До начала 1970-х гг. в Академии наук не было специального подразделения, которое занималось бы изучением Израиля. Научные исследования по Израилю проводилось в основном в контексте изучения Ближнего Востока. Так, например, в Институте востоковедения Академии наук израилеведение и связанная с этим идеологическая работа сосредоточивались в Отделе общих проблем. С расширением кампании за права советских евреев на Западе в конце 1960-х – начале 1970-х годов советское руководство поставило задачу осуществления более решительных ответных мер в борьбе с сионистскими кругами как основным застрельщиком антисоветских выступлений.
В записке по этому поводу, направленной в ЦК КПСС 26.02.1971 г., заместитель председателя Совета министров СССР В.Э. Дымшиц писал: «Вызывает недоумение и то, что ни один из институтов не ведет систематической работы по изучению материалов враждебной деятельности сионистских организаций и их методов, разработке предложений по разоблачению и борьбе с ними. Думаю, что в одном из действующих институтов, изучающих социально-экономические проблемы, надо иметь организацию, изучающую весь комплекс вопросов борьбы с сионизмом и собирающую материалы по положению национальных меньшинств в капиталистических странах»[552].
На основании этих предложений в ЦК КПСС было принято решение о создании подразделения «по научной борьбе с сионистской идеологией». Эта задача была возложена на Институт востоковедения АН СССР. 12 мая 1971 г. приказом № 213 по Институту востоковедения был образован Отдел по изучению Израиля в составе двух секторов: 1. Сектор истории и общественно-политических проблем. 2. Сектор экономики[553]. Заведующим сектором истории и общественных проблем был назначен к.и.н. В.И. Киселев. Он был советским представителем в международной редколлегии ежемесячного журнала «Проблемы мира и социализма», который издавался в Праге и курировался непосредственно ЦК КПСС. Это назначение свидетельствовало о большой идеологической ответственности, которая возлагалась на новый Отдел. В состав Отдела вошли сотрудница ИВ АН д.и.н. Г.С. Никитина, которая опубликовала в 1968 г. свою монографию «Государство Израиль», к.и.н., арабист Федченко А.Ф. и секретарь — Гасратян С.М. Постепенно Отдел пополнялся небольшим числом исследователей, для которых тематика была совершенно новая. В ноябре 1974 г. в связи с некоторыми изменениями в структуре Института сектор истории и общественно-политических проблем Отдела по изучению Израиля был переименован в «Сектор истории и культуры Израиля»[554].
Сектор изучал ситуацию на Ближнем Востоке, расстановку политических сил в Израиле и в соседних странах, проблемы урегулирования ближневосточного конфликта, историю Израиля и сионизма. Основные работы его сотрудников публиковались в спецбюллетенях Института, которые представляли собой закрытые издания для служебного пользования и не предназначались для широкого читателя. Они и не несли столь «тяжелой» идеологической нагрузки, как открытые публикации.
В этот период в Институте были защищены несколько кандидатских диссертаций по Израилю, которые также носили закрытый характер и попадали в фонд специального хранения (спецхран). Это касалось и высокопрофессиональной диссертации Д.В. Прокофьева на тему «Израильская драматургия».
Спустя пять лет в марте 1979 г. «в целях дальнейшего улучшения работы Отдела по изучению Израиля, расширения исследований, непосредственно касающихся экономических, политических и социальных проблем страны, а также более глубокой разработки вопросов теории и антисоциалистической практики международного сионизма» было решено осуществить укрепление и реорганизацию Отдела, образовав в его составе два сектора: сектор по изучению Израиля и сектор идеологии[555] (заведующие В.И. Носенко и О.В. Ковтунович). В связи с этим в конце 1970-х годов Отдел расширился за счет новых кадров, среди которых были бывшие сотрудники МИДа и других смежных организаций, некоторые из них работали в разные годы в советских посольствах в странах Ближнего Востока, в том числе и в Израиле. Будучи «идеологически подкованными», в своей новой научной деятельности они сохраняли прежний подход к Израилю, к арабо-израильскому конфликту, что не могло не оказывать влияния на продукцию сектора. Молодому поколению исследователей нелегко было противостоять старшим по возрасту и опыту сотрудникам. В Отделе разворачивались бурные дискуссии по вопросам сионизма, еврейского государства и еврейского народа. Сотрудники, занимавшие наиболее одиозные позиции, постепенно уходили, кто на заслуженный отдых, а кого-то руководство Института вынуждено было увольнять.
Отдел пополнялся также и выпускниками Института стран Азии и Африки при МГУ (ИСАА). Некоторые из них уже владели ивритом, т. к. в 1980 г. в ИСАА впервые была открыта группа, изучавшая иврит как основной восточный язык. До этого иврит изучали факультативно.
