Полностью восстановившись, 23 января 1917 года он получает назначение на должность Начальника Штаба 116-й Пехотной дивизии.

27 марта 1917 года Евгений получает лестную аттестацию от Командира 116-й Пехотной Дивизии.

«Полковник Барон де Монфор участник двух кампаний. В течение этой войны был Начальником Штаба дивизии, командовал полком, был тяжело ранен и получил высокие боевые награды. Как строевой офицер, полковник де Монфор не оставляет желать лучшего. Как начальник Штаба дивизии этот штабс-офицер зарекомендовал себя с отличной стороны. Спокойный, знающий, уверенный, он отлично руководит штабом. Внимательное отношение к подчиненным и отличное руководство ими снискали ему общее расположение не только подчиненных, но и окружающих и солдат. В настоящее переходное время полковник Барон де Монфор вносит много успокоения своими беседами среди солдат, делегатов и офицеров. Здоров. Отличный».

Аттестация полковника Евгения Монфора от 27 марта 1917 года

Командир 21-го Армейского Корпуса генерал-лейтенант Виктор Павлович Широков добавляет: «С мнением Начальника Дивизии согласен. Достоин оставления на занимаемой должности».

Прослужив в должности начальника штаба 116-й Пехотной дивизии всего 4 месяца, 16 мая 1917 года в связи с болезнью командира дивизии генерал-лейтенанта Аркадия Михайловича Валуева Евгений назначается временно Командующим дивизией, правда, всего на 7 дней. В это время дивизия воевала против немцев в Курляндской губернии, нынешняя Латвия, ведя позиционные бои. Ситуация в дивизии складывалась сложная, в её среде появились «тёмные личности, которые на боевых линиях среди солдат наводят панику, ведут агитация против войны, сеют везде смуту и анархию». Это были первые марксисты – агитаторы. В дивизии уже существовало Дивизионное совещание солдатских депутатов, которое наравне с командованием участвовало в руководстве солдатами. В это время по инициативе марксистов – агитаторов начались братания с немцами. Так, в ночь с 29 на 30 апреля прапорщики 461-го полка Новольтов и Сергеев захотели посмотреть как живут немцы в окопах и ездили на берег противника, где вели разговоры с немецкими офицерами. Одновременно, солдаты – агитаторы приглашали немцев к себе в гости, где братались с ними. Как начальник штаба дивизии Евгений пишет в одном из своих приказов по дивизии, что результатом подобных посещений оказываются фотографии наших укреплений, окопов и тыловых позиций.

Братание с немцами на линии фронта стало проблемой и как исполняющий должность Командующего дивизией, 19 мая 1917 года полковник Монфор издаёт следующий приказ по дивизии: «Объявлена для сведений и руководства телеграмма начальника штаба армиям Северного фронта: «Согласно указаний Главковерха всех вражеских офицеров и солдат, являющихся к нам под видом парламентёров для шпионства, надлежит брать в плен».

Об этом свидетельствует выписка из Журнала Военных Действий 116-й Пехотной Дивизии за май 1917 года.

Выписка из Журнала Военных Действий 116-й Пехотной Дивизии от мая 1917 года о братании с немцами

Евгений был не только высокопрофессиональным военным, он был и талантливым оратором, когда дело доходило до поднятия духа солдат и офицеров перед решающими сражениями. Об этом свидетельствует его приказ по дивизии об укреплении позиции перед наступлением немцев.

Выписка из Журнала Военных Действий 116-й Пехотной Дивизии от мая 1917 года о подготовке к защите позиций

Вернувшись на свою должность начальника штаба дивизии, Евгений продолжает детальное планирование войсковых операций дивизии.