать.

— Да, да, продолжай, — поторопил отец. — Не думай, просто рассказывай.

— Помнится, твои приятели частенько упоминали другие измерения…

— Речь шла о математических моделях, да.

— А если они не только математические? — Она набрала в грудь воздуха, как перед прыжком в воду, и наконец призналась: — Папа, мне кажется, я побывала в другом измерении.

Ее слова встретили озадаченное молчание на другом конце провода.

— Папа? Ты еще здесь?

— Ты имеешь в виду… — начал он, затем сделал паузу и решил построить фразу иначе: — Что конкретно ты имеешь в виду?

— Я была в каньоне, шел дождь, дул очень сильный ветер, а в следующую секунду я уже стояла на аллювиальной равнине, засыпанной вулканическим шлаком — ни каньона, ни кактусов, ничего — только линии, тянущиеся к горизонту во всех направлениях.

— Попробуй описать эти линии, — через мгновение предложил отец.

— Ну, линии и линии. Словно кто-то взял лопату и выкопал неглубокую колею среди шлака, но не наугад. Линии были абсолютно прямыми и тянулись на многие мили.

Ненадолго воцарилась тишина. Наконец отец произнес:

— Сегодня было жарко? В смысле, жарче, чем обычно? Ты пьешь достаточно воды?

— Папа, — сказала Кассандра с раздражением, — я профессионал, у меня не бывает солнечных ударов. Полагаешь, это галлюцинации? — Она не заметила, как повысила голос. — Так вот. Это не было галлюцинацией, это не было последствием пищевого отравления или приступа малярии. И месячных у меня нет. Все было совершенно реально. И все это произошло на самом деле.

— Касс, я на твоей стороне. Но мы должны исключить все другие возможности.

— Ты прав, — вздохнула она. — Ладно. Мне жаль. Просто чем больше я об этом думаю, тем больше оно меня бесит. Тогда это было достаточно странно, а сейчас…

— Так. Стоп. Ты сказала, что с тобой был Пятница. Ты же за ним шла? И он тоже был в этом другом измерении? А потом?

— Он сказал, что меня там не должно быть, и вернул меня обратно.

— Как именно?

Она задумалась.

— Мы просто пошли обратно. Опять поднялся ветер… пыль летела в глаза… я плохо видела, туманное всё какое-то. А потом хлынул дождь. Я протерла глаза… и мы снова были в каньоне.

— В том же самом?

— Ну, конечно. Местные называют его Тайным каньоном, — сказала она и замолчала. — Вот и все. Больше ничего такого не было.

— А какие-нибудь ощущения? Что, вообще ничего?

— Меня слегка укачало: тошнота, головокружение и ужасная головная боль. Но очень быстро прошло. Еще ветер и дождь…

— Пятница был с тобой?

— Да, это он вернул меня обратно, я же говорила. Я добивалась от него, чтобы он объяснил, что это было, но он не хотел говорить. Только твердил, что это не для меня, я так поняла его, что это вообще не для белых людей, а не только не для меня конкретно. И он называл то, что было вокруг, по-местному. Говорил, что я прошла по Дороге Призраков и по Мосту Койота, ну и тому подобное. Он сказал, что мы были в мире духов.

— Ну и ну!

— Но ты же мне веришь, папа?

— Конечно, Касс, я тебе верю. — Судя по интонации, действительно верил. — Более того, я считаю, что это требует тщательного расследования. Думаю, мне лучше приехать…

— Папа, ты правда не…

— Мы должны посмотреть, что там и как. Я захвачу с собой кое-какие приборы. — Он сделал паузу. — Эх, хотел бы я, чтобы твоя мать была здесь… Ты сможешь найти это место?

— Конечно, без проблем. Но, слушай, я думала, что…

— Хорошо. Ничего не делай, пока я не приеду. Ничего. Я вылетаю завтра днем. У тебя там найдется комната?

— Да, но… Папа, я не уверена, что тебе стоит срываться с места…

— Все, все, мы уже решили. Скоро увидимся, моя сладкая. И вот еще что: не говори никому. Ладно? Ты ведь не говорила?

— Нет, только тебе.

— Я подумал, что нам совсем ни к чему всякие любители и психи. Толку от них никакого, а сложностей они доставляют, хоть отбавляй. Судя по твоим словам, в Седоне их хватает.

— Ты, правда, думаешь?..

— До свидания, Касси. Мне нужно сделать несколько телефонных звонков. Ничего не предпринимай, пока я не приеду. Люблю тебя!

В трубке послышались гудки.

— Я тоже тебя люблю, папа. — Она некоторое время покачала телефон на руке, а потом положила на прикроватный столик.

— Вот так, — пробормотала она. — Дура, а чего ты хотела? Чтобы тебя воспринимали всерьез? Вот и получай.