Большим достижением для себя сотрудники Отдела считали выход в свет в 1986 г. справочника «Государство Израиль». Несмотря на критическое отношение к этому справочнику внутри страны и вне ее, это был первая работа об Израиле, которая содержала не только «критику сионизма и политики правящих кругов». Так, например, благодаря разделу «Культура» советский читатель получал сведения о системе образования и здравоохранения в Израиле, об израильских средствах массовой информации, научно-исследовательских центрах. Впервые в открытой публикации уделялось внимание израильской литературе, кино, изобразительному искусству, музеям и археологии, туризму и спорту.
Работа над составлением справочника проходила несколько лет. По требованию и рекомендациям «товарищей» из международного отдела ЦК КПСС пришлось не один раз переделывать уже готовый текст, поскольку он «в недостаточной степени разоблачал сионистскую идеологию и агрессивную политику Израиля». Дело доходило до того, что даже говоря о спорте, авторы и редакторы вынуждены были подчеркивать, что «израильские правящие круги рассматривали развитие физического воспитания в стране в тесной связи с задачами подготовки армейских кадров, необходимых для ведения агрессивных войн»[556]. Таким образом, для того, чтобы справочник был опубликован, сотрудникам Отдела приходилось жертвовать и научностью, и объективностью. Несмотря на все сложности на этапе подготовки справочник вышел тиражом в 37 000 экземпляров и быстро разошелся по все стране.
Очередные изменения в Отделе по изучению Израиля произошли в 1986 г. (после ухода академика Е.М. Примакова с поста директора Института). В связи с пересмотром направлений исследований на очередную ХН пятилетку, наряду с другими изменениями в структуре Института в Отделе Израиля сектор идеологии был слит с сектором по изучению Израиля, и впредь это подразделение стало именоваться Лабораторией по изучению Израиля. (Заведующим Лабораторией был назначен к.и.н. В.И. Носенко)[557]. Преобразование Отдела в Лабораторию привело к расширению главных направлений исследований. Добавились внешнеполитические и международные аспекты, ближневосточное урегулирование и палестинская проблема. Новые тенденции в советской внешней политике и внутриполитическое развития способствовали активизации научных исследований Лаборатории. За один лишь 1987 г. было подготовлен 6 работ и 12 аналитических записок и разработок. Были защищены 3 кандидатские диссертации[558].
В 1990 г. «в целях дальнейшего расширения исследований, непосредственно касающихся экономических, политических и социальных проблем Израиля» Лаборатория по изучению Израиля вновь была переименована в Сектор по изучению Израиля. Заведовать Сектором была назначена к.и.н. Карасова Т.А.[559].
В системе Академии наук, да и в масштабах страны в целом только Институт востоковедения имел отдельное подразделение, которое занималось изучением Израиля, поэтому создавалось впечатление, что вся антиизраильская, антисионистская и соответственно антисемитская продукция выходила из этого Института. Известный советский кинорежиссер Б. Шейнин пишет в своих воспоминаниях: «Местом научных изысков доктора наук (Евсеева — Н.С.) был академический «Институт народов Азии и Востока» (название ИВ АН до 1958 г. — Н.С.). Там собралась «теплая» компания. В их представлении на географической карте ближневосточного региона всё могло сложиться прекрасно, если бы не затесался туда какой-то Израиль»[560]. Однако это ни в коей мере не соответствовало действительности. Основная часть «разоблачительных публикаций» создавалась не в стенах Института востоковедения. Их авторы были сотрудниками других институтов и учреждений. Единственный автор, который входил в группу наиболее одиозных разоблачителей Израиля и сионизма, Л. Корнилов, действительно, недолгое время работал в Секторе по изучению Израиля, но после очередной аттестации был уволен по статье о несоответствии занимаемой должности.
На протяжении всего советского периода подразделение по изучению Израиля работало в сложной обстановке. Идеологическое давление, нехватка подготовленных исследователей по данной тематике, отсутствие возможностей посещать изучаемую страну, сложный доступ к зарубежным научным публикациям не могли не сказываться на работе научных сотрудников. Тем не менее, многие из них стали высококвалифицированными специалистами-израилеведами и ближневосточниками. Несколько человек работали в российских посольствах в Израиле и в арабских странах. Заведовавший подразделением в 1980-е годы В. Носенко был советником-посланником в посольстве РФ в Израиле в 1990-х гг., а затем послом в одной из арабских стран. В первом составе советского посольства после восстановления дипломатических отношений с Израилем работала Т.А. Карасова. Один из ведущих российских специалистов по Ближнему Востоку А.В. Федорченко прошел путь от аспиранта Отдела Израиля до заведующего этим Отделом, а в 2004 г. возглавил Центр ближневосточных исследований МГИМО (У).